Теперь уже нет сомнения в том, что русский народ испытал и испытывает настоящую войну, как призыв, – как призыв, ответить на который составляет для него не только правовую обязанность, или моральный долг, но живую духовную потребность. Мы словно проснулись и опомнились, поняли, что над нами стряслось, и почувствовали, как вновь загорелось в душе древнее чувство родины. И вот мы сами, охотно, доброю волею, делаем то, что нужно для победы; мы не нуждаемся в чужом понуждении и сами не заставляем себя служить нелюбимому, постылому делу; мы ждем лишь указаний: что нужно сделать; а сила духовного подъема дает нам желание и энергию.
Что же это за призыв и откуда он? Что зовет нас? Что заставило нас восстать и доброю волею принять на себя бремя великой и напряженной народной войны?
С детства привыкаем мы жить, сосредоточиваясь на непосредственных и «ближайших» интересах небольшого круга людей, будь то семья отца и матери или семья, основанная нами. Мы незаметно, но прочно свыкаемся со всевозможными перегородками и разделениями, обособляясь и отъединяясь во все стороны, нередко с тем большею настойчивостью, с тем большим увлечением, чем меньше имеется для этого объективных и существенных оснований. Душа наша обрастает целым множеством узаконенных ледяных покровов, избавляющих нас от необходимости «отвечать» на призыв, если он «чужой», и отзываться на беду, если она не «наша». Мы живем, не замечая, что это кольцо «нашего» постоянно тяготеет к умалению и сужению, и что каждого из нас влечет центростремительная сила самосохранения. Величайшее нравственное и духовное разъединение царит в современном обществе. У всякого своя, особая цель в жизни, свой интерес, отдельный от других; ибо кто же еще, кроме меня, полагает своею главною жизненною целью мое личное устроение и благополучие? Если я сам не буду заботиться о себе всеми силам души, то кто же позаботится так обо мне? Никто, конечно; а если бы нашелся такой человек, то разве не опутал бы он тотчас же мою жизнь требованиями ответного внимания, имеющего вознаградить его за его старания? Кто из нас умеет любить «не для себя»? Чья любовь не подавляет любимого своею требовательностью?
Наши души разъединены именно потому, что каждая занята своей заботой, своею судьбою, своим устроением; и в этом отношении, как и во многих других, своекорыстие семьи и своекорыстие индивидуума суть явления одного порядка. А между тем, при таком положении дел, цели других в общем подобны моей, но не совпадают с ней: каждый – за себя и о себе; каждый «понимает» (в лучшем случае) себя и «не понимает» других; и наши повседневные беседы и обычные споры, в которых каждый слушает только себя и глух для мысли другого, выражают именно эту глубокую разъединенность душ. Каждый ищет своего и живет насторожившись, недоверяя другим, часто бессильный перед «потемками» чужой души. Каждый щедр для себя и «не имеет» для других; и кажется иногда, что скоро доброта сердца истает в людях без остатка.
Как это привычно, как элементарно и общеизвестно; и в то же время как тяжело!.. И так привыкаем мы к этому, что нередко искренно удивляемся самой возможности говорить о другом и видим в этом проявление наивности, или бестактного чудачества. Пусть беспокойные и неудобные мечтатели, подобные Льву Толстому, говорят об ином, обнаруживая свою явную неприспособленность в «практической жизни» и побуждая «легковерную молодежь» относиться серьезно к этому «беспочвенному идеализму»; «большинство» будет по-прежнему ставить все вопросы жизни на «единственно-реальную» почву личного интереса и «трудно» будет тем, которым не удастся примириться с этим «неизбежным» «минимумом» житейской черствости.
И даже «сочувствие» и «солидарность», объединяющие нас на момент или на срок, слишком часто лишены истинного и глубокого значения: временные параллели в личных судьбах и путях у двух своекорыстных людей не могут взрастить семени добра.
И вот война вторглась неожиданно в нашу жизнь и заставила нас гореть не о себе и работать не для себя. Она создала возможность взаимного понимания и доверия, она вызвала нас на щедрость и пробудила в нас даже доброту.

