Forwarded from Специально для RT
Журналист, писатель Сергей Строкань @strokan
Грузинское полугорькое
В российско-грузинских отношениях происходит нечто непостижимое. В то время как Европу накрыл горячий сезон санкций с ежедневно регистрируемыми температурными рекордами в Польше, Прибалтике, Финляндии и далее почти везде по Евросоюзу, с Грузией — противоположная картина.
Этим летом в стране зарегистрирован наплыв российских туристов. Во II квартале этого года больше всего иностранцев приехали в Грузию из России — 147,7 тыс.
В это время грузинские вина и коньяки красуются на полках российских магазинов, как и минералка, напоминая о том, что в отношениях Москвы и Тбилиси (вопреки представлениям эпохи Михаила Саакашвили) ещё не поздно пить боржоми.
Связи полностью не отвалились. Самые тёмные времена, кульминацией которых стала пятидневная война августа 2008 года, ушли в прошлое. С тех пор много воды утекло и вина.
Конечно, нет оснований говорить о том, что на смену паталогически ненавидевшему Россию прежнему грузинскому руководству времён «революции роз» пришло правительство, способное совершить разворот на 180° и кардинально изменить вектор развития страны и её политику на российском направлении. Однако важные перемены всё же произошли.
Во-первых, нынешние власти Грузии признали безрассудной авантюру Михаила Саакашвили, напавшего на Южную Осетию в августе 2008 года, что привело к утрате территорий и глубочайшей национальной травме.
Во-вторых, в отличие от Украины, Грузия при всём её стремлении вступить в НАТО и ЕС извлекла урок из трагедии 2008-го и пришла к выводу, что продолжать бодаться с Россией будет себе дороже. Зарабатывать на проекте «анти-Россия», как это делает сегодняшняя Украина, не грузинский путь.
«Мы категорически против требований радикальной оппозиции ввести визовый режим для российских граждан, так как это было бы проявлением ксенофобии и шовинизма», — заявил на этой неделе председатель правящей партии «Грузинская мечта» Ираклий Кобахидзе. В общем, по-прежнему декларируя приверженность европейскому и евро-атлантическому выбору, Грузия при этом всё больше выбивается из шеренги государств, шагающих стройной колонной на антироссийский фронт.
Однако и сделать нормальный шаг навстречу России, пугливо не оглядываясь по сторонам, тоже не получается: к ногам привязаны тяжёлые гири. Оппозиция, требующая ввести визы и принять собственные национальные санкции против России, не единственная сила, наступающая на правительство премьера Ираклия Гарибашвили. Не оставляет своих интриг Украина, посылающая сигналы о том, что российская политика Тбилиси — одно сплошное разочарование для Киева. Не того ждали.
И наконец, самое главное. За считаные недели до намеченного на 6 сентября заседания Совета ассоциации ЕС — Грузия глава европейской дипломатии Жозеп Боррель поставил под сомнение предоставление Тбилиси статуса кандидата в члены ЕС, который в июне уже получили Украина и Молдавия. Буквально на днях Жозеп Боррель сделал жёсткое заявление о том, что демократические реформы в Грузии идут из рук вон плохо и с таким послужным списком даже заикаться о том, чтобы получить статус кандидата в члены ЕС, просто неприлично. То ли дело Украина — отличница в классе демократических реформ. А Грузия была отличницей, а стала двоечницей.
Так что имейте совесть, батоно Ираклий, и без нас пейте своё грузинское полугорькое.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.
@rt_special
Грузинское полугорькое
В российско-грузинских отношениях происходит нечто непостижимое. В то время как Европу накрыл горячий сезон санкций с ежедневно регистрируемыми температурными рекордами в Польше, Прибалтике, Финляндии и далее почти везде по Евросоюзу, с Грузией — противоположная картина.
Этим летом в стране зарегистрирован наплыв российских туристов. Во II квартале этого года больше всего иностранцев приехали в Грузию из России — 147,7 тыс.
В это время грузинские вина и коньяки красуются на полках российских магазинов, как и минералка, напоминая о том, что в отношениях Москвы и Тбилиси (вопреки представлениям эпохи Михаила Саакашвили) ещё не поздно пить боржоми.
Связи полностью не отвалились. Самые тёмные времена, кульминацией которых стала пятидневная война августа 2008 года, ушли в прошлое. С тех пор много воды утекло и вина.
Конечно, нет оснований говорить о том, что на смену паталогически ненавидевшему Россию прежнему грузинскому руководству времён «революции роз» пришло правительство, способное совершить разворот на 180° и кардинально изменить вектор развития страны и её политику на российском направлении. Однако важные перемены всё же произошли.
