Нэн Вуд и Байрон Маккиби позируют в 1942 году на фоне легендарной картины Гранта Вуда «Американская готика» (1930).

По композиции картина напоминает американские фотографии конца XIX века. Чрезмерная серьёзность героев (вилы в руках мужчины, которые он держит как ружье — будто преграждают зрителю доступ на его территорию) и их непривлекательность; резкий, почти гротескный стиль сделали картину предметом споров: кто-то видел в ней восхваление сельской жизни, кто-то — сатиру на провинциализм.

Сам Вуд говорил:

Я не писал сатиру. Я пытался изобразить этих людей, какими они были для меня в той жизни, которую я знал.

Интересно, что Грант Вуд изначально сделал эскиз дома, взяв за прототип настоящий дом в Айове, а уже потом подобрал героев к получившемуся «фону».

В качестве героев Грант Вуд изобразил своего стоматолога Байрона Маккиби в роли фермера и свою сестру Нэн Вуд Грэхем в роли его дочери, а не жены, как может показаться изначально.

Героев Вуд писал тоже по отдельности. Получается, что сцены, какую мы видим на картине, никогда не было в действительности.

Доктор Байрон Маккиби носил очки с линзами восьмиугольной формы, а круглые были у отца художника. Вуд хранил их в память о нем и надел их на доктора — отсылка к воспоминаниям из его детства.

Обычно яркая и жизнелюбивая Нэн позировала для образа угрюмой старой девы в возрасте 30-ти лет, но получилась намного старше.

В одном из писем за 1941 год, Вуд заметил о своей героине:

Я позволил одной пряди выбиться, чтобы показать, несмотря ни на что, человечность персонажа.

В 1876 году в Северном Йоркшире родился Роберт Томпсон — он был шестым ребёнком в семье плотника Джона Томпсона. Жили они в деревне, и с ранних лет мальчик впитывал атмосферу деревенской жизни и традиционных ремёсел.

В 1890-е годы он начинает работать вместе с отцом в семейной мастерской, совершенствуя свои навыки резьбы по дереву и изучая средневековые и классические, викторианские образцы мебели.

После смерти отца он полностью посвятил себя ремеслу и стал известен как мастер дубовой мебели высочайшего качества.

В 1919 году один из резчиков мастерской сказал, что они «бедны как церковные мыши», и Роберт, находясь за работой, в шутку вырезает мышь. Эта маленькая деталь становится фирменным знаком мастерской, а Роберт получает прозвище Mouseman.

В 1931 году «мышь» официально регистрируется как торговая марка. К тому времени у Роберта в штате уже около 40 мастеров и учеников. С этого времени на всех изделиях вырезается уже фирменная мышь.

Роберт начинает получать крупные заказы от Йоркского собора, собора в Питерборо, Вестминстерского аббатства. Однажды ему поступил заказ изготовить мебель для аббатства Амплфорт (монастырь и католическая школа-пансион) — им настолько понравились его работы, что до сих пор помещения аббатства обставлены по полной его мебелью. А почти всё внутреннее убранство церкви Святого Михаила и всех ангелов в Хабберхолме (скамьи, хоры и стулья) — от Томпсона.

Сегодня компания продолжает работать и носит название Robert Thompson’s Craftsmen Ltd – The Mouseman of Kilburn. Ей управляют его потомки, они же и работают в мастерской.

Интересно, что каждый мастер имеет свой собственный стиль резьбы мышей, но определить, кто именно вырезал фигурку, может только опытный глаз. И каждый раз мышка получается разной.

Сегодня мебель от Mouseman ассоциируется с непревзойдённым качеством, дороговизной и классикой, а за некоторыми предметами охотятся коллекционеры.

В XVI веке немецкие ювелиры создавали удивительные обручальные кольца, которые могли раскрываться и превращаться в армиллярную сферу.

Такие кольца символизировали любовь и космическую гармонию, а на некоторых были даже надписи в стиле «Вся вселенная в твоих руках» и т. д.

Подобные украшения были характерны для эпохи Возрождения благодаря возрождению искусства, науки и культуры, которые заняли центральное место в европейском обществе того времени.

Конкретно это изделие находится в коллекции Государственного исторического музея Швеции.