Знаю про родителей, которые — с целью воспитания хорошего вкуса у подрастающего поколения — подвергают строгому фейсконтролю все попадающие в дом игрушки. А что вы скажете про фейсконтроль собачьих аксессуаров? Если многократно обслюнявленный плюшевый мишка в роли любимой игрушки — совсем не то, чего достоин ваш питомец,
то вот практически безупречная альтернатива. Earth Rated делает моднейшие игрушки, кормушки и держатели пакетов для фекалий. Обещают, что понравится все это добро не только собаководам-эстетам, но и самим животным.

Музей искусств и ремесел Гамбурга обзавелся новым фойе, которое выглядит так, словно авторы интерьера Studio Besau-Marguerre съездили в апреле в Милан на неделю дизайна и оперативно перетащили в проект все цветовые тренды. Учитывая, что вся работа уложилась в четыре с половиной месяца, версия вполне жизнеспособная. Впрочем, судя по их сайту, яркими цветами и колорблоком студия увлекается уже давно.

Подробности у Design Milk

📷 Brita Sönnichsen

Чтобы вы не думали, что я окончательно впала в разноцветное безумие, покажу совсем другой проект, который мне тоже безумно нравится. Это Casa Nogal, дом в Испании, который спроектировал Рауль Альменара.

Предполагаю, что в реальной жизни мебели здесь все-таки побольше — в описании сказано, что это семейный дом, а не жилище отшельника, так что хозяевам явно требуется чуть больше одного стула. Осел в кадре тоже намекает, что съемку делали до того, как заказчики Альменары справили новоселье.

В любом случае здесь очень здорово обыграна популярная у современной архитектуре идея единения дома и природы. Стол, «пронзающий» стекло, выглядит так убедительно, что я сперва даже поверила в то, что это цельный объект, а не две половинки, отлитые из бетона по разные стороны фасада.

Подробности у Yellowtrace

📷 Juan Baraja

Есть интерьеры, которые снимали уже сто раз и будут снимать снова, — легендарные. Квартира Карло Моллино в Турине как раз такая.

Моллино — архитектор и дизайнер, родился в 1905-м, умер в 1973-м, так что был современником множества совершенно разных эпох в дизайне. Наследие, которое он нам оставил, не так велико (Моллино получил изрядное наследство и работал скорее для удовольствия, чем ради денег), но был таким оригиналом, что его «закидонов» хватило бы и на дюжину нескучных человек. Он интересовался авиацией настолько, что сам выучился на пилота, участвовал в автомобильных гонках в боллиде собственного дизайна, серьезно занимался фотографией — даже написал о ней книгу. Другое сочинение Моллино — руководство для начинающих горнолыжников. Говорят, инструкторы учат по нему своих подопечных по сей день.

После смерти архитектора в его квартире нашли сотни эротических полароидных снимков. Фотографировал, естественно, сам Моллино. По-барочному избыточные интерьеры как нельзя лучше подходили для производства куртуазной обнажёнки.

При этом архитектор в квартире никогда не ночевал (для этого у него было еще три дома на выбор) и никому не показывал (кроме своих моделей, разумеется). Вроде как он планировал провести здесь последние годы жизнь, но смерть настигла его раньше, чем он осознал ее приближение.

Еще удивительней, что квартира, в которую Моллино вложил столько сил, была в аренде. Предполагалось, что после его смерти она отойдет другому съемщику и весь этот антураж будет разрушен. Не случилось этого исключительно благодаря инженеру Альдо Вандони, который двадцать лет арендовал квартиру под офис, почти ничего в ней не меняя. А музеем она стала в 1999 году — стараниями Фульвио Феррари, исследователя наследия Моллино, написавшего о нем множество книжек.

Подробности у Openhouse

📷 Fabian Martinez