Далеко не все большие аэропорты имеют выдающуюся архитектуру, но подъезд к аэропорту выглядит торжественно практически всегда и везде. Едешь по трассе, и в какой-то момент на горизонте появляется и с каждой секундой становится все ближе он — Храм путешествий. Таким был старый терминал Шереметьево-2. Мне всегда казалось, что модернистское здание, построенное командой архитекторов Елькина, Крюкова и Гуревича, стоит на возвышении, хотя это, конечно, не так. Но такова была торжественность момента, даже когда полеты стали обычной частью жизни.

Это я к чему? Вчера ехала в Шереметьево С и в очередной раз ужасалась, насколько там все убого. О приближении к аэропорту узнаешь по нагромождению каких-то ангаров из говна и палок. Дальше — забор с колючей проволокой. Ну а потом конечная остановка — не у здания аэропорта, а почему-то у входа на парковку. Длинные коридоры ведут в зону досмотра, с низкого потолка которой висит нагромождение коммуникаций. Самый страшный провинциальный ТЦ выглядит краше.

Кто автор этого «чуда»? Были ли там вообще архитекторы? Кажется, что территория Шереметьева застраивается без всякого плана, от балды, лишь бы дёшево, а удобство и красота там не ночевали.
В качестве утешения — архивные фотографии Шереметьево-2 с Pastvu.

Наши прекрасные подруги Ирина Маркман, Екатерина Нечаева и Наталья Зенченко из галереи Art & Brut вместе со школой Get Art Fit открыли на прошлой неделе выставку Color Block. Выставка сборная, участвуют девятнадцать художников из разных частей России. Работы, что называется, интерьерные; Art & Brut — это проект дизайн-студии BHD, так что искусство в интерьере для них тема родная. Цены на работы человеческие, что тоже немаловажно. А еще это красиво — смотрите, какая классная экспозиция получилась.

Забавные ручки для дверей и шкафов Kink по дизайну Мартина Могильски для Derlot. Не далее как в субботу видела какую-то железяку, согнутую точно так же. Разве что угол был выведен не так тщательно, у Могильски он ровно 90 градусов.

Подробности у Dezeen.

Как человек, временно оставшийся без горячего водоснабжения, присматриваюсь к общественным баням. Вот в такую я бы сходила.

Общественные бани сенто в Японии цвели пышным цветом после Второй мировой войны. Со временем японцы стали жить богаче, у каждого появилась собственная ванная, и популярность бань пошла на спад. Но энтузиасты остались. Хозяин сенто Когане-Ю из города Комаэ верит в свое дело и решил освежить заведение с помощью архитектора Йо Нагасаки и его бюро Schemata Architects.

Главным выразительным средством стала мятная плитка ручной работы — ее сделали на заказ трех разных размеров и выложили так, что на стенах проявляются рисунки. Где-то — иероглифы, а в зоне бара — гора Фудзи. Милая деталь: номера, нарисованные на дверках шкафчиков в раздевалке, имитируют эти плиточные узоры.

📷 Ju Yeon Lee

Подробности у Archdaily

Я уже рассказывала про Гарри Стейта, британского оригинала, который коллекционирует винтажную IKEA. Но оказывается, не такой уж он и оригинал — бойкая торговля старыми моделями шведского бренда идет, например, на онлайн-аукционе 1stDibs.

Журнал Waller даже сделал подборку с рекомендациями, но мне кажется, гораздо приятней порыться там самостоятельно. Самое интересное, на мой вкус, — это вещи, спроектированные для IKEA дизайнерами с именем. И не только на заре карьеры — кресло Вернера Пантона, к примеру, датировано 1993 годом. Впрочем, по цене эти предметы не сильно отличаются от безымянных.

На фотографиях:
- кресло Winni 1950-х годов, $2200,
- кресло Vilbert D по дизайну Вернера Пантона, 1993 год, $1775,
- бра Gyllen, 1990-е годы, $375,
- кресла Anna Chairs по дизайну Карин Мобринг, 1960-е годы, $945 за пару,
- вентилятор Nomade Led по дизайну Матали Крассе, $327.