В черновике снеговика
Зима осталась на века.
Всю зиму каплями чернил
Свою тетрадку он кормил.
Чернила белые теперь
Большая редкость! И поверь
На чёрном он писал по-белому,
А ветер марта песню пел ему
Про то, что снег идёт на нет,
Луна на мир глядит в лорнет
И что с лица морковный нос
Проворный дятел клювом снёс.
А снеговик писал в тетрадь,
Что нету силы умирать,
Писал про лёд и про мороз,
Про самых белых в мире со,
Про тех мальчишек у катка,
Придумавших снеговика,
Про обещанья февраля
Оставить снежными поля!
И про егольчатую ель,
Как вальс, любившую метель!
Поэт мой зимний, снеговик,
Я слышал твой прощальный крик,
И угольки весёлых глаз
Твоих я вижу как сейчас!
Ты мартом вызван на дуэль,
Ты им убит, и плачет ель,
Ты с ней всю зиму танцевал,
Ей ночью лапы целовал,
А нынче прямо у ветвей
Ручьями голубых кровей
Ты растекаешься с утра,
И голове из-под ведра
Лучи настырно трут виски.
Но нет ни капельки тоски.
В.М.
Зима осталась на века.
Всю зиму каплями чернил
Свою тетрадку он кормил.
Чернила белые теперь
Большая редкость! И поверь
На чёрном он писал по-белому,
А ветер марта песню пел ему
Про то, что снег идёт на нет,
Луна на мир глядит в лорнет
И что с лица морковный нос
Проворный дятел клювом снёс.
А снеговик писал в тетрадь,
Что нету силы умирать,
Писал про лёд и про мороз,
Про самых белых в мире со,
Про тех мальчишек у катка,
Придумавших снеговика,
Про обещанья февраля
Оставить снежными поля!
И про егольчатую ель,
Как вальс, любившую метель!
Поэт мой зимний, снеговик,
Я слышал твой прощальный крик,
И угольки весёлых глаз
Твоих я вижу как сейчас!
Ты мартом вызван на дуэль,
Ты им убит, и плачет ель,
Ты с ней всю зиму танцевал,
Ей ночью лапы целовал,
А нынче прямо у ветвей
Ручьями голубых кровей
Ты растекаешься с утра,
И голове из-под ведра
Лучи настырно трут виски.
Но нет ни капельки тоски.
В.М.
Константин Симонов читает своё стихотворение «Жди меня».
https://m.youtube.com/watch?feature=emb_share&v=RMCHfGA508M
https://m.youtube.com/watch?feature=emb_share&v=RMCHfGA508M
В Турции мусорщики создали библиотеку из выброшенных книг!
http://www.rfi.fr/ru/v-mire/20180119-v-turtsii-musorshchiki-sozdali-biblioteku-iz-vybroshennykh-knig?fbclid=IwAR2r10575bfUanT9ZI6siyBNZMI8oNWninUxrK57Ya6kAAJGA4FRKr0-jtg
http://www.rfi.fr/ru/v-mire/20180119-v-turtsii-musorshchiki-sozdali-biblioteku-iz-vybroshennykh-knig?fbclid=IwAR2r10575bfUanT9ZI6siyBNZMI8oNWninUxrK57Ya6kAAJGA4FRKr0-jtg
RFI
В Турции мусорщики создали библиотеку из выброшенных книг
В турецкой столице появилась новая библиотека, в которой насчитывается 5000 книг. Расположенная на территории заброшенной двадцать лет назад кирпичной фабрики, она ничем не отличается от других библи…
❤1
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Пастернак в валенках.
Как занесло васильковое семя
на Елисейские, на поля?
Как заплетали венок Вы на темя
Гранд Опера, Гранд Опера!
А.Вознесенский
https://news.1rj.ru/str/culturnyy/5542
на Елисейские, на поля?
Как заплетали венок Вы на темя
Гранд Опера, Гранд Опера!
