Нашёл у Вальтера Скотта цитату, очень подходящую Варлааму, внезапно поющему свою знаменитую песню:
"У него имелись свои причины подливать масло в огонь, а потому, обладая некоторой долей грубого юмора, изрядным запасом бесстыдства и умением спеть задорную песенку, к тому же без труда читая в душе своего вновь обретенного друга, старый пройдоха искусно поддерживал в нем буйное настроение".

На английском она не так кудрява и подходит меньше)

Премьера состоялась с большим размахом. Граждане сапога жалуются, что "про неё вещали из каждого утюга". Новостная лента России тоже пестрит. А что же мы? Мы - молодцы.

Пожалуй, самая идущая опера в нашей стране - "Князь Игорь". Слишком часто мне приходилось петь в регионах партию Кончака в спектаклях и арию в концертах. Так часто, что покинув седой Урал, я решил не претендовать на эту вокально несложную роль. Мне приходилось петь разные редакции. Я не питаю нежности к дописанным не автором картинам, поскольку их палитра разительно контрастирует с лаконичной самобытностью бородинского замысла. Другие тембры. Другие гармонии. Другое всё. В музыкальном плане большие сомнения вызывает песня Кончака. По крайней мере, мне не удалось услышать такого исполнения, которое объяснило бы, почему этот набор гармонических комбинаций имеет право на существование рядом с великолепной, удивляющей своей непринуждённой восточностью арией. Лишь однажды мне повезло в этой партии с режиссёром. В той постановке Кончак, пользуясь неприкосновенным положением хана среди ханов, не был облачён в доспех и не имел при себе меча. На нём был прекрасный, искусно сработанный халат, добавляющий хану султанского лоска. Заветный дедовский булат подносили воины, неотступно стерегущие покой своего владыки. Сам же господин повадками походил на сильного, но сытого кота.
Если вы прислушивались в арии к оркестру, вы замечали, что в нём нет ни одной агрессивной ноты. Вся ария - мягкая поступь барса, упоминаемого героем чуть позже. Кончак не раздувается в грозовую тучу, когда поёт о своей храбрости. Его смелость - данность, в которой никто не сомневается. Она не новость и для побеждённого Игоря, тот видел хана на поле боя. Раздуться, значит снова оскорбить и без того униженного пленника. Это глупо и лубочно. "Все боятся меня! Всё трепещет кругом!" - хан поёт с улыбкой восточного лавочника: я такой прекрасный, а они меня боятся. И именно в этом его беспощадный садизм. Он наслаждается каждой нотой, поёт её вкусно, упиваясь своим голосом, как ароматнейшим щербетом, невзначай отмечая, что смелость князя заключена в том, что тот "пощады не просил". Кончак мастер восточного оборота. Он знает, что оскорбление можно смягчить интонацией и потому сладкоречив. Он соблазняет князя, попеременно предлагая всё, чем можно расположить к себе союзника, притаив самую ядовитую стрелу на финал монолога. Испробовав всё, искуситель предлагает христианину наложницу. Этот психологический момент прекрасно описан в "Размышлениях о профессии" Е.Е. Нестеренко, я лишь замечу, что в этой части тем более не может быть ни одной грубой ноты: никаких угроз, лишь эдемские удовольствия.
Свирепость Кончака в сцене с Игорем должна прорваться в конце дуэта: "как два барса рыскали бы вместе, кровью вражьей вместе упивались..." Только тогда мы можем понять, что мягкая поступь барса возможна лишь когда хищник вдоволь упился крови.
Но арию поёт - сытый барс.

