🗓Дата: 1957-02-02
👤Автор: Елена Шварц Андреевна
День. Пришла в школу, на первом уроке меня пересадили от Вальмана к Пинаеву. Прозвенел звонок. В класс вошла Маргарита Георгиевна. Она поздоровалась с нами и сказала мне: «Лена, ты мне не принесла стихи?» Я говорю: «Нет». А Сальцинов говорит: «Я принёс сказки».
👤Автор: Елена Шварц Андреевна
День. Пришла в школу, на первом уроке меня пересадили от Вальмана к Пинаеву. Прозвенел звонок. В класс вошла Маргарита Георгиевна. Она поздоровалась с нами и сказала мне: «Лена, ты мне не принесла стихи?» Я говорю: «Нет». А Сальцинов говорит: «Я принёс сказки».
👍2
🗓Дата: 1917-02-03
👤Автор: Александр Гриневский Александрович
Сб. Работы около дома. В 2 ч. д. уехал окончательно д-р Свеховский и дочь г-жи Ведерниковой, которая в Москве в клинике д-ра Руднева будет подвергнута операции аппендицита; одновременно уехала оконч. г-жа Померанцева, № 29. — Прибыл новый садовник.
Домбровс. / Солнечно, ветра нет. В 7 ч. у. -28°. В 12 ч. д. -22°. В 4 ч. д. -21°. В 9 ч. в. -24°. Баром. 754.
👤Автор: Александр Гриневский Александрович
Сб. Работы около дома. В 2 ч. д. уехал окончательно д-р Свеховский и дочь г-жи Ведерниковой, которая в Москве в клинике д-ра Руднева будет подвергнута операции аппендицита; одновременно уехала оконч. г-жа Померанцева, № 29. — Прибыл новый садовник.
Домбровс. / Солнечно, ветра нет. В 7 ч. у. -28°. В 12 ч. д. -22°. В 4 ч. д. -21°. В 9 ч. в. -24°. Баром. 754.
🗓Дата: 1981-02-03
👤Автор: Альберт Рачков Иванович
2 и 3 марта, понедельник, вторникВ воскресенье, пока рядовые делегаты занимались культурными и другими познавательными мероприятиями, руководители совещались в орготделе ЦК КПСС у Петровичева, а потом проводили свои совещания. Н.А. изложил порядок голосования на съезде. Делегатам лучше заранее знать этот порядок, ещё до того, как он будет утверждён съездом. Чтобы зря не толпиться, не путаться в длинных переходах.В полдень были собраны представители делегаций для предварительного обсуждения кандидатур в руководящие органы партии. На закрытом заседании съезда, от имени совещания представителей делегаций, были предложены кандидатуры в состав ЦК, ревкомиссии. Эти кандидатуры съезд принял, после чего — полуторачасовой перерыв для подготовки бюллетеней тайного голосования. На вечернем заседании состоялось голосование. Далее — работа счётной комиссии.Все руководители республик состояли в каких-то рабочих органах съезда. Гапуров — в президиуме, Язкулиев — в мандатной комиссии, Каррыев — в комиссии для рассмотрения поправок и дополнений к проекту пятилетнего плана. А меня избрали в две комиссии — подготовки резолюции по докладу Генсека ЦК КПСС и в счётную комиссию. Особо интересной оказалась работа в счётной комиссии. Её председатель — Министр Обороны Д.Ф. Устинов. На первом заседании он за несколько минут по-военному чётко изложил порядок работы комиссии и настолько полно, что к нему не было вопросов. Как только в зале Дворца Съездов закончилось голосование, взвод кремлёвских солдат выстроился вдоль ряда урн, стоящих в большом проходе зала Дворца Съездов. По команде Устинова каждая урна была взята двумя солдатами. Следующая команда — и солдаты колонной по-два двинулись к выходу из зала, затем повернули направо и по длинному коридору, переходам, промежуточным залам пришли в Грановитую Палату. Все члены Комиссии толпой шли за солдатами. Во втором, внутреннем зале Палаты, солдаты поставили урны в ровный ряд у стены и сразу же удалились. Устинов вежливо построил нас, членов Комиссии, в две шеренги напротив урн (большинство из нас знает армейский строй) и изложил порядок работы по подсчёту голосов. Члены Комиссии были разделены на две группы. Первая — уселась за столы, стоящие у стены, противоположной ряду урн. Вторая группа берёт урны и вываливает их содержимое на столы. А далее — сортировка бюллетеней в зависимости от их состояния.Сам Устинов уселся за большой стол в дальнем углу Грановитой Палаты. После сортировки бюллетеней на стол Устинова легли их аккуратные стопки: первая — без помарок, вторая — испорченные, далее — с вычеркнутыми кандидатурами. Устинов пригласил всех членов комиссии стать вокруг стола, чтобы наблюдать за подсчётом голосов. Подсчёт занял довольно много времени, несмотря на исключительно чёткую работу.Около полуночи Устинов при нас позвонил Брежневу, доложил итоги голосования: все кандидатуры в составы ЦК и Ревкомиссии избраны...
