YouTube без объяснения причин удалил еще несколько российских каналов: под бан попали «Свидетели и Гогуа», «Телега Шоу» и «Сорян, это пранк». На одном из них недавно вышло мое интервью, в котором мы вместе с журналистом Ильей Гогуа как раз рассуждали о том, зачем американская платформа так делает, и как мы должны реагировать. Повторюсь: блокировка YouTube – уравнение, у которого нет решения. Он не заблокирован, потому что у него нет российской альтернативы, но её нет, потому что YouTube не заблокирован и продолжает оставаться для россиян основным видеохостингом.

Очевидно, что исход нашего общества из YouTube будет небыстрым. И ключ к этому не только в руках у государства, которое может если не заблокировать, то замедлить к нему доступ (все правовые основания для этого есть). Российским платформам нужно привыкнуть к мысли, что конкуренция с YouTube – глубоко убыточная история с точки зрения бизнеса. И денег потребуется много: на гонорары для авторов (и не только топовых, ведь монетизация роликов должна стать ощутимым стимулом для контент-мейкеров любого уровня), на технологическое развитие (включая совершенствование рекомендательных алгоритмов), на отказ от рекламных вставок (которые никому не нравятся, и которые хитрый YouTube перестал показывать в РФ).

Какая из российских платформ сможет выполнить все эти условия и не обанкротиться – хороший вопрос. Есть мнение, что у нас слишком много видеохостингов, тогда как для борьбы с YouTube нужна консолидация. Возможно, нашим командам, которые сейчас конкурируют скорее не с американцами, а друг с другом, действительно пора объединиться? Я убежден, что сложение наработок российских компаний в итоге сможет привести к замещению YouTube не только на территории России, но и подарить возможность публиковать и смотреть видео без американской цензуры жителям дружественных стран. И в таком проекте наше государство наверняка будет очень заинтересовано.

Первый в России цифровой памятник герою Великой Отечественной войны Николаю Масалову откроют в Кузбассе. Это тот самый старший сержант Красной Армии, который 30 апреля 1945 года спас из-под огня немецкую девочку и вдохновил скульптора Вучетича на создание монумента Воина-освободителя, ставшего символом победы советского народа над фашистской Германией.

Спустя 75 лет задачу увековечить образ героя поставили уже не перед скульптором, а перед нейросетями. Для генерации проанализировали несколько тысяч фотографий и часов кинохроники, в работе над цифровым образом приняли участие и профессиональные актеры. Увидеть, что получилось, смогут посетители дома-музея Николая Масалова, который по решению губернатора Сергея Цивилева откроет свои двери 8 мая, в канун Дня Победы.

Лично я вижу в этом особый символизм: герой Великой Отечественной войны обрел цифровое воплощение и возвращается в свой отреставрированный дом, чтобы принимать в нем гостей. Уверен, что интерес к цифровому памятнику Николаю Масалову будет огромный – и прежде всего у молодежи.

Мы сейчас много говорим о том, что нужно бороться за умы молодого поколения, закладывать правильные смыслы в новые медиа, например, в видеоигры. Но и старые медиа (к которым музеи как проводники информации безусловно относятся) тоже должны переходить на инструментарий, интересный для молодежи. Дополненная и виртуальная реальность уже используется во многих музейных экспозициях, а следующей ступенькой может стать как раз концепция цифрового памятника.

По сути, этим решением суд отчасти легитимизирует запрещенную соцсеть. Да, пользоваться Instagram* в РФ не запрещено, и контент, который размещают там пользователи, должен соответствовать нормам российского права, в том числе и авторского. Но ощущение некоей противоестественности не покидает: почему судьи вынуждены заниматься защитой интересов людей, которые в целях получения коммерческой выгоды осознанно обходят ограничения, введенные государством? И какой сигнал при этом получает общество?

