Все снова заходят в зал. Судьи вышли из совещательной комнаты. Судья Муранов зачитывает вопросы, которые поставят перед экспертом: имеется ли на записи устная речь Филинкова и Бояршинова, имеются ли признаки монтажа, каково дословное содержание.

Муранов говорит, что экспертиза «дело небыстрое». Мера пресечения подсудимых истекает 11 июля, прокурор Качурина просит продлить ее до 11 сентября.

Виктор Филинков просит перевести его под домашний арест, жилье ему готова предоставить журналистка «Новой газеты» Татьяна Лиханова. Судья спрашивает, кем она приходится Филинкову. «Мы сограждане», — отвечает Лиханова.

Бояршинов тоже просит домашний арест.

http://amp.gs/dSDE

Судьи возвращаются и сразу начинают зачитывать решение по мере пресечения — продлить до 11 сентября, поскольку обстоятельства не изменились.

Следующее заседание — 6 июня в 11:00.

​Продление ареста анархисту и аспиранту мехмата МГУ Азату Мифтахову ожидается завтра, 5 июня, в Головинском районном суде г. Москвы (ул. Зои и Александра Космодемьянских, 31к2) в 14:00.

По сообщению группы поддержки, в недавних письмах Азат выражает обеспокоенность, не оскорбились ли пришедшие на суд люди, когда на апелляции 23 мая им сообщили, будто бы он сам отказался от участия, и просит донести до присутствовавших в тот день, что не поступил бы таким образом, так как ценит всю вашу поддержку. И будет рад видеть вас на ближайшем суде!


На фото - один из участников одиночных пикетов в поддержку Азата, которые прошли 3 июня у Генеральной прокуратуры РФ.

В Пензенском областном суде сегодня очередное заседание по делу "Сети". Участники процесса уже в зале, мы начинаем онлайн трансляцию.

В зал пригласили свидетеля Максима Симакова, он дает показания со своим адвокатом.
Симаков отвечает, что знаком с Пчелинцевым, Шакурским, Черновым, Иванкиным.

Симаков:
С Шакурским познакомился на тренировке по единоборствам, общались только на тренировках, где-то в 2017 году увидел его у деканата и узнал что он поступил в институт.
С Пчелинцевым познакомился году в 2009, общались тоже на тренировках и в ресторане. Я увлекался хардболом, Пчелинцев - страйкболом. С Пчелинцевым общались на тему страйкбола до 2015 года примерно.
С Иванкиным познакомился в ресторане.
С Черновым познакомился на тренировке по единоборствам, общались только там. После того как я завязал с единоборствами, общались в спортзале “Алекс фитнес”.

Симаков продолжает отвечать на вопросы прокурора:
- Где проходили игры?
- Один раз играли где Ахунский переезд, ещё где-то в сторону чемодановки что-ли, точно не помню, я не знаю как ехать, у меня нет машины, меня привозили.
- А кто?
- Другие ребята, не эти.
- Где-то ещё встречались, кроме тренировки по единоборствам?
- В ресторане.
- Ну так отношения у вас нормальные были?
- Ну да, нормальные, но не особо много общались, у меня не очень много времени для общения.
- А о чем общались?
- Ну мог рассказать что в университете интересного, о девушках.
- Разговоры о недовольствах властью были?
- Ну да, один раз, о качестве дорог, когда Дима, попал в аварию.
- А ещё?
- Ну что коммуналка дорожает, какие-то такие темы
- На вас оказывалось давление во время допроса?
- Нет
- Вы рассказывали там все, что реально происходило?
- Да

Вопросы Симакову задают адвокаты:
- Вы ранее сказали, что при допросе заходили еще люди, кроме того, кто допрашивал. Вы можете пояснить кто они?
- Нет, они не представлялись.
- Вы читали протокол перед подписью?
- Поверхностно.

Судья: Поясните в связи с чем вас допрашивали?
Симаков: Мне сказали, что на меня дали показания, т.к. я имею техническое образование, что я изготавливал взрывчатые вещества, и кто-то их использовал. В связи с этим меня задержали.
- Вас задерживали?
- Ну я не знаю как это назвать.
- Вас вызвали на допрос?
- За мной просто приехали в университет.

Судья продолжает допрос Максима Симакова:
- Знаете ли вы, принадлежал ли кто-то из подсудимых к радикальным течениям?
- Шакурский - антифашист, Пчелинцев - вегетарианец.
- Расскажите как проходили игры?
- Приезжали, надевали экипировку, проверяли готовность страйкбольного оружия, делились на команды.
- А сколько человек участвовало?
- В хардболе человек 10, в страйкбол однажды человек 70 было.
- Кто предлагал сценарий?
- Да я не помню, каждый раз разные.
- А как команды назывались?
- По-разному, делились на месте, по цвету одежды, на чёрных и зелёных, например.

