В нынешних политических условиях и два месяца – уже очень много. Предыдущий приговор Юрию Дмитриеву был вынесен 22 июля. Тогда ему дали 3,5 года, что по современным российским понятиям является почти оправданием. С учетом тяжести статьи Уголовного кодекса, по которой он был признан виновным. Это уже привычный компромисс – следователи и прокуроры могут поставить галочку (приговор обвинительный), а человек вскоре выходит на свободу с учетом предварительного заключения. Признанный виновным, опозоренный (в глазах тех, кто заведомо считает, что наказания без вины не бывает), но свободный. Впрочем, уже тогда было видно, что силовики приговором недовольны, рассматривая его не как компромисс, а как свое поражение из–за столь большого разрыва между приложенными усилиями и результатом.
Прошло всего два месяца. За это время случились массовые протесты в Беларуси – и, как следствие, ощущение российской власти, что она может потерять Минск, как в 2014-м потеряла Киев. И что пресловутое подлетное время сокращается до минимума, и натовские танки скоро могут быть под Смоленском. И что препятствием для всего этого является не слишком приятный Александр Лукашенко, которого приходится поддерживать и подбадривать. И «дело Навального», неожиданно ставшее международным и приведшее к обрыву налаживавшихся десятилетиями контактов с Германией и Францией. И угроза новых санкций в связи с этим. И все более явные очертания возможной победы Джо Байдена, после которой давление на Москву может стать более систематическим – а, следовательно, более опасным.
В этих условиях силовики получают дополнительные аргументы для действий в рамках «осажденной крепости», без компромиссов, которые в таких условиях считаются уступками и проявлениями слабости. И Дмитриев получает жестокий 13-летний приговор. Кстати, только что прокуратура опротестовала за мягкостью приговор по делу «Нового величия» - насколько можно судить, это звенья одной цепи.
Алексей Макаркин
Прошло всего два месяца. За это время случились массовые протесты в Беларуси – и, как следствие, ощущение российской власти, что она может потерять Минск, как в 2014-м потеряла Киев. И что пресловутое подлетное время сокращается до минимума, и натовские танки скоро могут быть под Смоленском. И что препятствием для всего этого является не слишком приятный Александр Лукашенко, которого приходится поддерживать и подбадривать. И «дело Навального», неожиданно ставшее международным и приведшее к обрыву налаживавшихся десятилетиями контактов с Германией и Францией. И угроза новых санкций в связи с этим. И все более явные очертания возможной победы Джо Байдена, после которой давление на Москву может стать более систематическим – а, следовательно, более опасным.
В этих условиях силовики получают дополнительные аргументы для действий в рамках «осажденной крепости», без компромиссов, которые в таких условиях считаются уступками и проявлениями слабости. И Дмитриев получает жестокий 13-летний приговор. Кстати, только что прокуратура опротестовала за мягкостью приговор по делу «Нового величия» - насколько можно судить, это звенья одной цепи.
Алексей Макаркин
В среду Еврокомиссия впервые представила доклад о состоянии верховенства права во всех странах ЕС. Такой доклад теперь станет ежегодным. В документе анализируются такие сферы, как независимость судов, свобода СМИ, антикоррупционные меры и система сдержек и противовесов в государственном управлении. Еврокомиссия не рейтинговала членов союза по уровню демократических стандартов, но выявила очень большие различия между ними.
Как и можно было ожидать, наибольшую критику у авторов доклада вызвало состояние дел в Польше и Венгрии, национал-популистские правительства которых давно обвиняются Брюсселем в отходе от демократических принципов. Относительно Венгрии в документе отмечаются грубые нарушения свободы СМИ, запугивание независимых изданий и отсутствие решительных действий по расследованию и наказанию случаев коррупции среди высших чиновников. По Польше акцент сделан на реформе системы правосудия, которая привела к снижению независимости судов.
Но помимо этих двух заведомых «двоечников» серьезная критика в докладе ЕК звучит и в адрес ряда других стран. Особенно много внимания уделено Болгарии, где с середины июля продолжаются массовые выступления против коррупционного разложения государственной верхушки. Таких резких формулировок в докладе нет, но говорится о низком уровне общественного доверия к антикоррупционным институтам, атаках на журналистов и недостаточной подотчетности генпрокуратуры. Соседняя Румыния приветствуется авторами доклада за усилия по реформированию, но отмечается, что часть негативных изменений, снижающих коррупционную ответственность чиновников и независимость судей, которые были проведены прежним правительством социал-демократов, остается в силе. Примерно под таким же углом зрения в докладе рассматриваются Мальта и Словакия, в которых после громких убийств журналистов-расследователей начались позитивные сдвиги в правоохранительных системах и в деле борьбы с коррупцией, но эти сдвиги происходят недостаточно быстро и последовательно.
Доклад Еврокомиссии привлек особое внимание в связи с тем, что сейчас в ЕС рассматривается вопрос об увязке выделения средств конкретным странам из создаваемого фонда восстановления экономики после пандемии размером в €750 млрд с соблюдением этими странами принципов верховенства права. Такая увязка наталкивается на решительное сопротивление со стороны Польши и Венгрии, которые используют принятое в ЕС правило единогласия при принятии решений. Германия в качестве страны, председательствующей в ЕС в этом полугодии, выдвинула план, согласно которому решение о приостановке выделения средств из-за нарушения страной принципов верховенства права должно приниматься квалифицированным большинством членов союза. Чем закончится эта коллизия, пока не ясно.