Я пел Варлаама впервые. Знакомый со всеми редакциями этой оперы, я примерно равное количество раз пел Бориса и Пимена. В партии Пимена я дебютировал в трёх важных российских театрах, в них же очень скоро пел и Бориса. Выезжал с разными редакциями Бориса на ангажементы в прочие театры. О Варлааме я не думал в первую очередь из-за особенностей этой партии. Она написана для яркого, грубого, металлического голоса. Голоса, в котором будет звенеть каждая восьмушка. Природная красивость моего тембра тут не слишком уместна. Её приходится принудительно уродовать, делая это манерой и прочими пришлёпами, что в целом всё равно не очень удаётся - слишком поющий Варлаам.
На Варлаама меня часто приглашали. Первым это сделал Зальцбург. Я свирепо отбрыкивался, но маэстро Янсонс своим авторитетом склонил меня к согласию (БГ в Зальцбурге не состоялся из-за пандемии). Вашингтон очень долго вёл со мною переговоры по этой партии. В конце концов я отказался, променяв его на Спарафучиля (Риголетто был отменён из-за пандемии). Должен был петь эту партию и в Мет, но оказался в числе нескольких русских солистов, которым так и не удалось получить визу. К этому времени история с Варлаамом уже так притомила, что на предложение театра Ла Скала я ответил решительным и однозначным отказом. Когда, спустя месяцы или год, мне сделали новое предложение, отказываться было сильно неудобно🤓
Самая большая неприятность для баса - тональность песни. В России она исполняется в f-moll в любой(!) редакции. Русский театр быстро осознал, что для общей весомости партии необходим бас, а песня написана для баритона (с Досифеем у Мусоргского такая же история). Ноты были транспонированы и вошли в традицию в тональности на полтона ниже оригинала. За пределами СНГ песня Варлаама исполняется в оригинале, в fis-moll. Это не облегчает артисту жизнь, особенно, если он бас.
И, конечно же, петь эту арию удобнее в концерте, стоя на одном месте, когда не приходится никого бить, тащить, ронять и поднимать, не переставая при этом двигаться по сцене🤪

Коллега меня вчера спрашивает: "ты романсы не поёшь, зачем так глубоко копаешь?"
Отвечаю. Нормальные люди в 24 года дебютируют в Ла Скала. А ненормальные, вроде меня, в 24 оказываются доцентом Челябинского института музыки и преподавателем пяти дисциплин, одной из которых было - камерное пение. Преподавал я его весьма успешно. Привожу один пример. Был у меня тенор с характером. Больше всех мне нервы истончал, много крови выпил... Ему, уже после моего с ним расставания, предложили принять участие в филармоническом концерте. Пригласили на прослушивание. Пианистка стала играть романсы Чайковского/Рахманинова. Он принёс кучу и всё зря - пианисты поймут. Тогда, скрипя сердцем, он достал романс, исполнение которого её неожиданно порадовало. Она стала пытать: "с кем делал?!" Он ответил: со Станиславом Владимировичем..." В тот же вечер пианистка позвонила мне. Романс вошёл в программу концерта. Кажется, это были Корольки.

До погружения в бездонный оперный материал, я спел очень много романсов. Целые программы Чайковского, Рахманинова, Слонимского. Много Свиридова. Шуберт. Шуман. Глинка, Даргомыжский, Балакирев, Алябьев, Римский-Корсаков, Мусоргский... Только Шостаковича обходил, не люблю. Уже тогда мне было интересно, с кого казак снял "нитку корольков" и почему дома его ждало возмездие.

13 реакций на стори с "Тайной вечерей" Да Винчи - одним из наивыдающихся шедевров планеты... Образованнейшая публика у меня в инсте собралась.

