Время миланских флэшбеков. Покажу вам сегодня инсталляцию, которая, была если не лучшей на неделе дизайна, то точно вошла в топ-3. Это выставка Echoes к 50-летию коллекции iMaestri, в которой Cassina выпускает мебель великих дизайнеров и архитекторов из прошлого. Авторы инсталляции — Патрисия Уркиола и Федерика Сала.
Почему не показывала раньше? По техническим причинам: хотела снять видео, но оно обернулось тыквой, поэтому ждала пресс-материалов от самой фабрики.
Итак, почему же эта экспозиция лучшая (или одна из лучших)? Разберем по пунктам.
Найти неочевидное помещение в центре Милана — уже успех. Выставка проходила в бывшем банковском хранилище, буквально в пяти минутах от Дуомо.
Смелая сценография. Часть подиумов, на которых встала мебель, была сложена из старых банковских сейфов, где-то насыпали горки из песка (или чего-то на него похожего). Некоторые предметы деконструировали. Детали стеллажа Velivero Франко Альбини заняли целый стол, на котором были разложены так, словно каждая из них — отдельный ценный экспонат. Не знаю, какой был бюджет у этой инсталляция, но по моим ощущением все это было относительно бюджетно.
Освещение. Русскоязычные посетители выставки прозвали экспозицию «Кассина красная». Осветить выставку красными лампами — затея безумная, но невероятно эффектная.
Звуковое сопровождение. Периодически в залах раздавался какой-то странный грохот. Вместе со светом это погружало посетителей в другую реальность и помогало завладеть их вниманием. А завладеть вниманием аудитории во время недели дизайна с ее сотнями мероприятий — это вообще высший пилотаж.
Выставка работала сразу на двух уровнях. Можно было зайти, сказать «вау», быстро обежать все залы и двинуть дальше по своим делам. Или залипнуть там надолго, изучая экспонаты, — если вдруг в разгар недели дизайна у тебя много свободного времени.
#милан2023
Почему не показывала раньше? По техническим причинам: хотела снять видео, но оно обернулось тыквой, поэтому ждала пресс-материалов от самой фабрики.
Итак, почему же эта экспозиция лучшая (или одна из лучших)? Разберем по пунктам.
Найти неочевидное помещение в центре Милана — уже успех. Выставка проходила в бывшем банковском хранилище, буквально в пяти минутах от Дуомо.
Смелая сценография. Часть подиумов, на которых встала мебель, была сложена из старых банковских сейфов, где-то насыпали горки из песка (или чего-то на него похожего). Некоторые предметы деконструировали. Детали стеллажа Velivero Франко Альбини заняли целый стол, на котором были разложены так, словно каждая из них — отдельный ценный экспонат. Не знаю, какой был бюджет у этой инсталляция, но по моим ощущением все это было относительно бюджетно.
Освещение. Русскоязычные посетители выставки прозвали экспозицию «Кассина красная». Осветить выставку красными лампами — затея безумная, но невероятно эффектная.
Звуковое сопровождение. Периодически в залах раздавался какой-то странный грохот. Вместе со светом это погружало посетителей в другую реальность и помогало завладеть их вниманием. А завладеть вниманием аудитории во время недели дизайна с ее сотнями мероприятий — это вообще высший пилотаж.
Выставка работала сразу на двух уровнях. Можно было зайти, сказать «вау», быстро обежать все залы и двинуть дальше по своим делам. Или залипнуть там надолго, изучая экспонаты, — если вдруг в разгар недели дизайна у тебя много свободного времени.
#милан2023
🔥25👍9❤8😱1
В Нью-Йорке выставили на продажу особняк, в котором жила Миранда Пристли, главный редактор вымышленного журнала Runway из фильма «Дьявол носит Prada». Цена недвижимости — 27,5 млн долларов.
