Многое у нас было с этой книгой, а сколько еще впереди! Вот одна из моих самых любимых историй в «Брандлькаст»:
http://telegra.ph/Maminy-skazki-04-05

«Лжец! Лжец!» – бросала толпа старику. Надрывалась, ломалась, кипела. Тому было глухо. Уши его принадлежали другому месту. Прекрасные, перламутровые, с уточненными резными мочками, уши сидели на голове, как особы императорской крови на троне.

Старик пилил сук.
Толпа, окружившая дерево, не верила тысяче своих глаз.
Дед посадил на ветку своего бессознательного внука и хотел опрокинуть того в бездну.

«Мерзавец! Предатель!» - глухой старик не видел слов.
Они не могли войти в храм его рассудка.
Внук улыбался и терпеливо ждал неминуемого падения.

Прежде горожане почитали деда праведником.
Он не пил даже бульон на травах и кормился сухой кожурой каштанов. Дом его всегда был полон пустоты и смирения. А внук показывал вежливость и воспитание.

Город признал старика, исчислил и утвердил.
Юродивому одна дорога – в мученики.
Его смерть обелила бы грязные простыни памяти, сдула налет греха с домов, канав и улиц. Но старик отказал городу.
«Лжец!» – кричали обманутые люди. Страх гладил их по затылку. Что с ними будет, если никто не искупит их грехов?!

Сук ревматически хрустел, дед поднял глаза на внука и прочитал в них ответную радость, узнавание, поддержку, недетскую терпеливость и полное согласие с выпавшей долей.

Дитя вступало в предназначение.
Старик придавил высохшим своим весом ампутированную ветвь, и та, кувыркаясь, полетела к земле.
Но ребенок остался в воздухе.
Он летел!

И старик, чьи глаза пылали, как озера бунтующей нефти во мгле, отец, чей ребенок пал и не смог больше подняться, брат, единственный, переживший черные объятия чумы, муж, стоявший у изголовья жены, когда она брала в себя чужую смерть и боль, закричал.

В него вошли все звуки счастья разом.
Божественные уши, коими щедро одарила его природа, трепетали от неземной ласки и наслаждения слышать. И внук, за спиной которого пели дивные прозрачные крылья, крепко держала деда подмышками и уносил его прочь из города святош.

У Tim Aminov есть блестящий клип, в котором я нахожу мегатонны вдохновения для себя. Всегда мечтал показывать такое же и так же, но словами. Полюбите его и вы, он чудесен:
https://youtu.be/dd5vprEQ988

- Зачэм картощка не носышь? - таксист не отрывался от дороги, вытянул шею вперед, как черепаха, скорости не переключал, летел стабильно на третьей.
- У меня фобия.
- Картощка платыт бэзнал, удобны, быстры, по воздух чик-чик.
- Ее фсбшники палят, - Гэну лень было врать, но абсурд ситуации требовал соответствия, - кто много чик-чик делает, того на рудники ссылают, уран добывать. Знаешь уран?
- Абыжаешь, - отвлекся от дороги водитель, бросил руль и зарыл обе руки в карманы. Гэн смотрел на спидометр, стрелка резко пошла за девяносто, таксист бросил рычаг на четвертую, закурил. Дым занял все пространство салона, Гэн раздвинул его руками, как портьеры. Таксист вел коленями, одну руку выбросил за окно, другой кормил рот сигаретой. В открытое окно бил встречный воздух, но не разгонял кумар, скорее трамбовал его плотнее, гуще.
- Мой дед Табошар аткрывал, там на кровь весь сношёл. Уран весь мой семья сквозь пророс. Я, как челавек-паук, бомба бах, а весь мой семья выжил.
Гэн промолчал, откровенность его угнетала. Остро заныли нераспакованные душевные раны. Чем ближе по навигатору подъезжали они к Ленинскому, тем отчаянней сжимался мочевой пузырь.

Сегодня черед простых историй.
Начну с этого отличного клипа:
https://vimeo.com/256111943
Он не может меня не торкать: я - сын алкоголика, который умер, не совладав с зависимостью, и с дочерью своей вижусь нечасто.

Кроме того, я вчера дочитал повесть Эдуарда Веркина «Звездолет с перебитым крылом». Это тоже очень простая, но таранная история, прошибает, если помнишь или хотя бы можешь представить себе советский быт.

