https://youtu.be/nTtA2f2kO6w?si=DEnqcIhtbIP_VMbG

Набубнил тут чего то

Малыш хочет приспособить на вебку вот это вот свое хозяйство. Так, глядишь, и видео похорошеет вслед за звуком

Конвейерное обучение юнитов

https://youtu.be/IcLWETIf3J4?si=LzWzVBI_DdoHc1Ss
Чего только в рекомендации не положат.

Элита, реальная элита, она наднациональна.

Признаком реальной элиты может быть, например, информированность

Хорошо но мало. Вперёд, но медленно. Хотят ли реки течь вдоль русла. Арифметика. Эволюция


Надеюсь, сегодня вечером сможем поговорить об этом

https://youtu.be/UGhZ-j2qblM

стрим по актуалочке. пройдусь по всем больным мозолям и темам. Галковский несомненно русский. Украина для того что бы разделить или ослабить россию или для... и усилить? Идиотов бить или убивать. Победа ли пиррова победа. и многое другое что придет в голову спросить комментаторам

Делайте репосты, зовите домочадцев, гоните прочь голубых животных.

Поздравим что ли,)))

А ведь я забыл совсем на стриме кое какую тему приподнять. Тоже.. кхм.. изгоняющую зрителя с эфира.

Наверное теперь в другой раз, когда проблемы миграции проговаривать будем

Однако..

Господа, нужны советы по камере.

Вэличайшэ

У Лукашенко в ложе величайший триста тридцать третий градус (333°), уникальный Розовый Фартук Доблести, Почетный Нос На Резинке и повинность всех присутствующих членов при появлении Великого прикрывать рот рукой и отводить глаза.

Камера пакостница вроде одумалась. Как кажется, проблема была в износившемся микро юсб. Так что обновлять пока не буду. От добра добра чего искать

Синдром Задумова

Не в обиду будет сказано, но для понимания. Тем более, многие из нас не чужды этому синдрому.

Не редко бывает, что человек находится на своем месте и делает именно свою работу, но мнение и о месте, и о себе, и о работе имеет самое фантастическое. От чего порой выражается в самых немыслимых смыслах. А на замечания, естественно выраженные в нелепых формах (ибо нет ничего хуже советов непрошеных, по той причине, что непрошеные и форму имеют корявую), реагирует преувеличено.
Синдром сей распространен широчайше

Что я думаю о Задумове. Человек занимается делом важным и возможно наиболее нужным. Тащит его на горбу и делает это хорошо. Роль ведущего, как я уже в прошлом многожды говорил, настолько важна и настолько дефицитна, что хоть в позор пускайся ходя по блогерам и клянча побыть им.

Но. Проклятый синдром

Помнится, я как то не заглубляя сказал, что дескать и Украины не будет, и, главное, украинцев не будет. Вообще. Нигде и никого.

За Украину бить будут. Причем.. сами же и будут.

Старинный двухэтажный дом кремового цвета помещался на бульварном кольце в глубине чахлого сада, отделенного от тротуара кольца резною чугунною решеткой. Небольшая площадка перед домом была заасфальтирована, и в зимнее время на ней возвышался сугроб с лопатой, а в летнее время она превращалась в великолепнейшее отделение летнего ресторана под парусиновым тентом.

Дом назывался «домом Грибоедова» на том основании, что будто бы некогда им владела тетка писателя – Александра Сергеевича Грибоедова. Ну владела или не владела – мы того не знаем. Помнится даже, что, кажется, никакой тетки-домовладелицы у Грибоедова не было... Однако дом так называли. Более того, один московский врун рассказывал, что якобы вот во втором этаже, в круглом зале с колоннами, знаменитый писатель читал отрывки из «Горя от ума» этой самой тетке, раскинувшейся на софе, а впрочем, черт его знает, может быть, и читал, не важно это!

А важно то, что в настоящее время владел этим домом тот самый МАССОЛИТ, во главе которого стоял несчастный Михаил Александрович Берлиоз до своего появления на Патриарших прудах.

С легкой руки членов МАССОЛИТа никто не называл дом «домом Грибоедова», а все говорили просто – «Грибоедов»: «Я вчера два часа протолкался у Грибоедова», – «Ну и как?» – «В Ялту на месяц добился». – «Молодец!». Или: «Пойди к Берлиозу, он сегодня от четырех до пяти принимает в Грибоедове...» И так далее.

МАССОЛИТ разместился в Грибоедове так, что лучше и уютнее не придумать. Всякий, входящий в Грибоедова, прежде всего знакомился невольно с извещениями разных спортивных кружков и с групповыми, а также индивидуальными фотографиями членов МАССОЛИТа, которыми (фотографиями) были увешаны стены лестницы, ведущей во второй этаж.

На дверях первой же комнаты в этом верхнем этаже виднелась крупная надпись «Рыбно-дачная секция», и тут же был изображен карась, попавшийся на уду.

На дверях комнаты N 2 было написано что-то не совсем понятное: «Однодневная творческая путевка. Обращаться к М. В. Подложной».

Следующая дверь несла на себе краткую, но уже вовсе непонятную надпись: «Перелыгино». Потом у случайного посетителя Грибоедова начинали разбегаться глаза от надписей, пестревших на ореховых теткиных дверях: «Запись в очередь на бумагу у Поклевкиной», «Касса», «Личные расчеты скетчистов»...

Прорезав длиннейшую очередь, начинавшуюся уже внизу в швейцарской, можно было видеть надпись на двери, в которую ежесекундно ломился народ: «Квартирный вопрос».

