🔤— Это был очень добрый, благородный и честный до мозга костей ребенок. Настолько добрый, что даже насекомых не убивал. Служанки смеялись над ним, когда в комнату младшего принца заползал жук, или какая другая живность, а он, вместо того, чтобы убить мерзкое насекомое, выпускал его через окно на свободу. Потом этот мальчик стал зрелым юношей, но в его характере ничего не изменилось. Он оставался таким же добрым и милосердным. Во время поединков никогда не бил лежачего и безоружного, не нападал со спины, сражался честно и искренне не понимал, что в настоящем бою его хваленное благородство его же и погубит. И теперь этот юноша пытается убедить меня, что причинит вред ни в чем неповинному человеку. Как думаешь, поверю ли я ему?

— Справедливый вопрос. Вот только в твоей истории не хватает маленькой детали. Ты рассказывал о мальчике Рэндалле, о юноше Рэндалле, но забыл, что тот добрый, благородный и честный Рэндалл сгинул в водах Белого моря. — Он неторопливо расстегнул манжеты рубашки и задрал рукав, демонстрируя шрам от клейма. — Перед тобой зрелый мужчина Рэндалл. Который был рабом бойцовой арены и каждый день видел смерть — мучительную, гадкую, унизительную. Что еще хуже, он сам убивал. Убивал безжалостно и беспощадно, лишь бы сохранить собственную жизнь. Честь, благородство и доброта были втоптаны в сухую, растрескавшуюся землю арены Тургота. Все, что теперь представляет ценность для мужчины, сидящего перед тобой, это его семья. Как ты думаешь? Смогу ли я причинить вред никчемной простолюдинке с Юга, если кто-то посмеет угрожать моим родным? Я сотру в порошок любого, и первой станет *****.🔤