"Мужественность":
(Фрагмент)

"У меня сложившаяся репутация агрессивного, не сказать, злого человека. Это впечатление стоит на трех китах: в ролевых играх далеко не все умеют играть последовательных злодеев, которые не боятся и причиняют другим персонажам страдания, я не боюсь первым дать в морду и вообще постоянно "на взводе", я могу неприятно и страшно взорваться, выплеснув мегатонну яростной энергии.
Моя психотерапевт говорит, что во мне море янской энергии.

Вы замечали, как часто вы баюкаете свое напряжение, как вы кутаетесь в него, скрипите на него зубами. Как-то я поймал себя на странном: сел в такси и вдруг ощутил, что весь напружинен, бешено зажат, накручен, точно таксист сейчас пырнет меня заточкой. Я прямо физически потребовал отпустить себя, развязаться и расплылся по сиденью. Эта точка позволила мне посмотреть на себя вообще в потоке жизни. И внезапно я обнаружил, что никогда не снимаю лат, всегда готов, постоянно ищу угрозу, чтобы расчехлить против миллион стволов и две сотни зубочисток.

В 90-ые нас травили жуткими историями. Старались все: родители, в школе, по ТВ, мы сами, сидя в подвале, пересказывали друг другу жуткие истории. Обещали расчлененку, разбитое лицо, анальное изнасилование - о последнем говорили часто и сладостно, видимо, прежде всех останавливала статья УК, а тут стало можно. Пугали какими-то дикими шприцами, непременно спидозными. Куда там городу грехов. Ад лопнул и выблевал на улицы худших своих пассажиров. Осатанелые пересидки, чикатилы и боевые гомосеки, наркоманы со шприцами-пальцами, мрази и страхолюды всех мастей и тавро, гиены в человеческом обличии - коллективное бессознательное советского человека выплеснуло наружу бурую пену своих страхов, и я впитал их все. Я до последнего сидел в трамвае, выжидал, чтобы выскочить, едва откроются двери, дрожал, чтобы не показать, как жутко мне от того, что на меня кто-то посмотрит, забегал в магазины, когда казалось, что какие-то лютые подростки, гнило посмеиваясь, увязались за мной. Бежал, едва не рыдая, через мост с ЖБИ, трамваи встали на Каменных палатках, и небо рухнуло на землю, я летел, бежал, задыхался, кавказские продавцы цветов провожали меня алчными взглядами и гоготали мне в спину, в кармане оглаживая ножи, паника лупила по ребрам изнутри, я потел, на часах тикало едва ли семь вечера, но я изнемог, так чудовищно, до колик, я боялся выхода в открытый человеческий космос.

И в это самое время тысячи мальчишек и девчонок жили нормально. Они ходили теми же самыми улицами, слушали те же самые байки, встречались глазами с разнотравьем уличных сапиенсов. И не боялись.

Такие выросли в совсем других человеков. Я же, параллельно Жеке, стал собственным страхом".

Третья и финальная, на текущий момент, быль о Смерти из коллекции "Сказок Пацана". Продолжаем разгребать архивы:
http://telegra.ph/Skazka-pro-Albina-08-14

"Мужественность":
(Фрагмент)

"Долгие годы Кабан был легендой нашей тусовки, давая беспробудный парад члена. Можно было утешаться любым бредом: самки неразборчивы или просто тупые, но глаза еще можно обмануть, а статистику - нет.

Именно Кабан выработал две концепции полового равновесия: "Когда я сплю один - это минус, с телкой - плюс, выходит с тобой, Юран, - ноль" и "Бывают огненные рысачки, которым я готов ответить взаимностью в любой момент, есть классные девицы, с которыми да, есть норм - я готов, случаются ни то, ни се - пускай, есть бабы - нуууу, на любителя, иногда можно и их, а есть такие, что без стона не взглянешь - ох, блин, ну, по голодухе можно и с ними, а есть такие жуткие твари, что с подобными только по дикой нужде, вроде той поварихи, с ооооооооогромной жопой, которую я оседлал в армии. И та не хотел мне давать просто так, я уговорил ее за десяток дискет из штаба. Но это ещё не все! Пока я ее жарил, у меня что-то сперли, не помню уже что".

