Бескаркасная мебель дает много свободы, но и ограничений в плане изобретения новых форм накладывает выше крыши. Предметы из дебютной коллекции французского дизайн-дуэта NARA. (Нара Ли и Давид Нураши) напоминают миллион других моделей-предшественниц. Но, кажется, только эти дизайнеры придумали складывать свою мебель в такие классные пирамидки. Не сказать, что это полезно в практическом смысле, но как маркетинговый ход — бомба.

Эффектность композициям обеспечивает обивка из тканей Kvadrat, а сама коллекция называется Family. — в моем вольном переводе «Веселая семейка». Точки после названия бренда и коллекции — это не моя опечатка, а часть брендинга.

Подробности у Design Milk

Доротея Мейлихзон переделала еще один старый отель для Experimental Group. Здание Regina Experimental в Биаррице построено в 1907 году по проекту Анри Мартине, а его главное украшение — 15-метровый атриум со стеклянной крышей, в котором Мейлихзон установила высокие плетеные скульптуры.

Барную стойку дизайнер задумала как посвящение Эйлин Грэй, на ковровые покрытия добавила схематичный рисунок волн, но мне здесь больше всего нравятся массивные лаковые изголовья в номерах.

📷 Mr. Tripper
Подробности у Dezeen

Еще один отельный проект Мейлихзон смотрите здесь.

Данияр Удербеков, чья дебютная коллекция за последний год объехала все мыслимые выставки и даже добралась до Милана, продолжает эксперименты с войлоком и бесшовными технологиями, почерпнутыми у кочевых народов Азии.

Новая работа дизайнера — оммаж креслу Butterfly по дизайну Антонио Бонета, Хуана Курчана и Хорхе Феррари Хардоя. “Мне стало интересно, как кресло, спроектированное в Южной Америке, было бы переосмыслено номадами в суровых условиях севера Казахстана", — рассказывает Данияр. Кресло имеет опоры из дерева, соединенного креплениями из переработанного пластика, и укутано фетром из овечьей шерсти. Идея с суровыми северными условиями отыграна по-честному — модель не боится снега.

Вторая новинка — светильник из тонкого войлока. Материал пропитан экологически чистым составом, который фиксирует форму абажура. Одна из ножек напечатана из вторичного пластика, остальные две — у-образная коряга, найденная в лесу.

#знайнаших

Ле Корбюзье отлично продает. Думаю, немногие захотели бы жить в «лучезарном городе», который он предлагал построить на месте Парижа, но когда речь идет о чем-то более человечном, то имя архитектора на бирке превращается в большущий маркетинговый козырь. Вот, например, испанская марка Tekla уже в третий раз выпускает пледы в цветах из палитры Architectural Polychromy, которую Ле Корбюзье разрабатывал с 1931 года.

Не знаю, что думал сам архитектор о мохеровых пледах, но его автограф на ярлыке наличествует. А цвета и правда красивые.

Подробности у Wallpaper

Новые #планынавыходные с Николаем Банниковым. На этот раз из Санкт-Петербурга.

Есть два типа людей. Те, кто терпеть не могут Васильевский остров, и те, кто его обожают. Первая группа глубоко заблуждается, не будем им мешать. Сегодня три классных места на Васильевском, о которых не все знают.

Академия художеств на Университетской набережной, 17
Большинство обходит стороной это седое здание на набережной, а зря. За входной дверью вас ждет застывшая эпоха Просвещения. Это программное здание Екатерины II, с которого в России начался классицизм. Посмотрите прекрасные интерьеры холла и поднимитесь в музей, созданный для студентов, — частая практика в XIX веке.
Лайфхак: утром по воскресеньям в церкви Академии проводятся службы. Неплохой повод увидеть здание изнутри — путь к храму пролегает через многие коридоры и лестницы. По пути вы встретите не меньше открытых мастерских — почему бы не заглянуть и туда!

Дом Михаила Боткина на набережной Шмидта, 41
Обязательно для посещения любителям зрелой эклектики и творчества Николая Рериха. Первые найдут тут невероятного качества двери, резные панели, метлахские полы и гигантский камин в мансарде, а вторых ждет уверенная экспозиция художника. Хочется особенно отметить вежливость всего персонала музея.
Я очень люблю набережную Шмидта — это прекрасный вид на город, два уровня прогулочных дорожек и много красивых домов вдоль воды.

Воскресенская церковь на Смоленском кладбище, Камская 11
Редкий для Петербурга пример стилизации не европейского, а московского стиля — нарышкинского барокко. Прототипом здания времен ар-нуво по проекту архитектора Демяновского стала Успенская церковь на Покровке. Интерьер смотреть не стоит — полированная плитка и самоварное золото вас не вдохновят, а вот снаружи любопытно. Если отойти подальше к мосту, то видно как неслучайно объем здания вписан в среду — храм словно вырастает из реки. По соседству есть старое лютеранское кладбище. Готические надгробия из мрамора и чугуна. Красиво!