литературный отпуск не предвидится аж до июня — так много набрала себе конкурсов и напридумывала интересных проектов. вот сегодня, например, я причесала два рассказа и отправила их на рассмотрение в онлайн-библиотеку «Прочитано»

иногда мне кажется, что профессия писателя исключительно про терпение. поэтому ожидание ответа от «Прочитано» до осени (по прогнозам их редакции) уже даже не является проблемой

P.S. кстати, сегодня последний день приёма работ на свободную тему, следующий только через полгода

наконец моя литературная жажда добралась до Сильвии Плат

трудно избрать из её биографии что-то действительно жизнеутверждающее, но один такой факт я всё-таки нашла:

до поступления в колледж Сильвия Плат написала более пятидесяти рассказов и получила шестьдесят отказов в их публикации. однако это не помешало ей стать одной из самых знаковых фигур американской литературы двадцатого века

до Ясной Поляны от Тулы рукой подать — 500 рублей и 30 минут на такси. между нашей квартирой и домом Толстого препятствием служил только подъём в девять утра, чтобы успеть на экскурсию 

что делать — тяга к прекрасному победила. да и билеты на экскурсию урвала в последний момент. пришлось покупать аж за две недели до поездки, все мигом расхватывают возможность посмотреть на диван, где родился сам Лев Николаевич. 

нам несказанно повезло с погодой. получилось рассмотреть знаменитую берёзовую аллею, поглядеть на лошадок из исторической конюшни, запечатлеть самую толстую белку на моей памяти. 

в экскурсию входило посещение двух домов: обители Льва Толстого и гостевого флигеля. оказывается, без экскурсии туда попасть никак нельзя, так что многих гостей просто разворачивали на пороге

мы же с нашей группой из двадцати человек получили уникальную возможность ютиться в маленьких комнатках, получать замечания от смотрителей музея (не дышать, не фотографировать, не смеяться, не останавливаться) и пройти максимально быстрый экскурс по жизни великого писателя (тут родился, там пожил, здесь пожил, вот это написал, уехал, потом умер). с натяжкой, но дом Толстого ещё можно простить за сумбур и устаревшие экспозиции, где ничего нельзя рассмотреть и узнать. 

гостевой же флигель представляет собой ад из фотообоев из двухтысячных на стенах и потолке и грустных витрин. задержаться и получше изучить экспонаты не дают, мы спешим, чтобы не задерживать следующую группу.

хорошо, что для нас, простых смертных, остался лес, могила Льва Николаевича, просторы, поля, пруды, домики и конюшни. хотя я всё переживала, что из кустов на меня выпрыгнет смотритель и запретит мне думать