Симаков рассказывает о том, что приводы зимой очень быстро разряжаются, тяжело зимой играть с ними. Что экипировка могла полностью копировать форму спецслужбы.
Судья: Поражающей силой что являлось в играх?
Симаков: Пульки
- Из чего они?
- В хардболе из меди по моему
- Калибр какой?
- Не помню

Прокурор просит огласить показания Симакова частично. Защита возражает. Суд удовлетворил ходатайство прокурора.

Прокурор зачитывает показания Симакова на предварительном следствии: Пчелинцев пригласил заниматься страйкболом, в ходе общения Пчелинцев рассказывал о несправедливости со стороны органов власти, что необходимо менять власть вооруженным путем. В ресторане мне сказали, что ходят слухи, что я якобы состою в организации Пчелинцева, которая готовится к свержению власти.

Симаков очень удивлённо спрашивает: “Это что с моих слов записано?” Прокурор приглашает посмотреть подписи, Симаков говорит, что расписывался только 2 раза. Указывая на какую-то из подписей, говорит, что она ему не принадлежит. Говорит, что ничего не говорил про вооруженный путь.

Допрос Максима Симакова окончен.

В зал пригласили свидетеля Антона Шульгина. На вопросы прокурора он отвечает, что знаком только с Шакурским. Познакомились в школе в 2011 году, Илья тогда уже был известен как социальный активист, их объединяли антифашистские взгляды. Вместе проводили разные мероприятия, развлекательные и социальные, по очистке реки и уборке улиц.

Шульгин - на вопрос прокурора, обсуждал ли с Шакурским перемены в стране: Ну обсуждалось, что дороги не нравятся, например, коррупция, но это всем не нравится. На таком уровне. Что можно проголосовать за другого кандидата, например. То есть что нужно принимать участие в обществе и жизни страны.

Адвокат: Расскажите как вы на допрос попали?
Шульгин: На меня изначально оказывали давление, задавали вопросы о которых я никакого понятия не имел. Один задавал вопросы, если ответы им не нравились, второй начинал кричать на меня, давили психологически, использовали ненормативную лексику. Это на обыске было. Привезли потом в отдел ФСБ, допрашивали, время было 1-2 ночи.
Говорит, что его показания в протоколах лишь на половину не соответствуют действительности: “Первая часть протокола это мои слова, а все остальное - я даже таких слов не знаю, какими там написано”.

Прокурор просит огласить показания Шульгина. Защита возражает. Суд удовлетворил ходатайство прокурора. В протоколе указано, что допрос начат в 20.55, закончен в 22 часа.

Шульгин рассказывает, как велся протокол на допросе. Говорит, что ему задавали вопрос: Призывал ли Шакурский к радикальным действиям? На ответ “Не призывал”, спрашивали: “А почему, как ты думаешь?”
Шульгин: Вот что я должен был ответить на это? Я излагал свои обоснования, что это просто не имеет никакого смысла, но они писали, как хотели. И так было по всем вопросам. Следователь зачитал просто мне показания, я не перечитывал, просто подписал, чтобы быстрее уйти оттуда, т.к. мне было очень страшно, отец показания не читал.

На момент допроса Шульгину было 17 лет, допрос проходил в присутствии его отца.
Адвокат: Вас предупредили о том, что при допросе несовершеннолетнего обязательна видеосъёмка?
Шульгин: Меня спросили, будем вести видео съёмку или нет? Я отказался.

Шульгин также рассказал, что следствие запросило его компьютер. Сказали: “Введи пароль и покажи, что у тебя там есть запрещенного, или мы изымем и найдём сами, что нам нужно”. Он сказал, что запрещенного ничего нет, показывать нечего, забирайте. Системный блок изъяли, и до сегодняшнего дня так и не вернули, хотя Шульгин неоднократно звонил в отдел.

После короткого перерыва суд продолжает допрос Антона Шульгина.
Судья: Вы сказали, что вас допросили ночью, а в допросе написано что начали допрашивать в 20.55?
Шульгин: Когда меня допрашивали, отец спросил, почему время они пишут, которое не соответствует настоящему? Они сказали, что, у них очень много дел, они ничего не успевают, поэтому пишут так, чтобы все по графику было.

Судья: Как мы поняли, вы не подтверждаете те, показания, что зачитал прокурор, ссылаясь на то, что следователь изложил ваши слова в свободной форме?
Шульгин: Да, не подтверждаю.
Допрос Антона Шульгина окончен.

