#romart
Ну, не только Лярве вспоминать Нерона! Меня этот почетный и заслуженный деятель искусства любоваться собой тоже очень впечатляет.
Принес вам картину Джона Уильяма Уотерхауза — очень интересного прерафаэлита. Называется «Раскаяние Нерона после убийства матери». Год, по-моему, 1878.
Выражение лица Нерона… Сразу вспоминается анекдот про маленького динозаврика, который сожрал своих папу и маму.
- И кто же ты после этого?!
- Сиротинушка-а-а!!!

#шкирка_тоги
Катулл обращается к приятелю-нищебро:
«Фурий! Нет у тебя ларя, нет печки,
Ни раба, ни клопа, ни паутины...» (пер. Сергея Ошерова).
Фурий живет не в собственном доме — раз уж у него нет своего очага и традиционного римского сундука с деньгами, стоящего в атрии. Где же этот паршивец проживает?
Фурий живет в инсуле — римском «человейнике», «многоквартирном» доме. Собственных больших домусов в Городе было немного. Вот статистика времен императора Константина — во всех районах Рима (их 14) домусов — 1790, инсул — 466025! Представьте: менее 2 тысяч особняков, а количество «коммуналок» приближается к полумиллиону.
Инсула принципиально отличается от домуса: она не имеет ни атрия, ни перистиля, зато в ней много этажей и комнат. Домус имеет четкую планировку — в инсуле расположение и размеры комнат вариативны: как решит застройщик или владелец. И основное отличие: если домус увеличивается, то горизонтально. Если увеличивается инсула — то вертикально. Она растет вверх.
На картинке — реконструкция инсулы.

#шкирка_тоги
В Помпеях есть Ноланская улица. Во время раскопок на ее северной стороне нашли остатки маленьких хижин аж IV в. до н. э. Они служили своим небогатым владельцам и жильем, и мастерскими, и лавками. Строили их из дерева, нередко стены из-за необходимости вместить кучку этих таберн на одной улице делали смежными. Эти «смежные таберны» в Риме находились даже вдоль Форума. О них упоминает Тит Ливий. Он же пишет, как в 169 г. до н. э. Тиберий Семпроний Гракх (папаша буйных братанов) скупил несколько этих халуп на Форуме, снес их нафиг и построил базилику имени себя (Семпрониеву, то есть). Такие жилища-лавки-мастерские находили не только в Помпеях, но даже в Пренесте — городе совершенно не торговом. Хозяева этих будок жили на верхних этажах.
Пара-тройка смежных таберн с верхними этажами — это личинка инсулы.
Рим развивался и рос — это касается и промышленности, и торговли, и населения. Домусов на растущую толпу римлян хватить не могло — да там земли столько нет! Это и вызвало вертикальный рост инсул.
Ливий, описывая аж 218 г. до н. э. (это у нас идет II Пуническая война), рассказывает: на Бычьем рынке почти в центре города вол залез по лестнице на третий этаж инсулы (XXI. 62. 3). Видимо, захотел пожить в человеческих условиях… Это он зря. 😖
Цц в 63 до н. э. писал, что Город «поднялся кверху и висит в воздухе».
Был и еще фактор для развития многоэтажного строительства (кроме роста населения).
Фишка в том, что всей толпе ремесленников, служащих и торговцев было крайне неудобно жить на окраинах и за городом. Общественного транспорта еще нет, а на личном (то есть верхом) сайгачить по Риму днем запрещалось.
Поэтому весь этот народ стремился селиться поближе к центру. А места там уже во времена Поздней Республики было мало — цирки, театры, сады. В Империи появились новые форумы, термы и, конечно, дворцы всех этих Юлиев-Клавдиев. Один Нерон умудрился распидорасить свой Золотой дом на 4 римских холма. Кто был в Париже? Золотой дом по площади — это Тюильри, Лувр и Елисейские поля вместе взятые. Римляне прикалывались:
- Рим стал дворцом. Валите-ка в Вейи, квириты,
Пока сей дворец не добрался туда!
Вейи — провинциальный городок в 18 км от Рима.