👤Автор: Альберт Рачков Иванович
2 и 3 марта, понедельник, вторникВ воскресенье, пока рядовые делегаты занимались культурными и другими познавательными мероприятиями, руководители совещались в орготделе ЦК КПСС у Петровичева, а потом проводили свои совещания. Н.А. изложил порядок голосования на съезде. Делегатам лучше заранее знать этот порядок, ещё до того, как он будет утверждён съездом. Чтобы зря не толпиться, не путаться в длинных переходах.В полдень были собраны представители делегаций для предварительного обсуждения кандидатур в руководящие органы партии. На закрытом заседании съезда, от имени совещания представителей делегаций, были предложены кандидатуры в состав ЦК, ревкомиссии. Эти кандидатуры съезд принял, после чего — полуторачасовой перерыв для подготовки бюллетеней тайного голосования. На вечернем заседании состоялось голосование. Далее — работа счётной комиссии.Все руководители республик состояли в каких-то рабочих органах съезда. Гапуров — в президиуме, Язкулиев — в мандатной комиссии, Каррыев — в комиссии для рассмотрения поправок и дополнений к проекту пятилетнего плана. А меня избрали в две комиссии — подготовки резолюции по докладу Генсека ЦК КПСС и в счётную комиссию. Особо интересной оказалась работа в счётной комиссии. Её председатель — Министр Обороны Д.Ф. Устинов. На первом заседании он за несколько минут по-военному чётко изложил порядок работы комиссии и настолько полно, что к нему не было вопросов. Как только в зале Дворца Съездов закончилось голосование, взвод кремлёвских солдат выстроился вдоль ряда урн, стоящих в большом проходе зала Дворца Съездов. По команде Устинова каждая урна была взята двумя солдатами. Следующая команда — и солдаты колонной по-два двинулись к выходу из зала, затем повернули направо и по длинному коридору, переходам, промежуточным залам пришли в Грановитую Палату. Все члены Комиссии толпой шли за солдатами. Во втором, внутреннем зале Палаты, солдаты поставили урны в ровный ряд у стены и сразу же удалились. Устинов вежливо построил нас, членов Комиссии, в две шеренги напротив урн (большинство из нас знает армейский строй) и изложил порядок работы по подсчёту голосов. Члены Комиссии были разделены на две группы. Первая — уселась за столы, стоящие у стены, противоположной ряду урн. Вторая группа берёт урны и вываливает их содержимое на столы. А далее — сортировка бюллетеней в зависимости от их состояния.Сам Устинов уселся за большой стол в дальнем углу Грановитой Палаты. После сортировки бюллетеней на стол Устинова легли их аккуратные стопки: первая — без помарок, вторая — испорченные, далее — с вычеркнутыми кандидатурами. Устинов пригласил всех членов комиссии стать вокруг стола, чтобы наблюдать за подсчётом голосов. Подсчёт занял довольно много времени, несмотря на исключительно чёткую работу.Около полуночи Устинов при нас позвонил Брежневу, доложил итоги голосования: все кандидатуры в составы ЦК и Ревкомиссии избраны...
🗓Дата: 1918-02-03
👤Автор: Александр Несвицкий Александрович
Закончен подсчет выборных записок в Украинское Учредительное собрание. По Полтаве голосовало 9020 чел., наполовину меньше, чем во Всероссийское Учредительное собрание.
👤Автор: Александр Несвицкий Александрович
Закончен подсчет выборных записок в Украинское Учредительное собрание. По Полтаве голосовало 9020 чел., наполовину меньше, чем во Всероссийское Учредительное собрание.
🗓Дата: 1928-02-03
👤Автор: Михаил Лорис-Меликов Александрович
3 февраля. | Пятница. Встал 8½; 9½ — 10½ давал урок Т.Х. 11h — 17h был в Г.Г.О. Чертил с Алешей карты изоденз и кривые протечений и осадков; 18h — 20h давал урок М. Бенуа (3). 20½ — 23h был в кино «Искра» — смотрел историч[еский] анекдот Боярин Никита Юрьевич или Победа Женщин с уч[астием] Судакевич — забавная шутка. Читал Крыжановскую.
👤Автор: Михаил Лорис-Меликов Александрович
3 февраля. | Пятница. Встал 8½; 9½ — 10½ давал урок Т.Х. 11h — 17h был в Г.Г.О. Чертил с Алешей карты изоденз и кривые протечений и осадков; 18h — 20h давал урок М. Бенуа (3). 20½ — 23h был в кино «Искра» — смотрел историч[еский] анекдот Боярин Никита Юрьевич или Победа Женщин с уч[астием] Судакевич — забавная шутка. Читал Крыжановскую.
🗓Дата: 1941-02-03
👤Автор: Владимир Порцевский Алексеевич
Вчера вернулся домой — записка от Карла, просил сдать простыню — не успел перед отъездом. Уехали наши и тоскливо стало..
Приступил сегодня к первой тетради чертежей-проектов Лебедева. Не знаю, как будет. Осталось 2 дня и 20 руб. (кроме дорожных), а перекопировать еще 7 тетрадок нужно бы (оставляя пока даже 2 толстых тетради, относящихся к периоду ученья в Техн. Училище). Устал я от этой бесконечной писанины по поводу Лебедева, которая так и не привела еще ни к какому оригинальному (буквально, а не фигурально) результату. Рачок прыткий — Елисеев и разговорчив, и боится литературного соперника. Даже скрывает письма Лебедева к матери из Strassburg’a. А потом захотел показать для ознакомления, но не для переписки. Уговаривает писать не о Лебедеве, а об окружающей Лебедева обстановке, а о Лебедеве он сам хочет написать.
Что картины Рембрандта? — Темнота
Маяковского стихи? — Словесный огород
Но упадет солнца луч на картину,
Где темнота? Все живет.
Но озарится жизнь одиночеством, горем,
И закричат стихи болью.
👤Автор: Владимир Порцевский Алексеевич
Вчера вернулся домой — записка от Карла, просил сдать простыню — не успел перед отъездом. Уехали наши и тоскливо стало..