А.Вознесенский
https://news.1rj.ru/str/culturnyy/5542
Telegram
Культурный
Интересно, что Гранд-Опера не первый раз в своей истории идет на смелые эксперименты. Пол века назад художнику из Витебска доверили расписать потолок зрительного зала в своей уникальной авангардистской манере. Согласитесь, это не золотые шины на сезон разместить.…
Масленица! Склон зимы, удлинившиеся дни, поздние закаты, сосульки, увесившие крыши особняков и старых московских домиков. Мучные лавки, и из форток запах блинов; запах саек на рынках – их нам никогда не покупали, это была чужая пленительная еда (как и сбитень, которого я за все детство свое не попробовала и рецепт коего – сколько ни добивалась потом у старых людей – так и остался мне тайной). Но блины пекли, и тогда мостками, от кухни в дом, накинув шаль, спешила горничная с горой блинов, воздушно и маслено отлипавших на столе друг от друга. Мы считали, сколько штук мы съедим, кто больше.
Растопленное сливочное масло в судке, сметана, селедка, икра. Нам наливали немного вина в воду.
А мимо окон мчались санки за санками, катила по снегу Русь, как в сказке, цокали копыта коней с бубенцами, и обрывки песен, тающие вслед исчезающей за поворотом в Палаши тройке, пробуждали в Мусе и мне – тоску…
Мы вспоминали Оку. «Чудный месяц», песни той Масленицы и говорили друг другу: «А помнишь?». (Воспоминания А.Цветаевой)
Растопленное сливочное масло в судке, сметана, селедка, икра. Нам наливали немного вина в воду.
А мимо окон мчались санки за санками, катила по снегу Русь, как в сказке, цокали копыта коней с бубенцами, и обрывки песен, тающие вслед исчезающей за поворотом в Палаши тройке, пробуждали в Мусе и мне – тоску…
Мы вспоминали Оку. «Чудный месяц», песни той Масленицы и говорили друг другу: «А помнишь?». (Воспоминания А.Цветаевой)
Успейте купить последние билеты! Встретим долгожданную весну вместе с друзьями Московского театра поэтов и с мировым пианистом Борисом Березовским!🌞
https://www.intermedia.ru/news/344800
https://www.intermedia.ru/news/344800
www.intermedia.ru
«Арт-Кабаре Влада Маленко и Бориса Березовского» отметит приход весны посвящением Цветаевой
Презентация нового поэтического шоу «Арт-Кабаре Влада Маленко и Бориса Березовского» состоится 29 февраля 2020 года на сцене джаз-клуба «Эссе».
Всегда работай. Всегда люби. He жди от людей благодарности и нe огорчайся, если тебя не благодарят. Hаставление вместо ненависти, улыбка вместо презрения. Из крапивы извлекай нитки, из полыни — лекарство. Hагибайся только затем, чтобы поднять павших. Имей всегда больше ума, чем самолюбия. Спрашивай себя каждый вечер: что ты сделал хорошего?
— Эпикур
— Эпикур
❤1
Фонарик стоял возле дома давно. А в доме ночами светилось окно. Фонарик влюбился в окошко.
Белела за стеклышком кошка.
Фонарик мигал и окно отвечало.
От счастья фонарик тихонько качало!
И он от оси отклонился немножко,
Пытаясь рукою коснуться окошка.
(Пусть время проходит, и годы несутся. Любовь ведь по сути - желанье коснуться!).
Фонарь раскачался! Его понесло,
И он не погладил, а выбил стекло.
А сам с переломом упал во дворе.
И в комнату снег полетел в январе.
Любовь - это самое главное чувство.
Любить - это высшее в мире искусство.
Не всякий фонарик умеет любить,
Да так, чтоб окошко свое не разбить…
Не всякий фонарик умеет любить,
Да так, чтоб окошко свое не разбить…
В.М. #Басни
Белела за стеклышком кошка.
Фонарик мигал и окно отвечало.
От счастья фонарик тихонько качало!
И он от оси отклонился немножко,
Пытаясь рукою коснуться окошка.
(Пусть время проходит, и годы несутся. Любовь ведь по сути - желанье коснуться!).
Фонарь раскачался! Его понесло,
И он не погладил, а выбил стекло.