#шкирка_тоги
Плутарх называл обвалы жилых домов и пожары «сожителями Рима». Сегодня об обвалах.
Весной 44 г. до н. э. Цц пишет Аттику: «У меня обрушились две таберны, а в остальных появились щели; поэтому переселились не только наниматели, но даже мыши. Прочие называют это разорением, я не называю даже убытком. О Сократ и последователи Сократа! Никогда не отблагодарю я вас.».
Ну, Цц в своем репертуаре: обвалились две постройки, но благодаря философии мне пофиг, спасибо, Сократ! А наниматели — что ж, живы — и ладно… А что им спешно пришлось выметаться и искать себе другое жилье — ну, бывает! В переводе В. Горенштейна постройки названы «лавками», в оригинале текста «таберны», то есть мы точно не знаем — действительно ли это торговые точки или небольшие инсулы. Но даже если и лавки — наниматели жили в них, раз куда-то «переселились». И отношение нашего дорогого Цц к проблемам этих людей — общее для всех римских домохозяев, сдававших жилье в аренду. На людей пофиг в принципе, слишком бедны, чтобы купить собственный дом — сами виноваты.
А вот уже Ювенал, родившийся в правление Клавдия, а умерший при Адриане. Сатира III (она же «Бегство из Рима» — в том числе и по означенной причине):
«…мы населяем столицу
Всю среди тонких подпор, которыми держит обвалы
Домоправитель: прикрыв зияние трещин давнишних,
Нам предлагают спокойно спать в нависших руинах.»
Но у Цц развалились постройки из деревяшек. Почему обваливались более серьезно построенные инсулы?
Разбираемся, из чего строили. Инсулы возводились так же, как некогда усадьба Катона Старшего — с помощью бутовой кладки (opus caementicium). Стены делались из щебня, для связи его заливали раствором песок+обожженная известь. Это был быстрый и дешевый способ строительства (строителей-спецов не нужно, на постройку идет не только мелкий щебень, но и все, что без дела валяется — и битый кирпич, и черепки глины, и осколки мрамора). В конце III в. до н. э. римляне нашли секрет крутого цемента, превращавшего стены в монолит, способный стоять веками.
Секрет заключался в том, что в известь стали класть не простой песок, а вулканический. Он же «путеоланская пыль», он же пуццолана. С ним можно было строить и инсулы так, чтобы они «жили» как можно дольше. Вчера мы видели фото инсулы Ара-Коэли — вот ее строили по уму. А что мешало строить так все инсулы?
Жадность, конечно. Завладев клочком дорогой земли в Риме, человек желал как можно скорее «отбить» ее стоимость: быстренько построить инсулу и сдать ее в аренду. Ради скорости и удешевления строительных работ нарушались самые элементарные правила строительства.

#шкирка_тоги
Во-первых, для цементного раствора бралась не красная пуццолана, дающая тот монолит, а темно-серая, лежащая близко к поверхности, более дешевая и «слабая». Да и ее экономили.
Во-вторых… это было бы смешно, если бы не было так страшно. Помните роман Голдинга «Шпиль»? Если бы те римские горе-строители не жили настолько раньше времени его действия, я бы предположил, что их покусал главгер «Шпиля» отец Джослин. 🤪Суть: настоятелю собора было видение, и он решил воздвигнуть на своем храме грандиозный шпиль. Господь, мол, повелел. Ему раз приблизительно десять сказали, что все обвалится — под собором практически нет фундамента. Но отцу Джослину хоть шпиль на голове теши… Упоролся. И доигрался. 👿
Только вот в случае с инсулами от неглубоко заложенного фундамента и несоответствия высоты и площади здания страдали не те, кто строил, а жильцы. Октавиан Август законодательно запретил строить дома выше 20,6 м. Но… запрет относился только к зданиям, выходившим фасадами на улицу! Чтобы вид не портили, видимо. А во дворах, за «законными» домами, продолжали строить «карточные домики» в 5-6 этажей на фундаменте класса «очень-очень-эконом».
В-третьих, экономили на всех материалах. Брали необожженный кирпич, стойки между бутовыми блоками делали не из кирпича или камня, а из дерева, штукатурили смесью глины с соломой…
Кстати, после грандиозного пожара Рима Нерон (хоть что-то хорошее от него) ввел несколько весьма разумных новых законов о строительстве: запретил использовать дерево, сократил высоту зданий, предписал не строить дома впритык, обводить их портиками, дворы делать просторнее, а улицы — расширить. Но указы Нерона выполнялись столь же «тщательно», как указы Августа. Поэтому Ара-Коэли стоит, а остальные… ну вы поняли. 😏
И… наша песня хороша, начинай сначала! Указ уже Траяна: да не стройте вы дома выше 17,7 м, они же «легко обваливаются»!