Александр Ивахник
Как и можно было ожидать, наибольшую критику у авторов доклада вызвало состояние дел в Польше и Венгрии, национал-популистские правительства которых давно обвиняются Брюсселем в отходе от демократических принципов. Относительно Венгрии в документе отмечаются грубые нарушения свободы СМИ, запугивание независимых изданий и отсутствие решительных действий по расследованию и наказанию случаев коррупции среди высших чиновников. По Польше акцент сделан на реформе системы правосудия, которая привела к снижению независимости судов.
Но помимо этих двух заведомых «двоечников» серьезная критика в докладе ЕК звучит и в адрес ряда других стран. Особенно много внимания уделено Болгарии, где с середины июля продолжаются массовые выступления против коррупционного разложения государственной верхушки. Таких резких формулировок в докладе нет, но говорится о низком уровне общественного доверия к антикоррупционным институтам, атаках на журналистов и недостаточной подотчетности генпрокуратуры. Соседняя Румыния приветствуется авторами доклада за усилия по реформированию, но отмечается, что часть негативных изменений, снижающих коррупционную ответственность чиновников и независимость судей, которые были проведены прежним правительством социал-демократов, остается в силе. Примерно под таким же углом зрения в докладе рассматриваются Мальта и Словакия, в которых после громких убийств журналистов-расследователей начались позитивные сдвиги в правоохранительных системах и в деле борьбы с коррупцией, но эти сдвиги происходят недостаточно быстро и последовательно.
Доклад Еврокомиссии привлек особое внимание в связи с тем, что сейчас в ЕС рассматривается вопрос об увязке выделения средств конкретным странам из создаваемого фонда восстановления экономики после пандемии размером в €750 млрд с соблюдением этими странами принципов верховенства права. Такая увязка наталкивается на решительное сопротивление со стороны Польши и Венгрии, которые используют принятое в ЕС правило единогласия при принятии решений. Германия в качестве страны, председательствующей в ЕС в этом полугодии, выдвинула план, согласно которому решение о приостановке выделения средств из-за нарушения страной принципов верховенства права должно приниматься квалифицированным большинством членов союза. Чем закончится эта коллизия, пока не ясно.
Александр Ивахник
61% респондентов ВЦИОМ положительно отнеслись к идее проведения многодневного голосования, 18% - негативно. В очередной раз проявились две России. Одна (меньшинство) опасается фальсификаций, высоко ценит возможность эффективного общественного контроля и считает, что трехдневное голосование контролировать сложнее. Потому что многих наблюдателей в пятницу начальство с работы не отпустит, а по ночам с бюллетенями может произойти все, что угодно.
И есть большинство, которое об этих вопросах не задумывается. У него другая проблема – как совместить голосование с поездкой на дачу на выходные дни. Нередко совмещается плохо – и обычный человек не будет выезжать с дачи на пару часов раньше, чтобы, постояв в пробках, все же успеть исполнить свой гражданский долг. Теперь же ему делается подарок – возможность забежать в пятницу в школу (где часто находятся избирательные участки), быстро проголосовать и больше о выборах не думать.
Кстати, в нулевые годы во время споров о ноябрьских праздниках – отмечать ли годовщину большевистской революции или вспоминать Минина с Пожарским – обычный неполитизированный россиянин мечтал о том, чтобы выходным сделали 2 мая, день, не несущий никакой идеологической нагрузки, но зато позволявший увеличить майское времяпровождение на даче. А уж когда дачу закрывать перед зимой – 4 или 7 ноября – для большинства значения не имеет. А потом, когда стала внедряться практика майских мини-каникул (за счет сокращения больших январских выходных), то главным предметом мечтаний стал выходной 31 декабря — чтобы спокойно готовить салат оливье перед новогодней ночью.
Алексей Макаркин
И есть большинство, которое об этих вопросах не задумывается. У него другая проблема – как совместить голосование с поездкой на дачу на выходные дни. Нередко совмещается плохо – и обычный человек не будет выезжать с дачи на пару часов раньше, чтобы, постояв в пробках, все же успеть исполнить свой гражданский долг. Теперь же ему делается подарок – возможность забежать в пятницу в школу (где часто находятся избирательные участки), быстро проголосовать и больше о выборах не думать.
Кстати, в нулевые годы во время споров о ноябрьских праздниках – отмечать ли годовщину большевистской революции или вспоминать Минина с Пожарским – обычный неполитизированный россиянин мечтал о том, чтобы выходным сделали 2 мая, день, не несущий никакой идеологической нагрузки, но зато позволявший увеличить майское времяпровождение на даче. А уж когда дачу закрывать перед зимой – 4 или 7 ноября – для большинства значения не имеет. А потом, когда стала внедряться практика майских мини-каникул (за счет сокращения больших январских выходных), то главным предметом мечтаний стал выходной 31 декабря — чтобы спокойно готовить салат оливье перед новогодней ночью.
Алексей Макаркин
Три проблемы второй волны коронавируса в России. У всех них одна основа – люди были обнадежены, а теперь наступил трамвирующий эффект.
1. Вторая волна началась в условиях, когда люди еще не забыли успокаивающие месседжи. О том, что Россия прекрасно подготовлена к пандемии, что вирус выдыхается, проблема теряет актуальность, можно спокойно работать и отдыхать. Конечно, повторялось, что надо носить маски, но делалось это настолько для проформы, что даже самые осторожные переставали обращать внимание (как раньше на надписи «Минздрав предупреждает…»). Сейчас выясняется, что вторая волна может быть по масштабам больше первой, а вирус продолжает быть смертоносным, хотя медицина на этот раз, действительно, готова куда лучше, чем в марте. Но к самому факту, что пандемия в полной мере вернулась, общество в полной мере не подготовлено.
