Forwarded from Старый Шахтёр (Дмитрий Селезнёв)
Конечно, российскую интеллигенция война напугала
И многие оказались не тверды, как о них ещё Ленин говорил.
Вместо того, чтобы обдумать феномен войны, поразмышлять, что вроде как должно быть свойственно людям умственного труда, они под предлогом ложного пацифизма просто скатились в тотальную русофобию.
В условиях войны многие отказались уже не только от Родины, но и пошли дальше – они стали отказываться от своей культуры и языка. Многие уехали на «незалежну» и готовы в пасть льву украинского национализма голову засунуть, всё что угодно сделать, чтобы… Чтобы что, кстати?
Выразить свою болезненное напыщенное эго – вот, наверное, правильный ответ. Как-то в сочувствии к жертвам войны эту публику трудно заподозрить. Не замечали же они 8 лет Донбасса. Но себя России они всегда противопоставляли.
От своего народа уехавшие отказались давно – всегда с пренебрежением на него смотрели. Ну, не устраивал он их, не соответствовал представлениям их капризной сущности. В народе насрато де всегда, разит от него алкоголем. А у нас диплом с высшим образованием, мы люди учёные.
Однако в войне разобраться образование не помогло. Эта война – следствие ряда причин и обстоятельств разного уровня – а у них всё просто: русский народ – зомби, Путин – псих, слава – украине.
Но слава Богу, страна очистилась – «философский пароход» прокрякал, бледные интеллигенты сбежали и теперь из израилей, грузий, литв, латв, эстоний стонут.
Но многие не смогли уехать, и война причиняет им массу неудобств. Z-ки их раздражают, apple pay не работает, в Европу не улететь, медленно, но верно опускается железный занавес. Ленты соцсетей полны недовольства. Но кому нужны ваши переживания! Скоро про вас забудут. Уже забыли. Сейчас любой, пусть и необразованный солдат, воющий на передовой, больше вас в жизни понимает. И его переживания, и его жизнь, как и его смерть, ценна.
А ваши – нет.
@oldminerkomi
И многие оказались не тверды, как о них ещё Ленин говорил.
Вместо того, чтобы обдумать феномен войны, поразмышлять, что вроде как должно быть свойственно людям умственного труда, они под предлогом ложного пацифизма просто скатились в тотальную русофобию.
В условиях войны многие отказались уже не только от Родины, но и пошли дальше – они стали отказываться от своей культуры и языка. Многие уехали на «незалежну» и готовы в пасть льву украинского национализма голову засунуть, всё что угодно сделать, чтобы… Чтобы что, кстати?
Выразить свою болезненное напыщенное эго – вот, наверное, правильный ответ. Как-то в сочувствии к жертвам войны эту публику трудно заподозрить. Не замечали же они 8 лет Донбасса. Но себя России они всегда противопоставляли.
От своего народа уехавшие отказались давно – всегда с пренебрежением на него смотрели. Ну, не устраивал он их, не соответствовал представлениям их капризной сущности. В народе насрато де всегда, разит от него алкоголем. А у нас диплом с высшим образованием, мы люди учёные.
Однако в войне разобраться образование не помогло. Эта война – следствие ряда причин и обстоятельств разного уровня – а у них всё просто: русский народ – зомби, Путин – псих, слава – украине.
Но слава Богу, страна очистилась – «философский пароход» прокрякал, бледные интеллигенты сбежали и теперь из израилей, грузий, литв, латв, эстоний стонут.
Но многие не смогли уехать, и война причиняет им массу неудобств. Z-ки их раздражают, apple pay не работает, в Европу не улететь, медленно, но верно опускается железный занавес. Ленты соцсетей полны недовольства. Но кому нужны ваши переживания! Скоро про вас забудут. Уже забыли. Сейчас любой, пусть и необразованный солдат, воющий на передовой, больше вас в жизни понимает. И его переживания, и его жизнь, как и его смерть, ценна.
А ваши – нет.
@oldminerkomi
Forwarded from Shadow policy
Торговля зерном. Ретроспектива
SP (29.12.2020)
Бэкграунд «загадочного графа» — 1
Во время Русско-турецкой войны (1787-1791) Йошуа Цейтлин занимался поставками в русскую армию, т.к. пользовался покровительством светлейшего князя Григория Потёмкина-Таврического.
Князь руководил присоединением и первоначальным устройством Крыма, где обладал колоссальными земельными наделами, управление которыми доверил своему коммерческому агенту Цейтлину.
Цейтлин управлял монетным двором Крыма.
Зять Цейтлина Абрам Перетц в конце 1790-х выдвинулся как подрядчик по кораблестроению.