Шестиэтажный дом общей площадью 1100 м² с семью спальнями построен в 1907 году в стиле итальянского неоренессанса. Нынешний его интерьер был сделан как раз перед съемками фильма, а его авторы — легендарный дуэт Diamond Baratta, больше, к сожалению, не существующий.
📷 Krisztina Crane for Evan Joseph Studio/Modlin Group
Шестиэтажный дом общей площадью 1100 м² с семью спальнями построен в 1907 году в стиле итальянского неоренессанса. Нынешний его интерьер был сделан как раз перед съемками фильма, а его авторы — легендарный дуэт Diamond Baratta, больше, к сожалению, не существующий.
📷 Krisztina Crane for Evan Joseph Studio/Modlin Group
👍46❤22🔥14
В “Садовых кварталах” открылось бистро Rebecca с еврейскими акцентами в кухне и отсылкой к Франции в интерьере и винной карте. Авторы проекта — Валерий Лизунов и Сона Гамзян из бюро Archpoint.
Особенностью заведения, кухней которого заведует шеф-повар Григорий Чунихин, стало совмещение форматов: утром это скорее кофейня с собственной пекарней, а днем и вечером — полноценный ресторан.
Интерьер сделан на контрасте с современным архитектурным окружением. Перед авторами проекта была задача сделать пространство, напоминающее парижское кафе, открытое представителями еврейской общины — уютное и с отсылками к традициям, но без ухода в стилизацию.
В итоге здесь довольно строгая оболочка — серый бетонный пол и потолок в сочетании с декоративной штукатуркой на стенах, а вот в обстановке много дерева, есть отреставрированная винтажная мебель и встроенный диван вдоль одной из стен. В центре помещения поставили декоративный стол-постамент, в углу — буфет, а длинную барную стойку снабдили мраморной столешницей. Самая душевная деталь — длинные зеркала на стене а-ля бабушкин интерьер. Они, как и столики, сделаны Archpoint.
Дополняет всю эту картину неожиданная деталь — подвешенная в одном из углов ветка. С некоторых ракурсов кажется, что она растет прямо из стены.
📷 Ольга Мелекесцева
Особенностью заведения, кухней которого заведует шеф-повар Григорий Чунихин, стало совмещение форматов: утром это скорее кофейня с собственной пекарней, а днем и вечером — полноценный ресторан.
Интерьер сделан на контрасте с современным архитектурным окружением. Перед авторами проекта была задача сделать пространство, напоминающее парижское кафе, открытое представителями еврейской общины — уютное и с отсылками к традициям, но без ухода в стилизацию.
В итоге здесь довольно строгая оболочка — серый бетонный пол и потолок в сочетании с декоративной штукатуркой на стенах, а вот в обстановке много дерева, есть отреставрированная винтажная мебель и встроенный диван вдоль одной из стен. В центре помещения поставили декоративный стол-постамент, в углу — буфет, а длинную барную стойку снабдили мраморной столешницей. Самая душевная деталь — длинные зеркала на стене а-ля бабушкин интерьер. Они, как и столики, сделаны Archpoint.
Дополняет всю эту картину неожиданная деталь — подвешенная в одном из углов ветка. С некоторых ракурсов кажется, что она растет прямо из стены.
📷 Ольга Мелекесцева
❤37👍16🔥2
Тревожные новости из Милана: мы можем лишиться мемориальной студии Акилле Кастильони. Для итальянского дизайна Кастильони — как Пушкин для российской литературы. Помещение на Пьяцца Кастелло братья Акилле и Пьер Джакомо сняли в 1962 году (они работали вместе вплоть до смерти Пьера Джакомо в 1968 году и создали такие знаменитые вещи, как светильник Arco или стул с велосипедным седлом Sella). В 2002 году, когда и Акилле ушел из жизни, его дети сохранили студию нетронутой и сделали там музей. Но сейчас владельцы здания просят освободить помещение, и обстановка студии будет утрачена.
