Братья Ронан и Эрван Буруллек ради благотворительности отдали на растерзание свой стул Belleville — полсотни дизайнеров сделали свои версии этой модели, чтобы потом продать их с аукциона в пользу фонда La Source Garouste, который работает с социально неблагополучными подростками.

Коллеги были довольно безжалостны — Элиза Фуин вообще оторвала стулу ножки и превратила сиденье в зеркало. Среди участников проекта были также Кристиан Лубутен, Констанс Гиссе и Филипп Старк — он со свойственной ему нескромностью оставил на стуле свой автограф. Авторов остальных переделок смотрите у Wallpaper.

Строили, строили — и наконец сфотографировали! Гостиничный комплекс в парке «Кудыкина Гора» работает уже год, но достойные фотографии этого проекта бюро Megabudka появились только недавно.

Это их вторая работа в парке — началось все в 2021 году с Центра гостеприимства, терема с черным фасадом. Megabudka — едва ли не единственное бюро, которое размышляет, каким может быть современный русский стиль в архитектуре. Но если Центр гостеприимства был признан удачей, то вокруг гостиницы в соцсетях бюро много спорят. Спрашивают: а что здесь, собственно, русского?

Мне самой этот проект нравится — как раз тем, что в нос не бьет с порога русским духом. Это не аттракцион, а прежде всего отель, построенный, как подчеркивают авторы, “с опорой на экономическую модель”.

Три корпуса гостиницы — сблокированные номера. Megabudka как бы противопоставила их уже имевшимся в парке гостевым домикам: последние устроены так, что их обитатели невольно воспринимают прилегающий участок как “свой” и строят невидимые заборы, а постояльцы гостиницы не будут приватизировать территорию даже мысленно. Тут, наоборот, царит коллективизм — номера выходят на обращенные внутрь комплекса галереи, которые задуманы как место отдыха и сошиалайзинга. Если же хочется уединения, то другой стороной окна комнат и их лоджии смотрят на реку.

Архитекторы намеренно отказались от ограждения галерей, чтобы “заземлить” архитектуру, — летом там будет буйствовать трава, а зимой дома обступают сугробы. В этом единстве с природой тоже можно усмотреть “русский код”, но он здесь присутствует и в более очевидных форматах. Например, белые оштукатуренные корпуса — это отсылка к мазанкам, типичным для славянской сельской архитектуры. В торцевых объемах корпусов считывается образ русской печи, а маленькие арочные окошки на боковых фасадах заставляют вспомнить петровские палаты.

Внутри царит полный минимализм, но милые детали вроде “русских” зеркал и расписных изразцов над кроватями позволяют сказать, что это минимализм с русским лицом.

📷 Ольга Мелекесцева, Илья Иванов

Обычные голландские #домики? Я тоже сперва так подумала, а потом рассмотрела картинку получше. У того, что в середине, фасад не кирпичный, как у собратьев, а выложенный объемной керамической плиткой, напечатанной на 3D-принтере. Крупным планом напоминает окрас рыбки Немо из мультфильма. Авторы проекта из студии Studio RAP рассказывают, что вдохновлялись коллекцией керамики из Рейксмюсеума. Такое вот прочтение традиций на новый лад.

📷 Riccardo De Vecchi

Подробности у Archdaily

Снова с нами Николай Банников и его #планынавыходные. Возет в Гатчину.

Гатчинское направление не самое известное среди туристов. И даже местные знают эти земли очень поверхностно — далеко не все были в Гатчинском дворце, а о старых усадьбах и говорить нечего. Сегодня хочу исправить ситуацию и приглашаю вас гулять.

Рождествено, архитектор Николай Львов (предположительно)
Палладианская вилла дяди Владимира Набокова (через реку на возвышении располагалась ныне утраченная Выра, родовое имение самого писателя). Выгодное расположение и отличные видовые характеристики спасли виллу от гибели. Сегодня, несмотря на минимальное финансирование, здесь располагается краеведческий музей. Ждём окончания реставрации дома, чтобы увидеть его во всей красе.

Белогорка, архитектор Владимир Тавлинов
Роскошный дом в стиле северного модерна ожидаешь увидеть в этих краях меньше всего. История усадьбы отсылает к предводителю дворянства Белю: сначала ее называли Горкой, потом Беля горкой и только потом — Белогоркой. Вилла принадлежала праправнучке знаменитого в Москве и Петербурге купца Александра Елисеева. Пусть интерьеры сегодня утрачены, но фасад вас точно порадует и удивит. Наблюдая историю подобных усадеб, приходишь к мысли: если уж решил строить виллу в России, делай это ближе к мегаполису, пусть сохранится на радость потомкам.

Сиворицы, архитектор Иван Старов (предположительно)
Мощный барский дом в стилистике строгого екатерининского классицизма появился благодаря тайному советнику Петру Демидову. Постройка прекрасно вписана в ландшафт и эффектно выглядит с шоссе. Через живописный пруд по оси здания пролегает регулярная аллея, завершает которую изящная ротонда-беседка. В конце XIX века усадьбу продали, и вскоре в ее стенах разместилась психиатрическая лечебница под руководством знаменитого Петра Кащенко. Интересно, что это не единичный случай подобного приспособления усадеб в дореволюционном Петербурге. То же самое было сделано и с дачей Орлова на Петергофском шоссе под Стрельной.

📷 Pavlikhin, Uz1awa, SadPetzl