«Дагестан как территория запускает для нас исследование феномена полевого музея. Этот термин здесь мы выявляем именно как эмпирическое присутствие артефактов — в слоях ландшафта, быта и коммуникации.

Артефакты природного и культурного наследия в Дагестане существуют in situ. Они часто встречаются вне изоляции от среды и вне обрамления музейной рамкой, продолжают функционировать в повседневности, переходя в НХП, ремесло и прикладное присутствие. В этом полевом процессе доступ к артефакту и возможность столкновения и живой коммуникации формирует повседневную навигацию в визуальном и семантическом пространстве.

Этот «полевой музей» словно живое гибридное пространство, где сохранение происходит не только лишь через консервацию и вычленение, а через ежедневное взаимодействие. Ценность артефакта в таком пространстве остаётся свободной для интерпретации: выявления или игнорирования участником напрямую.

В этом смысле весь Дагестан может быть рассмотрен с одной стороны, как пространство самоархивации, а с другой стороны, как стихийная институция — свободная, полевая, децентрализованная, с множеством локальных точек входа в каждом селе в виде музея в гараже или домашнего архива.

Это пространство приглашения к аналоговой коммуникации, которая запускается только через физическое присутствие здесь и сейчас, самостоятельное столкновение, field recording, движение и пребывание»