Архитектор Пьерлуиджи Мазини запустил петицию с призывом сохранить уникальное место. Инициативу поддержал директор Триеннале архитектор Стефано Боэри, а среди подписантов есть Патрисия Уркиола и Джаспер Моррисон. Я тоже оставила подпись и призываю вас поддержать эту историю. Подписать можно здесь.
Архитектор Пьерлуиджи Мазини запустил петицию с призывом сохранить уникальное место. Инициативу поддержал директор Триеннале архитектор Стефано Боэри, а среди подписантов есть Патрисия Уркиола и Джаспер Моррисон. Я тоже оставила подпись и призываю вас поддержать эту историю. Подписать можно здесь.
👍33❤16😱5🔥1
Мы продолжаем рассказывать об архитектурных проектах, которые могли бы радикально изменить облик Москвы, но по разным причинам так и не были воплощены в жизнь. Сегодня поговорим про храм Христа Спасителя — история длинная, поэтому мы поделили ее на несколько частей. А целиком текст можно прочитать в Дзене.
👍15🕊4😱2❤1
Большой Кремлевский дворец Василия Баженова не единственный масштабный и нереализованный проект дореволюционной Москвы. В один ряд с ним можно поставить храм Христа Спасителя. И вовсе не тот, который сегодня находится на «Кропоткинской». Был и другой проект, судьба которого во многом рифмуется с историей непостроенного дворца в Кремле. Что касается архитектора, то этот проект и вовсе сломал ему жизнь.
Идея построить храм Христа Спасителя возникла в 1812 году — в честь победы над Наполеоном. Впервые об этом задумался участвовавший в войне генерал Петр Кикин, и тогдашнему императору Александру I этот план пришелся по душе. Учитывая значимость победы над французами, весь символизм храма должен был быть связан с величием России, покровительством бога и так далее. А это значит, что будущий храм требовалось построить с размахом. В результате объявили конкурс, в котором участвовали как русские, так и иностранные архитекторы, известные и не очень.
Фаворитом у публики, которая следила за конкурсом, был проект Андрея Воронихина — к тому моменту он уже построил Казанский собор в Петербурге. Если все предложенные проекты опирались на классицизм, то Воронихин оказался единственным, кто решил добавить в свой проект мотивы русской архитектуры. Но результаты конкурса, длившегося до 1815 года, оказались не в пользу именитого Воронихина, поскольку победил проект мало кому известного архитектора Карла Витберга. Пикантности ситуации добавляло то, что в сущности это был его первый серьезный проект, так как Витберг являлся художником, а к архитектуре всерьез пристрастился именно после объявления конкурса. Сам Витберг был шведом, родившимся в Петербурге. А еще масоном — и это нашло свое отражении в его проекте.
Идея построить храм Христа Спасителя возникла в 1812 году — в честь победы над Наполеоном. Впервые об этом задумался участвовавший в войне генерал Петр Кикин, и тогдашнему императору Александру I этот план пришелся по душе. Учитывая значимость победы над французами, весь символизм храма должен был быть связан с величием России, покровительством бога и так далее. А это значит, что будущий храм требовалось построить с размахом. В результате объявили конкурс, в котором участвовали как русские, так и иностранные архитекторы, известные и не очень.
Фаворитом у публики, которая следила за конкурсом, был проект Андрея Воронихина — к тому моменту он уже построил Казанский собор в Петербурге. Если все предложенные проекты опирались на классицизм, то Воронихин оказался единственным, кто решил добавить в свой проект мотивы русской архитектуры. Но результаты конкурса, длившегося до 1815 года, оказались не в пользу именитого Воронихина, поскольку победил проект мало кому известного архитектора Карла Витберга. Пикантности ситуации добавляло то, что в сущности это был его первый серьезный проект, так как Витберг являлся художником, а к архитектуре всерьез пристрастился именно после объявления конкурса. Сам Витберг был шведом, родившимся в Петербурге. А еще масоном — и это нашло свое отражении в его проекте.
👍17❤2🔥2😱1