Приступил сегодня к первой тетради чертежей-проектов Лебедева. Не знаю, как будет. Осталось 2 дня и 20 руб. (кроме дорожных), а перекопировать еще 7 тетрадок нужно бы (оставляя пока даже 2 толстых тетради, относящихся к периоду ученья в Техн. Училище). Устал я от этой бесконечной писанины по поводу Лебедева, которая так и не привела еще ни к какому оригинальному (буквально, а не фигурально) результату. Рачок прыткий — Елисеев и разговорчив, и боится литературного соперника. Даже скрывает письма Лебедева к матери из Strassburg’a. А потом захотел показать для ознакомления, но не для переписки. Уговаривает писать не о Лебедеве, а об окружающей Лебедева обстановке, а о Лебедеве он сам хочет написать.
Что картины Рембрандта? — Темнота
Маяковского стихи? — Словесный огород
Но упадет солнца луч на картину,
Где темнота? Все живет.
Но озарится жизнь одиночеством, горем,
И закричат стихи болью.
🗓Дата: 1921-02-03
👤Автор: Милица Нечкина Васильевна
Больна. Лежу. Много занималась: читала «Эпитеты у Тургенева» в сборнике «Творчество Тургенева», под редакцией Розанова, Соколова, М., 1920. Исследовала эпитеты у М. Волошина в «Иверни», подсчитывала, сделала ряд заметок об исследовании эпитетов, но не записала начисто. Читала «Осенние озера» Кузмина.
👤Автор: Милица Нечкина Васильевна
Больна. Лежу. Много занималась: читала «Эпитеты у Тургенева» в сборнике «Творчество Тургенева», под редакцией Розанова, Соколова, М., 1920. Исследовала эпитеты у М. Волошина в «Иверни», подсчитывала, сделала ряд заметок об исследовании эпитетов, но не записала начисто. Читала «Осенние озера» Кузмина.
👍1
🗓Дата: 1956-02-03
👤Автор: Евгений Шварц Львович
Перехожу к букве «О». Орлов Владимир Николаевич. Человек несомненно умный, несомненно знающий, несомненно порядочный. Прибавляю этот эпитет не для усиления. Так говорят о женщине, — еще молодая. Я кое-что люблю в нем. А кое-что переношу с трудом, до такой степени с трудом, что вечно при встрече чуть не ссорюсь с ним, а это при моем нраве и при вечном смятении чувств — вещь необычная. Прежде всего он — человек резко ограниченный и гордится этим. И выставляет на границах заградительные отряды. Он думает, что то, что он знает, то знает. А это вовсе и неверно. Настоящего понимания литературы он лишен. Есть в нем что-то от могильщика, говорящего близким, плачущим у гроба: «Граждане, или плакать, или дело делать». Или от того старика в Публичной библиотеке, что говорил: «У нас тут книги не для чтения, а для хранения. Книгохранилище — понимаете?» Возможно, так и полагается, но я не понимаю литературоведа, в котором не осталось хоть сколько-нибудь читателя. А у него тут врожденная строгая граница, до нескромности видимая. Так же строго соблюдает он границы табели о рангах. Когда ему не дали билета на премьеру капустника «Давайте не будем», — громко и открыто оскорбился, напомнил, что он сталинский лауреат, и написал соответствующее заявление. Читатель этого не сделал бы. Нет, он резко ограниченный деятель. Но вот судьба повернулась к нему спиной. Жена, нежная, тихая, по-восточному изящная и детски простая Илико, полюбила другого и ушла от Орлова. И он принял это без всяких границ — тяжело. Но знаю я это кружным путем. Я с безоговорочным уважением любовался тем, до какой степени по-мужски он это принял. Не дрогнув. Он присутствовал на тех заседаниях, где ему следовало быть.
👤Автор: Евгений Шварц Львович
Перехожу к букве «О». Орлов Владимир Николаевич. Человек несомненно умный, несомненно знающий, несомненно порядочный. Прибавляю этот эпитет не для усиления. Так говорят о женщине, — еще молодая. Я кое-что люблю в нем. А кое-что переношу с трудом, до такой степени с трудом, что вечно при встрече чуть не ссорюсь с ним, а это при моем нраве и при вечном смятении чувств — вещь необычная. Прежде всего он — человек резко ограниченный и гордится этим. И выставляет на границах заградительные отряды. Он думает, что то, что он знает, то знает. А это вовсе и неверно. Настоящего понимания литературы он лишен. Есть в нем что-то от могильщика, говорящего близким, плачущим у гроба: «Граждане, или плакать, или дело делать». Или от того старика в Публичной библиотеке, что говорил: «У нас тут книги не для чтения, а для хранения. Книгохранилище — понимаете?» Возможно, так и полагается, но я не понимаю литературоведа, в котором не осталось хоть сколько-нибудь читателя. А у него тут врожденная строгая граница, до нескромности видимая. Так же строго соблюдает он границы табели о рангах. Когда ему не дали билета на премьеру капустника «Давайте не будем», — громко и открыто оскорбился, напомнил, что он сталинский лауреат, и написал соответствующее заявление. Читатель этого не сделал бы. Нет, он резко ограниченный деятель. Но вот судьба повернулась к нему спиной. Жена, нежная, тихая, по-восточному изящная и детски простая Илико, полюбила другого и ушла от Орлова. И он принял это без всяких границ — тяжело. Но знаю я это кружным путем. Я с безоговорочным уважением любовался тем, до какой степени по-мужски он это принял. Не дрогнув. Он присутствовал на тех заседаниях, где ему следовало быть.
