Дизайнер Катя Сванидзе переехала в Словакию и оформила для себя апартаменты в курортном местечке Липтовский Ян.

Полная версия текста, план и фотографии с подписями ожидают вас в Дзене.

Из офиса — в жилье Липтовский Ян находится в регионе Низкие Татры. Сюда приезжают на отдых — ходят на лыжах, занимаются хайкингом, отмокают в источниках. Квартира Кати Сванидзе находится в бывшей хозпостройке при Святоянских термальных куплях, в жилье она превратилась в 1990-е годы. Делая ремонт, дизайнер инспирировалась архитектурой Чехословакии 1970-х годов — примерно тогда и был построен этот дом.
По словам Кати, ремонт был по большей части косметическим, сильнее всего она переделала ванную. При площади 55 м² бюджет проекта составил около 20 тысяч евро.

Плитка внутри и снаружи Главной отсылкой к архитектуре 1970-х стала удлиненная фасадная плитка. “Она исторически используется на территории Восточной и Центральной Европы для облицовки частных и общественных зданий — бассейнов, домов культуры и так далее”, — рассказывает Катя.

Это, кстати, не первый раз, когда она оформляет плиткой не мокрые зоны, а жилые помещения. В своей московской квартире она использовала плитку из ракушечника, которая часто встречается в НИИ, общественных зданиях эпохи модернизма или, например, в Новой Третьяковке на Крымском Валу.

Здесь одна и та же плитка задействована для оформления балкона и пилонов внутри квартиры. Панно из плитки появилось и в прихожей: “Я собрала его из керамики 1970-х годов, которую сперва пришлось отмывать от слоя пыли, скопившейся на ней за пятьдесят с лишним лет”.

Мебель из фанеры Кровати как таковой в спальне нет — вместо нее Катя построила подиум из фанеры, положила на него ортопедический матрас и дополнила изголовьем. Для “родной” межкомнатной двери со стеклянной вставкой заказала фанерный короб. Шкафы под окнами и кухонный блок тоже сделаны по эскизам дизайнера — и тоже из фанеры. Этот материал здорово вписывается в модернистскую эстетику.

📷 Matej Hakár
Продолжение в Дзене
Чтобы связаться с дизайнером, жмите сюда

Принцип «белый верх — черный низ» можно обыгрывать до бесконечности, и в архитектуре тоже. Сандра Микаэла Казинья построила недалеко от Порто двухэтажный особняк, где антитезой совершенно прозрачному низу стал верх, скромно прикрывающийся необычными ограждениями балконов. Архитектор решила уподобить дом цветку; балконные «отростки» в ее интерпретации — это как раз лепестки, тянущиеся к солнцу. Жаль только, что ничего сколько-нибудь секретного на этих балконах нет.

📷 Ivo Tavares Studio

Подробности на ArchDaily

Классный коллаб мебельного бренда Hay и универмага Liberty. Светильники Matin Lamp по дизайну Инге Семпе впервые появились в 2019 году, а теперь у них появилась версия с абажурами из ткани, принты для которой взяли в текстильных архивах универмага.

Птицы тоже должны жить красиво. В Чикаго сейчас идет выставка Джейсона Сардженти, архитектора, который на досуге проектирует скворечники, отсылающие к известным зданиям, фильмам и танцевальным клубам, — источники вдохновения представлены в широком ассортименте.

Например, розовый скворечник сделан по мотивам нью-йоркского здания AT&T, построенного Филипом Джонсоном. Vermonter — это миниатюрная версия дома, в котором разворачиваются события фильма «Битлджус» Тима Бертона. Скворечник в форме креста — это переосмысленный флаер клуба The Haçienda в Манчестере.
А круглый домик сделан в честь Лауры, героины сериала «Ремингтон Стил». Полный набор скворечников и их описание — на сайте галереи. Не уверена, что птицы оценят, с человеческой точки зрения довольно забавно.

При работе с руинированными памятниками прошлого помимо крайностей — вернуть «как было» и законсервировать развалины — есть и третий вариант, когда современные элементы дополняют сохранившийся исторический костяк. Он хорош, когда есть задача не просто сохранить, а реанимировать старинное здание — найти ему новую, а иногда и вернуть старую функцию.

Именно так и действовал Эмиль Юркан, разработавший проект реконструкции римского амфитеатра в хорватской Истрии. Подход тем более логичный, что амфитеатр уже и так несколько раз перестраивали. Новые элементы восполняют утраченные детали, но выглядят подчеркнуто контрастно — Юркан придумал сделать их из бетона и стали. Теперь в античном сооружении снова можно показывать театральные постановки и давать концерты, его открытый зал готов принять до 1200 зрителей.

📷 Bas Princen
Подробности у Diversare