Война насильственно вдвинула в наши души один общий предмет; она противопоставила нашему мелкому повседневному «здесь» – некое великое «там» и потрясла нас этим «там» до корня. To, что было «здесь» не исчезло после начала войны, но на ряду с ним выдвинулось что-то новое и, может быть, даже заслонило повседневность. Каждая душа услышала зов и от каждой протянулась куда-то нить, напряглась и задрожала и связала душу с другими в одном, сразу, далеком и близком «там». Все нити встретились в этом общем пункте и скрепили народ в единство. Все, что «оттуда» стало важным; ибо то, что «там», оказалось родным и дорогим и существенным, и притом как бы при смерти больным. Оно тоже для каждого «мое», но по особому «мое»: такое «мое», что не только мое, но и мое и чужое. Оно – наше; оно – общее. Это пункт, где радость не одинока и где горе разделено, ибо тому, чему я радуюсь, радуются и другие; и то, что тяготит меня, угнетает и других. Оказалось, что все имеют общий предмет любви и забот. Оказалось, что есть пункт, в котором моя любовь, мое волнение, моя боль, мое усилие, горят о том же, о чем горят другие люди, чужие мне. Но, если так, то они мне уже не чужие... И вот тает чуждость и смягчается изолированность людей. В минуты подъема и волнения теряет даже смысл деления на «знакомых» и «незнакомых»: люди, впервые видящие друг друга, уже соединены где-то, в самом важном. У них уже есть знание друг о друге: я знаю, где у другого, «чужого» мне, человека, – боль и радость; на что он надеется и что его беспокоит. И это знание есть взаимное приближение; оно сближает людей и сокращает расстояние между ними: все легче становится найти отклик, сочувствие и совпадение; все легче встретиться и вместе загореться и согреться у одного огня. Возникает взаимное понимание; слагается уверенность друг в друге; создается доверие друг к другу. А доверие есть ключ ко всем замкам души, сковывающим ее входы. Является область, где не нужны эти замки, где можно раскрыться, где нет уже оснований к отъединению. Мы говорим друг с другом о войне и не чувствуем ложного стыда – любить наше общее, вместе радоваться его подъему и его высоте, вместе скорбить об его несовершенствах и неудачах.
Эта открытость душ и их совместное горение смягчает сердца; а смягченные сердца уже стоят на пути к восстановлению отмершей доброты. Люди чувствуют себя как бы ветвями и листьями единого дерева; их корни где-то сплелись; их души тянутся к одной и той же, единой цели. Где-то там – мы одно. Там наше дело, наша беда, наша опасность, наше страдание, наша победа, наше восстание, наше возрождение. И это сознание, что «там» «мы одно», научает людей радоваться тому, что у них единое солнце, единый воздух, единая родина. Там я не отделим от других, от тех, кто огнем любви своей говорит: «я русский». Там нет этого разъединяющего настроения «я, а не другие». Там – мы; мы – русский народ. И для всех нас сообща – там решается один вопрос: о нашем общем деле, о нашем общем духовном достоянии.
Что же это такое, это «там»? И к чему зовет оно нас? И о каком нашем общем достоянии решается здесь вопрос?
Раскрыть это – значит установить духовный смысл войны.

Иван Ильин

Прошло ровно 3 года с момента начала СВО.

24.02.2022 - ...

Эх, ветер свищет в поле, аэропорт «Гостомель». Берцы в грязи и крови, к бою! И пусть весь мир запомнит парней обычных подвиг.

Первые часы СВО. Операция ВДВ России в самом сердце врага, которая позже получила название «Гостомельский Десант».

#Partisan_Project

Самый надёжный РЭБ

Как понять что хохол врёт?
Когда он врёт, у него губы шевелятся)

Как понять что дрон русский?
Очень просто - русский дрон не бьёт по мирняку.

Ополченский романс - хуита, это я как ополченец говорю.
Обидно конечно

Слишком много акцента на коммунистах, которых как раз наоборот в 14ом году, почти и не было.

Но у моей мечты - слишком много врагов. А значит трудиться нужно еще больше)

Хохлы лет 10 назад сделали этот мем.

Оказалось мем не про нас, а про самих хохлов.

