О начальстве

Интуитивно мы понимаем, что если страной правит или какую-то ответственную должность занимает, например, толкинист, упоровшийся до состояния "дивного", то это немного опасно, потому что он не совсем адекватен окружающему миру.

Менее очевидно, что карьерный чиновник зачастую является ровно таким же дивным толкинистом, поскольку его жизнь и карьера не предусматривали активного взаимодействия с миром вокруг, а предусматривали исключительно аппаратные игры. И слово "игра", оно тут как раз четко отражает проблему - если толкинист имитирует поход эльфийского короля на орков, то бюрократ имитирует, например, реформы налогообложения или защиту конституционного строя.

При этом толкинист, в сущности, честнее, потому что в глубине души он все-таки понимает, что играет.

Когда на фоне кажущегося спокойствия вдруг начинаются перебои с бензином или резко растут цены, у обычного человека может сложиться простая и понятная картина, но ложная. Обыватель не видит прямой связи между своими бытовыми проблемами и какими-то далёкими геополитическими событиями, о которых говорят по телевизору. Война для него — это что-то отстранённое, почти рутина новостей, которая не должна влиять на заправку у дома. Топливный кризис вызывает недоумение у населения, это видно из комментариев в соц. сетях.

Поэтому естественная реакция — переложить ответственность. Мысль будет примерно такой: «Всё было в порядке, пока эти чинуши, всё не испортили». То есть глобальная причина отрицается, а вина перекладывается на знакомый и близкий образ — некомпетентного бюрократа.
Такое мышление, конечно обернётся культурным шоком для обывателя, когда он познакомится с реальностью.

Я могу продолжить эту мысль - обыватель и причины СВО не понимает, и перекладывает ответственность - на режим, в его, обывателя голове, все было хорошо, и тут зачем то началось СВО, и всё почему то стало плохо. И виноват в этом, конечно чиновник.

И плевать, что под боком, вызревал режим, построенный на идеологии ненависти к русским, занимающийся геноцидом и целью своей государственности ставил и ставит - противостояние с Россией. И что конфликт был неизбежен в принципе. Обывателю это неизвестно, он живет в своем комфортном мирке.

В этом и заключается нравственная разница между гражданином и обывателем. Гражданин, в отличии от обывателя, имеет политические мышление и реализует его через голосование. Гражданин понимает что он - бенефициар политики государства, и его жизнь (гражданина) неотделима от государства.

"Недостаточно овладеть премудростью, нужно также уметь пользоваться ею" – однажды сказал Цицерон.

Античные мысли о гражданстве включают в себя идею, что гражданин – это тот, кто активно участвует в жизни полиса, а не просто его житель. Важнейшим аспектом был долг перед обществом и городом, который проявлялся в службе и участии в делах государства.



В каждом человеке есть потенциал как для пассивного следования (обывателя ), так и для активного изменения (гражданин ).

Таким образом, различие между гражданином и обывателем в моей философии символизирует переход от пассивности к самоопределению и от посредственности к великим свершениям.

Мне бы хотелось , чтобы мои соотечественники были – людьми, которые борются за свои идеи и ценности, а не просто проживают жизнь.
Потому что быть гражданином своей страны - это не только готовность участвовать в жизни государства, это еще и готовность к будущему, потому что это будущее - создаем мы сами.

У меня есть предложение не хуже.

Может быть запретить бесплатное медицинское обслуживание трудовых мигрантов и, тем паче, членов их семей? Обязать их покупать ежегодно полис ДМС стоимостью не менее 45 тысяч рублей.

Потому что сейчас мигранты лечатся бесплатно. За счёт, фактически, граждан России. Не бизнеса, который использует труд мигрантов, а именно что граждан. Это же известная схема. "Мы платим тебе меньше и по серой схеме, но ты получишь полный социальный пакет".

Да, кстати. Если убрать право получать мигрантам пособия, социальные выплаты и так далее, то можно ещё больше сэкономить. И будет совершенно не обязательно нагружать российских домохозяек.

https://news.1rj.ru/str/rian_ru/320663

Красиво

Вопрос о символах на национальных банкнотах — выражение культурной памяти и представления о том, что государство считает своим подлинным достоянием. Именно поэтому включение комплекса «Грозный-Сити» в число кандидатов на изображение на новой 500-рублёвой купюре вызывает глубокие сомнения.

Этот архитектурный объект не является символом, способным представлять страну в целом. Он не несёт в себе универсального культурного или исторического смысла, а скорее отражает региональные амбиции и политическую демонстрацию лояльности. В отличие от тех образов, что объединяют — природных вершин, памятников науки, искусства и культуры, — «Грозный-Сити» воплощает частный проект, зависящий от конкретного политического контекста.

Историческая перспектива делает этот выбор особенно спорным. Комплекс стоит на земле, где ещё недавно шли боевые действия, и где память о человеческих потерях остаётся болезненной. Попытка превратить этот образ в символ обновления может восприниматься как стирание исторического следа и как поспешное желание зафиксировать результат постконфликтного восстановления без глубокого переосмысления.