Я хочу рассказать вам о тихом человеке, жизнь которого протекла и иссякла незаметно. Он родился в Киргизии, в краю, который любил искренне и всем сердцем, не переставая называть его Родиной. Он любил киргизское солнце. Радовался гроздьям винограда, увесисто наливавшимся в его саду. Абрикосы и персики были ему приятнее мяса. Его отношение к родине можно описать словами Маяковского, только без противопоставления: "Земля, где воздух, как сладкий мёд..." Этот собственный Эдем, в котором он был бесконечно счастлив, он оставил ради своей семьи. Когда рухнул СССР, стало очевидно, что нужно позаботиться о будущем детей. Он приехал в холодную и суровую Россию, в которой не смог устроиться по профессии. Это была настоящая жертва.
Спустя годы в Киргизии заболел его отец. Верный сын, уже солидных лет, отправился помогать. Уехав ненадолго, он задержался на 7 долгих и мучительных лет. Сначала он проводил лежачего отца. Потом дядю. Следом - мать. Совершенно один. Это был подвиг.
За годы проведённые в тяжёлом труде и одиночестве, он иссяк здоровьем. Похоронив близких, он заболел. Его обследовали и сделали несколько операций в Петербурге.
Немного оправившись, он отправился в Киргизию, чтобы "завершить дела" - продать имущество и вернуться к своей семье в России. Так он выцарапал себе ещё одно лето в любимом краю. Я видел счастье в его глазах, мы неоднократно связывались на расстоянии. По возвращении ему сделали новую операцию.
Верный сын. Терпеливый муж. Благородный отец. Его жизнь была полностью отдана во служение близким. Он умер сегодня ночью. И вы бы никогда не узнали, что он жил. Так уходят святые. Тихо и незаметно.
Среди вас есть верующие разных конфессий. Воздохните в молитве к Богу об Александре. Он этого заслужил.

Интересное у Шиллера:
Прежде, чем кровь из сердца Дориа не омоет твою честь, ни один луч солнца не должен упасть на твое лицо. До того времени (накидывает на нее флер) - ослепни.
(Пауза. Остальные смотрят на него молча, пораженные).

"Заговор Фиеско в Генуе". На дворе 1547 г. Дочь родовитого Веррины изнасилована. Благородный отец погружает её во тьму до отмщения, после чего готов отдать в жёны менее родовитому жениху. Т.е. она невиновата, но виновата. И - наказана.
Сюжет "Симона" происходит на два века ранее. Очевидно, что благородный отец Марии содержал свою добровольно обесчещенную дочь в не менее интересных условиях.

Ночью после спектакля закончил чтение "Пуритан" Вальтера Уолтеровича Скотта.
Вот что меня удивило:

Сержант передал своему командиру этот печальной памяти список, в котором в алфавитном порядке были перечислены неблагонадежные лица. Листая черную книгу, Клеверхауз называл попадавшиеся ему имена.
— Гамблгампшен, священник, пятидесяти лет отроду, принял индульгенцию, замкнутый, скрытный и так далее. Так, так… Ага, вот он здесь… Хартеркэт, объявлен вне закона, проповедник, ревностный камеронец, устраивает сборища среди Кэмпсийских холмов… А, вот наконец и он! Хедриг Кутберт; его мать — пуританка чистой воды, сам он — простой и бесхитростный парень, отважный и деятельный, но не слишком скор на выдумку; руки лучше, чем голова, может быть обращен на путь истинный, но из-за своей привязанности к… (Здесь Клеверхауз посмотрел на Мортона, захлопнул книгу и переменил тон.) Верный и преданный — эти слова для меня значат многое. Можете о нем не заботиться, с ним все обойдется благополучно.
— И с такою душой, как ваша, — сказал Мортон, — вам не претит прибегать к средствам мелочной слежки за неизвестными вам людьми?
— Уж не думаете ли вы, что мы сами занимаемся этим? — высокомерно спросил Клеверхауз. — Это священники ради собственных целей собирают для себя материалы, чтобы управлять своей паствой, они отлично знают всякую паршивую овцу в своем стаде.

Вальтер Скотт не вылезал из библиотеки и постоянно изучал документы. Т.е. "собирание материалов о пастве" батюшки придумали не в царской/советской России, а за долго до. Даже в этом Россия оказалась лишь преемницей опыта и практики Европы. Тут можно припомнить поклонника Скотта - Пушкина, вынужденного развернуться, когда на дороге встретил попа - не только и не столько из суеверия...

