№1

Куда пропали движки?

Вася ведь пробовал по учебнику. Всё как учили. У героя должна быть цель. У цели должен быть мотив. Мотив должен быть «сильным». И вот Вася берёт старую драматургическую отвертку и начинает крутить знакомые винты:

Деньги. Ну да, это работает. Но зритель в 2025-м уже не купится просто на "хочу бабок". Надо сразу объяснять зачем. Окей — "чтобы вылечить дочь". Работает. Но — это же мотив, а не смысл. А Вася чувствует разницу. И вот он добавляет: «…и чтобы она потом пошла учиться в Гарвард». А зачем? …Зачем? Тут Вася подвисает. Потому что раньше всё заканчивалось на "вылечить дочь", а теперь этого недостаточно. Зритель уже видел такое 200 раз. Ему мало.

Любовь. Безотказный драйвер. Вася ставит героя в позу: он хочет добиться девушку. Но тут прилетает первая пуля от новой реальности: «Она сказала нет».
И Вася уже не может включить романтический трек и цветы под дождём. Потому что он знает, что зритель сразу запишет героя в абьюзеры.
"Нет — значит нет", «иди найди другую», "есть Тиндер, бро, работай над собой". И всё.
И Вася чувствует, что не может просто «хотеть» женщину — теперь это должно быть не вожделение, не одержимость, не гетеронормативный рефлекс, а… непонятно что. Как будто сам жанр стал токсичным.

Власть. Ну тут Вася даже не заходит. Потому что власть — это уже клише для злодеев. «Он хочет стать боссом» — эээ, Red Flag.
Почему? Потому что власть — это про контроль. Контроль — про насилие. Насилие — про токсичность. Всё. Хлопает дверь. Возвращайтесь в 1999.

И вот Вася сидит перед сценой, где по идее должен быть запуск действия — а ничего не запускается. Как будто двигатель вытек. Потому что старые мотивы — больше не про движение. Они — про оправдание. А Вася теперь ищет смысл.
...
И вот Вася идёт на кухню, смотрит в окно, и впервые за много лет думает не о том, как придумать историю — а зачем вообще люди рассказывают истории.

Классно посидели!

Да ёптвоюмать!!!

«Разве вы не хотите, чтобы ваш сериал показали по телевизору?»

Когда слышишь такое от продюсера - лучше вежливо сворачивать разговор, стараясь никого не оскорбить. Чаще всего, это значит, что то, что ты написал, им нравится, но не настолько, чтобы платить тебе деньги. Поэтому продюсеры будут выжимать тебя до последнего до тех пор, пока кто-то не переложит их риски на себя - чаще всего, это платформа или канал, которая и является финальным заказчиком проекта. Переложит риски - значит, даст денег. А деньги, как мы знаем - это кровь отношений.

Поэтому иногда автору на ранних этапах работы стоит не брать деньги - ведь иногда сначала имеет смысл узнать человека, с которым ты вступаешь в отношения. Может, окажется, эти отношения тебе на фиг не нужны ни за какие деньги. Помните, что если всё сложится, то, например, на сериале тебе с этими людьми около года (столько длится работа над сюжетами) обсуждать свои самые сокровенные тайны и подставлять душу под редактуру.

Да, до тех пор пока не заплатят, риски несет сам автор - риск потерянного времени, усталости и прочее. Но с другой стороны, первые встречи с продюсерами - это как первые свидания. Продюсер тебя всеми силами склоняет дать как можно больше, а твоя задача дать ровно столько, чтобы он думал только о тебе и мечтал встретиться снова. И что бы он ни говорил, как бы ни хвалил, что бы ни обещал на втором сезоне, помни, автор - главное, не влюбляться!

Кому сколько давать на ранних этапах - тут строго индивидуально. Я, например, всегда пишу первый драфт заявки и первую итерацию работы над комментариями бесплатно. По опыту, это минимальное количество встреч, по которым понятен расклад сил и творческая компетенция стороны продюсера. Заодно тут можно и самому покапризничать, посмотреть, как они обращаются с талантом - после подписания контракта такой роскоши уже не будет, там надо быть профессионалом и включаться в гонку.

Но иногда можно и целый пилот дать. Но если после этого у вас чувство, что вас использовали и выбросили со словами «платформа не заинтересовалась, если что-то будет, я перезвоню», то я вас предупреждал - главное, не верить и не влюбляться. У продюсеров работа такая.

Поэтому если я сходу за заявку прошу у вас денег, знайте - это хороший знак, потому что я вам очень доверяю!