Пригласили свидетеля Анатолия Уварова. Он отвечает прокурору, что знаком со всеми подсудимыми, кроме Армана Сагынбаева. С Пчелинцевым познакомился в школе, лет 11 назад. С Шакурским познакомился году в 2010-11 на каком-то концерте. С Куксовым познакомился на фримаркете. С остальными особо не общался, не помнит, когда познакомились. Связывали с подсудимыми общие интересы, музыка. Встречались в разных местах.
- Если вы заранее договаривались о встречах, в чем была их цель?
- Получение общения и взаимного удовлетворения от него.
- Были среди вас дискуссии по политическому устройству, недовольства?
- Дороги плохие, ну новости какие-то, каждый день что-то меняется.
- Каким спортом занимались вместе?
- Единоборствами, пауэрлифтингом.
- А страйкболом занимались?
- Я нет, ходил в поход с ребятами один раз.
- Кроме плохих дорог ничего не обсуждали?
- Я не могу сейчас вспомнить. Каждый день что-то новое происходит.

Шакурский: Ты знал о моем конфликте с Пчелинцевым?
Уваров: Да, кажется ты говорил, что думал, что он у тебя хочет девушку увести.

Суд: На основании чего вас по делу допрашивали?
Уваров: По подозрению в том, что я состою в террористической организации.
- Вас вызывали на допрос?
- Ко мне пришли с обыском, потом отвезли в отдел.
- Вы помните, какие показания давали на допросе?
- Да. Так же помню, что многое в этом допросе я не говорил.
- Это откуда вы знаете?
- Ну я примерно помню, что там было.
- А почему давали те показания?
- Потому что на меня оказывали давление.
- Каким образом?
- При обыске если оперативникам не нравилось, что я отвечаю, они били меня по ребрам, по голове, потом это продолжалось уже в управлении ФСБ. Мне угрожали, что подкинут наркотики, если я не дам показания, которые им нужны

Адвокат: Включались ли компьютеры при обыске при понятых?
Уваров: Компьютер и так был включён, и я настаивал на том, чтобы они осмотрели содержимое при мне. Но они не стали ничего смотреть.

Прокурор: То есть вас били при понятых?
Уваров: Не уверен, я не следил за ними, на меня надели наручники, и я лежал на полу.

Шакурский: Ты можешь опознать тех, кто тебя били?
Уваров: Нет, они были в масках.
Шакурский: Ты видел в отделе кого-то из подсудимых?
Уваров: Да, я видел, как тебя вели, и видел Васю, у него была свежая ссадина на все лицо.

Адвокат: Вас везли в наручниках?
Уваров: Да. Перед допросом я был в наручниках, нас поставили на коленях и заставили вслух читать уголовный кодекс про терроризм и пересказывать.
Адвокаты спрашивают контакты друзей, которые пришли к Уварову во время обыска, и их вместе с ним доставили в отдел.
Адвокат: У вас была реально возможность не подписывать протокол?
Уваров: Нет, меня бы продолжили шантажировать и избивать.

Адвокат: Вам сказали что вы можете пригласить адвоката?
Уваров: Я просил адвоката, но мне не давали позвонить. Я позвонил маме уже в 4 утра и сказал, что мне нужен адвокат.

По ходатайству прокурора суд оглашает показания Уварова, данные на предварительном следствии. Согласно протоколу, Уваров был допрошен в качестве свидетеля, допрос начался в 18.30.

Прокурор зачитывает показания Уварова из протокола: Спайк рассказал мне, что создаётся организация “Восход”, для продвижения идей анархизма. Он попросил меня написать основные направления. Основной деятельностью Восхода является дестабилизация ситуации в стране, нападения на представителей правоохранительных органов и т.д. Рассказал, что проводятся тренировки в лесной местности, также говорил, что у членов организации есть оружие и проходят тренировки по овладению оружием. Какой состав неизвестно, знаю, что туда входит, Зорин, Куксов, Шакурский, Фролова.

Уваров комментирует: Единственное, что там правда, это то, что я помогал Шакурскому писать материал, но названия “Восход” я не говорил, и оно мне неизвестно.

Шакурский: Можешь охарактеризовать меня, мог ли я преследовать какие-то террористические цели?
Уваров: Могу. Илья занимался всегда социальной деятельностью, был на виду, никакого отношения к терроризму он не имеет.
- Я правильно понял, что документ с которым ты мне помогал никакого отношения к терроризму не имеет?
- Нет конечно, это проект по объединению единомышленников, чтобы делать добрые дела.

Судья: Следователь оказывал при допросе давление?
Уваров: Да, психологическое, угрожал, что наркотики подкинут и заведут дело.
- Вы понимаете что совершили преступление, оговорили других?
- Я думаю что следователь совершил более серьёзное преступление.
Допрос Анатолия Уварова окончен.