Мне понравился роман. Много исторических подробностей и религиозных тонкостей изнутри пресвитерианской общности. Уверен, что 95% поющих эту оперу никогда его не прочитают😅 Правильно. Зачем резонатор забивать🤪

Всю дорогу апеллирую к этой сцене из "Бориса Годунова" Пушкина и совсем забыл, что она не вошла в печатную версию. Вспомнил сегодня ночью, когда перечитывал и не смог её найти.

Знакомьтесь:

ОГРАДА МОНАСТЫРСКАЯ
(следовало после сцены: «Ночь. Келья в Чудовом монастыре»)

Григорий и злой чернец.

Григорий
Что за скука, что за горе наше бедное житье!
День приходит, день проходит — видно, слышно все одно:
Только видишь черны рясы, только слышишь колокол.
Днем, зевая, бродишь, бродишь; делать нечего — соснешь;
Ночью долгою до света всё не спится чернецу,
Сном забудешься, так душу грезы черные мутят;
Рад, что в колокол ударят, что разбудят костылем.
Нет, не вытерплю! нет мочи. Чрез ограду да бегом.
Мир велик: мне путь-дорога на четыре стороны,
Поминай как звали.

Чернец
Правда: ваше горькое житье,
Вы разгульные, лихие, молодые чернецы.

Григорий
Хоть бы хан опять нагрянул! хоть Литва бы поднялась!
Так и быть! пошел бы с ними переведаться мечом.
Что, когда бы наш царевич из могилы вдруг воскрес
И вскричал: «А где вы, дети, слуги верные мои?
Вы подите на Бориса, на злодея моего,
Изловите супостата, приведите мне его!..»

Чернец
Полно! не болтай пустого: мертвых нам не воскресить!
Нет, царевичу иное, видно, было суждено —
Но послушай: если дело затевать, так затевать...

Григорий
Что такое?

Чернец
Если б я был так же молод, как и ты,
Если б ус не пробивала уж лихая седина...
Понимаешь?

Григорий
Нет, нисколько.

Чернец
Слушай: глупый наш народ
Легковерен: рад дивиться чудесам и новизне;
А бояре в Годунове помнят равного себе;
Племя древнего варяга и теперь любезно всем.
Ты царевичу ровесник... если ты хитер и тверд...
Понимаешь?

(Молчание.)

Григорий
Понимаю.

Чернец
Что же скажешь?

Григорий
Решено!
Я — Димитрий, я — царевич.

Чернец
Дай мне руку: будешь царь.

Рассказывали, что малолетний Димитрий уже в детстве показывал отцовские наклонности, любил смотреть, как убивают домашних животных, и сам, ради потехи, убивал их палкой. Говорят, однажды, играя с детьми, он сделал из снега несколько человекоподобных фигур; одну из них назвал Борисом Годуновым, других — именами разных бояр, приятелей Годунова, бил их палками, говорил, что рубит им головы, руки, ноги, и прибавлял: «Вот как будет, когда я стану царствовать!»

Николай Костомаров. История России в жизнеописаниях ее главнейших деятелей".

"Someday you'll grow up to such a day, when again will start to read fairy tales."

Когда дедушка режиссёрской оперы Ханс Нойенфельс выбрасывал на сцену головы пророков и богов, он показывал себя богоборцем, знающим, чему противостоит. Он создавал свои фантастические миры, свою мифологию, в которой, вероятно, сам был, по меньшей мере, пророком. Впихивая представителей животного мира в каждый спектакль, он неприкрыто присваивал себе образ Ноя, собравшего зверушек в ковчеге. Оперный патриарх легитимизировал себя, отсылая к патриарху ветхозаветному, посредством своеобразного символизма личной вселенной. В этом есть концепт и определённая логика.
В духе фэнтези решали сценические задачи и его последователи. Режиссёрская опера на Западе, отвергая себя как наследницу христианской культуры, аккумулировала в себе тем не менее некую специфическую мифологию. Например, если из "Сказок Гофмана" исчезал поучительный дьяволизм злодеев, то весь мир оказывался игрушечным, что уже само по себе является фантастикой. Примеров много. Преемственность, пусть трансформированная в отрицание, если не очевидна, то прослеживается.
Совсем иначе обстоят дела с русскими проповедниками режиссёрской оперы. Они - законнорожденные дети своего поношаемого родителя - СССР. Отрицая всё советское, никто из них не предъявил миру в своём творчестве ничего несоветского. Это наглядно демонстрирует русская режопера. Призраки, звери, черви - это всё у Нойенфельса. Лишённая в детстве бога, чудес, мистики и мифологии, режопера - в сказки не верит. Не может поверить. И предъявляет миру лишь своё несчастное, бесплодное и конечное неверие.
Русская режиссёрская опера - это ужас атеиста, неспособного согреть себя верой в то, что за дверью может оказаться целый мир.