В марте 1799 года заключил контракт с правительством на откуп крымской соли. Тут к нему и устроился Егор Канкрин.
Компаньоном Перетца по соляным откупам херсонский купец Николаус Штиглиц, который имел контору в Одессе.
В 1801 году Павел I утвердил их монопольное право снабжать крымской солью юго-западные губернии. Благодаря высокому покровительству Йошуа Цейтлина.
Николаус вскоре ссудил и перевел за границу на личные нужды взошедшего на престол
Александра I тринадцать миллионов рублей и по пожеланию царя в 1809-м тайно финансировал партизанскую войну против Наполеона в Испании и Италии.
Абрам Перетц владел домом в столице и одно время сдавал его графу Михаилу Сперанскому. Перетц был другом и советником Сперанского и разработал основной план его финансовой реформы 1810 года.
Один из племянников Штиглица стал мужем Юлии Грейг, дочери командующего Черноморским флотом Алексея Грейга,
а другой – первым управляющим Государственного банка России (1860-1866).
Бэкграунд «загадочного графа» — 2
Французский аббат Шарль Доминик Николь, перебравшись в Санкт-Петербург в 1792 году, основал иезуитский пансионат для мальчиков, который привлёк внимание наиболее богатых семей — высшей аристократиии Российской империи.
Языком общения в пансионе был французский.
Пансионат пользовался поддержкой супруги Павла I Марии Федоровны (Софии Доротеи) и её близкой подруги — баронессы Шиллинг фон Канштадт,
матери Александра Бенкендорфа, который сам стал воспитанником аббата Николя.
В 1811 году аббат перебрался в Одессу — к Арману де Ришелье, градоначальнику Одессы (08.10.1803 — 27.08.1814) и генерал-губернатору Новороссии (1805-1814).
В 1804 году герцог Ришелье добился временного введения порто-франко в Одессе, сумев доказать целесообразность свободного транзита для всех товаров. Его стараниями город превратился в крупный торговый порт.
Вернувшись во Францию, Ришелье был министром иностранных дел и премьер-министром (26.09.1815 — 29.12.1818)
Во время континентальной блокады Англии суда торгового дома «Штиглиц и Ко» доставляли на остров зерно, традиционный русский экспортный продукт, и царское правительство, разумеется, «ничего об этом не знало».
Егор Канкрин с 1806 года отвечал за продовольственное обеспечение русских войск, включая заграничный поход 1813-1814 годов.
Союзники требовали от России за полученные русской армией продукты 360 млн. рублей. Канкрину удалось сократить выплаты до 60 млн.
Из 425 млн. рублей, планировавшихся на ведение войны, в 1812-1814 годах было израсходовано менее 400 млн.
Во время войны 1812-1814 гг. Перетц вложил крупные средства в организацию продовольственного снабжения русской армии.
Прибыли не получил. Видимо, так он рассчитался с Канкриным, который его не сдал десятью годами ранее.
Бэкграунд «загадочного графа» — 3
Егор Канкрин в 1816 году женился на Екатерине Муравьёвой (1796-1849), воспитаннице Михаила Барклая-де-Толли, представителя шотландского рода Баркли.
Питер Баркли в середине XVII века переселился в Ригу после подавления Кромвелем сторонников обезглавленного короля Карла Стюарта в Шотландии.
Дело Стюартов — «Шотландская ложа».
Дед Михаила Богдановича — Вильгельм был бургомистром Риги.
Егор Канкрин был назначен министром финансов в 1823 году. Возможно, учитывал интересы Barclays, когда работал с «дунайской торговой схемой».
Правнук Канкрина стал руководителем разведки Российской империи.
SP (29.12.2020)
Бэкграунд «загадочного графа» — 1
Во время Русско-турецкой войны (1787-1791) Йошуа Цейтлин занимался поставками в русскую армию, т.к. пользовался покровительством светлейшего князя Григория Потёмкина-Таврического.
Князь руководил присоединением и первоначальным устройством Крыма, где обладал колоссальными земельными наделами, управление которыми доверил своему коммерческому агенту Цейтлину.
Цейтлин управлял монетным двором Крыма.
Зять Цейтлина Абрам Перетц в конце 1790-х выдвинулся как подрядчик по кораблестроению.
В марте 1799 года заключил контракт с правительством на откуп крымской соли. Тут к нему и устроился Егор Канкрин.
Компаньоном Перетца по соляным откупам херсонский купец Николаус Штиглиц, который имел контору в Одессе.
В 1801 году Павел I утвердил их монопольное право снабжать крымской солью юго-западные губернии. Благодаря высокому покровительству Йошуа Цейтлина.
