Очень классная съемка отеля TWA, который находится в нью-йоркском аэропорту Джона Кеннеди. Само здание было построено в 1962 году по проекту Ээро Сааринена, это был главный хаб авиакомпании TWA (Trans World Airlines). В 2001-м она разорилась, а терминал был закрыт, потому что уже не справлялся с возросшим пассажиропотоком. Спустя шестнадцать лет его решили отреставрировать и превратить в отель. Номера расположены в двух современных корпусах, которые появились рядом, а терминал стал огромным лобби с кафе, ресторанами и бутиками. Интерьерами занималось бруклинское архитектурное бюро Lubrano Ciavarra Architects. Внутри воссоздана атмосфера ретрофутуризма, использованы культовые дизайнерские предметы все того же Сааринена для компании Knoll. Оттенок “красный чили” — это оммаж фирменному цвету TWA. В отреставрированном терминале также открыли музей, посвященный дизайну 1960-х годов и знаменитой американской авиакомпании. Отель работает с мая 2019 года.
Фотограф: Robert Rieger

В Москве открылся форпост питерского ландшафтного бюро “Мох”, но не обычный офис, а многофункциональное пространство с флористическим салоном и галереей.

Этот материал можно посмотреть в “Дзене” — там больше фотографий.

Московское пространство “Мох” в Старомонетном переулке имеет подзаголовок “Природа. Сады. Культура”, а при входе в большущей вазе стоит флористическая композиция, которую обещают менять каждый день. В день открытия там были цветы вперемежку с редькой и капустными кочанами, а сервировка столов напоминала не то лабораторию, не то жизнь в нижних ярусах леса — то самое место, где в природе обитают мхи. Основную часть угощений выложили на футуристическом зеленом столе по дизайну студии KOZEEN+RUEDA, которая занималась архитектурой и интерьерами пространства.

Короче, сразу было понятно, что, даже за вычетом других многочисленных функций, это не просто “цветочный” с холодильником для растений на центральном месте, а очень концептуальное заведение. Затейливые сервировки — это работа фуд-дизайнера Марины Леоновой, а флористической деятельностью “Мха” занимается партнер проекта Полина Ченцова, в исполнении которой сиюминутное (быстро увядающие растения) вполне может поспорить с вечным: с искусством.

Это вечное в момент открытия было представлено фарфором с росписями Александра Траугота (он представитель знаменитой питерской семьи книжных иллюстраторов, оформившей десятки детских книг) и керамикой Элизабет де Треал де Кинси-Траугот. Вазы-головы Элизабет на время заняли место в том самом холодильнике. Выставка пока продолжается, так что заходите.

В обычные дни во “Мхе” не кормят, зато дают почитать — в пространстве есть библиотека с книгами про садоводство и флористику, а также магазин с декоративно-прикладными работами молодых художников. Можно заказать не просто букет, а сразу в какой-нибудь замечательной вазе.

Марка Konos (рассказывала о ней тут и тут) решила поэкспериментировать с ценообразованием и сделать более доступную линейку предметов. Первый образец — табурет, он же столик — уже стоит в A-House. Новую модель делают из крашеной фанеры и пока производят под заказ, но основатель марки Евгений Бурцев уже подумывает о том, чтобы выпустить серию. Цена предмета — 8 тысяч рублей. Чуть позже появится версия из массива, она будет подороже. По моим ощущениям, поиск правильной ценовой ниши — открытый вопрос для многих российских брендов, так что очень интересно наблюдать за такими экспериментами.

#знайнаших

О любви архитекторов к цвету ходят анекдоты — представители этой профессии обычно одеваются во все черное и в проектах с яркими красками обычно тоже не заигрывают. И вот — сюрприз. Компания Manders, которая многие годы снабжала нас английскими и французскими красками, выпустила собственную коллекцию, к созданию которой подключила архитекторов — не двух-трех, а сразу всех. В палитре 48 оттенков, и 38 архитектурные (еще десять разработала декоратор Анна Пронская). Я, когда услышала эту новость, ожидала увидеть 38 оттенков черного, белого и серого. И, как вы понимаете, ошиблась. Палитра и ее авторы перед вами — так что расписывать по пунктам не буду. Но оцените, сколько там лирики: Дмитрий Овчаров выбрал цвет виниловой пластики из детства, Сергей Кузнецов взял оттенок из работ любимого художника-акварелиста Джона Сингера Сарджента, а Алексей Козырь вспоминает ворону, свившую гнездо на балконе его мастерской.

#знайнаших