"Когда-нибудь ты дорастёшь до такого дня, когда вновь начнёшь читать сказки".
Клайв Стейплз Льюис.

Помните, я писал, что однажды расскажу вам где худшая акустика в мире? Здесь. Никогда не сталкивался с таким нескончаемым кошмаром.
Каждый выход - битва насмерть. Т.е. ты поёшь, а голос погибает. Это невозможно. Три года назад на 6м Досифее я просто не хотел идти в театр. В этот раз я почти каждый день собирался уехать. Хотел уехать до премьеры. Потом после каждого спектакля. Под конец родилась гениальная идея предложить мне исполнить в один вечер и Варлаама, и Бориса... Здесь я твёрдо решил покинуть планету. Нашли, небу хвала, поляка. Искренне выпивал за его здоровье в гримёрной, требуя у неравнодушных коллег вырубить трансляцию 😅
Думаю, стоит ли писать об этой постановке... Если коротко, для тех, кто в теме, идея сожрала саму себя. По ряду причин. Мне бы очень хотелось почитать здоровый анализ от кого-то из критиков, но к сожалению, у нас нет профессиональной критики, способной поднять и осмыслить такие пласты. Если провести линии между Ричардом III, Макбетом и БГ несложно, то проанализировать почему БГ не они - большой труд с необходимостью прорабатывания значительного объёма литературы. Далее наслаивается анализ музыкального материала, с глубоким пониманием принципа и причин заимствования Мусоргским конкретных церковных символов. И только после - противопоставление полученного работе уважаемого мною Каспера Хольтена... Там станет понятно, почему его концепция саму себя пожирает. Потом ещё можно поговорить, зачем на премьере были высокие гости и чего они хотели своим присутствием сказать. Но мне вот срочно нужно от всего этого отдохнуть. И как-то добраться до дома, что непросто, непонятно чем, и не так скоро, как хотелось бы. Так что, пока читайте биологических спутников, что есть.

Ну и, чтобы не нарушать традиции моего ворчания на Милан)))
Иду я по улице. Голова трещит. Аптеки в этот час закрыты. Вижу медицинский автомат. 24 часа! - написано. Грежу обезболивающим, как манной небесной. Подхожу. Ассортимент изучаю...
А болит у миланцев - не голова🤣

Мой сын учится в колледже. В последние пару месяцев пришлось дистанционно погрузиться, вмешаться и решить пару значительных вопросов с его образованием. Так я снова вспомнил, как заведовал на Урале вокальным отделом.