Смешно говорить, что Кабан - шовинист и объективирует. Да он весь сплошная маскулинность и витальность. Именно про него я рассказывал знаменитый сюжетный подгон:
"Кабан - инопланетянин. Ей Богу! У него и мозга-то нет. А как иначе он выжил после серьезной контузии и перелома свода черепа?! Был прежде нам другом, а после попал под мутантный дождь. Тот склеил его мозги в жидкую мыслемассу и стек ею в два нервных ганглия - это такие скопления нервных клеток, отвечающие за его инстинкты и жизнедеятельность: один в груди, им Кабан имитирует мышление и притворяется человеком. Вы слыхали вообще, как он шутит? Второй в брюхе, ближе к низу живота. Тот рулит похотью и аппетитом. Кабан необуздан и алчен. Он - король Пиршеств, лорд Сада Запретной половой хочухи. Ему ведом порок, он взнуздал его шпорами сладострастия. Нынче Кабан спокоен, гурии отдавались ему, а сам он вкушал ширу, катанную тонкими пальцами слепых евнухов. Ему пошло бы быть бисексуалом, но он безапелляционный straight. Ганглии велят ему совокупляться, как положено, не тратя огня и семени на мертвую мужскую почву".

Новые цели на радарах - накухарил августовских Вареников, накрутил и сварил, нас было 13, мои - 4 место/самосуд участников, 1 место/жюри.
Работаем, братья и сестры:
http://telegra.ph/Obezbozhivanie-08-16

Есть некоторые подворотные точки в моей биографии. Тренинг "Адаптации к улице" - одна из них:
http://telegra.ph/Muzhestvennost-SHkola-pacana-08-17

Этот текст легко мне дался, но смысл его утекает от большинства читателей. Загробный вестерн? Горячечный бред погибающего разума? Оммаж Темной Башне?
Цените сами:
http://telegra.ph/SHCHenec-08-18

Ничего себе, оказывается, уже выкладывал предыдущую зарисовку, срочно исправляюсь, вот вам еще скрип сумрачного потокового гения, скирдовано за 47 минут:
http://telegra.ph/Rakopalipsis-08-18

"Мужественность":
(Фрагмент)

"Для каждой личности положен свой предел соскальзывания в травоядного или хищника. Хомо сапиенс дрейфует где-то между, стоит одной ногой на острие, вечно балансирует. С агрессией все предельно просто, когда ты понимаешь, что все подчиняется воле, ты ломаешь бытие о колено сознания и подчиняешь себе других одной уверенностью, что можешь это сделать. Но впереди неизбежная ловушка, Дон Хуан называл ее Силой. Стоит поверить в себя, обнажить для дела клыки, раз, другой, сначала отбиться, потом догнать и вдосталь нахлебаться чужого стыда и страха, и маска прирастет. Бытие всмятку размозжит своей дубиной сознание. И ты можешь остаться рабом силы, которую поднял.

Когда становишься собственным страхом, тебя ждет набор испытаний:
Не пасть самому - об этом снято немало фильмов и рассказано сказок. В любых единоборствах, если ты достаточно упорен, ест первый пик: у тебя все начало получаться и кажется, что ты очешуительно крут. На этом обычно ломаются те, кого много шпыняли и доводили. Наконец-то ты выковал из себя меч. Всем трында! Серега Шеломенцев за годы практики выточил из десятка мальчишек мужчин, он называл это: "почуял силу". Именно здесь спотыкаются и падают в дерьмо самые слабые духом, именно их выворачивает наизнанку, они колотят самые нелепые и пафосные понты, нарываются, безумно пучат глаза и на любую фразу против норовят тут же встать в стойку: "А?! Чо сказал?! Пойдем выйдем?!"
На этом поле много наших полегло".