#шкирка_тоги
Сдам пятикомнатную квартиру, пол паркетный…
Обратите внимание на кладку елочкой. Ну, подумаешь, паркет каменный. Зато две тыщи лет простоит. Зуб прораба даю! 🤪
Тоже инсула. Еще расскажу о них — это не римские.

#шкирка_тоги
Мои дорогие, из-за работы не успел сегодня написать про пожары😔 — тема оказалась объемная. Тут в комментах поступило предложение в связи с тематикой инсул и пожаров написать про бизнес-план Красса, а еще я вспомнил печальную историю про один древний пожар… В общем, всего много — а наспех писать не дело. Так что завтра все будет.
На фото — что бы вы думали. Это кусок свинцовой водопроводной трубы. Ее произвел Гай Титий Сукцесс — видите, подписал изделие. На другой стороне маркировка X (предположительно, пропускная способность). Причем трубу нашли даже не в Риме, а в Сполето. То есть и там была водопроводная система.
А Рим все равно горел знатно и многократно — несмотря на наличие водопровода… И нарушения технологии строительства были не единственной причиной пожаров. Завтра выясним их все. И про римскую пожарную службу расскажу.👨‍🚒

#шкирка_тоги
Итак, мы выяснили, что римские инсулы были пожароопасными из-за того, что из-за экономии материалов при строительстве использовали дерево (это относится не только к инсулам, но и к другим зданиям, и они тоже горели хорошо, об этом ниже).
Это первая, но не единственная причина пожароопасности.
Вторая — интерьеры инсул. Двери, окна, потолки, балконы делались из дерева. То ли в Поздней Республике, то ли при Цезаре, то ли уже при Августе некий гений массмаркета придумал способ экономии на межкомнатных перегородках. Их же можно плести из прутьев, а не тратить более дорогие материалы!
Архитектор Витрувий Поллион, создавший свои «Десять книг об архитектуре» при Августе, гневно пишет: «Лучше бы их и не придумывали!.. Они берегут место и время, но при пожаре это готовые факелы.» (II. 2. 20) .
Да и мебель, наконец. В массе жители инсулы не могли позволить себе кроватей, столов, скамеек из мрамора — они и изначально были небогаты, и их скромные финансы хорошо так сжирала квартплата. Ювенал пишет, что за стоимость аренды «темной конуры» в Риме можно купить (даже не снять!) домик с садом в провинции (III. 223—227)! Ничего не напоминает?
И третья причина вытекает из самого формата римской аренды.
Фишка в том, что человек, построивший инсулу или купивший готовую, не сдает в ней квартиры лично. Он сдает все здание в аренду другому чуваку (этот формат официально назывался cenacularium exercere). Первый — это «олигарх», ему некогда возиться с мелкими арендаторами, он играет на строительном рынке: хапает новые инсулы, покупает развалины и сбывает стройматериалы, скупает участки с разрушенными или сгоревшими домами… А в сданной в аренду инсуле у него работает его официальный представитель: раб или вольноотпущенник «инсулярий». Этот следит за всеми процессами в ней, и за главным арендатором, и за жильцами.
Второй — бизнесмен не такого высокого полета. Инсулу он снимает — ему надо отбить стоимость аренды, заселив ее жильцами с максимальной выгодой для себя. Что он и делает, набивая их в дом, как селедку в бочку. Это он городит перегородки, разделяя комнаты на комнатушки, чтобы вместить больше народу. К тому же бедолажные жильцы и сами просекли принцип субаренды — они ухитряются сдавать собственные маломерки другим!
- Ох, беда какая, Марк Пупий… Ко мне едет тесть из Нурсии с женой и двумя детишками, а куда я их дену, и они нищие, и я бедный!
- Фигня, Гай Жопий! У меня комната целых 5 на 7 шагов! Могу принять тестя с бабой и детками! Если осилит плату… ну, маленькую совсем…
- Фигня вопрос, ты настоящий бро, Пупий!
А итог как всегда: двое детишек оказываются здоровенными лбами, потом понаезжает еще какой-то троюродный брат двоюродного дяди жены его сестры… 👨‍👩‍👦‍👦👨‍👩‍👧‍👧😄

