Добил онлайн модуль по Игровому мышлению (улыбался)
Сыграл в правду или действие (деликатно)
Пережил road trip в альтернативной вселенной (удивительно)
Досмотрел «Шершней» (шняга)
Ел веганский бургер (вкусный)
Помогал, мутил, крутил, научился малому, но кое-что изменил (спи спокойно, Та Сторона)
Умер от злости, бессилия и ужаса (чужой промахнется, а вот свой в своего всегда попадет (с) Окуджава)
Воскрес, пеленая кошку после стерилизации, у меня красивые дырки на руках (Щепоткины отметины)
Провел онлайн лекцию для «Эксмо» про развязку в мистических произведениях (оживал)
Приготовил котлету из морозилки (все еще пригорает)
И подвожу итог:
Тревоги нет, но страха полна коробочка (и ничего не помогает)
Могу работать, но только живьем (спи)
Самоцензура захватывает этаж за этажом (редакция выше)
И это очень стыдно (ненавижу быть таким в своих глазах)
Все еще не хочу уезжать, но лед уверенности (дальше только хуже) все крепче
В людях по-прежнему много любви (она горит)
#какэтосвязано #нетинебудет #caratimes

Впервые купил толстовку за принт (понятное дело, она тотемного цвета), но:

«In which values we live by»

Наблюдаю за собой.
Вижу, что включил максимально эскапистскую, избегательную, энергосберегающую стратегию.
Сначала хижина в лесу, потом умытая и нарядная весенняя Москва.

Три дня был очень актуален.
Прилетел проводить живой финал курса по Игровому мышлению, занимался любимым делом, был востребованным, умным, авторитетным, придумывал, учил, помогал, разбирал и разбирался.
Жил прежней жизнью, как хочу жить всегда.
Вечерами видел родных людей.
Покупал, что хотел.
Смотрел руками и ртом, говорил и слушал, горько шутил и понимал, что уже привыкли не умирать от некоторых слов.
Москва — идеальная ловушка, стеклянный шар с весной внутри, Москва создаёт тотальную иллюзию нормальности.

При этом фоном все разговоры только об одном. И этот разрыв: внешнее VZ внутреннее — несомненно расшатываешь мою личность. Потому что куча мнений и ощущений, что дальше только хуже (внимание, не фактов, в оценок/суждений/чувствований), а снаружи весна, солнце, переполненные кафе, цветная одежда, улыбки, самокаты (Боже, как я счастлив их возвращению).

После двух дней плотной креативной работы словил приступ, похожий на мигрень (всегда сочувствую тем, кого она мучает), и через боль попытался выйти из одного состояния в другое.

Работа закончилась.
Денег должны.
Ремонт и зубы не сделал.
Выхожу в чисто поле.
Знаю, кто я, посмотрим, кем буду в тварном новом мире.

Нашёл супер (по звучанию и по смыслу) песню:
https://m.youtube.com/watch?v=hSb2UJqrtd4

Spotify:
https://open.spotify.com/track/4NZKQIAbpUPd0jn0CzvRpS?si=y0kJs9eJTRWBg3ywAZdl6w

Apple Music:
https://music.apple.com/ru/album/beautiful-crime/983271114?i=983271119

#justsound #justme #нетинебудет #какэтосвязано #caratimes

Запоздало переживаю ужас тектонических плит, расходящихся под ногами. Я про друзей. Хороших, добрых, моих, казалось, до гробовой доски.

Ведь многие сейчас говорят: главное — не переругаться. Главное — сохранить своих.

А кто они — свои?
Какой ценой мы сохраним друг друга? Ради чего?

В сердце я всегда опираюсь на отношения. Друзья — это родственники, которых мы выбираем. Важно окончание — выбираЕМ, то есть, делаем это постоянно, в процессе. Дружба не высечена в мраморе, отлита в бронзе или скреплена железобетонными основаниями.