2. Много говорилось о том, что Россия опередила США и Европу, создав вакцину. Не вдаваясь в вопрос о ее надежности и безопасности (отметим, что третья фаза испытаний началась лишь в прошлом месяце, с отставанием от основных конкурентов), отметим лишь, что на сегодняшний момент в массовом свободном доступе вакцины нет. И во время второй волны не будет – ее задача ослабить влияние этой волны на часть групп риска (в первую очередь, врачей) и предотвратить масштабную третью волну. Массовое применение в России начнется, в лучшем случае, в конце года – если позволят мощности отечественной фармацевтики. А то и в следующем. А прилежные телезрители считают, что все будет раньше. Конечно, про реальные сроки тоже говорилось, но не так много и подробно как про победное создание вакцины. И многие восприняли бравурные новости (у «нас» вакцина есть, а у «них» нет), пропустив мимо ушей негромкий реализм.
3. В качестве виновных в масштабной второй волне чиновники называют недисциплинированных сограждан. Правда в этом есть, но только частичная, что следует из предыдущих пунктов. А раз так, то общественное раздражение может быть выше – у одних на то, что снова «сажают по домам» (количество ковидодиссидентов с марта увеличилось). Другие, наоборот, хотели бы более строгих дисциплинирующих мер. Но все они могут быть раздражены тем, что именно население официально признается «крайним».
Алексей Макаркин
1. Вторая волна началась в условиях, когда люди еще не забыли успокаивающие месседжи. О том, что Россия прекрасно подготовлена к пандемии, что вирус выдыхается, проблема теряет актуальность, можно спокойно работать и отдыхать. Конечно, повторялось, что надо носить маски, но делалось это настолько для проформы, что даже самые осторожные переставали обращать внимание (как раньше на надписи «Минздрав предупреждает…»). Сейчас выясняется, что вторая волна может быть по масштабам больше первой, а вирус продолжает быть смертоносным, хотя медицина на этот раз, действительно, готова куда лучше, чем в марте. Но к самому факту, что пандемия в полной мере вернулась, общество в полной мере не подготовлено.
2. Много говорилось о том, что Россия опередила США и Европу, создав вакцину. Не вдаваясь в вопрос о ее надежности и безопасности (отметим, что третья фаза испытаний началась лишь в прошлом месяце, с отставанием от основных конкурентов), отметим лишь, что на сегодняшний момент в массовом свободном доступе вакцины нет. И во время второй волны не будет – ее задача ослабить влияние этой волны на часть групп риска (в первую очередь, врачей) и предотвратить масштабную третью волну. Массовое применение в России начнется, в лучшем случае, в конце года – если позволят мощности отечественной фармацевтики. А то и в следующем. А прилежные телезрители считают, что все будет раньше. Конечно, про реальные сроки тоже говорилось, но не так много и подробно как про победное создание вакцины. И многие восприняли бравурные новости (у «нас» вакцина есть, а у «них» нет), пропустив мимо ушей негромкий реализм.
3. В качестве виновных в масштабной второй волне чиновники называют недисциплинированных сограждан. Правда в этом есть, но только частичная, что следует из предыдущих пунктов. А раз так, то общественное раздражение может быть выше – у одних на то, что снова «сажают по домам» (количество ковидодиссидентов с марта увеличилось). Другие, наоборот, хотели бы более строгих дисциплинирующих мер. Но все они могут быть раздражены тем, что именно население официально признается «крайним».
Алексей Макаркин
Отношения между Евросоюзом и Великобританией за три месяца до окончания переходного периода по брекситу становятся все более напряженными. 1 октября Еврокомиссия направила Лондону письмо о начале юридической процедуры против Великобритании из-за попытки британского правительства в одностороннем порядке пересмотреть некоторые положения Соглашения о выходе из ЕС, подписанного в прошлом году. Речь идет о законопроекте о внутреннем рынке, в кратчайшие сроки принятом Палатой общин в трех чтениях. Открытая Брюсселем процедура в перспективе может привести к иску против Британии в Суде ЕС и наложению высокого штрафа. Лондону отведен один месяц, чтобы ответить на письмо Еврокомиссии.
Законопроект о внутреннем рынке излагает правила торговли между частями Соединенного Королевства – Англией, Шотландией, Уэльсом и Северной Ирландией после выхода из таможенного союза ЕС. Положения, возмутившие Брюссель, касаются Северной Ирландии. Согласно Соглашению о выходе из ЕС, сухопутная граница между Ирландией и Ольстером должна быть свободной, товары, идущие из Британии в Ольстер, должны подвергаться контролю в североирландских портах. В отсутствие договора о свободной торговле между ЕС и Британией с товаров, предназначенных для транспортировки в Ирландию (т.е. на территорию единого рынка ЕС) британские таможенники от лица ЕС должны взимать европейские пошлины, причем определять список таких товаров должен совместный орган Великобритании и ЕС. А законопроект о внутреннем рынке предоставляет британскому правительству полномочия модифицировать или не применять эти правила.
Сами британские министры признают, что законопроект входит в противоречие с международным правом, но это оправдано особыми обстоятельствами и жизненной необходимостью обеспечения целостности внутреннего рынка Соединенного Королевства. Любопытно, что против законопроекта высказались пять бывших премьер-министров Великобритании: Джон Мейджор, Тони Блэр, Гордон Браун, Дэвид Кэмерон и Тереза Мэй.
Конфликт вокруг из ряда вон выходящей законодательной новации Лондона серьезно испортил и так не радужную атмосферу на переговорах между ЕС и Великобританией о будущих торгово-экономических отношениях. Однако Брюссель все же не пошел на прерывание этих переговоров, тем более что спорный законопроект может застрять в Палате лордов до декабря. Как раз на этой неделе в Брюсселе проходил девятый раунд переговоров. И Борис Джонсон, и высокие чиновники ЕС не раз называли середину октября дедлайном для достижения соглашения о свободной торговле. Но пока счастливый финал не просматривается. По-прежнему стороны разделяют разногласия по вопросам рыболовства в британских территориальных водах, условий предоставления госпомощи бизнесу и механизмов разрешения споров.