А сам с переломом упал во дворе.
И в комнату снег полетел в январе.
Любовь - это самое главное чувство.
Любить - это высшее в мире искусство.
Не всякий фонарик умеет любить,
Да так, чтоб окошко свое не разбить…
Не всякий фонарик умеет любить,
Да так, чтоб окошко свое не разбить…
В.М. #Басни
А февраль то не дожил до тридцати...
И пытаются фиалки расцвести.
И у нас с тобой на кухне в чашках снег.
Выход найден, только входа больше нет.
Вот и март. У марта градусник во рту.
Птицы склевывают звезды налету.
Высекай из голой ветки ноту "ми".
Ведра глаз к ночному небу подними.
Так тепло, что прикурилось от руки.
Оживают по ошибке мотыльки.
Мы вдвоем еще. Горят в печи дрова.
А на завтра обещают - минус два. В.М.
И пытаются фиалки расцвести.
И у нас с тобой на кухне в чашках снег.
Выход найден, только входа больше нет.
Вот и март. У марта градусник во рту.
Птицы склевывают звезды налету.
Высекай из голой ветки ноту "ми".
Ведра глаз к ночному небу подними.
Так тепло, что прикурилось от руки.
Оживают по ошибке мотыльки.
Мы вдвоем еще. Горят в печи дрова.
А на завтра обещают - минус два. В.М.
Весна — единственная революция на этом свете. (Фёдор Иванович Тютчев).
Штукатурку сбивают ветра,
обнажив вензеля.
Указуют святые,
где гнезда творить прилетевшим.
У весны на иконе
отчаянно пахнет земля.
Пахнет женским, святым,
навсегда умирать
расхотевшим.
На ремонте алтарь -
горизонт умывающий лес.
Из немых рукавов
утекают прозревшие реки.
И рыбачат апостолы,
неводы свесив с небес,
И скворечники дети
с березами женят навеки.
Вот крадется подросток-восток
Сквозь японский имбирь,
Чтоб на запад смотреть,
Как в глаза
однокласснице смелой.
Всю страну этой ночью
В любовь облачает Сибирь,
И луна опадает на землю
Кусочками мела.
Меня целую зиму
пытались устроить в музей:
Под стекло, к батарее,
где глаз не увидеть зеленых.
Только я изловчился,
дождался
крылатых друзей,
Коротавших январь
у индийских слонов изумленных.
Помню с кровью сугроб,
И примерзший к качелям язык,
«а» и «б» на трубе
голубями двумя коченели.
И в руках фонарей
Ледяные за стойкость призы,
И над этим над всем
Одеяло небес из фланели.
Что такое любовь?
Это тайна строительства гнезд.
Лед же в чай превратился,
и солнечный веник запарен.
Вот скворец и сова,
вот невеста, держащая пост,
Вот глубокий старик,
он к полету готов,
как Гагарин.
Ветер режет туман.
Он похож на поэта с ножом.
Наша встреча, родная,
Была для зимы потрясеньем.
Где нам скажут, мы там приземлимся
и свечи зажжем,
И построим гнездо,
и птенцов наградим
Воскресеньем.
Видишь берег реки,
А вдали вопросительный знак?
Это ангел апреля
Сигнальной ракетой мигает.
Там на льдине последней
Сидит сумасшедший рыбак.
Уже льдины то нет.
Он неспешно встает
И шагает.
В.М.
Штукатурку сбивают ветра,
обнажив вензеля.
Указуют святые,
где гнезда творить прилетевшим.
У весны на иконе
отчаянно пахнет земля.
Пахнет женским, святым,
навсегда умирать
расхотевшим.
На ремонте алтарь -
горизонт умывающий лес.
Из немых рукавов
утекают прозревшие реки.
И рыбачат апостолы,
неводы свесив с небес,
И скворечники дети
с березами женят навеки.
Вот крадется подросток-восток
Сквозь японский имбирь,
Чтоб на запад смотреть,
Как в глаза
однокласснице смелой.
Всю страну этой ночью
В любовь облачает Сибирь,
И луна опадает на землю
Кусочками мела.