Люблю утром посидеть в кафе, настроиться на день. Иногда даже можно что-нибудь почитать. Сегодня почему-то решил именно с утра открыть правки агентства к договору автора, которого они представляют - думал, по-быстрому отстреляюсь пока кофе пью. Ага, хуй там плавал. Из 6 страниц они умудрились сделать десять!
Больше так делать не буду, нужно от чего-то отказаться: не читать договоры по утрам или не заключаться с авторами, которых представляет агентство.

«Я вижу этот фильм как кинокомикс!»

Кто хоть раз нанимал режиссера, скорее всего слышал эту фразу.
Когда я просил режиссера пояснить, что он имеет в виду, чаще всего от него слышалось раздражение, как будто я 5 на 14 прошу в уме перемножить. А я реально не понимал: там будет стилизация как в «Городе грехов»? Там будет динамичный монтаж и много экшен сцен? Там будет глянцевая картинка? Это будет нарочито как «День курка?». Но обычно режиссер пыхтел и съезжал с темы, оставляя меня со смешанным ощущением того, что и я дебил, и режиссер не знает, что несет. Хотя определенно что-то верное он чувствует. И вот !НАКОНЕЦ! я, кажется, нашел стоящее определение кинокомикса. И поразительнее всего то, что определение это дали еще 1982 году - уже тогда зрители страдали от засилия бессмыслицы на экране. Так вот:

«Не то чтобы это были строгие правила, но чаще всего они оказываются верными:

1) Умирают обычно только плохие парни. А если главный герой всё же протягивает ноги, он делает это героически.

2) Чаще всего нет значимой темы: как попкорн, который вы жуете, фильм сделан не для того, чтобы долго его смаковать.

3) Такое кино замыкается на самом себе: его ориентиры - другие фильмы. Если бы не было, например, субботних дневных сериалов, не возникло бы системы координат для «В поисках утраченного ковчега».

4) И, вероятно, самое главное: кинокомикс не любит иметь дело с жизнью, какая она есть, какой мы её знаем. Скорее, он строит ту реальность, которую мы бы предпочли. Так безопаснее.»

Это из книги Уильяма Голдмана (погуглите его, оооч крутой дядька) «Похождения сценариста в Голливуде».
Далее он рассуждает о том, почему «Охотник на оленей» - кинокомикс, а «Бемби» - важнейшая экзистенциальная переполненная смыслом драма. И рассуждает так убедительно, что я с ним полностью согласен. Теперь меня ни один режиссер не проведет :)

А еще, в отличие от Голдмана, меня очень зацепил пункт 3 его определения. Это очень близко к современному метамодерновому сторителлингу, покоящемуся на очень тоненьких простынях общих смыслов, которые натянуты уже так сильно, что вот-вот порвутся. И будем смотреть мы одни кинокомиксы. Но об этом в других постах - с черным дисклеймером 😈.

"Как понять, что проект готов к тому, чтобы его показывать?»

Как-то мне задали этот вопрос, и, честно, я немного растерялся. Потом как следует подумал и вот к чему пришел - я понятия не имею.
Но ведь что-то кому-то в определенный момент времени я отправляю, значит, конец у этой работы есть? Да. Но, на самом деле, этот вопрос очень сложный, многосоставной и обращается к самой сути искусства - не важно, на самом деле, говорим мы про сценарий, песню, скульптуру или анекдот. И как в других сложных вопросах, тут надо начинать издалека:
https://telegra.ph/Dostatochno---ehto-skolko-06-07

Последнее время всё чаще ощущаю, что жизнь играет со мной в Канчо. На картинке жизнь в голубой рубашке.

Это я так ощущаю, когда телефон разбил 😭

Кстати, посмотрел новый сезон Love, Death & Robots. Что-то совсем слабо, не?

Вот это потрясный пост, в котором инструкция по созданию современного сторителлинга и для бренд-менеджеров, и для сценаристов. Как минимум, по конструированию эмпатии так, чтобы сразу зрителя пробрало. Работает на всех форматах. Но это опасный, конечно, инструмент. Если вы ответственный сценарист, нужно после такого уметь на ранку подуть и объяснить зрителю, что в конце все будет хорошо. Оставлять все как есть можно только рекламщикам 👹

ПРОДЮСЕРЫ СТРАХА

Хотите, чтобы вас услышали, — сначала напугайте

На втором курсе университета я познакомился с Демьяном. Он работал в отделе происшествий уважаемой деловой газеты. Писал о бандитских разборках, выезжал на рейдерские захваты, вынимал из петли бизнесменов — холодных поклонников его творчества.