Она живая.
И что мне делать в мире грядущего Warhammer 40k, где одни друзья с гордостью наденут Zе броню и начнут проповедь Vе ценностей?
Где они уже спрашивают: как написать донос в прокуратору на Ельцин-центр — за их выступление «Нет войне»?
А другие припирают к стене жалом: у тебя друзья — VZшисты! Почему ты — писатель молчишь? Когда мои кровные братья умирают сейчас в М-поле?
А третьи выйдут на площади с пустыми рукам и выгоревшими дотла глазами, а после, если откинутся, если проживут свои сто лет одиночества в вымерзших до дна бараках, станут спрашивать на прокуренных кухнях: Где ты был, когда я гнил под Норильском? Почему не встал рядом? Смолчал?
А четвёртые скажут: ну как там в аду? Ты же нашей, перелетной природы, не ангел, но сочувствующий, ты мог улететь с нами, живы вы там? Нравится баланда? Интернет-то помнишь, что такое?
И будут ещё пятые и десятые.
С серпами и молотами, книгами и утешением, с руками и без — ветераны и прикидывающиеся, патриоты без ума и умные, с позицией, но согласием с Первым, настоящие герои и картонные, всякие.
И будут такие, как я.
А я-то какой?
Какого семя-племени?

Все дни в Москве я испытываю лютый диссонанс между ощущениями:
Все хорошо
Чувствами:
Тьма над нами, парашют времени
И разумом, который орет, срывая голос, анализируя и сходя с нарезки.

В моей груди поселилась серая слизь. Она похожа на кусок холодца. Иногда лежит смирно, где-то за сердцем, иногда седлает его и начинает дрожать. И все мое существо, повинуясь душевному этому тремору, начинает ныть и пачкать белье.

И вот мой главный вопрос к себе:
Если мы выбираем друзей сердцем, если важно не только совместно пережитое, как общаться с теми, кто перекинулся?
Я для них — выродок, они для меня — безумцы.
Как мне жить, если их ценности меня разрушают?
Как мне жить, помня, что мы словами убивали то, что было дорого другому?
Как нам быть, если мы — стали непереносимы друг для друга?

Ответ: время лечит — принимаю.
Но грядут новые времена. Их чувствует моя кожа, серая слизь внутри меня, предчувствует ум, он вообще самая пуганая тварь в моем теле.
Пришло время ослепительной яркости.
Все затопил яростный свет.

Вчера я обнаружил, что Дельфин запечатлел это в словах ещё в 2019 году — в альбоме «Край», он — просто ободранная кожа и марш несогласных.

Это не история прощания. Не принимайте на свой счёт. Никого не выкинул, не бросил. Но край близко.
И после не будет ничего вместе: одни сорвались, другие стоят.
Я чувствую, что повис, сколько провишу — хрен знает.

«Край» на Apple Music:
https://music.apple.com/ru/album/%D0%BA%D1%80%D0%B0%D0%B9/1481130387

«Край» на Spotify:
https://open.spotify.com/album/1D8nt5XuRJEMmPQkzLCFgI?si=po9iWLzgTSeKsS9SjqsnZw

«Край» на Яндекс музыке:
https://music.yandex.ru/album/9184938?utm_medium=copy_link

#caratimes #какэтосвязано #нетинебудет #justsound #justme

И луч света в темном царстве:

https://book24.ru/product/osen-prizrakov-6153312/

Непонятно, как говорить теперь о книгах, изданиях, творчестве, но это мост из той, довоенной ещё жизни, он говорит: «Будем жить».

И пусть все ужасное останется только в книгах и кино. Как истории.

#призракиосени #осеньпризраков

Этот форзац в огне…

Чем ещё заниматься редактору в пятницу пол 11 вечера? Давать ТЗ худреду на сдачу обложки😅

Это я сижу и подбираю иллюстрацию на форзац замечательно-атмосферной книги Юрия Некрасова «Осень призраков».

Покажу вам обложку в диалектике (с первой обложкой, там прям круто сюжет развивается) уже на следующей неделе. Как и обложку финальной книги «Золотых земель».