Меня целую зиму
пытались устроить в музей:
Под стекло, к батарее,
где глаз не увидеть зеленых.
Только я изловчился,
дождался
крылатых друзей,
Коротавших январь
у индийских слонов изумленных.
Помню с кровью сугроб,
И примерзший к качелям язык,
«а» и «б» на трубе
голубями двумя коченели.
И в руках фонарей
Ледяные за стойкость призы,
И над этим над всем
Одеяло небес из фланели.
Что такое любовь?
Это тайна строительства гнезд.
Лед же в чай превратился,
и солнечный веник запарен.
Вот скворец и сова,
вот невеста, держащая пост,
Вот глубокий старик,
он к полету готов,
как Гагарин.
Ветер режет туман.
Он похож на поэта с ножом.
Наша встреча, родная,
Была для зимы потрясеньем.
Где нам скажут, мы там приземлимся
и свечи зажжем,
И построим гнездо,
и птенцов наградим
Воскресеньем.
Видишь берег реки,
А вдали вопросительный знак?
Это ангел апреля
Сигнальной ракетой мигает.
Там на льдине последней
Сидит сумасшедший рыбак.
Уже льдины то нет.
Он неспешно встает
И шагает.
В.М.
Масленица... Я и теперь еще чувствую это слово, как чувствовал его в детстве: яркие пятна, звоны - вызывает оно во мне; пылающие печи, синеватые волны чада в довольном гуле набравшегося люда, ухабистую снежную дорогу, уже замаслившуюся на солнце, с ныряющими по ней веселыми санями, с веселыми конями в розанах, в колокольцах и бубенцах, с игривыми переборами гармоньи. Или с детства осталось во мне чудесное, непохожее ни на что другое, в ярких цветах и позолоте, что весело называлось - "масленица"? Она стояла на высоком прилавке в банях. На большом круглом прянике, - на блине? - от которого пахло медом - и клеем пахло! - с золочеными горками по краю, с дремучим лесом, где торчали на колышках медведи, волки и зайчики, - поднимались чудесные пышные цветы, похожие на розы, и все это блистало, обвитое золотою канителью... Чудесную эту "масленицу" устраивал старичок в Зарядье, какой-то Иван Егорыч. Умер неведомый Егорыч - и "масленицы" исчезли. Но живы они во мне. Теперь потускнели праздники, и люди как будто охладели. А тогда... все и все были со мною связаны, и я был со всеми связан, от нищего старичка на кухне, зашедшего на "убогий блин", до незнакомой тройки, умчавшейся в темноту со звоном. И Бог на небе, за звездами, с лаской глядел на всех: масленица, гуляйте! В этом широком слове и теперь еще для меня жива яркая радость...
(И. Шмелев «Лето Господне»)
(И. Шмелев «Лето Господне»)
Луна заживает в небе,
как на собаке рана.
С крыши на крышу прыгают
дней молодые львы.
Чтоб ни случилось, помни - Ангельская охрана
Гнездится вокруг горячей
твоей головы.
Небо лицом уткнулось
в снежную плащаницу.
Март напророчил Пасху.
Руки его честны.
А потому, не бойся
- верить просить, рубиться,
И оживлять светильник
этой сырой весны.
Март не играет свадеб,
март войне обучает.
Женщину превращает
снова в твое ребро.
Ангельская охрана
огненными мечами
Рубит чертей в капусту,
если творишь добро. В.М.
как на собаке рана.
С крыши на крышу прыгают
дней молодые львы.
Чтоб ни случилось, помни - Ангельская охрана
Гнездится вокруг горячей
твоей головы.
Небо лицом уткнулось
в снежную плащаницу.
Март напророчил Пасху.
Руки его честны.
А потому, не бойся
- верить просить, рубиться,
И оживлять светильник
этой сырой весны.
Март не играет свадеб,
март войне обучает.
Женщину превращает
снова в твое ребро.
Ангельская охрана
огненными мечами
Рубит чертей в капусту,
если творишь добро. В.М.