Во-первых, нынешние власти Грузии признали безрассудной авантюру Михаила Саакашвили, напавшего на Южную Осетию в августе 2008 года, что привело к утрате территорий и глубочайшей национальной травме.
Во-вторых, в отличие от Украины, Грузия при всём её стремлении вступить в НАТО и ЕС извлекла урок из трагедии 2008-го и пришла к выводу, что продолжать бодаться с Россией будет себе дороже. Зарабатывать на проекте «анти-Россия», как это делает сегодняшняя Украина, не грузинский путь.
«Мы категорически против требований радикальной оппозиции ввести визовый режим для российских граждан, так как это было бы проявлением ксенофобии и шовинизма», — заявил на этой неделе председатель правящей партии «Грузинская мечта» Ираклий Кобахидзе. В общем, по-прежнему декларируя приверженность европейскому и евро-атлантическому выбору, Грузия при этом всё больше выбивается из шеренги государств, шагающих стройной колонной на антироссийский фронт.
Однако и сделать нормальный шаг навстречу России, пугливо не оглядываясь по сторонам, тоже не получается: к ногам привязаны тяжёлые гири. Оппозиция, требующая ввести визы и принять собственные национальные санкции против России, не единственная сила, наступающая на правительство премьера Ираклия Гарибашвили. Не оставляет своих интриг Украина, посылающая сигналы о том, что российская политика Тбилиси — одно сплошное разочарование для Киева. Не того ждали.
И наконец, самое главное. За считаные недели до намеченного на 6 сентября заседания Совета ассоциации ЕС — Грузия глава европейской дипломатии Жозеп Боррель поставил под сомнение предоставление Тбилиси статуса кандидата в члены ЕС, который в июне уже получили Украина и Молдавия. Буквально на днях Жозеп Боррель сделал жёсткое заявление о том, что демократические реформы в Грузии идут из рук вон плохо и с таким послужным списком даже заикаться о том, чтобы получить статус кандидата в члены ЕС, просто неприлично. То ли дело Украина — отличница в классе демократических реформ. А Грузия была отличницей, а стала двоечницей.
Так что имейте совесть, батоно Ираклий, и без нас пейте своё грузинское полугорькое.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.
@rt_special
Санкции против России: взгляд из Ирана
Аналитическая программа телеканал Press TV с комментарием Питера Кузника и парой моих цитат.
Аналитическая программа телеканал Press TV с комментарием Питера Кузника и парой моих цитат.
Forwarded from Специально для RT
Журналист, писатель Сергей Строкань @strokan
Наступление на восток
Обращение Владимира Путина о начале частичной мобилизации обозначило новый поворот в противостоянии в Донбассе и других регионах украинского юго-востока, уже собравшихся с вещами на выход из состава разваливающегося украинского государства. При этом заявление российского президента было адресовано не только россиянам, но и мировому сообществу, которое всё чаще задаётся вопросом, как долго всё это может продлиться и к чему привести.
В связи с этим принципиально важно уяснить одну вещь, которая может стать ключом к осознанию смысла решений российского президента. Под мировым сообществом, которому послал сигнал Владимир Путин, следует понимать не только коллективный Запад, который он упоминал раз за разом, говоря о первопричинах и главной движущей силе украинского конфликта. Адресатом обращения стал и не упомянутый им коллективный Восток. То есть огромная часть многополярного мира, не ставшая для Москвы врагом, но испытывающая растущий дискомфорт в связи с затягивающимся противостоянием на Украине.
Необходимость постоянно держать удар усиливающего давление Запада, требующего от Востока включиться в войну санкций, лишает возможности переключиться на решение ключевых проблем долгосрочного развития, энергетической и продовольственной безопасности, здравоохранения, экологии, о которых без особого успеха постоянно напоминают Китай, Индия, Индонезия, Бразилия и другие центры многополярного мира.
Прошедший накануне саммит ШОС в Самарканде стал наглядной иллюстрацией того, что главные партнёры Москвы — Китай и Индия — не в восторге от происходящего и ждут от неё гораздо более активных шагов для того, чтобы в украинском конфликте скорее была поставлена точка. Лучше всего эти настроения выразил индийский премьер Нарендра Моди, прямо заявивший, что «нынешняя эпоха — не эпоха войн». На Западе поспешили интерпретировать его слова как чуть ли не критику в адрес Москвы, хотя индийский премьер имел в виду совсем другое: продолжающийся украинский конфликт всё больше отравляет международные отношения, разрушая механизмы сотрудничества.