Отдыхайте, друзья✨

Добрый человек без заебонов

Добрый человек без заебонов пришел, когда не осталось ни тепла, ни соли, йод выпили, глаза выкололи даже иконам, люди распались, картонные игрушки, которым из бумаги нужно было резать платья и брюки, кругом ржавели танки и лозунги, весна разевала беззубую пасть, и по ее завшивленному, корчащемуся телу шагал добрый человек без заебонов и делал мир
Добрый человек без заебонов срезал веревки с деревьев, неважно, петли то были или сети, деревья шумели вслед, и благодарность растекалась и множилась
Добрый человек без заебонов стирал буквы и лозунги, тер дотошно, методично, его били, опрокидывали, проламывали кастрюлю головы, и тогда он ждал, пока ночь заштопает раны, и утром шел дальше, а когда добрые люди с заебонами разорвали его на части, выждал неделю, старухи мыли лоскутами его одежды посуду, дети швыряли его кости псам, псы — добрые животные без заебонов собирали его по частям, и наконец он смог продолжить путь, оставив за собой города без слов и речей, с чистыми стенами
Добрый человек без заебонов брал танки и другую бронетехнику, брал как друга за руку, и танки становились майскими жуками и божьими коровками, гудя, как расстроенный бас, улетали на небо, там, где их детки кушают конфетки
Добрый человек без заебонов стирал в ручьях газеты, и они становились чистым полем
Добрый человек без заебонов спал в храмах всех мастей и конфессий, и они открывали двери страждущим, и на столах лежали рыбы и хлеба, дошираки и кабачковая икра, и доброты было вдосталь, и вообще можно было не говорить, а только есть и спать, подложивши кулак под голову, и тот размягчался, отпускал пальцы на волю, а те ерошили волосы, а у кого волос не было — отрастали, а кто хотел быть лысым — оставался, кто хотел петь — звучал, а кто любил пердеть — делал это музыкально и без запаха
Добрый человек без заебонов посещал пытки и казни и всегда готов был встать со скамейки запасных, если надо подменял палачей — и тогда пытуемым было не больно и даже интересно, а если вставал на колени, висел на дыбе или подвергался иному насилию, то делал это с улыбкой и вовсе не страдал, помня, что доброта спасет мир
Добрый человек без заебонов прощал мздоимцев, баюкал их головы у себя на коленях, а если то были отрубленные головы, то гладил их по лицу, пока они не отращивали ножки и зад и после, детишками отпускал резвиться во двор, где всегда стоял теплый вечер, грели жёлтым теплом окна, за которыми ждали матери и отцы, полные семьей и уютом, а дворовые игры были бесконечными и ужасно интересными, да и в войнушку тут играли так, в кого стреляли — тот оживал
Добрый человек без заебонов принимал законы, и они становились эталоном внимания к желаниям властей, возможностям чинуш и полисменов и потребностям подлунного электората
Чести и понятий у доброго человека без заебонов не было вовсе
Доброго человека без заебонов гнали, он уходил, оставляя за спиной сады и фонтаны, полные чистой воды
Доброго человека без заебонов топили в нужниках, он слушал, как аммиак сжигает его кожу и тихонько подпевал в ответ, вылезал ночью и из слезшей кожи мастерил детишкам убийц башмачки и игрушки
Добрый человек без заебонов лучше всех умел вытирать грязь с лица и идти дальше
Добрый человек без заебонов строил второй БАМ и никогда не жаловался, а когда рядом разбивался оземь человек, добрый человек без заебонов ломал таблетку аспирина, половинку сосал сам, а половинкой оживлял павшего
Добрый человек без заебонов стирал государственные границы, и пограничники снимали каски, варили в них шару и кулеш, кашу из АК и гуляш из КПВТ, смешивались с соседями и на утро баюкали неизвестно чьих детей, потому все люди — винегрет, Бог строгал, в одну миску клал, майонез тащи свой
Добрый человек без заебонов доставал из спины дюжину ножей, затачивал и клал на порогах вдовых домов, ведь не было в них никого, кто умел бы точить ножи
Добрый человек без заебонов утешал вдов, и они шли на могилы к мужьями и пели там, раскатывали камни, ломали надгробия, и тащили упрямых свои мертвецов, ибо нехуй, отдохнул и хватит

Добрый человек без заебонов учил люди грамоте, а на каком языке они говорили — без разницы, добрый человек без заебонов помнил, что язык один — ангелы его просрали, а он нашел, отмыл, не воняет и вот вам общая речь, и никакой башни строить не надо, лучше дороги и больницы
Добрый человек без заебонов прогнал вирусы и пиздаболов, вернее, вирусы прогнал совсем, а с пиздаболами провел достаточно времени, чтобы полюбить их всем сердцем и вложить в их уста мед поэзии, и стали пиздаболы — бардами и сказителями и несли волшебство и силу и создавали словом летающие дворцы и пасли разумную пшеницу
Добрый человек без заебонов спустился в ад и обнаружил, что он пуст, все ушли на фронт, но туда он тоже сходил
Добрый человек без заебонов не нашел войны, потому что слушал Арефьеву и читал нормальных философов, которые сказали: если стены Платоновской пещеры побелить и нарисовать все, как надо, то станет, как надо или нет, но добрый человек без заебонов понимал, что любое нет — это немного подождать
Добрый человек без заебонов не знал, как надо, он просто делал всё
Добрый человек без заебонов пришел на берег большой реки, мимо плыли облака и куски черного льда, добрый человек без заебонов расплакался, а когда слезы ушли, с ними канули и прочие напасти

#caratimes #нетинебудет #какэтосвязано #мойиордан #meandthedevil

Пора:
https://youtu.be/WVe-9VWIcCo

#vishot #savemealiens

✍🏼Второй роман цикла «Призраки осени».