Александр Ивахник
Законопроект о внутреннем рынке излагает правила торговли между частями Соединенного Королевства – Англией, Шотландией, Уэльсом и Северной Ирландией после выхода из таможенного союза ЕС. Положения, возмутившие Брюссель, касаются Северной Ирландии. Согласно Соглашению о выходе из ЕС, сухопутная граница между Ирландией и Ольстером должна быть свободной, товары, идущие из Британии в Ольстер, должны подвергаться контролю в североирландских портах. В отсутствие договора о свободной торговле между ЕС и Британией с товаров, предназначенных для транспортировки в Ирландию (т.е. на территорию единого рынка ЕС) британские таможенники от лица ЕС должны взимать европейские пошлины, причем определять список таких товаров должен совместный орган Великобритании и ЕС. А законопроект о внутреннем рынке предоставляет британскому правительству полномочия модифицировать или не применять эти правила.
Сами британские министры признают, что законопроект входит в противоречие с международным правом, но это оправдано особыми обстоятельствами и жизненной необходимостью обеспечения целостности внутреннего рынка Соединенного Королевства. Любопытно, что против законопроекта высказались пять бывших премьер-министров Великобритании: Джон Мейджор, Тони Блэр, Гордон Браун, Дэвид Кэмерон и Тереза Мэй.
Конфликт вокруг из ряда вон выходящей законодательной новации Лондона серьезно испортил и так не радужную атмосферу на переговорах между ЕС и Великобританией о будущих торгово-экономических отношениях. Однако Брюссель все же не пошел на прерывание этих переговоров, тем более что спорный законопроект может застрять в Палате лордов до декабря. Как раз на этой неделе в Брюсселе проходил девятый раунд переговоров. И Борис Джонсон, и высокие чиновники ЕС не раз называли середину октября дедлайном для достижения соглашения о свободной торговле. Но пока счастливый финал не просматривается. По-прежнему стороны разделяют разногласия по вопросам рыболовства в британских территориальных водах, условий предоставления госпомощи бизнесу и механизмов разрешения споров.
Александр Ивахник
Досрочная отставка 71-летнего главы Дагестана Владимира Васильева стала самосбывающимся прогнозом – экспертные прогнозы и более чем прозрачные информационные вбросы на эту тему с лета стали едва ли не постоянными. Следует напомнить, что приход Васильева в Дагестан был результатом федеральной кадровой рокировки, когда он уступил пост главы думской фракции «Единой России» Сергею Неверову, который, в свою очередь, уступил пост секретаря генсовета партии Андрею Турчаку. Назначение Васильева в Дагестан тогда красиво подавалось в контексте укрепления властной вертикали и зачистки коррумпированных местных элит, но в любом случае было делом временным.
С этой точки зрения назначение врио главы Дагестана Сергея Меликова – это тоже самосбывающийся прогноз, поскольку Меликова несколько лет считали главным претендентом на этот пост. Поэтому новое кадровое решение подготовлено очень давно и просто ждало своего часа. Формально Меликов – тоже варяг и силовик, но со своими отличиями. Он хоть и не родился в Дагестане, но имеет местные корни. Известность Меликов получил на посту представителя президента на Северном Кавказе, который он занимал в 2014-2016 годах, плотно и небезуспешно занимаясь всем регионом. А вот с дальнейшей работой на посту первого заместителя директора Росгвардии дело у него не сложилось, но вместо быстрого назначения главой Дагестана он некоторое время подождал и поработал сенатором от Ставропольского края, а потом уже занял место Васильева.
На самом деле для отношений с центром замена Васильева на Меликова мало что меняет – попытки наведения порядка в местной власти и антикоррупционных кампаний будут продолжаться, а глава региона по-прежнему будет восприниматься в роли поставленного центром «генерал-губернатора», но только более погруженного в местную жизнь. Критически важным был и остается вопрос о том, кто будет заниматься экономикой и финансами в правительстве Дагестана. И здесь уже мы скоро увидим, какие кланы возьмут верх, поскольку по-другому в Дагестане не бывает.
Ростислав Туровский
С этой точки зрения назначение врио главы Дагестана Сергея Меликова – это тоже самосбывающийся прогноз, поскольку Меликова несколько лет считали главным претендентом на этот пост. Поэтому новое кадровое решение подготовлено очень давно и просто ждало своего часа. Формально Меликов – тоже варяг и силовик, но со своими отличиями. Он хоть и не родился в Дагестане, но имеет местные корни. Известность Меликов получил на посту представителя президента на Северном Кавказе, который он занимал в 2014-2016 годах, плотно и небезуспешно занимаясь всем регионом. А вот с дальнейшей работой на посту первого заместителя директора Росгвардии дело у него не сложилось, но вместо быстрого назначения главой Дагестана он некоторое время подождал и поработал сенатором от Ставропольского края, а потом уже занял место Васильева.
На самом деле для отношений с центром замена Васильева на Меликова мало что меняет – попытки наведения порядка в местной власти и антикоррупционных кампаний будут продолжаться, а глава региона по-прежнему будет восприниматься в роли поставленного центром «генерал-губернатора», но только более погруженного в местную жизнь. Критически важным был и остается вопрос о том, кто будет заниматься экономикой и финансами в правительстве Дагестана. И здесь уже мы скоро увидим, какие кланы возьмут верх, поскольку по-другому в Дагестане не бывает.
