⚫️ «Заезжай и живи!»

Так можем сказать каждому участнику программы реновации, ведь квартиры в новостройках передаются им уже с готовой улучшенной отделкой. В будущем эту фразу услышат и жители Очаково-Матвеевского, а мы пока расскажем про ЖК, который строится для них прямо сейчас на Веерной улице.

⭕️ Для знатоков — дом возводят по сборно-монолитной технологии, а фасад сделают вентилируемым. Для просто интересующихся — здесь будут 552 квартиры, детская и спортивная площадки, а также зона для отдыха на свежем воздухе.

⚫️ Сейчас на площадке возводят монолитные конструкции наземной части — чтобы подглядеть за процессом, откройте спойлеры выше.

@stroi_mos_ru

⭕️ Башня в форме гигантского метеорита. Что? Да!

Уже в этом году планируется ввести в эксплуатацию бизнес-центр в Филёвском Парке — тот, что «смотрит» своим острым углом в сторону «Москва-Сити». На сегодняшний день готов железобетонный каркас 17-этажного здания, продолжаются облицовка фасада и другие работы.

Внутри будут современные офисы и коворкинги, но самое интересное для горожан — это общедоступный офис на открытом воздухе в виде лестницы-амфитеатра. Отсюда же можно будет попасть к благоустроенной набережной. Вот такой вот work-life balance.

Кстати, по геометрии ставим девелоперу твёрдую пятёрку.

⭕️ ул. Заречная, вл. 2/1

@stroi_mos_ru

⭕️⭕️⭕️⭕️

Колонка Дарьи Беляковой, архитектора, основателя бюро Arch(e)type и клуба A-House:

«Архитектура культуры: сложности реконструкции и новые
горизонты»

В прошлый раз мы погрузились в историю домов культуры (ДК) — социальных проектов, объединявших просвещение, творчество и досуг. Но как эти идеи живут сегодня? Ответ — в реконструкции, которая стала мостом между прошлым и будущим. Советские ДК, фабрики, электростанции обретают новую жизнь, но их трансформация — задача сверхсложная, требующая опыта, которого раньше не хватало российским архитекторам.

Реконструкция промышленных гигантов — всегда вызов. Такие проекты требуют не только технической виртуозности, но и умения балансировать между историей и современностью. В мире эту нишу десятилетиями занимали зарубежные бюро, наработавшие опыт на объектах вроде бывшей лондонской электростанции Tate Modern или нью-йоркского The Shed. Москва не исключение: именно иностранные команды первыми взялись за такие сложнейшие задачи, как, например, ГЭС-2. Но сегодня российские архитекторы начинают доказывать, что могут не меньше.

Музей русского импрессионизма (John McAslan + Partners, Великобритания)
Расположился в здании бывшего хранилища муки и сахара кондитерской фабрики «Большевик», вся территория которой превратилась в светлый культурно-деловой комплекс. Британские архитекторы сохранили аутентичную цилиндрическую форму строения и придали ему вид современного арт-объекта, «заковав» в перфорированный металл. Главной задачей стала интеграция новых технологий, например системы климат-контроля, защищающей полотна, и создание безбарьерной среды. Сегодня без них невозможно представить современный музей. Проект показал, как индустриальное наследие может стать элегантной «оправой» для искусства, не теряя духа времени.

ГЭС-2 (RPBW, Италия/АПЕКС, Россия)
Реконструкция электростанции — проект уровня космических технологий. Сохранить каркас 1907 года, заменив часть перекрытий на светопрозрачные конструкции, интегрировав сложные инженерные решения: солнечные панели внедрены в фасад, а система сбора дождевой воды для полива и технических нужд снижает нагрузку на городскую инфраструктуру — здесь опыт Ренцо Пьяно стал ключевым. Итальянцы превратили индустриальный колосс в «зелёный» арт-хаб, где каждая балка работает на новую функцию. Это эталон для мира, но и урок для Москвы: такие проекты требуют не только денег, но и доверия к смелым решениям.

Центр «Зотов» («СПиЧ», Россия)
Хлебозавод 1930-х — это не ГЭС-2, но здесь свои сложности: конструктивистский каркас, изношенные коммуникации, требования к современным выставкам. Бюро Сергея Чобана не стало добавлять «звёздные» элементы, а законсервировало подлинные детали: плитку 30-х и 70-х гг., а также все слои кирпичной кладки, лестницы и центральную шахту бывшего конвейера. Да, здесь нет сенсационных технологий, как у Пьяно, но есть главное — уважение к истории и понимание локального контекста. Проект доказывает: российские команды уже способны решать задачи уровня «звёздных» бюро, если им дают шанс.

Почему это важно?
Реконструкция — всегда риск. Но именно такие проекты, как ГЭС-2 и «Зотов», меняют правила игры, превращая Москву в лабораторию, где рождается новая урбанистика.

@stroi_mos_ru