Веркин вообще нереально крут. Всем без исключения советую «Облачный полк», по мне, лучшая современная книга про ВОВ. Хорош и его «ЧЯП» - эта значительно более современная. Книги Веркина жесткие и упорные, вроде все такими простыми словами, но дух вышибают. И он вообще не чурается странных, выгнутых каких-то концовок.

Всем, кто фанател за Крапивина, очень советую Веркина.
И гулять. Ловите шпионов и инопланетян. Собирайте монеты. Закапывайте клады. Ищите друзей.

Для тех, кому хочется позировать обнаженным, я говорю одно и то же: гномы вам этого не простят. Ни слова о суевериях. Тсс! Они все слышат. Шепотом: это вовсе не те гномы, что живут в шахтах и сверкают глазами при виде сокровищ. Хуже! Это ваши подкожные гномы. Да-да. Кажется глупым вымыслом? Мне тоже казалось, и я, хоть и не любил обнажаться прилюдно, однажды потерял их всех. Ни слова о женщинах! Чего скрывать? Вы правы – во всем было виновато понятное желание владеть красотой. Пусть на полчаса, но стать хозяином чужой плоти. И гномы сбежали!

Теперь днюют и ночуют с тобой.
Но их тайна осталась у меня. Они покинут и тебя, ведь позировать - означает показывать себя. И когда тот, напротив захочет тебя глазами, знай – гномы найдут к нему дорогу. Пусть даже тебе покажется, что это ты затащила его в постель. Гномы очень любят, когда них смотрят, потому что уверены, красивой тебя делают они.

Долго думал, показывать этот текст или нет. Он - тотально безумный. И это хоррор, в том виде, в котором я понимаю жанр.

В нем смешано все, что я люблю в ужасах: сдвинутая реальность, секс, паранойя, отчаяние, одержимость. Не читайте его, если не готовы к вторжению в свою голову.

Рассказ занял второе на конкурсе Сюрноунейм, но там все это было уместно, посмотрим, насколько он придется по вкусу вам:
http://telegra.ph/Zametka-v-gazetu-04-10

Я опять в бешеном рабочем загоне: лекции-конференция-рабочая игра. Не теряйте. Пока буду радовать всплесками видосов и мелкими обрывками олд текстов.

Это моя дочь Соня. Целит в кота из майнкрафтового ствола. Ходили на «Первому игроку приготовиться», который в виде книги в разы более гиковский, а в кино - отличная жвачка для глаз.

Я был на всех российских концертах Woodkid (их было всего три, все в Москве) и видел это вживую. Он - Бог:
https://youtu.be/mIMgSVuW0y0

«…кто запрещал ему вынуть себя из вены? Хирургическая сталь? Марлевые валики? Вспоротое нижнее белье? В нашей профессии каждый отчетливо понимает, что его ждет, если он не устоит перед искусом ПОДОБНОЙ инъекции… Не смешите меня! Никому это еще никогда не помогало. Миф. Гнусный, лживый миф! Я лично перебью руки тому, кто распространяет эти слухи. Ах, милосердие? Надежда?Плюньте и разотрите!»

Я поднялся, негодующий, палящий, как радиоактивный могильник. Накрахмаленный халат чиркнул по столу бритвенно-острым краем, оставив зарубку.

С явной неохотой подошел к окну. За стеклянной плоскостью рубили вены улиц косые струи дождя. Под их серыми линейными потоками ровным шахматным строем двигались нечеловеческие фигурки: пузатые клизмы в мятых дермантиновых плащах, остроносые худощавые шприцы, затянутые в практичный полиэтилен и клювастые грелки под разноцветными зонтами.

Взгляд невольно пополз выше. В окне напротив замер инженер. Несвежая сорочка, пегий, видавший виды костюм, карандаш, отточенный до кинжальной остроты, в воздетой для пометки руке.

Наша сегодняшняя партия с инженером несколько затянулась. Резко мотнул головой в его сторону. «… Хватит вежливых гримас, любезный! Или вылезайте из вены - вам там явно не место! - или чертите уже, в конце концов, чертов график!»

За спиной озадаченно всхлипнул резиновый манекен. Утыканный со всех сторон логарифмическими линейками, он представлял собой поистине нелепое зрелище.