🆕Юрий Некрасов «Осень призраков»
🗓Дата выхода - май 2022

#книжная_новинка

Настоящие герои не умирают, они превращаются в призраков. Осень требует новые жертвы: дом сломан, призраки погибают один за другим, правда лезет из-под земли кривыми пальцами скелетов, мальчик в подвале пытается оживлять мертвых, пророк Рэндж идёт сквозь сожжённый цирк, королевский инспектор Холдсток суёт свой нос, куда не следует и оказывается один на один с монстром. В город приходит "Осень призраков", она беспощадна и безумна.

➡Оформить предзаказ на Бук24: https://clc.to/iPGavg

Пока я в Узбекистане (нет, не навсегда, неделя, нет, не за карточками, просто так) пытаюсь ощутить, что чувствую, вот вам ДжеДжи, который показывает, как нужно жить порядочному помойному эльфу.
#meandthedevil #caratimes #какэтосвязано #нетинебудет

Есть в «Мужественности» большая скомканная глава, которую я давным-давно написал, но не уверен, что когда-нибудь покажу. Люди, о которых она кричит, ещё живы. Начинается (и рифмуется с тем, что я делаю сейчас) глава так:

Мужественность. Простота

Летом 2005 я оказался в гибельной паутине и впервые задумался о простоте. (Она горчила).
Отношения мои на тот момент представляли собой гостевой брак: я встречался с Аэл из соседней губернии, бедняжка ездили ко мне каждые выходные 5 часов туда и 5 обратно. Я старался не задавать себе вопроса о глубине и серьёзности этого союза, потому что знал: все это на сейчас. Без шансов, без вариантов, все относительно именно вас.

У деда Юры диагностировали рак легкого, он бросил курить, крепился, ездил на дачу, но тень уже шла по его пятам и становилась все более грузной, все явственнее вторгалась в нашу жизнь, сидела третьей на кухне, где мы разговаривали, тяжело дышала, говорила порой ртом деда. Но он ее не боялся.

Закон сильных чисел велел всему случиться разом: мы скоропостижно расстались с Аэл, она рыдала на руках подруг, а я обдирал наждаком сердце, я увез деда в госпиталь и чуял, что это дорога в один конец. Два этих события слиплись в горький ком, он не шел из груди. Помню, пешком дотопал до моста через узкую городскую реку Исеть, сполз по глиняному осыпающемуся склону и начал рыдать, отдавая слезы течению, глядя, как качается листва. Оттуда же позвонил маме. А потом Петрюше.

- Почему все так непросто? - скулил я. Вот-вот должно было стукнуть 27 лет, а совсем мальчишка. Петрюша меня выслушал и как-то очень мудро, теплыми, но беспощадными словами повел меня от жалости прочь.
- Просто больше никогда не будет.
- Блин, а раньше почему было?
- Мелкий был.
- Фигасе мелкий.
- Простота - детская категория. У взрослых никогда не бывает простой жизни. Все сложно. У всего нюансы, грани, сколы, тени. Хорошо может быть, красиво, ярко. Просто — нет.

Я слушал Петрюшу и поневоле успокаивался.
- А делать-то что?
- Что-то. Что хочешь сделать. Что тебя поддержит.

В тот же день я поднялся на Гору и переплавил злость на меч - научил Анкера истреблять зло. Натравил его на Рекса.
Я шел домой и чувствовал, что не могу одновременно выносить две раны в сердце. Я хотел поддержки. Я позвонил Аэль в ее соседний город и помирился. Знал, что это заплатка, плотину пластырем не склеишь, но не хотел иначе. Сделал себе сложнее, отступил, сдался.

Через пару дней Аэль приехала ко мне.
Еще через неделю дед умер.