Ростислав Туровский
Киргизский поствыборный сценарий можно назвать «Всех на волю». В клановой системе всегда есть немало обиженных, проигравших борьбу за власть и влияние - и такие игроки вполне могут оказаться за решеткой. Как только начинается очередной передел ресурсов с использованием уличных технологий, то появляется шанс освободить сидельцев, который их соратники стараются максимально быстро использовать. Чтобы недавние арестанты смогли лично поучаствовать в очередном туре борьбы за власть.
Бывший депутат Садыр Жапаров был сторонником второго президента Курманбека Бакиева и не договорился с лидером свергнувшей Бакиева оппозиции Алмазбеком Атамбаевым, некоторое время находился в Беларуси у гостеприимного Александра Лукашенко (как и Бакиев). В результате одного из местных экономических конфликтов (вокруг рудника в Иссык-Кульской области) был признан виновным в захвате заложника (тогдашнего полпреда правительства в области) и приговорен к 11,5 годам лишения свободы. Во время пребывания Жапарова в заключении умерли его родители, погиб в автокатастрофе сын – но новый президент Сооронбай Жээнбеков так и не удовлетворил его прошение о помиловании. В результате сейчас Жапарова без всякого прошения освободили из колонии соратники из партии «Мекенчил», которая, по официальным данным, немного не дотянула до 7%-ного барьера на нынешних выборах, уже признанных недействительными.
Но, конечно, куда больший резонанс вызвало освобождение из СИЗО в Бишкеке самого экс-президента Атамбаева, попавшего туда в результате острого конфликта с Жээнбековым. Атамбаева задержали в прошлом году после штурма его резиденции, в ходе которого пострадали более 130 человек, а один спецназовец погиб. Атамбаева тогда обвинили в незаконном освобождении криминального авторитета Азиза Батукаева и в коррупционных преступлениях – он был приговорен к 11 годам и двум месяцам лишения свободы. Освобождение Атамбаева неудивительно, так как одним из лидеров протестующих, занявших минувшей ночью здание парламента, был его сын. Атамбаев представлял часть северной элиты страны, которая недовольна преобладанием южан (земляков Жээнбекова) в будущем парламенте. Жапаров, кстати, тоже северянин, хотя и был сторонником южанина Бакиева.
Демонстранты настояли на освобождении бывшего атамбаевского премьер-министра Сапара Исакова, осужденного при Жээнбекове к 15 годам лишения по свободы по делам о коррупции при модернизации ТЭЦ Бишкека, реконструкции Исторического музея и ипподрома. И еще одного экс-премьера (тоже при Атамбаеве) – Жанторо Сатыбалдиева – приговоренного к 7,5 годам тоже по «делу ТЭЦ».
Разумеется, на белорусский сценарий вся эта буйная клановая вольница совершенно непохожа. Никакой идеологии, нет идеализма, на их месте чистый прагматизм, помноженный на коммерцию и стремление к власти. В этой ситуации любая попытка стать демиургом (будь то действующего президента Жээнбекова или Атамбаева, пытавшегося играть при нем роль лидера «партии власти») наталкивается на столь сильное сопротивление, что завершается неудачей. А побеждающая сторона вполне может явочным порядком взять власть и лишь постфактум ее оформить - как было при свержении Бакиева.
Алексей Макаркин
Бывший депутат Садыр Жапаров был сторонником второго президента Курманбека Бакиева и не договорился с лидером свергнувшей Бакиева оппозиции Алмазбеком Атамбаевым, некоторое время находился в Беларуси у гостеприимного Александра Лукашенко (как и Бакиев). В результате одного из местных экономических конфликтов (вокруг рудника в Иссык-Кульской области) был признан виновным в захвате заложника (тогдашнего полпреда правительства в области) и приговорен к 11,5 годам лишения свободы. Во время пребывания Жапарова в заключении умерли его родители, погиб в автокатастрофе сын – но новый президент Сооронбай Жээнбеков так и не удовлетворил его прошение о помиловании. В результате сейчас Жапарова без всякого прошения освободили из колонии соратники из партии «Мекенчил», которая, по официальным данным, немного не дотянула до 7%-ного барьера на нынешних выборах, уже признанных недействительными.
Но, конечно, куда больший резонанс вызвало освобождение из СИЗО в Бишкеке самого экс-президента Атамбаева, попавшего туда в результате острого конфликта с Жээнбековым. Атамбаева задержали в прошлом году после штурма его резиденции, в ходе которого пострадали более 130 человек, а один спецназовец погиб. Атамбаева тогда обвинили в незаконном освобождении криминального авторитета Азиза Батукаева и в коррупционных преступлениях – он был приговорен к 11 годам и двум месяцам лишения свободы. Освобождение Атамбаева неудивительно, так как одним из лидеров протестующих, занявших минувшей ночью здание парламента, был его сын. Атамбаев представлял часть северной элиты страны, которая недовольна преобладанием южан (земляков Жээнбекова) в будущем парламенте. Жапаров, кстати, тоже северянин, хотя и был сторонником южанина Бакиева.
Демонстранты настояли на освобождении бывшего атамбаевского премьер-министра Сапара Исакова, осужденного при Жээнбекове к 15 годам лишения по свободы по делам о коррупции при модернизации ТЭЦ Бишкека, реконструкции Исторического музея и ипподрома. И еще одного экс-премьера (тоже при Атамбаеве) – Жанторо Сатыбалдиева – приговоренного к 7,5 годам тоже по «делу ТЭЦ».
