ОНА УМРЕТ

Мой комментарий по поводу перемещения иконы Андрея Рублева "Троица" из стен музея в стены храма.
(Для цитирования в СМИ в том числе).

Икона "Троица" Андрея Рублева -- это не только уникальное сокровище изобразительного искусства нашей страны. Также это деревянная доска с краской на ней возрастом примерно 596-612 лет.

Доска возрастом шестьсот лет.
У нас в России мало зданий можно найти настолько старых.

Эта доска и краска на ней в очень плохом состоянии. Там огромное количество дырок, трещин. Сцепление красочного слоя с деревом -- плохое. Темпера отшелушивается. В Третьяковке "Троица" постоянно находится на контроле (как больной в палате, обвешанный датчиками), в специальной витрине ("кислородной палатке").

Если такой древний предмет переместить из климата, в котором он привык находиться, в любой другой, тем более не в музейный, где много открытого огня (свечи) и людей, которые потеют и дышат, то предмет начнет чувствовать себя очень плохо. Коробиться, осыпаться.

В прошлом году всего несколько дней пребывания "Троицы" вне музейного климата добавили ей 60 болевых точек. По возвращению в музей ее срочно отправили "на операцию" -- на стол реставраторов.

Если "Троицу" навсегда переместить из музея ("больницы") и музейных работников, реставраторов ("санитаров" и "хирургов") в церковь (место, неприспособленное для паллиативного лечения доски возрастом 600 лет), то она достаточно скоро умрет.

Нет, волшебная супер-пупер вакуумная капсула-витрина за миллионы (которую все равно не сделают) -- не поможет. Представьте себе больного, которого перемещают из больницы в храм, пускай даже со всем оборудованием и специалистами.

После того, как "Троица" перестанет жить в музее и поддерживаться силами музейных специалистов, она умрет в физическом смысле этого слова. Краска отвалится; деревянный щит, сбитый из нескольких дощечек, пойдет ходуном.

Произойдет это в течение года, или даже нескольких месяцев.

👉 Мой старый текст: Почему старые иконы должны храниться в музеях (с точки зрения сопромата).

Уже в понедельник волшебный автобусный проездной превратится в тыкву (в качестве подарка на день рождения, так сказать), так что завтра последний день моих безостановочных путешествий.

Чтобы вы не скучали, вот небольшой срез европейского живописного портрета XVIII века из Хантерианской художественной галереи при университете Глазго - гениальный француз Шарден (выставлен тоже гениально, с обеих сторон находятся витрины с бело-голубым фарфором, почти как в руках у девушки, и подчеркнут колониальный подтекст фарфорово-чайных пристрастий аристократии), наряженная, но серьезная барышня шотландца Аллан Рэмзи и в конце его же работы портрет Уильяма Хантера, завещавшего свою коллекцию университету, и тем самым основавшего музей, лондонская актриса кисти англичанина Рейнольдса и менее выдающийся, но не менее интересный семейный портрет шотландца Дэвида Аллана (точные подписи в комментариях)

Манера у всех слегка разная, хотя, казалось бы, рафинированный салонно-заказной жанр...

#музейныеsorrows

Тем временем вчера мне исполнилось 22. (Чужой для всех, ничем не связан,) я устроила себе тихий праздник в одиночестве - несколько часов ходила по букинистическим магазинам (всего по двум, правда) с полным карт бланшем. Но спонтанность не мой конек, и остановилась я на толстенной монографии 1992 года про Аллана Рэмзи (неожиданно, правда?). Приметила эту книгу в Edinburgh Books больше месяца назад и все думала (удовольствие недешёвое, надо признаться). Теперь хочу дозаказать каталог выставки того же Рэмзи в Национальной портретной галерее Шотландии в том же 1992. А ещё видела буклет выставки Рэмзи 1963 года....

С днём рождения меня, в общем! Книга слева, Ramsay-obsessed именинница на кухне университетской квартиры справа💗

#книжныеsorrows #scottishsorrows

📍Hopetoun House, South Queensferry