Снежнянский Суетолог

Экскурсия по местам недавних боев

С первого дня войны в Донбассе украинская сторона уверяла, что воюет с Россией. Доказательства этого были предоставлены настолько ничтожные, что сейчас говорить о них нет никакого смысла. В феврале 2022 года все увидели, что значит воевать с регулярной российской армией, а все предшествовавшие 8 лет конфликта все же радикально отличались от того, что происходит в зоне СВО. И все же Российская Федерация пыталась отвечать на вбросы украинского государства. Ответы были все одинаковыми — российских регулярных войск там нет. Отсюда и появился мем «ихтамнеты» — намек на «отпускников» и прочих добровольцев из России, которые принимали участие в боевых действиях в ЛДНР.

С тех пор много воды утекло. Если до 2022 года российские добровольцы встречались мне не так часто, то с середины 2023 года вблизи линии фронта чаще встречаю бойцов из всех уголков Большой Земли и реже — местных. Поймал себя на мысли, что «ихтамнетами» стали донбасские мужики. Мол, не воюют те самые шахтеры, о которых так много и долго рассказывали, которые из недр земли поднялись, чтобы не пустить врага в свой дом.

8 лет войны и первые годы СВО сделали свое — уж не так много осталось в живых тех, кто ушел в ополчение в самом начале войны в Донбассе, вступил в «тихие» минские годы в НМ ДНР или по мобилизации в первые месяцы спецоперации пошел биться с нацистами по всей ЛБС. И тем не менее, еще остаются в строю донбасские «ихтамнеты», продолжающие двигать линию фронта, освобождая земли ДНР от оккупации ВСУ.

Продолжение: https://asd.news/articles/voyna/snezhnyanskiy--suetolog-/

Прогулка берегом азовским

с. Самсоново, ДНР, Россия

Фотограф Павел Чуприна

Беженцы в Авдеевке

Репортаж из пункта временного размещения

Меж разбитых домов с граффити на торцах по небольшому скверу шла женщина с тележкой. Тащила бутыли с питьевой водой. Подошла к зданию, которое с виду казалось нежилым: окна забиты ДВП, вместо двери еще один лист из спрессованных опилок, часть постройки отсутствовала вовсе. Женщина подтащила ко входу тележку, а затем нажала на звонок. Дверь открылась, и оттуда послышались голоса. Перед входом сидел мужчина с пластырем на шее. Он поздоровался с незнакомцами - то есть с нами - и все вместе мы вошли внутрь.

Внешний вид зданий оказался полной противоположностью происходящего внутри. Здесь было тепло, горел свет и вкусно пахло обедом. Несколько беженцев как раз трапезничали, сидя за столом в конце помещения. Гречка с тушенкой, черный чай и печенье — обычная еда где-то в окопе, но и здесь этот набор выглядел очень даже аппетитно. Во всяком случае для людей, бежавших из зоны боевых действий, это лучше холодного подвала, где выживать получалось за счет консервации.

Вдоль стен стояли раскладушки с постельным бельем – одеялами и подушками. Все – чистое и ухоженное. На части кроватей лежали маломобильные старушки, которым, чтобы подняться, нужна помощь волонтеров. Добровольцы здесь как воспитатели в детском саду. К ним подходят, чтобы спросить совета, помощи или банальной поддержки, узнать информацию о документах или медикаментах, справиться по поводу будущего.

Полный текст: https://asd.news/articles/dnr/bezhentsy-v-avdeevke/