#шкирка_тоги
А в чем проблема? А в том, что, во-первых, в инсуле плохо с отоплением и освещением. Очаг — если он есть — в помещениях домохозяина или главного арендатора. А вы живите как хотите. Они и живут, отапливаясь жаровнями с углями. А чтобы не целоваться с косяками в темноте по вечерам, жгут светильники и свечи. Готовят все тоже у себя в комнатах. Чем это дело пахнет, вы понимаете, да? Гарью. Одно неосторожное движение — и… И потом, народец в инсуле селился часто такой… сомнительного поведения. Гульнул, выпил, заснул, забыв потушить свечу — давай до свидания.
И почему такое количество живого огня становится катастрофой? Да потому что во-вторых.
Воды в инсуле тоже нет!
Да, мы привыкли воспринимать Рим как город без проблем с водоснабжением. Там же водопровод!
Знаете, в конце I в. до н. э. их даже 11. И 600 фонтанов. Но районов в Риме 14. 3 из них пользуются водой из 3 водопроводов. Остальные 11 как-то разделили между собой оставшиеся 5 и 6. И вся эта водичка доступна днем и ночью, но она общественная! Чтобы провести воду к себе в дом, в Империи требовалось получить разрешение императора. Оно было пожизненным, но не наследуемым. Наследники должны были сами заботиться о своем водоснабжении.
Обычно воду проводил домовладелец — во двор. Если жил здесь же — то тупо к себе в хату. Конечно, исключительно на первом этаже. Проблемы арендаторов волнуют арендодателя, как проблемы индейцев того шерифа. Жильцы инсул с других этажей по возможности брали воду во дворе (если она там была, вот поэт Марциал спускался во двор за водой), бегали к фонтанам, даже покупали ее у водоносов.
Да, законодательно все они были обязаны держать в жилье воду на случай пожара. Но в тесной комнатушке цистерна не поместится. А кувшин при возгорании не спасет — инсулы охватывало пламенем очень быстро…
Кстати, представьте условия жизни в самых густонаселенных инсулах: теснота, холод, сырость (оконных стекол нет, проемы закрываются деревянными ставнями), тяжелый воздух из-за готовки и стирки там же, где люди спят. Антисанитария, конечно же. Дополнительные жильцы — мыши, крысы и прочая милая фауна, лезущая к небрежно хранящимся запасам еды. Учтем еще и сортирную проблему: Cloaca Maxima, основной римский водосток, и построенные цензорами 185 года до н. э. Катоном Старшим и Флакком дополнительные водостоки потребностей Города полностью не удовлетворяли. А жителям инсул приходилось ходить по всякой нужде в «ночные вазы». Днем тоже, да. Первые общественные сортиры появились в Риме во II в до н. э., но располагались в общественных же местах. Так что из инсулы не добежишь!
Личную уборную (без отвода в канализацию) могли позволить себе владельцы собственных домов. Первые подключения некоторых частных домов к общественной канализации начались примерно в 100 г. н. э.
На стене гостиницы для погонщиков мулов в Помпеях сохранилась честная по самое не могу надпись: «miximus in lecto, fateor, peccavimus. hospes, si dices quare, nulla matella fuit». Что переводится примерно так: «Мы обоссали кровать, честно сказать, мы все тут загадили. Спросишь почему — у нас не было ночного горшка.». Ну, тут виноват хозяин, конечно. Надо было выдать гостям предмет первой необходимости!
Хотя что мешало этим одаренным выбежать на улицу и поссать в угол на стенку? Мужики же, женщины возчиками не работали. Подозреваю, измененное состояние сознания под влиянием алкоголия...🍻🤪