Отдав должное, я решил сбежать.
Друзья заняли мне денег, я все рассчитал: через полгода придет наследство, я откупорю счета деда, верну долги и даже останусь в плюсе. Сейчас мне был невыносим этот город, эти стены, это низкое уральское небо. Я бежал на Запад.

Перед самым отъездом зашел к лучшей подруге Пунктяе.
Она лежала дома, как в гробу. Лицо занавешено печалью, движения заторможенные, голос плавный от горечи.
- Я ложусь в клинику неврозов, Юра.
Лето добило и ее. Прежде веселая, яркая, она жила теперь под толщей воды и не умела самостоятельно вырваться оттуда.
- Я уезжаю.
- Возвращайся.
- И ты.

Питер встретил меня дождем. Я прожил в нем четыре дня. И мне все еще было плохо. Душа ерзала в груди, как мокрые перчатки в кармане. Я купил билет на самолет.
Калининград стоял равнодушный и ироничный. Я жил в подвале с флагом Памира на стене.
В Калиниграде я залез, куда не нужно.

Я шел по улице, глотая горькую слюну, набирал Петрюшу:
- Деня, запомни, если со мной что-нибудь случится, я пропаду, меня закроют, помочь мне сможешь только ты. Запомни, я в Калиниграде, я вляпалась в стремную историю.
Как смешон теперь этот наивный драматизм. Кому я был нужен? Но искренность переживаний, их предельность разожгли огонь в камине души, и я загорелся весь. Вспомнил вкус и запах. Захотел вырваться.

Пингви повезла меня на море.
Мы приехали в Зеленоградск. Я купил Аэл брошь из янтаря. Я написал ей смс, впервые за последние несколько дней. И здесь, у границы черного штормового моря, мы попрощались с ней окончательно.
Она горько сказала мне: «Ты не со мной, у меня все другое». Я мягко подтвердил: «Здесь лишь море и я».

Улетел в Москву.

Там меня ждал Ядовитый и его будущая жена. Там я оттаял и начал есть жизнь столовой ложкой. Там я впервые повстречал Дыбовского. Там я ходил на концерт Die Krupps и тратил, тратил, тратил последние деньги без счета и без страха. На кратчайший миг жизнь стала простой. Я заботился только о себе. Дивное детское чувство.

#мужественность #здесьитогда #нетинебудет #какэтосвязано

Никогда не замечал, как часто в этом отрывке использую слово «горький».

Пусть у жизни будут другие вкусы.

Выглядит круто и концептуально, две стороны одной книги.
#призракиосени #осеньпризраков

Орел легиона без цифры в названии
(I)

Автоматы легионерам выдали короткие, Ауст сунул свой между ног, накрыл туникой, все засмеялись до того похоже выглядело. Ауст сморщил нос и повел скрытым своим естеством из стороны в сторону, точно примерялся.
Легат смотрел на все это веселье, слегка прикрыв белые, ничего не оценивающие, никак не реагирующие глаза. Казалось, легат не дышал.
- Центурион Красс, — подозвал он, когда легионеры, совсем раззадорившись, принялись дергать затворы, изображая рукоблудие.

В мгновенно загустевшей тишине легион слушал, как с кряхтением и стонами встает центурион, спавший у глинобитной стены. Лицо центуриона заплыло, огромный, как сигнал на десантирование, алый свищ горел на щеке центуриона. Он поднялся и, не торопясь, оправил одежду, поднял и надел портупею, задел за ствол и с проклятиями отдернул руку. Легат смотрел на сборы цетуриона, не меняясь в лице.
- Центурион Красс, — повторил он, когда тот подошел и выпрямился перед легатом, выдыхая пары дрянного местного пива, — слушай мою команду.
Центурион Красс слушал, и весь легион слушал вместе с ним, обмирая от ледяной жути, которая текла изо рта легата, языком смерти спускалась на землю и ползла по ней, отыскивая ступни, забираясь по ним и выстужая легионеров дотла.

- Я передаю пулю Юпитера, вот она, единственная во всей Галлии, сейчас ты заберешь магазины у этих солдат и снарядишь ею один, потом в случайной солдатской каске перемешаешь их, доверившись случаю и сдашь магазины назад, дабы солдаты смогли зарядить ими свои орудия.