Разумеется, на белорусский сценарий вся эта буйная клановая вольница совершенно непохожа. Никакой идеологии, нет идеализма, на их месте чистый прагматизм, помноженный на коммерцию и стремление к власти. В этой ситуации любая попытка стать демиургом (будь то действующего президента Жээнбекова или Атамбаева, пытавшегося играть при нем роль лидера «партии власти») наталкивается на столь сильное сопротивление, что завершается неудачей. А побеждающая сторона вполне может явочным порядком взять власть и лишь постфактум ее оформить - как было при свержении Бакиева.
Алексей Макаркин
Карабахское эхо отзывается и в Грузии. 5 октября президент Саломе Зурабишвили в интервью телеканалу «Рустави-2» выразила готовность ее страны сохранять нейтралитет на фоне непрекращающегося военного противостояния Азербайджана и Армении и предложила Тбилиси в качестве места для проведения встречи Минской группы ОБСЕ. Здесь стоило бы добавить, что до своего избрания главой Грузинского государства Зурабишвили имела внушительный дипломатический CV. Будучи по рождению гражданкой Франции она трудилась в МИД Пятой республики, а затем, вернувшись на историческую родину даже успела поработать министром иностранных дел Грузии.
Впрочем, грузинские официальные лица уже не первый раз заявляют позицию активного нейтралитета. В том смысле, что готовы не просто следовать за событиями, а вступать в роли посредников. Об этом 30 сентября премьер-министр Георгий Гахария заявил об этом во время официального визита в Брюссель.
Однако далеко не все в Грузии готовы разделить этот настрой. Так экс-президент Михаила Саакашвили, а ныне лидер оппозиционного альянса «Сила в единстве» и претендент на пост премьера по итогам паралментских выборов занял однозначную позицию, поддержав территориальную целостность Азербайджана безо всяких нюансов. Но ради объективности стоит сказать, что приди от вдруг к власти, его риторика, скорее всего, будет отличаться от предвыборных дискуссий. Сегодня Саакашвили пытается критиковать правительство по любому поводу включая и внешнюю политику, которая представляется ему неудачной, несамостоятельной и несмелой.
Серьезны ли претензии Тбилиси на роль общекавказского миротворца? Ответ на этот вопрос следует начать с того, что грузинские власти стремятся не столько к какому-то особому региональному лидерству, сколько стремятся обеспечить внутреннюю стабильность. Внутри страны многочисленные армянская и азербайджанская общины. Это- не мигранты, это граждане Грузии, компактно проживающие в Джавахети (армяне) и Квемо Картли (азербайджанцы). Это- избиратели, которые придут 31 октября на участки голосования. И это- граждане, активно переживающие за своих соплеменников, чья позиция может не сводиться к созерцательности. Добавим к этому непростой комплекс отношений с Арменией в связи с военным присутствием России и неурегулированный пограничный спор с Азербайджаном из-за отсутствия демаркации примерно третьей части госграницы. На этом фоне Грузия банально не может рисковать. И не только на внешнем контуре, но и внутри страны. Не до лавров Талейрана, была бы стабильность и межэтнический мир. После Абхазии и Южной Осетии это втройне ценно.
Сергей Маркедонов
Впрочем, грузинские официальные лица уже не первый раз заявляют позицию активного нейтралитета. В том смысле, что готовы не просто следовать за событиями, а вступать в роли посредников. Об этом 30 сентября премьер-министр Георгий Гахария заявил об этом во время официального визита в Брюссель.
Однако далеко не все в Грузии готовы разделить этот настрой. Так экс-президент Михаила Саакашвили, а ныне лидер оппозиционного альянса «Сила в единстве» и претендент на пост премьера по итогам паралментских выборов занял однозначную позицию, поддержав территориальную целостность Азербайджана безо всяких нюансов. Но ради объективности стоит сказать, что приди от вдруг к власти, его риторика, скорее всего, будет отличаться от предвыборных дискуссий. Сегодня Саакашвили пытается критиковать правительство по любому поводу включая и внешнюю политику, которая представляется ему неудачной, несамостоятельной и несмелой.
Серьезны ли претензии Тбилиси на роль общекавказского миротворца? Ответ на этот вопрос следует начать с того, что грузинские власти стремятся не столько к какому-то особому региональному лидерству, сколько стремятся обеспечить внутреннюю стабильность. Внутри страны многочисленные армянская и азербайджанская общины. Это- не мигранты, это граждане Грузии, компактно проживающие в Джавахети (армяне) и Квемо Картли (азербайджанцы). Это- избиратели, которые придут 31 октября на участки голосования. И это- граждане, активно переживающие за своих соплеменников, чья позиция может не сводиться к созерцательности. Добавим к этому непростой комплекс отношений с Арменией в связи с военным присутствием России и неурегулированный пограничный спор с Азербайджаном из-за отсутствия демаркации примерно третьей части госграницы. На этом фоне Грузия банально не может рисковать. И не только на внешнем контуре, но и внутри страны. Не до лавров Талейрана, была бы стабильность и межэтнический мир. После Абхазии и Южной Осетии это втройне ценно.
Сергей Маркедонов
В связи с растущими ожиданиями возобновления полного карантина в Москве любопытно посмотреть, что происходит в Европе – в тех странах, которые сейчас столкнулись со второй волной коронавируса. Ситуация там различается, но практически везде новые, более жесткие ограничительные меры носят локальный характер.