#шкирка_тоги
Горели ярким пламенем, конечно, не только инсулы, но и любые здания с деревянными конструкциями. Мы уже упоминали тут, как римляне в 83 г. до н. э. пролюбили таким образом храм Юпитера Капитолийского — главное святилище, сакральный центр Города! А восстанавливать его взялся уже знакомый нам суровый парень с забавным когноменом Песик. Лет за 20 (к началу 60-х!) восстановил — с помощью средств из казны, своих финансов и такой-то матери. И даже получил за него почетный агномен (прозвище) — Капитолийский.
А вот следующая история более грустная, ее можно назвать «Цена за спасение артефакта»
Много раньше, в 241 г. до н. э., случился не менее эпичный пожар храма. Вполне ожидаемый — потому что заполыхал храм Весты, где, как вы помните, постоянно поддерживался горящим священный огонь богини. Вероятно, слишком юная (или, напротив, престарелая) весталка не уследила за очагом, не заметила выпавшего уголька или что-то подобное.
И тут римлянам похреновело. Потому что в храме Весты хранился самый священный для них артефакт — палладий, якобы вынесенный Энеем, их общим предком, из пылающей Трои. Палладий — это деревянная статуя Афины Паллады высотой в 3 локтя (примерно 1 м 35 см) с положенными Афине атрибутами: в правой руке богиня держала копье, в левой — веретено и прялку. По легенде, глаза и копье статуи двигались (поэтому ее не пытались подделывать).
Вы скажете: ну, естественно, что при пожаре храмов гибнут святыни. Грустно, но это все-таки не люди.
Но квириты так не считали. Дело в том, что у палладия была серьезнейшая сакральная роль. Считалось, что пока он в целости и сохранности хранится в святилище, Город остается богатым, мощным и непобедимым. Потеря палладия означала утрату расположения богов, была предвестием огромных бедствий.
Вот и представьте картину: храм Весты полыхает вовсю, вокруг истерят успевшие убежать весталки и квириты, вот-вот храму придет окончательный трындец…
И тут находится единственный неистерящий.
Из нашей любимой семейки. Луций Цецилий Метелл. Дед двух знаменитостей — Метелла Македонского и Метелла Кальва и прадед истинного арийца Нуми… извините, Метелла Нумидийского. По должности — верховный понтифекс, главный предстоятель Рима перед богами. Только он и весталки знают, где конкретно спрятан палладий.
Но есть нюанс. Вы, наверно, догадываетесь. Метелл у нас того, в тоге. Мужик он. 🤦Ему нельзя входить в этот храм!
Но Метеллы — ребята, умеющие принимать нестандартные решения. Он вошел.
Овидий в «Фастах» утверждает, что он предварительно попросил у богов прощения за планируемое святотатство:
«Руки воздел, воды зачерпнул и воскликнул: «Простите
Мне, о святыни! Войду в храм, что запретен мужам.
Коль это грех, на меня одного пусть обрушится кара,
А преступленье моё Риму спасением будь.».» (Книга VI, 449-452).
Не знаю, возможно, Луций Цецилий не раздумывал и не произносил пафосных монологов — счет там шел на минуты, скорее всего. Почему я так думаю — что пламя уже серьезно так охватило храм?
По результату. Метелл выволок палладий из храма, но сделал это на ощупь. Ослеп он, глазки выжгло.
Народ его подвиг оценил и, во-первых, поставил ему статую на Капитолии, а во-вторых, наградил его правом приезжать в сенат на колеснице. Ну, понятно, не на пафосной, просто на конной повозке. Статую Метелл все равно увидеть не мог, а вот собственный транспорт — это ценно для слепого человека, учитывая вечную римскую толпу и толкотню.
Представьте, да: мужику 54 года, для римского сенатора это возраст вполне себе политической активности — а он внезапно инвалид. Кстати, жрецы, особенно такие высокоранговые, по закону не должны были иметь физических недостатков. Но слепота была приобретенным, причем героически, так что в этой должности он и умер.
И деятельность свою бурную с наступлением слепоты не прервал! Через 9 лет, в 232, он вовсю делит землю в Галлии по Фламиниеву закону в должности квиндецемвира. Еще через 8 лет — в 224, уже дед 71-летний, назначен диктатором для проведения комиций. Во какой активный общественник! 👍