🗓Дата: 1927-02-04
👤Автор: Александра Финогенова Федоровна
4/II 27 г. Что на душе — чорт знает! Снаружи все спокойно. Привязывается проклятая мысль, о Григории, о Георгии –Ха-ха-ха! Какое идиотство! О чем я думаю? Что я делаю — с собой? Я сумасшедшая! Видно я не понимаю — не вижу последствий! И зачем зря изводить себя подобными мыслями? Эх — я! На всех злись, ко всему придираюсь — на каждом хочу сорвать свою злость. На кого? Никого! Откуда она?Недавно с катка. С Зинушкой были! Накаталась до слез. Ничего у меня не клеится — коньков нет своих, чужие — корявые. Да и ноги здорово болят, но не так, как в воскресенье. Тут было что-то невероятное. Как на зло! Ну я сегодня зла!
👤Автор: Александра Финогенова Федоровна
4/II 27 г. Что на душе — чорт знает! Снаружи все спокойно. Привязывается проклятая мысль, о Григории, о Георгии –Ха-ха-ха! Какое идиотство! О чем я думаю? Что я делаю — с собой? Я сумасшедшая! Видно я не понимаю — не вижу последствий! И зачем зря изводить себя подобными мыслями? Эх — я! На всех злись, ко всему придираюсь — на каждом хочу сорвать свою злость. На кого? Никого! Откуда она?Недавно с катка. С Зинушкой были! Накаталась до слез. Ничего у меня не клеится — коньков нет своих, чужие — корявые. Да и ноги здорово болят, но не так, как в воскресенье. Тут было что-то невероятное. Как на зло! Ну я сегодня зла!
🗓Дата: 1927-02-04
👤Автор: Константин Сомов Андреевич
4 февр[аля], пятницаПисьмо от Мифа и от Барбье. С Мих[аилом] пил кофе у bistro, написал оттуда Мефодию. Мих[аил] рассказывал о св[оем] знакомом Смирнове, у кот[орого] он вчера обедал. Он — сын петерб[ургского] баритона, сам певец, и хочет жениться на богатой американке.Я заходил за платьем к Г[иршманам], болтал с Henriette’ой Домой, переоделся и к Pitts’ам. Сначала Mr. P[itts] был один, я ему показал мою «Manon», вымыл портрет свой. Он мне не показался таким позорным, как в последний раз, когда я на него глядел. Пришла Е[лена] С[ергеевна]. Сейчас же стала делать мне конфиденции: страдает, волнуется, любит. В Англии. Завтрак. Mr. P[itts] пасмурный. Разговор вел я. После зав[трака] немного посидели, потом я пошел крыть лаком портрет. Чудесный Рафаэль мне помогал, и я с ним чуть-чуть поговорил по-испански — не шло.Потом с Е[леной] С[ергеевной] вышли; в дверях встретились с ее матерью, кот[орую] я впервые увидел. С Е[леной] С[ергеевной] вдвоем катались по Bois [Булонскому лесу]. Моросил дождь. Потом шофер меня завез в магазин Гиршманов. Там одна из Гинсбург, замужем в Базеле, и жена Кестлина. Рассматривали наброски и académies [рисунки, выполненные с обнаженной натуры (франц.)] Серова, кот[орые] надо продать, чтобы выписать дочку в Париж. Ольга Фед[оровна] недавно умерла в Гельсингфорсе, едучи сюда к сыну.Один пил чай на rue Cambon в Piccadilly. На métro домой. Разбирал оригиналы «Le livre de la Marquise», кот[орые] мне дал из сейфа Гиршман. Отобрал те, что надо повторить для Barbier.Заходил к Гиршманам положить в бюро рисунки и отправился к 8½ к Патон-Верховским. Мне чрезвычайно обрадовались. Они были за обедом, и я съел супу â l’oignon [лукового (франц.)], апельсин и кр[асного] вина. Был кроме меня кн[язь] Максютов (или Мансуров) — невзрачный пожилой господин. Уютно и родственно болтали. Шура сказала, что ее сын Сережа, по-видимому, попал в тюрьму при отъезде из Батума. Женя дала мне целую картонку драгоц[енных] для Анюты лоскутков.Уехал я в половине одиннадцатого. На ночь прочел несколько писем к друзьям Гоголя. Они неприятно поражают своим святошеством и кажутся ипокритичными (хотя было ли это возможно?) и не очень глубокой культурой. Как, напр[имер], блистателен его современник Juan Valera.