На

Первым делом забрали все сигареты. Затем сняли сапоги. Заставили вывернуть карманы и вытряхнули всю махру, что завалилась за подкладку. Спустили трусы до колен и заставили растопырить жопу. «Руками, руками помогай!» - орали, и даже самые жженые бивни ссали возражать. Построили рядами. Кого в затылок, других – лицом к лицу. «Сейчас каждый впорет другому с ноги. По яйцам!» По рядам прокатился ропот. Окатили из шланга. Металлические пластины под босыми пятками. Слабый ток. Согнулся от тугой, как футбольный мяч между ног, боли. Куда там – вписать в ответку. Тех, кто не встал, тут же рассчитали по форме. Следом – тех, кто заорал от неожиданности. Не ори! – одернул себя и поспешил в казарму. В 5 утра вздернули, будто бы по тревоге. Как были, в майках полезли под колючкой. Поверху – прожектор и пулемет. В канавках – негашеная известь. До утра со скрипом дотянули шестеро. Герои-на! Всех распяли на здоровенных крестах в виде буквы Х. В рот воронку – и привет смола, щелочь или олово. Так и шли ко мне, последнему, кричи, матерись, дергайся. Несли смерть в ведерке. А чудо все не наступало и на болту вертело наши муки. Зубы – в крошь. В глотку впился жестяной хвост воронки. Здравствуй, мама. Сегодня обнимемся. Но в рот мне потекла вода. Студеная, колодезная. Толку-то? Хрипишь, захлебываешься. Краем вижу, забились на крестах мученики. У кого в пузе дыра от олова, кто – смоляное чучелко. Но живы. Живы-на!!! Получилось! А я-то – дохну! Подошел поручик с секундомером, зубами стащил блестящую перчатку. «Мусор, - сплюнул он. – Брак. Трое из шести. Мало. Чертовски мало. В расход!» Трах-ба-бах, эпнуло со всех сторон, и вода потекла из десятка мелких дырок в моем теле. На волю. На.

"Мужественность":
(Фрагмент)

"Говорят, настоящему мужчине присуща ответственность (да, Каменная Стена Джексон?) и чужды метания (каким бы соловьем ни разливались современные психологи, де, жить собой/поступать по душе, но мир требует от самца завидной предсказуемости в поступках). Меня всегда потрясало, насколько эталонно мужским было поведение моего друга Кабана.
- Я постелю тебе.
Ничто так не заботить мальчика-подростка, как крутость и количество секса. В последнем имперской элитой у нас был Кабан. В свои 18 у него водилась: Людка с Бездны, длинноногая мрачная тварь, которую он подцепил, уж не помню где, она люто шкнила, но при этом исправно давала.
Наши диалоги с Кабаном, когда я ночевал у него, содержали некоторый элемент оценки качества:
- Что это за пятна на простыне?
- Это после Людки.
- Кабан, ты не прихренел ли.
- Ну, нету другого белья.

И я завидовал, бурчал, но засыпал на этих засохших пятнах чужой страсти. Кроме Людки в обойме болталась взрослая, старше Кабана на пяток лет, одинокая, распутная Анька, ее подруга Саша, какие-то одноразовые щели, листья порока, ОСКа и роковая сука Веточка (расставшись с ней Кабан, потерял опору под ногами и добровольцем канул в армии. До этого на его серванте долго стояла моя фотография, из той же серии, что и на студенческом, однажды я присмотрелся и обнаружил, что мои зрачки лучатся неземным светом, снял фото с полки, глаза оказались проколоты булавкой, точно Веточка мстительно говорила: "Не подглядывай, маленький урод", несомненно, мы с ней конкурировали за внимание одного и того же человека, вот только мы с Кабаном не были парой, и не могли дать друг другу того, что с легкостью давала и отняла Веточка.

Ничего не могу поделать, Кабан любил сук. Компенсация то была или упряжь - единственное, что могло удержать этого сперматозавра в узде, но для серьезки он выбирал исключительно кровопийц и стервозин".

"Страхам мужика" - всего месяц, а я столько вам уже рассказал.
Сегодня - премиальная зарисовка с историей:
У Кабана два отчества. По отцу он - Сергеевич, по паспорту - Павлович, сам себя именовал Палач, но среди мстительных корешей известен, как Палыч.
Уже говорил, что Кабан глубже остальных проник в мое творчество, поэтому и эта зарисовка о нем.
Кстати, на конкурсе "Зарисовка мини" все работы с этим отчеством прокляты, все, кто их писал, а нас минимум двое, опаздывали с голосованием и только из-за этого пролетали мимо топа!
http://telegra.ph/Palych-08-22