Его звали
Мухаммед Шеаб

Потомок
эмиров кочевников
покончил с собой
потому что лишился
Отчизны

Ему нравилась Франция
и он поменял имя

Он был Марселем
но не был французом
он давно не умел
жить
в родном шатре
где внимают напеву
Корана
смакуя кофе

И еще не умел
петь
песню
своего отчаянья

Мы проводили его вдвоем
я и хозяйка гостиницы
где мы жили
в Париже
в номере 5 на rue des Carmes
безликом идущем вниз переулке

Он покоится
на кладбище Иври
в пригороде где каждый день
напоминает
день
после закрытия
ярмарки

И может быть я единственный
знаю еще
что был такой человек

Негодует Гамлет и Высоцкий, издевается Гамлет — и Высоцкий, скорбит Гамлет — и Высоцкий. Гибнет и побеждает Гамлет — и Высоцкий