Пуля оттягивала руку легата вниз, как ни хотел он стоять прямо, но вынужден был склониться перед центурионом, будто просил прощения за эту незавидную долю. Цетурион Красс принял пулю Юпитера в ковш поставленных ладоней и не сумел сдержать крика, пал на колени, расшиб пальцы о твердую корку земли.
Легионеры молчали, Ауст пошевелился и не удержал автомата между ног. Тот упал на камни, но не издал ни звуки.

- Те, что выживут, отныне будут бродить по полю битвы и искать пулю Юпитера. Безошибочная, она станет ждать в теле врага, а верного солдата Рима обойдет стороной. Тот же, кто отыщет пулю Юпитера и вырежет ее из тела, будет возведен в звание центуриона. Те же, кто откажут рукам в поисках, а духу в отваге, изойдут на красную мочу и утратят имя мужчины.
- Если же удача отвернется от нас в бою? — прежде немой от смущения, спросил Локк.
- С нами Юпитер, в удаче нет нужды.

#ореллегиона

70 дней.
Поверить сложно, не жить — невозможно.
Первую неделю за последний месяц я пытался погасить тление торфа на дне души: Самарканд, Бухара, Шахрисабз, люля у Первого минарета Биби-Ханум, чай с лимоном, только сахара чуть-чуть, мы с Кабаном летали в лето.
Вторую неделю я перестал что-либо контролировать и смотрел через окно Pathfinder, следил за камушками, рекой текущими из-под ног метров на двести вниз, ел абрикосовую кашу и не ел урбеч, а кругом были горы-горы-горы Дагестана, а в конце я вышел к морю и шуршал ракушками, они отвечали на древнейшем наречии и были мертвы.
Третью неделю я отдал Москве, метро, дождь, борщ том-ям, рыбки для Рыбакова, кроссовки next level of price, ночные километры СберУниверситета и тотальное ощущение: раз живем (два живем, три живем, всё живем).
Четвертая неделя вторглась в меня Весенней (единственной, практически пронесенной под полой) сессией РМЛ, мы привезли, сделали, провели пять игр, и дорогие моему сердцу люди:
Низвергались в бездну и ели с рук Глубоководных на пути в Неведомый Кадат.
Женская сборная по футболу «Шершни» погибала, но не сдавалась под бомбами в Югославии в 1999 и мучительно жила свою жизнь в 2022.
Необычные богословы и богопрактики изучали странный мир за пределами Дома, который создал Бог, и Бог был недобр, неблаг и невсеведущ.
Звезды любили нас, а мы сражались с жукерами, и впервые мы победили, но все равно остались поломанными взрослыми.
Жили-были.
А потом нас расстреляли.

Это были отличные 25 дней.
25 дней из 70, когда где-то по-настоящему шла война, погибали люди, рушились дома и судьбы.
Куда бы я ни приезжал, какие бы камни ни трогал, на какие минареты ни залезал, с какими деревьями ни обнимался, я просил только одного: «Пусть закончится война».
С остальным мы справимся.

#нетинебудет #какэтосвязано #caratimes #попыткакбегству

Новый день - новый Дзен))
Несколько постов подряд было про фильмы, сейчас очередь книг.
Мой отзыв на "Призраков осени" Юрия Некрасова. Не чисто перенос из инсты, дополненный, скорректированный, более развернутый. Читайте по ссылке)

https://zen.yandex.ru/media/buyanova/prizraki-oseni-iuriia-nekrasova-ekskursiia-v-dom-na-holme-obratnyi-bilet-ne-predusmotren-627e078582ca89686a4e5f04

Орел легиона без цифры в названии
(II)

Десятник был выродок, шептались, что в нем течет кровь пиктов.
Звали его Скерд, и мордой Скерд был вяленая рыба, сухой и костистый.
- Тот путь, — поднялся с колен Скерд и указал на тропинку, что одним своим видом рвала в клочья их новенький камуфляж, продираясь меж ждущих ветвей терновника. Они нырнули туда, один за другим, не сбивая шага, без единого возражения, даже не цыкнул никто, и терновник расщедрился, взял с каждого кровью, одежду и амуницию не рвал и что-то шептал в ночи, но легионеры не слушали. В уши им текла патока храмового транса, жрица Плутона заклинала их тела, плела водопад утешительных и нежных слов, и каждый чуял, что она говорит только с ним, пусть даже тело его уже омыто черной водой и уложено на погребальное ложе, все равно — только с ним! Для него одного шептала жрица Плутона.