👤Автор: Константин Сомов Андреевич
4 февр[аля], пятницаПисьмо от Мифа и от Барбье. С Мих[аилом] пил кофе у bistro, написал оттуда Мефодию. Мих[аил] рассказывал о св[оем] знакомом Смирнове, у кот[орого] он вчера обедал. Он — сын петерб[ургского] баритона, сам певец, и хочет жениться на богатой американке.Я заходил за платьем к Г[иршманам], болтал с Henriette’ой Домой, переоделся и к Pitts’ам. Сначала Mr. P[itts] был один, я ему показал мою «Manon», вымыл портрет свой. Он мне не показался таким позорным, как в последний раз, когда я на него глядел. Пришла Е[лена] С[ергеевна]. Сейчас же стала делать мне конфиденции: страдает, волнуется, любит. В Англии. Завтрак. Mr. P[itts] пасмурный. Разговор вел я. После зав[трака] немного посидели, потом я пошел крыть лаком портрет. Чудесный Рафаэль мне помогал, и я с ним чуть-чуть поговорил по-испански — не шло.Потом с Е[леной] С[ергеевной] вышли; в дверях встретились с ее матерью, кот[орую] я впервые увидел. С Е[леной] С[ергеевной] вдвоем катались по Bois [Булонскому лесу]. Моросил дождь. Потом шофер меня завез в магазин Гиршманов. Там одна из Гинсбург, замужем в Базеле, и жена Кестлина. Рассматривали наброски и académies [рисунки, выполненные с обнаженной натуры (франц.)] Серова, кот[орые] надо продать, чтобы выписать дочку в Париж. Ольга Фед[оровна] недавно умерла в Гельсингфорсе, едучи сюда к сыну.Один пил чай на rue Cambon в Piccadilly. На métro домой. Разбирал оригиналы «Le livre de la Marquise», кот[орые] мне дал из сейфа Гиршман. Отобрал те, что надо повторить для Barbier.Заходил к Гиршманам положить в бюро рисунки и отправился к 8½ к Патон-Верховским. Мне чрезвычайно обрадовались. Они были за обедом, и я съел супу â l’oignon [лукового (франц.)], апельсин и кр[асного] вина. Был кроме меня кн[язь] Максютов (или Мансуров) — невзрачный пожилой господин. Уютно и родственно болтали. Шура сказала, что ее сын Сережа, по-видимому, попал в тюрьму при отъезде из Батума. Женя дала мне целую картонку драгоц[енных] для Анюты лоскутков.Уехал я в половине одиннадцатого. На ночь прочел несколько писем к друзьям Гоголя. Они неприятно поражают своим святошеством и кажутся ипокритичными (хотя было ли это возможно?) и не очень глубокой культурой. Как, напр[имер], блистателен его современник Juan Valera.
❤1
🗓Дата: 1963-02-04
👤Автор: Геннадий Обатуров Иванович
Москва. Сегодня в 10.00 началось заседание Главного Военного Совета в Свердловском зале Кремля. Присутствовали Хрущев, Косыгин, Брежнев, Суслов, Микоян, Шверник, Козлов (после перерыва Хрущев и Микоян отсутствовали). Маршал Малиновский сделал доклад о боевой готовности, оперативной, боевой подготовке. Выступили Епишев, Лукашин (ПрикВО), Касатонов (Черноморский флот), Якубовский, Греков (член ВС Белорусского ВО), Тутаринов (командующий войсками УрВО), Демин (чл.ВС ТуркВО), Владимиров (флот), Алексеев (командующий в ЗабВО), Александров (член ВС ЮГВ, генерал-полковник).
👤Автор: Геннадий Обатуров Иванович
Москва. Сегодня в 10.00 началось заседание Главного Военного Совета в Свердловском зале Кремля. Присутствовали Хрущев, Косыгин, Брежнев, Суслов, Микоян, Шверник, Козлов (после перерыва Хрущев и Микоян отсутствовали). Маршал Малиновский сделал доклад о боевой готовности, оперативной, боевой подготовке. Выступили Епишев, Лукашин (ПрикВО), Касатонов (Черноморский флот), Якубовский, Греков (член ВС Белорусского ВО), Тутаринов (командующий войсками УрВО), Демин (чл.ВС ТуркВО), Владимиров (флот), Алексеев (командующий в ЗабВО), Александров (член ВС ЮГВ, генерал-полковник).
🗓Дата: 1942-02-04
👤Автор: Владимир Фокин Васильевич
Сегодня радость сочеталась с горем. Маруся ходила на почту и там узнала, что та местность, где находятся наши дети, освобождена от немцев (район окружения 16 немецкой армии). Тогда она сразу посылает телеграммы на адрес матери, на сельсовет и райсовет. Приходим мы с завода, и от радости она говорит отцу: «Папа, мы скоро увидим маму, их местность освобождена от немцев, и я послала телеграмму». Отец на эти слова ответил: «Видно, мне не видать моей старухи», — в это время он сидел на койке. И после этих слов со слезами повалился в постель и закатил глаза. Я вижу, что отец помирает, но не говорю об этом Марусе и Полине, которые сидели у печки. Я потрогал у него пульс, сердце, но оно уже не билось, тогда я посмотрел на часы, было 16 часов 50 минут, и сказал Полине с Марусей, что отец умер. Из нас никто не заплакал, не потому, что нам не жаль отца, а потому, что мы сами близки к этому. В нашем доме в день выкидывают по нескольку трупов, на улицах везде и всюду валяются трупы. У Полины пухнут ноги и лицо. Обстановка очень страшная. Не успели похоронить брата, как скончался отец. Вот мы сидим у койки отца, и у всех у нас одна мысль: «Скоро и моя участь будет такова». Надо отметить, что особенно смертность возросла в последних числах января и в первых февраля, потому что с 27 по 30 января хлеба не выдавали совсем, в булочных стояли большие очереди целыми сутками, а хлеба не привозили. Нас в эти смертные дни поддержал Костя. Маруся ходила к нему и принесла от него хлеба. Если бы не Костин хлеб, мы были такие же покойники, как многие другие.