Эстетически «Грозный-Сити» также вызывает вопросы. Его стеклянные башни не содержат ни уникальных черт национальной архитектуры, ни связи с культурным ландшафтом Кавказа. Это копия глобализированных деловых центров, лишённая аутентичности и символической выразительности. На банкноте, которая должна быть визуальным выражением национальной идентичности, такой мотив выглядит холодным и случайным.

Не менее тревожно то, как проходило само голосование. Публичные призывы региональных лидеров поддержать «свой» вариант подрывают доверие к идее народного выбора. Вместо органичного общественного консенсуса мы наблюдаем административную мобилизацию — процесс, где политический вес региона подменяет культурную значимость символа.

На фоне этого особенно очевидно, насколько более уместным выглядит Эльбрус — образ природной силы и устойчивости, не принадлежащий одной республике, но объединяющий весь Кавказ и всю Россию. Эльбрус — это вечность, природа, история, география. «Грозный-Сити» — это архитектурная метафора эпохи, подверженной смене политических ветров.

Если государственные деньги — это долговременная форма коллективной памяти, то их символы должны быть вне политической конъюнктуры и региональных амбиций. Помещая на купюру «Грозный-Сити», мы рискуем увековечить не культурное наследие, а жест демонстративного самоутверждения. Деньги, как зеркало государства, должны объединять, а не фиксировать различия и иерархии.

«Пристанище» - подписаться!

Принят в первом чтении законопроект, призванный решить проблему кадрового дефицита в здравоохранении через обязательное трёхлетнее "наставничество" для всех выпускников медицинских вузов. Минздрав прилагает огромные усилия, чтобы объяснить: «это не отработка», «это не принуждение», «это европейская практика». При этом: большой штраф за отказ, отчисление из вуза за нежелание заключить договор, в пределе – запрет на профессию, полная юридическая ответственность молодого врача при формальном "наставничестве".

Минздрав: "35% выпускников не идут работать в государственные медучреждения". Это манипуляция. 60% выпускников, идущих в клинику, — мировая норма (США — 60%, Германия — 58%). Остальные 40% не "потеряны": они заняты в науке и образовании,  медтехе и управлении здравоохранением. Реальная "утечка" из медицины — лишь 5%. Что у нас (я, например), что после Гарвардской медшколы.

Проблема не в том, что "только" 60% идут в клинику, а в том, что дефицит медкадров, связанный с объективной трансформацией здравоохранения в пользу увеличения сложности и наукоёмкости, пытаются решить инструментами, придуманными до изобретения антибиотиков. Советское распределение работало в эпоху простой медицины. Сегодняшняя повестка - персонализированная терапия, генная терапия, роботизированная хирургия, ИИ-диагностика. Но министерство пытается решать проблемы недостатка медкадров из-за усложнения их подготовки методом радикального упрощения. Да ещё объясняет это информационному обществу с изяществом пропагандиста 1920-х: "Это не принуждение, это забота!"

Как можно всерьез называть систему "добровольной", если за отказ грозит штраф? Как можно говорить о "свободе выбора", запрещая работать в целых секторах здравоохранения? Как можно утверждать, что врач "недостаточно опытен" для самостоятельной работы (нужен наставник), но при этом возлагать на него полную юридическую ответственность за врачебные ошибки?

Существует ли более здоровый подход? Безусловно.
1⃣ Признание проблемы без эвфемизмов: "Да, у нас острый дефицит врачей. Да, мы просим выпускников помочь его закрыть, работая в государственном секторе три года". Без идеи про "добровольность" со штрафом.

2⃣ Реальная компенсация за ограничение свободы – не только кнут, но и пряник. Даже не обязательно зарплатный. Льготная ипотека под 0.1%, ускоренное получение врачебной категории, бесплатное повышение квалификации, разделённая ответственность с наставником (особенно в первый год), государственное страхование профессиональной ответственности. При таких условиях в программу пошли бы добровольно — потому что это выгодно.

3⃣ Право выбора траектории. Хочешь в клинику — трёхлетняя программа с бонусами. Хочешь в науку — пять лет в НИИ с финансированием исследований (потому что учёный-медик, разрабатывающий новые методы лечения, не менее ценен для здравоохранения, чем участковый терапевт). Не хочешь обязательств — выплачивай стоимость обучения в рассрочку на 10 лет без драконовских штрафов.

И главное — системный план устранения самой проблемы дефицита. Телемедицина, способная снизить нагрузку на врачей на 40%. Дроны для доставки анализов из отдалённых районов. ИИ-ассистенты, берущие на себя 70% рутинной бумажной работы. Расширение компетенций медсестёр. Технологии XXI века для проблем XXI века. Описанные инструменты применяются не только в развитых странах, но и вполне себе на Глобальном Юге. Руанда может, Бразилия – может. Россия...

Закон об отработках - "не отработках, а наставничестве по просьбам  медицинской общественности" - создает иллюзию решения проблемы. Дефицит в итоге не сократится, а увеличится — потому что принуждение убивает мотивацию, а без мотивации невозможно развитие.

Ну и в сторону. Честность — это вопрос не морали, а эффективности. Доверие – ключевой актив государства, а не "социологическая категория". И если кому-то кажется, что заменой "некрасивого" слова на "красивое" можно кого-то в чем-то убедить, то это не так. Золотое правило коммуникаций: "Если нужно 100 раз объяснять, что нечто не Х, — значит это таки Х"