Вышли к старой дороге, построенная более тысячи лет назад, она продолжала упрямо цепляться за склон и тянула вверх свое древнее каменное полотно. У поворота Скерд сел.
- Здесь, — харкнул он себе на ладонь и безуспешно разгладил ею репей волос. 

Солдаты рассыпались вокруг крупой. Хес достал из мешка пирог, завернутый в бумагу и громко засопел. Обычай велел ему разделить трапезу с братьями, но пирога осталось на два укуса. Ламент смотрел за его страданиями с явным любопытством. Хес развернул бумагу. Муха, кружившая вокруг его головы, заинтересовалась пирогом. Ламент поймал взгляд Хеса и облизнулся. Хес наморщился, как младенец.

- Это погребальная? — Фебу, конечно же, не сиделось на месте. За поворотом, буквально в паре стадиев выше, он нашел пирамиду, сложенную из камней.
- Хорошо, коли так, — пожал плечами Скерд.
- Или это воины складывали камни, чтобы на обратном пути…
- Это легенда.
- Давайте, свою напротив построим.
- Нет, — Скерд поднялся, и остальные солдаты, даже Хес дернулись следом, точно были привязаны к десятнику незримыми поводками.
- Нет? — Феб стоял у пирамиды, спрятав руки за спину, для верности он запихал их пальцами под ремень, но те рвались, копошились, как черви, перебитые лопатой, рвались в дело.
- Мы разобьем эти камни в пыль, пыль разболтаем с вином, вино выпьем, вознесем молитвы и будем неуязвимы.
- О, это по мне, — Феб схватил два камня и начал бить ими друг о друга, высекая искры.
Остальные солдаты не успели даже пошевелиться. Ламент шагнул к пирамиде, но Скерд остановил его жестом. Феб колотил исступленно, наконец, один камень развалился в его руках. Только тогда Феб увидел, что никто к нему не присоединился.
- Обдурил меня, — огонь залил Феба от корней волос и волной шел вниз, захватил лоб, ошпарил шею, Феб скалил зубы, кривые и хищные, как у крысы. Целый камень в его руке обрел законченность. Это было оружие, стремительное и мощное, более опасное, чем бронза или железо. Еще миг и Феб метнет его, воздух закричат, а десятник не успеет, падет, орошая тощую землю вином своего зоба.

- Сядь, — вяленая рыба Скерд даже не прищурился. Феб упал, камень вывалился из его руки. Скерд стоял над ним, и тень от десятника струилась на несколько стадиев, и легионеры, что стояли вокруг, показались Фебу объятыми пламенем фигурами, небесным воинством. Феб зарыдал, протянул к ним руки, вознося хвалу, мечтая коснуться края одежд. Скерд отвесил ему оплеуху. И ещё одну. И ещё. Скерд бил, засевая пыль чугунными каплями крови. Феб рухнул ниц. Скерд сел на него верхом, запустил руку в волосы, выдрал клок и бросил через плечо:
- Вина!
Ламент немедленно сдернул с пояса малую флягу. Руки его дрожали. Хес выронил пирог. В воздухе слышалось только жужжание мух, и оно с каждым мигом нарастало, как звук приближающегося бомбардировщика. Скерд зачерпнул горстью, полной волос Феба, песок и кровь, и мелкие камни, и желтый пучок травы, зубами вытащил пробку, отхлебнул чистого и тут же сплюнул Фебу на спину, а в бурдюк затолкал полную руку дерьма. Взболтал, затыкая горлышко большим пальцем и отпил ещё раз. Кадык на тощей шее Скерда пропал, а потом едва не проткнул кожу.

- По глотку, — приказал десятник Скерд, и на его щеках и лбу выступили кровавые руны. Их оставили ножи пиктов. Сроду не было этих мразей в роду Скерда. Был он чистокровный раб из Карфагена.

Пили, давились землей, хрустели землей и панцирями мертвых жуков.
Скерд сел у тихого Фебова тела, поднял из пыли раздавленный пирог Хеса и принялся его жевать, постанывая от удовольствия.
Когда Феб очнулся, солдаты ушли уже на
пару стадиев вперёд.
- Ты не пил, — Скерд помог Фебу подняться и шёл рядом, неся Фебово оружие и рюкзак, — а значит умрешь. Ты помнишь нужные молитвы?
- Нет, — Феба больше интересовали выбитые зубы. Во рту ныли кровавые пещеры. Феб брел и спотыкался.
- Значит, хоронить тебя не будем.

#ореллегиона