Наиболее масштабные меры безопасности сейчас вводятся во Франции, и понятно почему: в последние дни там фиксировалось от 12 до 17 тыс. заражений. Наивысший уровень угрозы в Париже. Со вторника мэрия Парижа по крайней мере на две недели закрывает в городе все бары, а также бассейны и фитнес-центры. Рестораны продолжат работать, но должны ввести более строгие меры контроля: получать имена и телефоны посетителей, ограничить число людей за одним столом максимум шестью и закрываться до 22 часов. Университеты, библиотеки, театры и кинотеатры остаются открытыми, но заполняемость их помещений не должна превышать 50%. В общественных местах вне помещений не должны собираться группы численностью более 10 человек. В столице и многих других городах ношение масок теперь обязательно не только в закрытых помещениях, но и на улицах.
Правительство Италии на этой неделе ужесточает меры безопасности. Они включают ограничения на число участников общественных мероприятий, закрытие всех танцплощадок и ночных клубов. Ношение масок вне помещений становится обязательным по всей стране. В школах маски должны носить не только учителя, но и ученики.
В Испании 5 октября отмечено самое высокое в Европе число заражений – 23,5 тыс. Здесь правительство с субботы ввело на две недели локальный локдаун в Мадриде и 9 городах столичного региона. Согласно этой мере, жители могут покидать территорию своего муниципалитета только для поездки на работу, учебу или к врачу. Резиденты незатронутых муниципалитетов могут посещать зону локдауна тоже только по этим причинам. Мероприятия в помещениях и вне помещений ограничиваются 6 участниками. Магазины, бары, рестораны, фитнес-залы, парикмахерские должны заполняться не более чем на 50% и закрываться в 22 часа. Маски теперь обязательны и на улицах.
В Великобритании многие муниципалитеты, охватывающие 25% всего населения, недавно ввели свои дополнительные ограничения. Так, на севере Англии и в Ольстере люди не должны проводить встречи с другими людьми, не относящимися к их семье. Причем это касается как встреч дома, так и в общественных местах. В Уэльсе в целом ряде муниципалитетов запрещено покидать зоны своего проживания без уважительной причины.
Местные локдауны, введенные в Испании и Британии, все более напоминают ситуацию, существовавшую весной. Однако правительства в Европе пока решительно заявляют, что общенациональные карантины вводиться не будут. Ближайшие месяцы покажут, удастся ли этого избежать.
Александр Ивахник
Наиболее масштабные меры безопасности сейчас вводятся во Франции, и понятно почему: в последние дни там фиксировалось от 12 до 17 тыс. заражений. Наивысший уровень угрозы в Париже. Со вторника мэрия Парижа по крайней мере на две недели закрывает в городе все бары, а также бассейны и фитнес-центры. Рестораны продолжат работать, но должны ввести более строгие меры контроля: получать имена и телефоны посетителей, ограничить число людей за одним столом максимум шестью и закрываться до 22 часов. Университеты, библиотеки, театры и кинотеатры остаются открытыми, но заполняемость их помещений не должна превышать 50%. В общественных местах вне помещений не должны собираться группы численностью более 10 человек. В столице и многих других городах ношение масок теперь обязательно не только в закрытых помещениях, но и на улицах.
Правительство Италии на этой неделе ужесточает меры безопасности. Они включают ограничения на число участников общественных мероприятий, закрытие всех танцплощадок и ночных клубов. Ношение масок вне помещений становится обязательным по всей стране. В школах маски должны носить не только учителя, но и ученики.
В Испании 5 октября отмечено самое высокое в Европе число заражений – 23,5 тыс. Здесь правительство с субботы ввело на две недели локальный локдаун в Мадриде и 9 городах столичного региона. Согласно этой мере, жители могут покидать территорию своего муниципалитета только для поездки на работу, учебу или к врачу. Резиденты незатронутых муниципалитетов могут посещать зону локдауна тоже только по этим причинам. Мероприятия в помещениях и вне помещений ограничиваются 6 участниками. Магазины, бары, рестораны, фитнес-залы, парикмахерские должны заполняться не более чем на 50% и закрываться в 22 часа. Маски теперь обязательны и на улицах.
В Великобритании многие муниципалитеты, охватывающие 25% всего населения, недавно ввели свои дополнительные ограничения. Так, на севере Англии и в Ольстере люди не должны проводить встречи с другими людьми, не относящимися к их семье. Причем это касается как встреч дома, так и в общественных местах. В Уэльсе в целом ряде муниципалитетов запрещено покидать зоны своего проживания без уважительной причины.
Местные локдауны, введенные в Испании и Британии, все более напоминают ситуацию, существовавшую весной. Однако правительства в Европе пока решительно заявляют, что общенациональные карантины вводиться не будут. Ближайшие месяцы покажут, удастся ли этого избежать.
Александр Ивахник
Революционные события в Киргизии напомнили о совершенно другой истории более чем 30-летней давности – о разговоре в конце 1989 года предпоследнего премьера Чехословакии Мариана Чалфы с будущим последним президентом Чехословакии, а на тот момент лидером демократической оппозиции Вацлавом Гавелом. Когда Чалфа предложил Гавелу помочь стать президентом, тот заявил, что еще существовавший коммунистический парламент никогда за него не проголосует. Чалфа же прагматично ответил, что в этом составе парламент привык голосовать за что угодно. Так и случилось – коммунистическая номенклатура покорно проголосовала за писателя-диссидента.
Не знаю, был ли осведомлен юрист Чалфа об опыте испанского юриста Торкуато Фернандеса Миранды, предложившего молодому королю Хуану Карлосу демонтировать франкизм силами франкистских кортесов, покорно голосовавших за все новые законы, способствовавшие ликвидации авторитарной системы власти. Почувствовав ослабление или тем более развал режима, политики, демонстрировавшие до этого ему верность, начинают искать стратегии выживания, основанные, как правило, на привычном конформизме. И если им предлагают такие возможности, они ими охотно пользуются.