В довесок к технической блокировке доступа к Instagram и Facebook* необходимо вводить запрет на размещение рекламы в запрещенных соцсетях. Более того, считаю, что следует запретить также их рекламу, а в частности – любые публичные упоминания названий этих платформ и призывы подписываться (чем сейчас злоупотребляют многие звезды шоу-бизнеса, не понимая, какие риски это несет для их аудитории).

Нисколько не сомневаюсь, что новостная шумиха вокруг возвращения TikTok в Россию – организованная информационная кампания. Платформа вернула доступ небольшой части российских пользователей, среди которых оказались журналисты, чтобы оценить общественную реакцию и понять, какой вариант возобновления работы ей выбрать. А их, по сути, всего два. Первый – это заставить пользователей сменить виртуальную юрисдикцию и закрывать на это глаза (как это успешно делают некоторые зарубежные видеоигровые сервисы). Второй – вернуться официально, взяв на себя обязательство выполнять требования российского законодательства.

Напомню, что TikTok, как иностранная платформа с большим охватом аудитории, в 2021 году был включен в список «на приземление» и даже выполнил два требования регулятора из трех: разместил электронную форму для подачи жалоб и зарегистрировал личный кабинет на сайте РКН. Осталось третье – «создать филиал, или открыть представительство, или учредить российское юридическое лицо». Такие региональные представительства у TikTok уже есть в Евросоюзе, Великобритании и США. Российским же властям предлагается направлять запросы в Сигнапур, что, конечно, накладывает серьезные ограничения на эффективность взаимодействия с платформой и защиту прав пользователей, соответственно.

Конечно, два года назад российский рынок для ByteDance был менее перспективным по сравнением с американским. Но после того, как «колыбель демократии» буквально выкрутила компании руки, возврат в Россию начинает представлять ощутимый бизнес-интерес. И очевидно, что официальное возобновление работы позволит TikTok зарабатывать здесь намного больше. Поэтому предположу, что открытие официального представительства платформы в РФ – вопрос ближайшего времени, как и возврат к соблюдению требований нашего законодательства.

Экспорт идей философа Александра Дугина набирает обороты: совсем недавно он проецировал смыслы на американскую аудиторию с помощью Такера Карлсона и вот уже лично общается с пользователями китайской соцсети Weibo. Если не знаете, это очень популярная в КНР цифровая платформа, в свое время успешно импортозаместившая Facebook* и Twitter. В видеообращении к «дорогим китайским друзьям» (это цитата) Александр Гельевич говорит, что восхищается прогрессом и развитием КНР и предлагает им совместно противостоять западной гегемонии, для начала в вербальной форме.

Всего за три часа пост Дугина собрал почти пять тысяч лайков и множество самых разных комментариев, среди которых встречаются и довольно обидные. Чаще всего Александру Гельевичу припоминают его позицию тридцатилетней давности, когда Дугин в ослаблении Китая видел геополитические интересы России. Но в целом отношение скорее дружелюбное, а самым популярным стал комментарий с просьбой не реагировать на троллей. Присоединяюсь к этому пожеланию :)

На моей памяти Дугин – единственный известный россиянин, который зарегистрировался в китайской социальной сети. Хотя если взять, к примеру, иностранных селебрити, Weibo-аккаунты есть у Леонардо ди Каприо, Тейлор Свифт, Эммы Уотсон и других. На мой взгляд, направление перспективное и в сложившихся реалиях выглядит естественнее, чем профиль российского общественного деятеля на американских платформах. Жаль только, что русскоязычного интерфейса в Weibo нет (притом что ВК, например, на китайский переведен), и регистрация на российский номер телефона работает очень криво. Думаю, на том этапе Александр Дугин без помощи дорогих китайских друзей не обошелся.

В инаугурационной речи Владимира Путина очень ёмко описан образ будущего России – мировой державы, опирающейся на традиции и устремленной вперед, самодостаточной, конкурентоспособной и в то же время открытой для всех, кто видит в нашей стране надежного партнера.

