Раз в два, три года, объявляют набор в космонавты. Люди должны собрать медицинские документы, написать автобиографию и еще ряд бумаг, которые перечислены на сайте “Роскосмоса”. Те, кто подходит, их зовут на очный этап. Там сдают экзамены на физическое состояние, знание физики, математики, иностранных языков. После чего комиссия принимает устный экзамен с широким профилем вопросов, от знания как измерить напряжение, до вопросов из каких модулей состоит космический корабль “Союз”. В финал выходят от четырех до восьми человек. И их уже готовят стать космонавтами

Сейчас будет приниматься федеральная программа на 10 лет, где будет прописано, как будет развиваться наша космонавтика. Параллельно принимается национальный проект космонавтики. Независимо от этого развиваются и частные программы. В России появились частные компании, которые запускают в космос свои спутники, начиная от систем связи, заканчивая изучением поверхности Земли

Развиваются и образовательные проекты. Университеты делают свои спутники, таким образом привлекая молодых специалистов, студентов и даже школьников в сферу изучения космоса

Трамп не видит президента Путина как своего главного врага. Этим он существенно отличается от президента Байдена. С другой стороны, я не думаю, что Трамп — друг России. И хотя ему не нужен Кремль в качестве противника — я также не думаю, что он видит Москву в качестве альтернативного центра международного влияния. Я уверен, что многоцентричный мир, к которому стремится Россия — это совсем не то, к чему стремится Трамп.

Вы видите, что происходит сейчас в Европе, вы видите их желание пойти на эскалацию на Украине, чтобы сорвать любые соглашения между США и Россией.

У меня есть надежды, но это не значит, что это связано с достижением мира на Украине на основе предложений Трампа, предложений, который, кстати, пока не сформулированы самим Трампом, и он признает, что он дал поручения своим соратникам, советникам (как говорят демократы — сообщникам), разработать перспективы и риски в рамках перемен американского курса по Украине. Но пока еще мы говорим только об идеях, заготовках, поэтому те переговоры, которые будут в Эр-Рияде — особенно важны, но еще более важна встреча президента Путина и президента Трампа. И я надеюсь, что она произойдет и произойдет в недалеком будущем.

Американская позиция в процессе переговоров под этим давлением может ужесточиться и американские подходы могут оказаться неприемлемыми для России. И в этой ситуации возникает вопрос: «а можно ли заключить соглашение»? Если окажется, что это невозможно, мне кажется крайне важно, чтобы Трамп обвинил в этом в первую очередь — Зеленского, и что вывод в Вашингтоне был бы: «они артачатся, они не хотят договариваться, ну и пускай живут как они хотят, а мы будем резко сокращать наше вмешательство и нашу финансовую помощь».

Если бы такое произошло, то я уверен: попетушились бы в Лондоне, в Париже, в Берлине, но энтузиазм в деле поддержки Украины оказался бы очень недолгим, и украинское сопротивление рухнуло бы, и Россия получила бы существенно лучшие результаты по Украине, чем оказалось бы возможным в процессе любой сделки сегодня.

только оно уже будет с новой американской администраций и с существенно более жестким, решительным и непредсказуемым американским президентом, чем был Байден