«Я знаю вашу позицию по конфликту на Украине, ваши озабоченности, которые вы постоянно высказываете», — ответил Нарендре Моди Владимир Путин. После чего произнёс, возможно, главную фразу: «Мы сделаем всё для того, чтобы это прекратилось как можно быстрее».
Встреча Владимира Путина и Си Цзиньпина также породила немало домыслов. Тот факт, что Си Цзиньпин не остался на ужин и совместное фотографирование на встрече лидеров ШОС, на Западе расценили как то, что дистанцироваться от России якобы пытается уже не только Индия, но и Китай.
Конечно, в этих своих хотелках по поводу поведения Востока Запад выдаёт желаемое за действительное. Но факт остаётся фактом: не только у Дели, но и у Пекина нарастает усталость от необходимости постоянно балансировать между Россией и Западом и искать способ, как бы самим не обжечься огнём санкционной войны. Кроме того, на Востоке как нигде особенно уважают силу и имеют дело с победителями.
В связи с этим в Москве, судя по всему, и было принято решение, которое позволит добиться кардинального перелома на полях сражений как пролога к будущему украинскому миру.
Если Западу нужна война до последнего украинца, то национальным интересам ведущих государств Востока нужен украинский мир, причём чем скорее, тем лучше.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.
@rt_special
Наступление на восток
Обращение Владимира Путина о начале частичной мобилизации обозначило новый поворот в противостоянии в Донбассе и других регионах украинского юго-востока, уже собравшихся с вещами на выход из состава разваливающегося украинского государства. При этом заявление российского президента было адресовано не только россиянам, но и мировому сообществу, которое всё чаще задаётся вопросом, как долго всё это может продлиться и к чему привести.
В связи с этим принципиально важно уяснить одну вещь, которая может стать ключом к осознанию смысла решений российского президента. Под мировым сообществом, которому послал сигнал Владимир Путин, следует понимать не только коллективный Запад, который он упоминал раз за разом, говоря о первопричинах и главной движущей силе украинского конфликта. Адресатом обращения стал и не упомянутый им коллективный Восток. То есть огромная часть многополярного мира, не ставшая для Москвы врагом, но испытывающая растущий дискомфорт в связи с затягивающимся противостоянием на Украине.
Необходимость постоянно держать удар усиливающего давление Запада, требующего от Востока включиться в войну санкций, лишает возможности переключиться на решение ключевых проблем долгосрочного развития, энергетической и продовольственной безопасности, здравоохранения, экологии, о которых без особого успеха постоянно напоминают Китай, Индия, Индонезия, Бразилия и другие центры многополярного мира.
Прошедший накануне саммит ШОС в Самарканде стал наглядной иллюстрацией того, что главные партнёры Москвы — Китай и Индия — не в восторге от происходящего и ждут от неё гораздо более активных шагов для того, чтобы в украинском конфликте скорее была поставлена точка. Лучше всего эти настроения выразил индийский премьер Нарендра Моди, прямо заявивший, что «нынешняя эпоха — не эпоха войн». На Западе поспешили интерпретировать его слова как чуть ли не критику в адрес Москвы, хотя индийский премьер имел в виду совсем другое: продолжающийся украинский конфликт всё больше отравляет международные отношения, разрушая механизмы сотрудничества.
«Я знаю вашу позицию по конфликту на Украине, ваши озабоченности, которые вы постоянно высказываете», — ответил Нарендре Моди Владимир Путин. После чего произнёс, возможно, главную фразу: «Мы сделаем всё для того, чтобы это прекратилось как можно быстрее».
Встреча Владимира Путина и Си Цзиньпина также породила немало домыслов. Тот факт, что Си Цзиньпин не остался на ужин и совместное фотографирование на встрече лидеров ШОС, на Западе расценили как то, что дистанцироваться от России якобы пытается уже не только Индия, но и Китай.
Конечно, в этих своих хотелках по поводу поведения Востока Запад выдаёт желаемое за действительное. Но факт остаётся фактом: не только у Дели, но и у Пекина нарастает усталость от необходимости постоянно балансировать между Россией и Западом и искать способ, как бы самим не обжечься огнём санкционной войны. Кроме того, на Востоке как нигде особенно уважают силу и имеют дело с победителями.
В связи с этим в Москве, судя по всему, и было принято решение, которое позволит добиться кардинального перелома на полях сражений как пролога к будущему украинскому миру.
Если Западу нужна война до последнего украинца, то национальным интересам ведущих государств Востока нужен украинский мир, причём чем скорее, тем лучше.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.
@rt_special