#шкирка_тоги #ars_longa
Самое интересное, что квириты того палладия, спасенного Метеллом, раньше никогда не видели. И родившиеся позже этого события тоже его никогда не видели! Его же продолжали хранить в тайном месте.
Не видели — но представляли! Это фреска из Помпей, Дом Менандра. На ней Кассандра ищет защиту у палладия от буйных захватчиков Трои.

#шкирка_тоги
И в дополнение к истории Метелла — ему очень повезло в том плане, что у него имелась «большая семейства». 👨‍👩‍👦‍👦 И богатая. У него было двое сыновей и больше двух внуков. То есть ему было на кого рассчитывать в беспомощном состоянии — если они не проводят его куда ему надо сами, напрягут рабов, чтобы берегли слепца больше собственных яиц.
А представьте, если при пожаре получает такую травму человек бедный и без обилия поддерживающей родни… Это же кошмар.☠️
Да и вообще пожар был кошмаром для любого небогатого человека из инсулы. Ювенал, все та же Сатира III и его пострадавший от пожара персонаж по имени Кодр:
«Жить-то надо бы там, где нет ни пожаров, ни страхов.
Укалегон уже просит воды и выносит пожитки.
Уж задымился и третий этаж, — а ты и не знаешь:
Если с самых низов поднялась тревога у лестниц,
После всех погорит живущий под самою крышей,
Где черепицы одни, где мирно несутся голубки…
Ложе у Кодра одно (для Прокулы — коротковато),
Шесть горшков на столе да внизу еще маленький кубок,
Также под мрамор доски завалилась фигурка Хирона,
Старый ларь бережет сочинения греков на свитках
(Мыши-невежды грызут эти дивные стихотворенья).
Кодр ничего не имел, — не правда ли? Но от пожара
Вовсе впал в нищету, бедняга. Последняя степень
Горя скрывается в том, что нагому, просящему корки,
Уж не поможет никто — ни пищей, ни дружеским кровом...» (пер. Д. Недовича).

Укалегон — здесь в значении «сосед Вася». 😀 Ювенал пародирует «Энеиду», там так звали троянца, чей дом заполыхал одним из первых.
Прокула — карлица. То есть у Кодра койка даже ребенку маловата...
Далее Ювенал пишет как раз о том, что бедному погорельцу никто не поможет, зато к богатому тут же (еще дом не догорел!) несутся друзья и тащат всякое в порыве благотворительности… Вон мол, некий холостяк Персик после пожара еще богаче стал — может, сам поджег свои хоромы?
Дополнительно доставляет «Персик». Если человек римлянин — то это почетный агномен, «Персидский», победитель персов. Но герои Ювенала обычно эээ… В общем, это какой-то прохиндей, заявляющий, что он перс, или получивший погоняло за соответствующую внешность. Возможно, даже от хозяина, если он вольноотпущенник…
Впрочем, за год до рождения Ювенала помер один римский Персик — совершенно непонятно почему он у нас персиковый. Никаких персов не побеждал и вообще, Сенека говорит, большим раззвездяем был… Зато племянник Августа, куда там. Вот Сенека и говорит — мол, все должности по блату получил, а сам — того… «интриган и аморал»! 🤬😄
Так, пока на сегодня все, Лар выдохся. 😝
Завтра про Красса и пожарных.