Но эта работа была лишь фасадом. Демьян был чёрным пиарщиком. Меня он брал с собой, потому что я быстро и обидно формулировал. Работы было много: мы сносили, избирали, корректировали репутации.

— Вот этих говнарей надо на очко посадить, — объяснял Демьян. — А этим говноедам — вернуть надежду.

Демьян научил меня, что страх — лучший продавец.

— Не надо никого закошмаривать, Коля. Просто посей среди них маленький липкий страх. Они не хотят прислушиваться к нашему мнению? Так покажи им, чем они заплатят за своё.

Никого не убеждай.

Губернаторская кампания. Далёкие девяностые. Где-то в ржавом поясе России. Против действующего губернатора идёт кандидат от Москвы. Его не любят, чужак. Заняться созданием положительного образа? Поздно — уже горят костры дедлайнов.
Десант московских пиарщиков решает полистать криминальную хронику за последний губернаторский срок:

Убитые ради квартир старики. Это ваш выбор?
Изнасилованные детдомовцы. Это ваш выбор?
Губернатор, сдавший родную мать в дом престарелых. Это ваш выбор?

И фото своего кандидата:
«При мне такого не будет».

Трудно напугать людей, у которых давно всё по пизде. Но ребята старались.
И выиграли.

Это всё не про злодейство. Это про ремесло. Если уж вы пришли сюда за инструментами — вы должны понимать: они острые.

Это не эссе, это боевой листок.

Не пытайся объяснить, почему ты прав. Объясни, как будет плохо, если тебя не услышат.

Один бывший спортсмен продаёт БАДы для сна. Он не говорит, что его продукт полезен. Он рассказывает, что бывает, когда ты не спишь: гормональные сбои, аварии, разводы. И только потом говорит про свой БАД.
Спортсмен повесил тревогу. И тут снял — своим товаром.
Чёрный пиар. Светлый человечек.

Представьте, что я влюблён в какой-то продукт. Например, в люстру Чижевского. Или верю в какую-то идею. Допустим, в плоскую землю. Переубеждать меня — глупо. Чёрный пиарщик поступит иначе: он свяжет то, что я люблю, с отвращением, тревогой или телесной угрозой.

Шла корпоративная война в FMCG. Гигант продавал линейку продуктов по схеме: «натурально = безопасно».
И тут появляется интервью женщины, чей ребёнок получил ожог от «натурального» средства с цитрусовыми кислотами. Ни одного вывода. Только её голос, фото ребёнка, слёзы. Продажи упали на 14%.

За отдельные деньги могли бы подорвать веру и в сам апельсин.

Мозг плохо запоминает логику. Он запоминает опасные ассоциации.

Чему чёрный пиарщик может поучиться у Хантера Томпсона?
Самая сильная эмоция — страх. Вторая — отвращение. Если одно не сработало — используй другое.

Профессионал не спорит с логикой. Он заходит через тело: запахи, пятна, ожоги.
Страх — плохой советчик. Но отличное ТЗ.

Исповедуйся перед продажей

Как мы помним, кричать «Волки! Волки!» — хуевая стратегия. Тревога звучит убедительнее, когда это не лозунг, а признание.

Начни с «я». Признай слабость, ошибку, страх. Сделай читателя свидетелем паники.

Фармацевтическая компания вывела на рынок «натуральный» препарат от тревоги. Медицинские исследования купили, а про маркетинг забыли. Пришлось нанимать команду пиарщиков. Им нужно было очень доступно объяснить, что тревожность — не блажь, а диагноз. И связать это с товаром.
Сидели, штурмовали — всё мимо. Пока девочка-копирайтер не написала:

«Я просыпалась с липкой спиной. Волна страха подкатывала к горлу. Я просила только об одном: только не сейчас, мне нельзя сейчас умирать…»

Начала с признания. Исповедовалась, а дальше — золотая формула: повесил тревогу — товар снял тревогу.
В итоге продала свою паническую атаку за 10 тысяч долларов.

В эпоху тревожности по-настоящему вовлекает только страх. Который можно снять простым действием: купить, проголосовать, присягнуть.
Сомелье паники предлагает вкус сезона: запугай — и тебя полюбят.

Противоядие — в первом комментарии.

Как известно, самое интересное - кто с кем спит и сколько зарабатывает. Вот таблички про деньги. Уже все, наверное, репостили, ну и я у себя сохраню и закреплю. Чтобы было удобно подглядывать что там, на случай переговоров.

Если есть таблички о том, кто с кем спит, киньте плиз ссылку в комментах. Тоже закреплю на случай переговоров.

Как сказать, что наступило лето, не говоря, что наступило лето?