👤Автор: Владимир Фокин Васильевич
Сегодня радость сочеталась с горем. Маруся ходила на почту и там узнала, что та местность, где находятся наши дети, освобождена от немцев (район окружения 16 немецкой армии). Тогда она сразу посылает телеграммы на адрес матери, на сельсовет и райсовет. Приходим мы с завода, и от радости она говорит отцу: «Папа, мы скоро увидим маму, их местность освобождена от немцев, и я послала телеграмму». Отец на эти слова ответил: «Видно, мне не видать моей старухи», — в это время он сидел на койке. И после этих слов со слезами повалился в постель и закатил глаза. Я вижу, что отец помирает, но не говорю об этом Марусе и Полине, которые сидели у печки. Я потрогал у него пульс, сердце, но оно уже не билось, тогда я посмотрел на часы, было 16 часов 50 минут, и сказал Полине с Марусей, что отец умер. Из нас никто не заплакал, не потому, что нам не жаль отца, а потому, что мы сами близки к этому. В нашем доме в день выкидывают по нескольку трупов, на улицах везде и всюду валяются трупы. У Полины пухнут ноги и лицо. Обстановка очень страшная. Не успели похоронить брата, как скончался отец. Вот мы сидим у койки отца, и у всех у нас одна мысль: «Скоро и моя участь будет такова». Надо отметить, что особенно смертность возросла в последних числах января и в первых февраля, потому что с 27 по 30 января хлеба не выдавали совсем, в булочных стояли большие очереди целыми сутками, а хлеба не привозили. Нас в эти смертные дни поддержал Костя. Маруся ходила к нему и принесла от него хлеба. Если бы не Костин хлеб, мы были такие же покойники, как многие другие.
😢4
🗓Дата: 1939-02-04
👤Автор: Владимир Вернадский Иванович
Утро [Москва]. Вчера утром — в издательстве. Разговор начистоту с Самсоновым [Троф[имом] Петровичем] — впечатление плохого администратора, не скверного человека, м[ожет] б[ыть], вполне порядочного [учитывая, [что] цель оправдывает средства и исполнение приказаний партии, какие бы они ни были]. Новый секретарь [Василий Петр[ович] Иванов] — молодой, не очень образованный, но впечатление порядочного. Потерявший мою рукопись [«О состояниях пространства»] Влад[имир] Ив[анович] Богданов, удаленный, невежественный карьерист, тип Хлестакова или Расплюева [!] — но еще с полицейскими наклонностями доносчика — сейчас не помнит, что я передал ему рукопись.
Сговорился о договоре и взял для подписи.
Нет бумаги и полная растерянность — что будут делать? Ясно, что при увеличении Академии нельзя оставлять в таком положении. Надо обратиться к Молотову.
Вчера звонил к секретарю Вышинского о Мите [Д.И. Шаховском]. Очень мне за него жутко.
Третьего дня была Зиночка [З.М. Супрунова]: разгром их учебного заведения какой-то организацией Совнаркома. Выброшена на двор обстановка общежития. Появилась сегодня заметка, проведенная в «Известия». Это повторение истории Московского [университета] 1930 [года]. Совершенное варварство: разрушить в основе строительство жизни. Но любопытный и важный симптом. Глупое исполнение дисциплины необходимой вызывает все большее недовольство: транспорт совершенно неисправен и масса случаев опозданий этим вызвана. Масса страданий и трагедий.
Ирина [И.Д. Борнеман-Старынкевич] должна была перейти к нам [из Ломон[осовского] [института]], где против нее — благодаря ее выступлениям и низкому уровню стоящей во главе партийной кучки [Кашин и К°] [Фраза не окончена. — Прим. Ред.]. Но оказывается, что она тогда теряет стаж, хотя оба учреждения в Академии наук. Надо и самой решить.
[АРАН. Ф. 518. Оп. 2. Д. 19. Л. 20 об. — 21.]
👤Автор: Владимир Вернадский Иванович
Утро [Москва]. Вчера утром — в издательстве. Разговор начистоту с Самсоновым [Троф[имом] Петровичем] — впечатление плохого администратора, не скверного человека, м[ожет] б[ыть], вполне порядочного [учитывая, [что] цель оправдывает средства и исполнение приказаний партии, какие бы они ни были]. Новый секретарь [Василий Петр[ович] Иванов] — молодой, не очень образованный, но впечатление порядочного. Потерявший мою рукопись [«О состояниях пространства»] Влад[имир] Ив[анович] Богданов, удаленный, невежественный карьерист, тип Хлестакова или Расплюева [!] — но еще с полицейскими наклонностями доносчика — сейчас не помнит, что я передал ему рукопись.
Сговорился о договоре и взял для подписи.
Нет бумаги и полная растерянность — что будут делать? Ясно, что при увеличении Академии нельзя оставлять в таком положении. Надо обратиться к Молотову.
Вчера звонил к секретарю Вышинского о Мите [Д.И. Шаховском]. Очень мне за него жутко.
Третьего дня была Зиночка [З.М. Супрунова]: разгром их учебного заведения какой-то организацией Совнаркома. Выброшена на двор обстановка общежития. Появилась сегодня заметка, проведенная в «Известия». Это повторение истории Московского [университета] 1930 [года]. Совершенное варварство: разрушить в основе строительство жизни. Но любопытный и важный симптом. Глупое исполнение дисциплины необходимой вызывает все большее недовольство: транспорт совершенно неисправен и масса случаев опозданий этим вызвана. Масса страданий и трагедий.
Ирина [И.Д. Борнеман-Старынкевич] должна была перейти к нам [из Ломон[осовского] [института]], где против нее — благодаря ее выступлениям и низкому уровню стоящей во главе партийной кучки [Кашин и К°] [Фраза не окончена. — Прим. Ред.]. Но оказывается, что она тогда теряет стаж, хотя оба учреждения в Академии наук. Надо и самой решить.
[АРАН. Ф. 518. Оп. 2. Д. 19. Л. 20 об. — 21.]
❤1
🗓Дата: 1972-02-04
👤Автор: Дмитрий Артамонов Александрович
4 февраля.В 0 ч. 30 м. пришёл И.И. Шаковский. Он прилетел вчера. Олег сейчас живет у какой-то вдовушки и его кровать была свободна. День ясный и морозный. Становой зазывал меня и Олега. Иван пока будет жить в нашей комнате третьим получил два письма от мамы, по одному от В.М. Бочкарёва и Г.А. Тынанкергава. Получил так же кучу газет «Известия». Вечером с Монаховым напились и Нонна Павловна была в сильном раздражении.
