В авторской аннотации к произведению сказано: «пьеса в русле инструментального театра, по духу нечто вроде трагифарса» – и в этом смысло­образующем жанровом миксте заключено нечто существенное, то, что делает «Постороннего» эталонным образцом театра Фараджа Караева. От фарса – весь сценический антураж, атрибуты костюмов, эпатирующее поведение героя, швыряющего в публику шляпу и надевающего красный клоунский нос. Трагическое – в том, что сокрыто под маской лицедейства и отражает мучительные поиски современным человеком своей личностной идентичности в абсурдно организованном мире, где заведомо обречена и несостоятельна попытка любой коммуникации, любого диалога с Другим, понимаемым и как социум, и как иной субъект, и как бессмыслица, и как собственная инаковость.

В этой композиции шесть музыкантов (два кларнета, саксофон, скрипка, два рояля) выступают не только в своем привычном амплуа, но и одновременно становятся драматическими актерами, танцорами и певцами. При этом в «Красной шапочке» используются различные речевые техники – пение, ритмизованное проговаривание, пение в музыкальный инструмент.

Лежащая в основе произведения сказка Шарля Пьеро рассказывается с множеством повторов, перебрасыванием реплик от одного персонажа к другому, чередуясь и совмещаясь с игрой на музыкальных инструментах так, что будет интересна как детям, так и взрослым.

Известная история из предсказуемой сказки превращается в полное драматургических неожиданностей, ярких музыкальных и сценических эффектов представление. Внимание публики постоянно переключается между музыкальными инструментами, перемещениями музыкантов-сказочников и сюжетом сказки.

Программа «Эрос и Танатос» раскрывает грани трагического сочетания любви и смерти. Эта тема привлекала не только Берга, автора оперы «Лулу», но и других композиторов начала XX века — переломной эпохи, положившей начало необратимым изменениям в жизни европейцев.

В концерте, построенном по принципу симметрии или соответствия, будут исполняться как сочинения самого Берга, так и чрезвычайно редко или вовсе никогда прежде не звучавшие в России произведения его учеников. 

Берг — ученик Арнольда Шёнберга — был и сам великим учителем. Некоторые из подопечных пришли к нему после занятий с главой Нововенской школы — это было связано как с эмиграцией Шёнберга в 1933 году, так и с внутренними причинами. Ученики Берга становились его соратниками, ближайшими друзьями, помощниками. Не все из них известны как композиторы — например, Теодор Адорно, ближайший друг и поверенный страстной натуры Берга, прославился как философ и теоретик культуры, а оказавшийся в СССР Филипп Гершкович стал музыкальным теоретиком и наставником многих деятелей советского музыкального авангарда.