Стоило мне возглавить вокальное отделение в колледже, как ко мне подоспело первое грязное дело. Педагог с одиозной репутацией, большая сказочница (сочиняла про свою оперную карьеру) и интриганка, предприняла удар по своей неугодной ученице (знакомо, да?). Ученица, оказывается, приготовила на учителя кучу жалоб и при полной поддержке родителей собиралась препода судить за испорченный голос. Педагог решила, что для её послужного списка будет удобнее отказаться от ученицы - как от профнепригодной - до скандала. Имея большой опыт выслушивания, я принял ко вниманию претензии педагога. Мгновенно в эту историю вмешалась завкафедрой института (колледж был при ВУЗе и до меня мою должность занимала завкаф института), чтобы насладиться интригами против неприятной ей коллеги по цеху. Она посоветовала студентке накатать отказную вперёд педагога, а мне посоветовала сшить дело... Поскольку я не очень понимал в чём суть, я решил ознакомиться с предметом и созвал комиссию для прослушивания этой девушки. Сейчас я не помню точно, но, кажется, её не допустили к экзаменам, как официально безголосую. Не помню кто это сделал, но её педагог в этом акте играла большую роль. Я был человеком новым и беспристрастным. Нужно было разобраться.
Девушка вошла. Запела. Первое моё удивление - наличие какого-то голоса. Это колледж. Один или два года она поёт. Там даже в институт часто брали всех, кто пришёл. А тут: человек поёт, в ноты попадает, диапазон имеет. Понятно, что она не Сазерленд, но и утверждать, что "безголосая" нельзя. Её педагог, естественно, на прослушивание не является. Это главное правило интриганов - замарать чужие руки. Я обращаюсь к комиссии и пытаюсь понять в чём дело. Они юлят. Выношу на голосование. Голосуют единогласно: девушку определяем к другому педагогу, даём шанс. Зарабатываю себе первого врага в лице бывшего её педагога)))
Кажется, потом эта девушка ушла в конкурирующее заведение, не помню точно. Её официальные жалобы на педагога любовно сохранила завкафедрой для будущих интриг.

Во всех творческих учебных заведениях педагоги занимаются примерно одним и тем же. Их взаимоотношения напоминают соседско-помещечьи, когда с одной стороны - крепостные холопы, с другой - чужие луга.

За последние годы нынче у меня первое спокойное Рождество! Все прошлые года в первые числа января я пел. Например, выучивал за неделю Чуба и выходил работать премьеру "Ночи перед Рождеством" прямо в ночь перед Рождеством. Или ехал на праздничную гастроль. Или срочно выходил из-за стола и шёл петь внезапно объявившееся название. Многократно отменялись и переносились в моём дому празднества из-за работы. Казалось, иного не жди. Но в этом году случилось чудо: уже неделю дома - в полном покое. Вроде и "Ночи" идут и по другим басовым позициям в театре объявлен "красный ключ", а меня не дёргают. Берегут. Праздник. Слава Богу. Сегодня попируем🎄🍾🥂
С Рождеством!💫

Всем жалко папу Антонии, потому что никто не знает, что он швырнул её маму в окно😃

Дело в том, пояснял далее друг, что после героического подвига Креспеля синьора будто преобразилась: никаких капризов, сумасбродных прихотей и мучительств теперь нет и в помине, и маэстро, сочиняющий музыку для ближайшего карнавала, почитает себя счастливейшим человеком в подлунной, ибо синьора согласна петь его арии без тех сотен тысяч изменений, смириться с которыми он уже заранее было приготовился.

Между прочим, продолжал друг, есть все резоны сохранять в строжайшей тайне процедуру исцеления Анджелы, ибо в противном случае певицы будут что ни день вылетать в окошко. 😉

Э.Т.А. Гофман. "Советник Креспель"

"Юродивый очень непонятный. Герой-загадка. Я его не понимаю. Сколько ему лет? Молодой он или нет? Больной он или нет?" (с)

А когда-то пел Козловский...