Николаус вскоре ссудил и перевел за границу на личные нужды взошедшего на престол
Александра I тринадцать миллионов рублей и по пожеланию царя в 1809-м тайно финансировал партизанскую войну против Наполеона в Испании и Италии.
Абрам Перетц владел домом в столице и одно время сдавал его графу Михаилу Сперанскому. Перетц был другом и советником Сперанского и разработал основной план его финансовой реформы 1810 года.
Один из племянников Штиглица стал мужем Юлии Грейг, дочери командующего Черноморским флотом Алексея Грейга,
а другой – первым управляющим Государственного банка России (1860-1866).
Бэкграунд «загадочного графа» — 2
Французский аббат Шарль Доминик Николь, перебравшись в Санкт-Петербург в 1792 году, основал иезуитский пансионат для мальчиков, который привлёк внимание наиболее богатых семей — высшей аристократиии Российской империи.
Языком общения в пансионе был французский.
Пансионат пользовался поддержкой супруги Павла I Марии Федоровны (Софии Доротеи) и её близкой подруги — баронессы Шиллинг фон Канштадт,
матери Александра Бенкендорфа, который сам стал воспитанником аббата Николя.
В 1811 году аббат перебрался в Одессу — к Арману де Ришелье, градоначальнику Одессы (08.10.1803 — 27.08.1814) и генерал-губернатору Новороссии (1805-1814).
В 1804 году герцог Ришелье добился временного введения порто-франко в Одессе, сумев доказать целесообразность свободного транзита для всех товаров. Его стараниями город превратился в крупный торговый порт.
Вернувшись во Францию, Ришелье был министром иностранных дел и премьер-министром (26.09.1815 — 29.12.1818)
Во время континентальной блокады Англии суда торгового дома «Штиглиц и Ко» доставляли на остров зерно, традиционный русский экспортный продукт, и царское правительство, разумеется, «ничего об этом не знало».
Егор Канкрин с 1806 года отвечал за продовольственное обеспечение русских войск, включая заграничный поход 1813-1814 годов.
Союзники требовали от России за полученные русской армией продукты 360 млн. рублей. Канкрину удалось сократить выплаты до 60 млн.
Из 425 млн. рублей, планировавшихся на ведение войны, в 1812-1814 годах было израсходовано менее 400 млн.
Во время войны 1812-1814 гг. Перетц вложил крупные средства в организацию продовольственного снабжения русской армии.
Прибыли не получил. Видимо, так он рассчитался с Канкриным, который его не сдал десятью годами ранее.
Бэкграунд «загадочного графа» — 3
Егор Канкрин в 1816 году женился на Екатерине Муравьёвой (1796-1849), воспитаннице Михаила Барклая-де-Толли, представителя шотландского рода Баркли.
Питер Баркли в середине XVII века переселился в Ригу после подавления Кромвелем сторонников обезглавленного короля Карла Стюарта в Шотландии.
Дело Стюартов — «Шотландская ложа».
Дед Михаила Богдановича — Вильгельм был бургомистром Риги.
Егор Канкрин был назначен министром финансов в 1823 году. Возможно, учитывал интересы Barclays, когда работал с «дунайской торговой схемой».
Правнук Канкрина стал руководителем разведки Российской империи.
Forwarded from Black History
Веревочная кровать в ночлежке для бездомных в Лондоне, Британия, 1932 год.
Подобное удовольствие стоило 2 пенса и получило среди горожан название «двухпенсовый подвес». Счастливчик, у которого на ночевку были отложены не два, а все четыре пенса, мог позволить себе расположиться в одном из жестких ящиков, накрытых брезентом.
Подобное удовольствие стоило 2 пенса и получило среди горожан название «двухпенсовый подвес». Счастливчик, у которого на ночевку были отложены не два, а все четыре пенса, мог позволить себе расположиться в одном из жестких ящиков, накрытых брезентом.
😱2
Forwarded from СОВПАДЕНИЕ
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Президент Белоруссии Александр Лукашенко призвал Москву «быть готовыми» к использованию ядерного оружия в мире
«Они же летают, они тренируются. Зачем тренируются? Зачем ядерные болванки возят? Для того, чтобы завтра ядерную бомбу в самолет положить и сбросить, куда надо», - сказал Лукашенко.
Верим?
«Они же летают, они тренируются. Зачем тренируются? Зачем ядерные болванки возят? Для того, чтобы завтра ядерную бомбу в самолет положить и сбросить, куда надо», - сказал Лукашенко.
Верим?
