«Разливаются колокола красным звоном церквей московских. Все нарядились, кто как мог. Христосуются, целуются. В каждом доме кулич, пасха. Радостно встречают гостей, угощают без конца. Я помню — это все было. И все пропало, как не было. Осталась какая-то волшебная…