В Большом театре перестают здороваться. Десять лет назад он впечатлил меня тем, что все со всеми здоровались. Идёшь по коридорам и голова отваливается: здравствуйте-здравствуйте-здравствуйте... Юная, тогда ещё, молодёжная программа славилась агрессивным пестованием этого правила: здороваться с каждым человеком от монтировщика до директора. Сам видел Вдовина за этим делом. Ещё в Большом тех лет было правило, незнакомому певцу сразу выкидывать руку и представляться - Иван, а тот в ответ - так же. В этом смысле разительно отличался Петербург. Там нормальные. Лицо кирпичом и идут мимо. Я с испугу - здравствуйте - а на меня смотрят, как на болящего. Тяну руку - Станислав, чувак смущается, будто я его в баню позвал. Теперь всё норм. Уравниваемся. Я помню первый такой эпизод в БТ. Иду на вечернюю репетицию, на которой народа будет - только я и Фёдор (сын Борисов). У лифта встречаю певицу: здравствуйте. Фёдор Борисович молчит. Заходим в лифт. Выхожу на том же этаже. Косится. Заходим в реп зал. Поздоровалась, когда режиссёр ко мне обниматься кинулся. Дошло. Потом на одной из постановок появилась певица, которая решила вообще ни с кем не знакомиться. Мы её отогрели, конечно... А теперь ещё одна сопрано отличилась, уже несколько раз спектакли пели. Забыла поздороваться. И это - тенденция. Вот сейчас на Борисе в БТ - несколько новых мужских лиц. Никто "здрасти" не говорит. Смотрят. По взгляду вижу - знают. На лице тяжёлая борьба - поздороваться или нет. Победило нет. Вот такой я страшный.
Пока писал, зашёл ко мне в гримёрку солист, подтвердил замеченную мною тенденцию - не здороваются, не научены. Ну и хорошо. А то я путаюсь в каком городе ждать ответа, а в каком нет))) Теперь сразу ясно, кто надолго, а кто так, попорхать залетел. Старожилы всегда всех приветствуют. У Маквалы Филимоновны спросите.

Мы традиционно воспринимаем сцену Юродивого, как акт обличения Бориса. Однако в ней происходит много больше. Достаточно немного сместить фокус восприятия, чтобы это увидеть. Юродивые ничего не делали прямо. Почему они швыряли в мирянина шишками, в патриарха монетами - никому непонятно. Явление юродства Христа ради весьма интересно культурологически. Пожалуй, доступнее всего оно описано в романе Водолазкина "Лавр" - это бестселлер, переведённый на многие языки, если вы не читали, рекомендую. Там эти герои цветут пышным цветом: топчут ногами хлеб, швыряют камни в один дом, целуют стены другого... Всем вокруг кажется, что они понимают: под камнепадом живут грешники, а святость других такова, что блаженные благоговейно лобызают края их жилища. Но это не так. Именно таков приём юродивых - ничего в лоб. Так почему мы решили, что в "Борисе" вдруг в лоб: "Ирод зарезал царевича"? Сбой в программе блаженного?
В сцене с Шуйским царь задаёт главе следственного комитета князю самый главный вопрос: "малютка тот погибший был Димитрий?" На положительный ответ Борис реагирует с явным недоверием, в связи с чем Шуйский подробно излагает процесс своего расследования. Мы знаем, что царь ему не верит: "А Шуйского за лживую присягу четвертовать!" Не верит в погибель царевича и народ на соборной площади. И очень скоро в это перестанет верить... Шуйский. Этот удивительный персонаж при царе Феодоре констатировал смерть Димитрия от несчастного случая. При Самозванце - открыто объявит о том, что царевич не был убит, но был спасён. При самом себе он снова признает Димитрия убитым во младенчестве и доставит из Углича его святые мощи... И это ещё вопрос, почему Шуйский решается заткнуть блаженного. Явно не потому, что тот досаждает Борису. В претензиях бояр к Василию Ивановичу отчётливо звучит: "не стыдно ли в твои лета народ на площадях мутить, что жив царевич заверять?"
Всех на площади интересует смерть/жизнь царевича. И всем им отвечает Юродивый - царевич давно зарезан. Он говорит это народу. Он обличает этим Шуйского. Он отвечает на единственный мучающий вопрос - царю. Царь сокрушён его ответом, потому что услышал и понял. Малютка мёртв. А все остальные - не поняли. "Вот в чём фокус".

P.S. Камнями юродивые кидали не в дома, а в бесов, которые при святых хозяевах были вынуждены ютиться снаружи. Целовали не стены, а плачущих ангелов, которым не находилось места в домах грешников.

P.P.S. Да, простите, это об опере Борис Годунов.