ВЕРБЛЮД НА ПАЧКЕ
Верблюд курил по восемь пачек в день
И превращался в собственную тень.
Вокруг него клубился сизый дым,
И сам он скоро сделался седым.
Бродил печальный, тощий и больной,
Отплевываясь чёрною слюной.
«Зачем себя ты загоняешь в гроб?-
Всё спрашивал сайгак,- вон, третий горб
Уж вырос на спине! И как скелет
Теперь ты из-за этих сигарет!»
В ответ верблюд закуривал опять
И принимался кашлять и плевать.
Причём курил он всё, что только мог:
Табак и мак, опилки и песок,
Верблюжью колючку и сморчки,
И даже шерсти собственной клочки!
Уж превратились легкие верблюжьи
В тяжелые дырявые окружья,
Уже мозги усохли в голове,
И призраки мерещились в траве-
Верблюдики размером с паучков,
Очковые медведи без очков.
И все ему шептали: «Не кури...
А то, смотри, умрешь- умрешь, смотри...»
Но он пытался спорить и твердить:
«Курил, курю, и буду впредь курить!»
Однажды утром, сделав две затяжки,
Верблюд себя почувствовал так тяжко,
Что даже вынул изо рта мундштук,
Попробовал вздохнуть и... умер вдруг.
Когда верблюда звери клали в гроб,
Нашли письмо. А в нем просил он, чтоб
Был помещен цветной его портрет
На пачку самых крепких сигарет.
В.М.
Верблюд курил по восемь пачек в день
И превращался в собственную тень.
Вокруг него клубился сизый дым,
И сам он скоро сделался седым.
Бродил печальный, тощий и больной,
Отплевываясь чёрною слюной.
«Зачем себя ты загоняешь в гроб?-
Всё спрашивал сайгак,- вон, третий горб
Уж вырос на спине! И как скелет
Теперь ты из-за этих сигарет!»
В ответ верблюд закуривал опять
И принимался кашлять и плевать.
Причём курил он всё, что только мог:
Табак и мак, опилки и песок,
Верблюжью колючку и сморчки,
И даже шерсти собственной клочки!
Уж превратились легкие верблюжьи
В тяжелые дырявые окружья,
Уже мозги усохли в голове,
И призраки мерещились в траве-
Верблюдики размером с паучков,
Очковые медведи без очков.
И все ему шептали: «Не кури...
А то, смотри, умрешь- умрешь, смотри...»
Но он пытался спорить и твердить:
«Курил, курю, и буду впредь курить!»
Однажды утром, сделав две затяжки,
Верблюд себя почувствовал так тяжко,
Что даже вынул изо рта мундштук,
Попробовал вздохнуть и... умер вдруг.
Когда верблюда звери клали в гроб,
Нашли письмо. А в нем просил он, чтоб
Был помещен цветной его портрет
На пачку самых крепких сигарет.
В.М.
Forwarded from Литература и жизнь
Для полноты картины ещё стоит заметить, что слово «верблюд», как считается, происходит от древнегреческого ἐλέφας, то есть «слон».
https://news.1rj.ru/str/polka_knig/2855
https://news.1rj.ru/str/polka_knig/2855
Telegram
Полка
Прочитал, что по-древнегречески страусы — это большие воробьи. Στρουθοὶ αἰ μεγάλαι. А точнее — «воробей-верблюд»: στρουθο-κάμηλος.
Весна, Москва и новое музыкально-поэтическое шоу!)))
https://www.mk.ru/culture/2020/03/03/vlad-malenko-i-boris-berezovskiy-otkryli-artkabare.html
https://www.mk.ru/culture/2020/03/03/vlad-malenko-i-boris-berezovskiy-otkryli-artkabare.html
www.mk.ru
Влад Маленко и Борис Березовский открыли арт-кабаре
В джазовом клубе на Пятницкой состоялось арт-кабаре Бориса Березовского и Влада Маленко. Руководитель Театра поэтов собрал художников, артистов и музыкантов на своеобразный квартирник, в котором стихи, песни и оркестр зазвучали в такт наступающей весне. Все…