Смешно, конечно) Украинские националисты уходят на дембель, а вместо них воевать будут простые люди, которых ловит тцк)

Один из интереснейших аспектов применения штурмовой авиации в ходе СВО — это отсутствие вала видео средств объективного контроля поражения целей. Но множество официальных видео, где Су-25 с кабрирования запускает НАРы куда-то, делает маневр и возвращается на базу, имеется.

Если что, то это современная воздушная война в исполнении штурмовой авиации середины 2020-х...

А как штурмовая авиация применялась в прошлом веке? В далекие от нас отсталые времена?

Можно посмотреть на применение штурмовой авиации в далеком 1991 году.

Всего в зоне Персидского залива было в разное время 165 американских А-10. Но к действующим относились 144 машины временного 354-го авиакрыла. Остальные были запасные и так далее.

В ходе короткого конфликта (около 43 суток) самолёты А-10 совершили около 8100 вылетов. За миссии А-10 было засчитано 987 танков, 926 артиллерийских установок и 1355 различных боевых машин. Хотя, по итогу, часть из них оказалась иракскими макетами, а часть одних и тех же подбитых машин поражалась по ошибке повторно. Не всегда танк был достаточно разрушен внешне, особенно если цель наблюдалась ночью.

И в ходе этих 8100 вылетов А-10 применили более 4000 управляемых ракет "воздух-земля" семейства AGM-65 Maverick.

Доисторические ВВС США не владели высоким искусством пусков неуправляемых ракет с кабрирования, а также великой техникой подтверждения поражения целей постами про "парни из разведки в восторге" в ТГ.

Поэтому мучились, применяя по технике противника управляемое вооружение вместо неуправляемого. И с дальностей и высот, где ПЗРК и другие средства обычно не давали высоких шансов на поражение их самолёта.

И записывали свои страдания на средства объективного контроля. Древние, аналоговые...

Одно из таких доисторических видео (работа по колонне техники) можно посмотреть и сегодня...

Снисходительно улыбнувшись над технологической отсталостью войн 1990-х из эпохи безжалостного, футуристического и всепобеждающего золотого стандарта борьбы штурмовой авиации с боевой техникой противника — пусков НАР с кабрирования!

Техники и тактики эры неразрушимых мостов и укрытий для самолётов!

Ну а если серьезно, то широкий переход к использованию НАР с кабрирования ещё в 2022 г - это банальное следствие того, что Су-25 ВКС РФ с его штатными оборудованием и вооружением не способен на что-то большее (например, эффективно применять высокоточку издалека и без особого риска от ПВО как современные американские А-10 или азербайджанские Su-25ML), если одновременно необходимо не повышать риск до высокого.

Но в условиях более-менее позиционной войны - это вроде бы даже какая-то работа и как бы даже какое-то воздействие про противнику. С эффективностью примерно как у одиночной ПУ РСЗО, но гораздо дороже чем стрельба из наземной РСЗО.

#провокация

Военный Осведомитель

Сообщение от родственников лидера группы «Русский Стяг» Евгения Долганова:

На Женю было совершено нападение. Он в тяжелом состоянии в больнице. Больше информации пока сказать нет ни сил, ни возможности. Просим вас молиться за его здоровье. 

От администрации группы: мы на связи с родственниками Евгения, всю необходимую информацию будем доводить до вас по возможности.


Мы все выдержим, пройдем прорвемся,
Мы врагов своих переживем.
А если вдруг умрем - воскреснем,
если надо будет, вновь умрем.
Русский Стяг, Верные друзья.

#РусскийСтяг

И сказал Господь: - Эй, ключари,
Отворите ворота в Сад!
Даю команду - от зари до зари
В рай пропускать десант!

Сегодня 25-я годовщина подвига воинов-десантников 6-ой парашютно-десантной роты 104 гвардейского полка Псковской дивизии ВДВ, геройски погибших в Аргунском ущелье при проведении КТО на территории Чечни.

Повезло конечно украинцам с президентом! Выбирать каждый раз, заново, не надо.
Упорный стоит на своем - никакого мира, война до последнего украинца, большой молодец!
Украинских националистов завалили деньгами - они же цвет нации! А воюют, за них простые миколки, которые как известно не цвет нации потому что на русском разговаривают. Повезло, повторюсь)