Я верю, что Президент сможет воплотить этот образ в жизнь, и знаю, что он рассчитывает на помощь каждого из нас. Главное, что для этого нужно, у нас уже есть – это любовь к Родине и вера в правду!

Накануне стало известно, что Telegram планирует подчиниться требованиям европейского закона о цифровых услугах (DSA). Согласно ему, все крупные интернет-платформы, работающие на территории ЕС, должны назначить своего официального представителя в одной из стран союза. Telegram выбрал Бельгию, заключив соглашение с местной компанией EDSR, теперь именно она будет отвечать перед властями за эффективную модерацию контента и удаление незаконной информации.

В этой части DSA повторяет условия нашего закона «о приземлении», который также предписывает крупным иностранным интернет-сервисам открывать в России филиал, представительство или юрлицо для эффективного взаимодействия с регулятором и решения проблем российских пользователей. Но это требование закона (как и остальные) Telegram не исполняет. Конечно, это ненормально, учитывая его высочайшую популярность в стране: среднемесячный охват мессенджера, по данным Mediascope, достиг 73%, ежедневно его используют 49% населения России старше 12 лет.

В связи с этим вопрос: что мешает Telegram пойти по тому же сценарию, который был выбран для соблюдения европейского законодательства? Насколько мне известно, российское право тоже разрешает нашим юридическим фирмам представлять интересы иностранных компаний. Осталось определить полномочия, и по сути получится то самое представительство, которое и прописано в тексте документа. Надеюсь, что Павла Дурова останавливает не какое-то принципиальное нежелание соблюдать законы РФ, а отсутствие встречных предложений от российских юристов.

Технологическое лидерство официально обозначено национальной целью развития России. Соответствующий указ Владимира Путина был опубликован вчера, и многие цели остались неизменными по сравнению с предыдущей версией от 2020 года, но появившаяся в нем задача обрести технологическое лидерство – это, конечно, ответ на самые актуальные вызовы, стоящие перед нашей страной.

Отдельным пунктом обозначено обеспечение сетевого суверенитета и информационной безопасности в интернете. Другими словами, еще одной приоритетной национальной целью становится безопасный и самодостаточный Рунет. И это действительно серьезная задача, ведь далеко не во всех его сегментах обеспечен приоритет российских платформ. Если, например, самые популярные онлайн-кинотеатры и маркетплейсы – наши, то в сегментах поиска и соцсетей борьба за российских пользователей (и соблюдение их прав) еще в разгаре.

И вопрос безопасности национального сегмента в современных условиях напрямую зависит от степени его суверенности.

Живая иллюстрация к словам Владимира Путина о попытках исказить правду о Второй мировой войне – вирусный ролик с заявлением пресс-секретаря Белого дома о том, что украинцы помогали США сражаться против Сталина. Пишут, что это дипфейк, но факт в том, что западное общество действительно погрузилось в альтернативную реальность, которую само же и сконструировало в попытках принизить роль нашего народа в победе над нацистами.

И это лживое мировоззрение усердно транслируется при помощи цифровых платформ. Русскоязычная «Википедия» предупреждает, что День Победы празднуется 9 мая только в России, а весь остальной мир отмечает его накануне (это написано в преамбуле к соответствующей статье, в нее же вшиты отсылки к явно пропагандистским текстам о якобы милитаристском смысле этого праздника). Изображение красного знамени над Рейхстагом – в бан-листе Facebook*, и уже несколько лет попытка его опубликовать грозит блокировкой.

Что делать в этой ситуации? Отвечать той же монетой: задействовать технологический арсенал для сохранения исторической памяти. Использовать нейросети, чтобы создавать современный контент о подвигах наших героев, и продвигать его на зарубежную аудиторию. Упаковывать правильные смыслы в видеоигры и другие медиа, интересные молодежи. Наша миссия – донести миру правду о событиях Второй мировой войны и остановить безумные попытки дискредитировать наш вклад в борьбу с нацизмом.