👤Автор: Дмитрий Артамонов Александрович
4 февраля.В 0 ч. 30 м. пришёл И.И. Шаковский. Он прилетел вчера. Олег сейчас живет у какой-то вдовушки и его кровать была свободна. День ясный и морозный. Становой зазывал меня и Олега. Иван пока будет жить в нашей комнате третьим получил два письма от мамы, по одному от В.М. Бочкарёва и Г.А. Тынанкергава. Получил так же кучу газет «Известия». Вечером с Монаховым напились и Нонна Павловна была в сильном раздражении.
🗓Дата: 1959-02-05
👤Автор: Нинель Логинова Константиновна
Есть норма! Около 6 тысяч колец. Работала совершенно спокойно. Ни разу не выходил из строя станок — поэтому и норма.
👤Автор: Нинель Логинова Константиновна
Есть норма! Около 6 тысяч колец. Работала совершенно спокойно. Ни разу не выходил из строя станок — поэтому и норма.
😱1
🗓Дата: 1943-02-05
👤Автор: Павел Рафес Михайлович
Воробьи чирикают на подоконнике, на освещенном солнцем заиндевевшем стекле прыгают их силуэты.
Бабий крик: “Ой, караулечко!”
👤Автор: Павел Рафес Михайлович
Воробьи чирикают на подоконнике, на освещенном солнцем заиндевевшем стекле прыгают их силуэты.
Бабий крик: “Ой, караулечко!”
👍2
🗓Дата: 1941-02-05
👤Автор: Лев Пошерстник Эммануилович
Сегодня в школе была линейка, на которой вручили переходящее красное знамя 10-б классу, отобрав у 8-б. 1-ый приз вручили команде лыжников нашей школы, которая занял 1-ое место на общегородских состязаниях. В 9 часов я поехал к В. Спасскому, а оттуда (вместе с ним) в парк. Катались мы вокруг парка, и за 1 час 05 минут я прошел 10 км. До поздней ночи писал адреса на 2-х посылках, которые моя тетя отправила дочери.
👤Автор: Лев Пошерстник Эммануилович
Сегодня в школе была линейка, на которой вручили переходящее красное знамя 10-б классу, отобрав у 8-б. 1-ый приз вручили команде лыжников нашей школы, которая занял 1-ое место на общегородских состязаниях. В 9 часов я поехал к В. Спасскому, а оттуда (вместе с ним) в парк. Катались мы вокруг парка, и за 1 час 05 минут я прошел 10 км. До поздней ночи писал адреса на 2-х посылках, которые моя тетя отправила дочери.
👍1
🗓Дата: 1988-02-05
👤Автор: Николай Троицкий
Работая над «Блокадной книгой», Гранин решил поточнее написать о роли Косыгина в блокаде, где он многое сделал по части эвакуации. После абсурдно-загадочных увязок и согласований (ах, как об этом гениально писал Кафка в «Замке»!) Гранин беседует с самим Косыгиным, в середине 70-х годов.
Образ Косыгина сделан непросто, как сложно отношение автора к герою. Тут и уважение, все-таки дело делал, когда Жданов жирел в бункере и интриговал. Тут и бессильная попытка пробить партийно-номенклатурный панцирь бесстрастия и отсутствия отношения к чему-либо.
Гранин, ненавидящий Сталина и сталинское, пытается уяснить отношение Косыгина к этому, тот потерял всех своих друзей в «Ленинградском деле» и сам уцелел чудом.
Но Косыгин, сидящий в сталинском кабинете, вспылив, не пожелал говорить на эту тему. Тем более ни слова о разногласиях и спорах с Ждановым, тогда — члену политбюро, и хотя теперь Косыгин сам член политбюро, былая субординация свята и незыблема.
Гранин рисует Косыгина реалистически, «линялые глазки», «вялые руки», но и незаурядность, но мало человеческого. Он ищет в премьере свою «сшибку», вариант бековского Онисимова, но не находит подтверждения.
А в конце Косыгин отказывается как-либо помочь с книгой (да и разговор этот был запрещен), ибо аккурат в тот момент начали выходить в свет мемуары Люлька [Брежнева], и выпячиваться нельзя было.
В общем, есть уважение, но нет симпатии, ибо нормальный порядочный человек не может понять ихних извращенных отношений и не влезает в их шкуру.
Коротич под колпаком, нарвался он с Ильиной!
Лигач настроен против, а сам шеф, Михаил-архангел, тоже капризный барин, никак не простит процентов Бирюкова, из коих выходит, что большинство советских людей — против перестройки.
Не хочет этого Мишель признать, тут его больное место, его мозоль, его слабость. А еще, говнюк, что-то вякал про «новое мышление». Номенклатурное, барственное мышление ни хрена не изменилось!
Так что Коротич запросто может увильнуть на вольные хлеба, срал он на свой журнал и на людей, там работающих!
Смотрел я очень посредственный, блеклый спектакль «Плаха» в «Современнике», ставила Г. Волчек, лучше бы не ставила.
Великолепная декорация Давида Боровского, где использована символика креста, очень ярко и умно, не поддержана суховатой реалистичной режиссурой.
Театр разоблачил фальшь, искусственность, высосанность из пальца фигуры Авдия, он лишний, ненужный приросток, только мешает, и как ни старается Михаил Ефремов, его натуги не хватает. Иллюстративный и сконструированный абстрактный монашек только в порядке юмора воспринимается рядом с реально и крепко сыгранными наркоманами и забойщиками сайгаков, хотя и тут нет особых откровений и глубины.