За квартирным вопросом открывался роскошный плакат, на котором изображена была скала, а по гребню ее ехал всадник в бурке и с винтовкой за плечами. Пониже – пальмы и балкон, на балконе – сидящий молодой человек с хохолком, глядящий куда-то ввысь очень-очень бойкими глазами и держащий в руке самопишущее перо. Подпись: «Полнообъемные творческие отпуска от двух недель (рассказ-новелла) до одного года (роман, трилогия). Ялта, Суук-Су, Боровое, Цихидзири, Махинджаури, Ленинград (Зимний дворец)». У этой двери также была очередь, но не чрезмерная, человек в полтораста.

Далее следовали, повинуясь прихотливым изгибам, подъемам и спускам Грибоедовского дома, – «Правление МАССОЛИТа», «Кассы N 2, 3, 4, 5», «Редакционная коллегия», «Председатель МАССОЛИТа», «Бильярдная», различные подсобные учреждения, наконец, тот самый зал с колоннадой, где тетка наслаждалась комедией гениального племянника.

Всякий посетитель, если он, конечно, был не вовсе тупицей, попав в Грибоедова, сразу же соображал, насколько хорошо живется счастливцам – членам МАССОЛИТа, и черная зависть начинала немедленно терзать его. И немедленно же он обращал к небу горькие укоризны за то, что оно не наградило его при рождении литературным талантом, без чего, естественно, нечего было и мечтать овладеть членским МАССОЛИТским билетом, коричневым, пахнущим дорогой кожей, с золотой широкой каймой, – известным всей Москве билетом.

Кто скажет что-нибудь в защиту зависти? Это чувство дрянной категории, но все же надо войти и в положение посетителя. Ведь то, что он видел в верхнем этаже, было не все и далеко еще не все. Весь нижний этаж теткиного дома был занят рестораном, и каким рестораном! По справедливости он считался самым лучшим в Москве. И не только потому, что размещался он в двух больших залах со сводчатыми потолками, расписанными лиловыми лошадьми с ассирийскими гривами, не только потому, что на каждом столике помещалась лампа, накрытая шалью, не только потому, что туда не мог проникнуть первый попавшийся человек с улицы, а еще и потому, что качеством своей провизии Грибоедов бил любой ресторан в Москве, как хотел, и что эту провизию отпускали по самой сходной, отнюдь не обременительной цене.

Поэтому нет ничего удивительного в таком хотя бы разговоре, который однажды слышал автор этих правдивейших строк у чугунной решетки Грибоедова:

– Ты где сегодня ужинаешь, Амвросий?

– Что за вопрос, конечно, здесь, дорогой Фока! Арчибальд Арчибальдович шепнул мне сегодня, что будут порционные судачки а натюрель. Виртуозная штука!

– Умеешь ты жить, Амвросий! – со вздохом отвечал тощий, запущенный, с карбункулом на шее Фока румяногубому гиганту, золотистоволосому, пышнощекому Амвросию-поэту.

– Никакого уменья особенного у меня нету, – возражал Амвросий, – а обыкновенное желание жить по-человечески. Ты хочешь сказать, Фока, что судачки можно встретить и в «Колизее». Но в «Колизее» порция судачков стоит тринадцать рублей пятнадцать копеек, а у нас – пять пятьдесят! Кроме того, в «Колизее» судачки третьедневочные, и, кроме того, еще у тебя нет гарантии, что ты не получишь в «Колизее» виноградной кистью по морде от первого попавшего молодого человека, ворвавшегося с театрального проезда. Нет, я категорически против «Колизея», – гремел на весь бульвар гастроном Амвросий. – Не уговаривай меня, Фока!

– Я не уговариваю тебя, Амвросий, – пищал Фока. – Дома можно поужинать.

– Слуга покорный, – трубил Амвросий, – представляю себе твою жену, пытающуюся соорудить в кастрюльке в общей кухне дома порционные судачки а натюрель! Ги-ги-ги!.. Оревуар, Фока! – и, напевая, Амвросий устремлялся к веранде под тентом.

Великий писатель отличается от хорошего тем, что хороший, о чем бы он ни говорил, все равно, так или иначе, говорит о себе. Это естественно для всех людей, совершенно нормальное положение дел. Хороших писателей мы за то и любим, что они складно, увлекательно и со знанием дела рассказывают, да, о себе, но ведь увлекательно и со знанием дела же! И при том не бубнят нисколечко.

Другое дело великие.
У Толстого в текстах этого "своего" только периодически доминируюшая нотка менторства. Раздражающая, но тоже органично уложенная в живое тело книги. У Булгакова нотка тоски. То что пишут великие дает живой пульсирующий срез нашей жизни, а не их, без сомнения, богатого внутреннего мира. Разница с хорошими такая же как физика и метафизика.

Потому Анна Каренина входит в мировую культуру навечно, становясь несущей опорой сего умозрительного строения. А Золотой Ключ, со всеми своими откровениями, творение суть маргинальное. На любителя. Потому что Толстой дает срез общества и социальной группы, и человека, и любой из нас буде честным с собой, охотно признает не только других, но и себя. А Крылов-Харитонов дает только срез себя. Живой, пульсирующий и липкий.. но себя.
То же и Булгаков. Но срез чего он дал в Мастере и Маргарите

Господа. нужна помощь советом, а может и не тоько советом

Только что окончательно признал тот факт, что человеку с деградировавшим зрением и мелкой моторикий невместно работать на клавиатуре отнятой у детей купленой им когда то на то что бы быть сломаной и которую не жалко и за монитором который старший сын лет пять-десять назад принес с помойки буквально. И дело не в гордости, дело в том что не видно нихрена и кнопки больно по пальцам бьют, как их не нажимай.

может кто подскажетхороший комплект переферии за недорого? или донатом поможет на дорого? но тоже подскажет что именно?

Нет серьезно, работать с телефона смешно, какая тут работа над лонговыми текстами. а с компа мучитально и это не фигура речи