Иван Сотников
Дык! 1987
«Дык!» — это посыл к «Митькам», иллюстрация знаменитого выражения «Дык, елы-палы!» из словаря движения. Словарь состоял из ряда междометий, которыми можно выразить все — на представленной работе проиллюстрировано любимое митьковское выражение. Помимо этого в работе Сотников обращается к важному для своего творчества и иконографии «Новых художников» образу ели. Это, с одной стороны, абстрактная форма, образованная простыми геометрическими фигурами или линиями, а с другой стороны — устойчивый фольклорный образ, который является простым олицетворением праздника и веселья. Таким образом работа является ярким примером того уникального положения, которое занимал Сотников на ленинградской андеграундной сцене, и становится ярким выражением карнавальной и безумной атмосферы тех лет «перемен».
Дык! 1987
«Дык!» — это посыл к «Митькам», иллюстрация знаменитого выражения «Дык, елы-палы!» из словаря движения. Словарь состоял из ряда междометий, которыми можно выразить все — на представленной работе проиллюстрировано любимое митьковское выражение. Помимо этого в работе Сотников обращается к важному для своего творчества и иконографии «Новых художников» образу ели. Это, с одной стороны, абстрактная форма, образованная простыми геометрическими фигурами или линиями, а с другой стороны — устойчивый фольклорный образ, который является простым олицетворением праздника и веселья. Таким образом работа является ярким примером того уникального положения, которое занимал Сотников на ленинградской андеграундной сцене, и становится ярким выражением карнавальной и безумной атмосферы тех лет «перемен».
👍2⚡1❤1🔥1
Юрий Красев (Циркуль)
Тошнит. начало 1980-х
Название работы «Тошнит». свидетельствует о популярности поэта-авангардиста Даниила Хармса в кругу «Новых». «Тошнит» навевает в памяти финальные строки из его сценки «Неудачный спектакль» 1934 года: «Папа просил передать вам всем, что театр закрывается. Нас всех тошнит. Занавес». Во-вторых, самое строение композиции, а именно: портрет вождя пролетариата Ленина, на фоне которого разворачивается нелицеприятное действо, недвусмысленно говорит нам о неприятии советского самим художником и всей молодежью ленинградского андеграунда 1980-х. Свою неортодоксальность как художника Красев (Циркуль), помимо композиционного и концептуального решения, манифестирует использованием необычных материалов. Деревянная фанера и человеческие волосы в образе «милиционера» не только усиливают эффект от работы, но и доводят концепцию «всечества» до предела. Жизнь буквально «прорастает» в искусство, а часть человеческого организма становится средством художественной выразительности
Тошнит. начало 1980-х
Название работы «Тошнит». свидетельствует о популярности поэта-авангардиста Даниила Хармса в кругу «Новых». «Тошнит» навевает в памяти финальные строки из его сценки «Неудачный спектакль» 1934 года: «Папа просил передать вам всем, что театр закрывается. Нас всех тошнит. Занавес». Во-вторых, самое строение композиции, а именно: портрет вождя пролетариата Ленина, на фоне которого разворачивается нелицеприятное действо, недвусмысленно говорит нам о неприятии советского самим художником и всей молодежью ленинградского андеграунда 1980-х. Свою неортодоксальность как художника Красев (Циркуль), помимо композиционного и концептуального решения, манифестирует использованием необычных материалов. Деревянная фанера и человеческие волосы в образе «милиционера» не только усиливают эффект от работы, но и доводят концепцию «всечества» до предела. Жизнь буквально «прорастает» в искусство, а часть человеческого организма становится средством художественной выразительности
❤3👎1🔥1
Юрий Красев
Без названия. 1988
Юрий Красев (Циркуль) был малоизвестен как художник просто потому, что в первую очередь он был очень востребован как актер. Циркуль был звездой параллельного кино, показов мод в галерее «АССА» и одним из фронтменов «Поп-механики». Поэтому живопись Красева — большая редкость и настоящее открытие. Его работы являют собой классический образец живописи членов движения. В полуабстрактном сюжете, исполненном в подчеркнуто наивной манере, угадываются излюбленные «новыми» космическая тематика и жанр портрета. Герой работы, необычная анатомия которого выдает в нем пришельца, словно ошеломлен присутствию огненно-красного спутника в небе. Возможно, он вот-вот вернется домой.
Без названия. 1988
Юрий Красев (Циркуль) был малоизвестен как художник просто потому, что в первую очередь он был очень востребован как актер. Циркуль был звездой параллельного кино, показов мод в галерее «АССА» и одним из фронтменов «Поп-механики». Поэтому живопись Красева — большая редкость и настоящее открытие. Его работы являют собой классический образец живописи членов движения. В полуабстрактном сюжете, исполненном в подчеркнуто наивной манере, угадываются излюбленные «новыми» космическая тематика и жанр портрета. Герой работы, необычная анатомия которого выдает в нем пришельца, словно ошеломлен присутствию огненно-красного спутника в небе. Возможно, он вот-вот вернется домой.
👍3❤1
Илья и Эмилия Кабаковы
Теленок? 1997
Части теленка, изображенные Кабаковым, очень далеки от схемы разделки говяжьей туши, их скорее можно сравнить с рассыпавшимися пазлами. Надпись, совмещенная с изображением, отсылает нас к работе Рене Магритта, в свое время очень важного автора для Ильи Кабакова, «Вероломство образов. (Это не трубка)» (1929). Но если работа Магритта, призывает не отождествлять изображение и вещь, а надпись и образ здесь спорят друг с другом, то у Кабакова такой войны слова и образа нет. Надпись вступает во взаимодействие с изображениями, получая от автора свою форму, причем не совсем типичную. Вместо того чтобы поместить слово в правильный прямоугольник, в районе вопросительного знака контур фигуры меняется, и к ней пристраивается круг, так, что в целом форма надписи напоминает стрелку часов или стрелку рулетки.
Зритель попадает в игровую ситуацию, когда вынужден отвечать, принадлежат ли теленку эти ноги, эта спина, эта голова.
Теленок? 1997
Части теленка, изображенные Кабаковым, очень далеки от схемы разделки говяжьей туши, их скорее можно сравнить с рассыпавшимися пазлами. Надпись, совмещенная с изображением, отсылает нас к работе Рене Магритта, в свое время очень важного автора для Ильи Кабакова, «Вероломство образов. (Это не трубка)» (1929). Но если работа Магритта, призывает не отождествлять изображение и вещь, а надпись и образ здесь спорят друг с другом, то у Кабакова такой войны слова и образа нет. Надпись вступает во взаимодействие с изображениями, получая от автора свою форму, причем не совсем типичную. Вместо того чтобы поместить слово в правильный прямоугольник, в районе вопросительного знака контур фигуры меняется, и к ней пристраивается круг, так, что в целом форма надписи напоминает стрелку часов или стрелку рулетки.
Зритель попадает в игровую ситуацию, когда вынужден отвечать, принадлежат ли теленку эти ноги, эта спина, эта голова.
❤3🔥2👍1