Мусорный полигон в Мшинской тушат второй день... | Экологическое объединение Ленинградской области | ВКонтакте
https://m.vk.com/wall-192413246_2877
https://m.vk.com/wall-192413246_2877
Народ пишет про негодяев Шипелова и Велиховского:
Вот так отреагировали на Кпо юг после того как в реку Северку потекла черная жидкость.Это появилось в соцсетях.Кпо сделала везде запоры на колодце,после взятии пробы и когда независимая лаборатория МГУ нашла в этих пробах превышения по аммиаку и Министерство ЖКХ провело проверку и как-то наказало Кпо.Потом ещё одна проба была взята.Это уже на экскурсии куда общественная палата ходила вместе с жителями и уже превышения были по мышьяку и аммиаку .Мы отправили ещё одну жалобу в природоохранную прокуратуру.
👇фото
Вот так отреагировали на Кпо юг после того как в реку Северку потекла черная жидкость.Это появилось в соцсетях.Кпо сделала везде запоры на колодце,после взятии пробы и когда независимая лаборатория МГУ нашла в этих пробах превышения по аммиаку и Министерство ЖКХ провело проверку и как-то наказало Кпо.Потом ещё одна проба была взята.Это уже на экскурсии куда общественная палата ходила вместе с жителями и уже превышения были по мышьяку и аммиаку .Мы отправили ещё одну жалобу в природоохранную прокуратуру.
👇фото
Forwarded from Science | Наука
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Солнечные панели на горе Тайхан, который находится на восточной окраине Лёссового плато в китайских провинциях Хэнань, Шаньси и Хэбэй.
🤬1
Forwarded from Narrative Досье
Лондон выстраивает линию активной обороны от Континентальной Европы, проводя «пристрелку» медиа-орудий
По сообщениям проправительственных СМИ Великобритании, экспорт дешевых (сравнительно) сирийских фосфатов в Европу в последние годы резко вырос. Собственных запасов фосфатов, ценность которых как стратегического ресурса резко выросла за последние месяцы, у ЕС в товарном количестве нет, а европейские цены и так были достаточно высокими ещё до украинского конфликта, сделавшего их запредельными.
На помощь европейским фермерам (и, разумеется, госкорпорациям ЕС) пришло правительство Башара Асада, восполняющее аграрный европейский дефицит к явному неудовольствию симбиотического союза Лондона и Вашингтона.
Лондон, попавший в немилость в рамках европейской разработки Ирландского кейса, привлекает встречное внимание к компаниям Континента, рискующим столкнуться с вторичными санкциями условно-партнёрских США в отношении сирийского правительства.
В сухом остатке имеем британские экономические элиты, исторически закрепившиеся в роли младших союзников финансовых элит США, сейчас проводят «разведку боем» в отношении Континентальной Европы. Проблемный и для Уайтхолла, и для Даунинг-стрит медленно разрабатывающийся Ирландский кейс требует от британцев специфического контрманёвра и ассоциации оппонентов с «Ближневосточной тиранией» — та самая WildCard, позволяющая буквально выхватить преимущество в заведомо провальном раскладе противостояния с Брюссельским конгломератом разношёрстных европейских и экс-британских элит…
По сообщениям проправительственных СМИ Великобритании, экспорт дешевых (сравнительно) сирийских фосфатов в Европу в последние годы резко вырос. Собственных запасов фосфатов, ценность которых как стратегического ресурса резко выросла за последние месяцы, у ЕС в товарном количестве нет, а европейские цены и так были достаточно высокими ещё до украинского конфликта, сделавшего их запредельными.
На помощь европейским фермерам (и, разумеется, госкорпорациям ЕС) пришло правительство Башара Асада, восполняющее аграрный европейский дефицит к явному неудовольствию симбиотического союза Лондона и Вашингтона.
Лондон, попавший в немилость в рамках европейской разработки Ирландского кейса, привлекает встречное внимание к компаниям Континента, рискующим столкнуться с вторичными санкциями условно-партнёрских США в отношении сирийского правительства.
В сухом остатке имеем британские экономические элиты, исторически закрепившиеся в роли младших союзников финансовых элит США, сейчас проводят «разведку боем» в отношении Континентальной Европы. Проблемный и для Уайтхолла, и для Даунинг-стрит медленно разрабатывающийся Ирландский кейс требует от британцев специфического контрманёвра и ассоциации оппонентов с «Ближневосточной тиранией» — та самая WildCard, позволяющая буквально выхватить преимущество в заведомо провальном раскладе противостояния с Брюссельским конгломератом разношёрстных европейских и экс-британских элит…
the Guardian
‘Blood money’: Europe’s secretive trade in Syrian phosphates
Hidden imports provide economic lifeline to Assad and funds for a Russian oligarch under EU sanctions