Разве что укрупнен и философски приподнят Гришан в исполнении О. Шкловского. Но все «острые» слова о Сталине и пр. уже не звучат.
Второй акт — «кыргызский», там Гафт, хотя на кыргызского чабана он не похож, но это лучшее в спектакле, как эта часть — лучшая в романе. Да и Гафт все делает серьезно, он драматичен, возможно, он слишком часто в раздумьях, чересчур философичен для чабана, но это естественно.
Видел «Рок», документальный фильм режиссера Алексея Учителя. Снят блестяще, но не понравился. Опять описание, показ, хотя и эффектный, изобретательный. Но хочется уже серьезного анализа, надо этим заниматься, добиваться, пробивать.
👤Автор: Николай Троицкий
Работая над «Блокадной книгой», Гранин решил поточнее написать о роли Косыгина в блокаде, где он многое сделал по части эвакуации. После абсурдно-загадочных увязок и согласований (ах, как об этом гениально писал Кафка в «Замке»!) Гранин беседует с самим Косыгиным, в середине 70-х годов.
Образ Косыгина сделан непросто, как сложно отношение автора к герою. Тут и уважение, все-таки дело делал, когда Жданов жирел в бункере и интриговал. Тут и бессильная попытка пробить партийно-номенклатурный панцирь бесстрастия и отсутствия отношения к чему-либо.
Гранин, ненавидящий Сталина и сталинское, пытается уяснить отношение Косыгина к этому, тот потерял всех своих друзей в «Ленинградском деле» и сам уцелел чудом.
Но Косыгин, сидящий в сталинском кабинете, вспылив, не пожелал говорить на эту тему. Тем более ни слова о разногласиях и спорах с Ждановым, тогда — члену политбюро, и хотя теперь Косыгин сам член политбюро, былая субординация свята и незыблема.
Гранин рисует Косыгина реалистически, «линялые глазки», «вялые руки», но и незаурядность, но мало человеческого. Он ищет в премьере свою «сшибку», вариант бековского Онисимова, но не находит подтверждения.
А в конце Косыгин отказывается как-либо помочь с книгой (да и разговор этот был запрещен), ибо аккурат в тот момент начали выходить в свет мемуары Люлька [Брежнева], и выпячиваться нельзя было.
В общем, есть уважение, но нет симпатии, ибо нормальный порядочный человек не может понять ихних извращенных отношений и не влезает в их шкуру.
Коротич под колпаком, нарвался он с Ильиной!
Лигач настроен против, а сам шеф, Михаил-архангел, тоже капризный барин, никак не простит процентов Бирюкова, из коих выходит, что большинство советских людей — против перестройки.
Не хочет этого Мишель признать, тут его больное место, его мозоль, его слабость. А еще, говнюк, что-то вякал про «новое мышление». Номенклатурное, барственное мышление ни хрена не изменилось!
Так что Коротич запросто может увильнуть на вольные хлеба, срал он на свой журнал и на людей, там работающих!
Смотрел я очень посредственный, блеклый спектакль «Плаха» в «Современнике», ставила Г. Волчек, лучше бы не ставила.
Великолепная декорация Давида Боровского, где использована символика креста, очень ярко и умно, не поддержана суховатой реалистичной режиссурой.
Театр разоблачил фальшь, искусственность, высосанность из пальца фигуры Авдия, он лишний, ненужный приросток, только мешает, и как ни старается Михаил Ефремов, его натуги не хватает. Иллюстративный и сконструированный абстрактный монашек только в порядке юмора воспринимается рядом с реально и крепко сыгранными наркоманами и забойщиками сайгаков, хотя и тут нет особых откровений и глубины.
Разве что укрупнен и философски приподнят Гришан в исполнении О. Шкловского. Но все «острые» слова о Сталине и пр. уже не звучат.
Второй акт — «кыргызский», там Гафт, хотя на кыргызского чабана он не похож, но это лучшее в спектакле, как эта часть — лучшая в романе. Да и Гафт все делает серьезно, он драматичен, возможно, он слишком часто в раздумьях, чересчур философичен для чабана, но это естественно.
Видел «Рок», документальный фильм режиссера Алексея Учителя. Снят блестяще, но не понравился. Опять описание, показ, хотя и эффектный, изобретательный. Но хочется уже серьезного анализа, надо этим заниматься, добиваться, пробивать.
👍5❤3
🗓Дата: 1962-02-05
👤Автор: Олег Амитров Владимирович
Слава Старобогатов заинтересовался моими математическими попытками и дал почитать статью по геометрии навивания раковин гастропод.
Вечером я забежал на 16-ю линию. Поговорил с Верой Алексеевной и Стрельниковым. Оказалось, что Коробков вышел на работу. Можно будет к нему зайти.
Мне пришло ещё одно письмо из Москвы. Там всё в порядке. Оказалось, что Ирка Пославская никуда не уехала, она в Москве. Никаха гриппует.
👤Автор: Олег Амитров Владимирович
Слава Старобогатов заинтересовался моими математическими попытками и дал почитать статью по геометрии навивания раковин гастропод.
Вечером я забежал на 16-ю линию. Поговорил с Верой Алексеевной и Стрельниковым. Оказалось, что Коробков вышел на работу. Можно будет к нему зайти.
Мне пришло ещё одно письмо из Москвы. Там всё в порядке. Оказалось, что Ирка Пославская никуда не уехала, она в Москве. Никаха гриппует.
👍4❤1