Мои кулаки сжались от презрения к дилетанту. С левой стороны резинового черепа, из пуговицы, символизирующей глаз, торчал шприц. Натуральный живой шприц. Суетливо дергал поршнем туда-сюда, косил на меня единственным стальным глазом, лихорадочно мельтешил лапками. В его стеклянном нутре агрессивно спаривались мужские и женские клетки, похожие на текучих слюдяных уродцев. Они былиживы!

Что-то у этого инженера опять вышло не так. Шприц - моя стихия - никак не мог оказаться в глазу у этого несчастного. Элементарно потому, что медицина в моей комнате НЕ РАБОТАЕТ.

Божьи кости!
Ну, почему по эту сторону улицы силу имели только дрянные приспособления абстрактной математической науки.

Устало выдавил содержимое шприца в тело куклы.
Хватит бесплатных мучений.
За окном напротив виновато пожал плечами инженер. Оживление откладывалось на завтра... плюс бесконечность. Часы показывали семь.
Дома нас ждали холодные резиновые жены.

Стиль и трепет, тонуть в песке и тенях:
https://youtu.be/HY9WUZZrTpw

Холдсток присел рядом с парнишкой, латающим робу.
- А это маяк вон там?
Мальчишка едва дернул головой.
- Угу.
- Давно работаешь?
- Угу.
- Небось, в мореплаватели метишь?
- Дядя, - парень отложил иголку в сторону. – Чего надо?!
- Ищу какую-нибудь, - замешкался Гарольд, растирая большим пальцем щепоть, - эту… ну…
- Бабу? – озарился собеседник.
- Нет, – с сожалением отказался инспектор. – Тайну. Такое… странное…
- Пфф, - шумно высморкался парнишка. – Этого дерьма навалом! – и протянул чумазую ладошку. Холдсток с пониманием полез за пазуху. Мальчишка не опускал глаз, пока в руке не звякнуло пять раз, затем воткнул иглу в подошву и старательно закрутил вокруг нее нитку. Пенсы беззвучно канули в огромных карманах.
- Что-то, дядя, похож ты на этих, - нахал смотрел с вызовом.
- Вынюхиваю? – прищурился Гарольд.
- Точно.
- Что думаешь делать?
Парнишка оглянулся на рабочих, поглядывавших на них с интересом, пожал плечами.
- Пока ничего, - его ладонь приглашающе раскрылась. Холдсток нащупал монету пофасонистей и предъявил мальчишке.
- Дружим?
Ребенок облизнулся.
- Если нужны контрабандисты, загляни вечерком в «Соленый угол». Чужаков там не любят, но правильный звон уважают.
- Только глухие и дураки его не ценят.
- В заливе живет левиафан.
Холдсток скривился. Не за такими сплетнями он был охотник.
- У Джока-Половинки собака чует шторм… - Холдсток поморщился еще раз, и мальчишка заторопился, по лицу рассыпалось, насколько лихорадочно перебирает он слухи и домыслы, в надежде просеять крупицу золота. – Здесь по берегу есть катакомбы, говорят, в них прячется всяких люд и даже держит там рабов.
- Так, - Гарольд крутнул монету в пальцах. Зацепка была чахоточная, ерундовая. Но принять за версию все же стоило. – Как думаешь, - наклонился он к парнишке, тот, широко раскрыв глаза, придвинулся поближе. – Пропавших детей могли туда утащить?
Мальчишка отшатнулся, будто в лицо ему плеснули кипятка.

Компьютер - божественное произведение искусства. Подлинный грех - считать его бездушной машиной и многоквартирным ульем для крохотных железок и кремниевых механизмов. Вскройте череп своего домашнего PC. Убедитесь сами! Здесь, за картонными стенами мира, прячется театр подлинных страстей: ревнивый мавр Джульетто не может простить своего милого Ромео и душит его, обливаясь слезами, Иуда, побитый камнями, тащит жаркими улицами древнего города деревянный крест, а мстительный Иисус взвинчивает толпу и доводит ее до умоисступления, Незнайка прячет в тулье шляпы небольшой хирургический нож, а престарелый Карабас Барабас уютно греет подагрические колени у открытого очага и читает внукам сказочки на ночь.

Здесь встречаются фарс и абсурд.
За кулисами потные актеры с потекшим и смазавшимся гримом клянут режиссера и его новую пассию. Им нет дела до своей подлинной природы. Пусть мирозданием займутся философы.

И никто не понимает, что стоит человеку остаться одному - без чужих взглядов и реплик, как он медленно растворится в тиши. Становясь разлапистой насекомой микросхемой.