В любом случае, киргизский парламент, сформированный при президенте Атамбаеве, хранивший ему верность до конца его полномочий, потом быстро перешедший на сторону президента Жээнбекова и проголосовавший за лишение Атамбаева гарантий и привилегий, положенных бывшему главе государства, не выглядит образцом стойкости и принципиальности. Поэтому Садыр Жапаров, еще 5 октября бывший заключенным, признанным виновным в тяжком преступлении, уже 6 октября был согласован депутатами в качестве будущего премьера (окончательно он должен вступить в должность после формирования правительства). Впрочем, за несколько часов до этого Верховный суд, срочно собравшийся на заседание, отменил приговор Жапарову – так что в премьеры он баллотировался, уже будучи официально несудимым.
Кстати, такой блицкриг свидетельствует о том, что сторонники Жапарова заранее готовились к перехвату власти, и опередили приверженцев экс-президента Атамбаева, которому Жапаров вряд ли симпатизирует (именно при нем он оказался в тюрьме). Так что сейчас противники Жээнбекова должны приложить немало усилий для того, чтобы договориться о хотя бы временном компромиссе, необходимом для проведения новых парламентских выборов. Часть оппозиционеров даже создали альтернативный координационный совет, будучи недовольными компромиссом Жапарова со старым парламентом. Причем ни Гавела, ни Хуана Карлоса в нынешнем киргизском истеблишменте не видно.
Алексей Макаркин
Не знаю, был ли осведомлен юрист Чалфа об опыте испанского юриста Торкуато Фернандеса Миранды, предложившего молодому королю Хуану Карлосу демонтировать франкизм силами франкистских кортесов, покорно голосовавших за все новые законы, способствовавшие ликвидации авторитарной системы власти. Почувствовав ослабление или тем более развал режима, политики, демонстрировавшие до этого ему верность, начинают искать стратегии выживания, основанные, как правило, на привычном конформизме. И если им предлагают такие возможности, они ими охотно пользуются.
В любом случае, киргизский парламент, сформированный при президенте Атамбаеве, хранивший ему верность до конца его полномочий, потом быстро перешедший на сторону президента Жээнбекова и проголосовавший за лишение Атамбаева гарантий и привилегий, положенных бывшему главе государства, не выглядит образцом стойкости и принципиальности. Поэтому Садыр Жапаров, еще 5 октября бывший заключенным, признанным виновным в тяжком преступлении, уже 6 октября был согласован депутатами в качестве будущего премьера (окончательно он должен вступить в должность после формирования правительства). Впрочем, за несколько часов до этого Верховный суд, срочно собравшийся на заседание, отменил приговор Жапарову – так что в премьеры он баллотировался, уже будучи официально несудимым.
Кстати, такой блицкриг свидетельствует о том, что сторонники Жапарова заранее готовились к перехвату власти, и опередили приверженцев экс-президента Атамбаева, которому Жапаров вряд ли симпатизирует (именно при нем он оказался в тюрьме). Так что сейчас противники Жээнбекова должны приложить немало усилий для того, чтобы договориться о хотя бы временном компромиссе, необходимом для проведения новых парламентских выборов. Часть оппозиционеров даже создали альтернативный координационный совет, будучи недовольными компромиссом Жапарова со старым парламентом. Причем ни Гавела, ни Хуана Карлоса в нынешнем киргизском истеблишменте не видно.
Алексей Макаркин
Дебаты кандидатов в вице-президенты США Майка Пенса и Камалы Харрис.
Если не очень серьезно:
- кандидатов разделяли не один, а целых два плексиглазовых экрана - у каждого свой;
- звездой соцсетрй стала муха, севшая на лоб Пенса ближе к концу дебатов;
- Харрис перебила Пенса пять раз, он ее - 10, за что сенатор от Калифорнии с милой улыбкой упрекала его: Mr. vice-president, I'm speaking. - эта фраза уже стала мемом.
Если серьезно:
1. После неудачных дебатов с Байденом и заражение ковидом, Трамп еще более отстал в рейтингах. На 7 октября разрыв составлял уже более 9 пунктов. Ставки тотализатора, почти сравнявшиеся к концу сентября, резко изменились в пользу Байдена: 64 на 35. У Пенса был шанс попытаться перехватить инициативу в кампании. Очевидно, этого не произойдет.
2. Дебаты были гораздо более "цивилизованными" - ожидаемый "обмен любезностями": Байден поднимет налоги - Трамп не справился с пандемией и так далее по всему набору горячих тем.
3. Оба кандидата справились со своими ролями. Однако опрос CNN (сразу - предвосхищая скептиков: нет, это не опрос АУДИТОРИИ КАНАЛА, это ЗАКАЗАННЫЙ телекомпанией вполне профессиональный опрос) отдал победу Харрис с преимуществом 59% : 38%. После дебатов положительная оценка Харрис выросла с 56% до 63%, у Пенса доля положительных оценок осталась неизменной - 41%.
Кампания продолжается, и октябрь - месяц предвыборных сюрпризов - далеко не кончился. Но еще один шаг к успеху тандем Байден-Харрис сегодня сделал.
Борис Макаренко
Если не очень серьезно:
- кандидатов разделяли не один, а целых два плексиглазовых экрана - у каждого свой;
- звездой соцсетрй стала муха, севшая на лоб Пенса ближе к концу дебатов;
- Харрис перебила Пенса пять раз, он ее - 10, за что сенатор от Калифорнии с милой улыбкой упрекала его: Mr. vice-president, I'm speaking. - эта фраза уже стала мемом.
Если серьезно:
1. После неудачных дебатов с Байденом и заражение ковидом, Трамп еще более отстал в рейтингах. На 7 октября разрыв составлял уже более 9 пунктов. Ставки тотализатора, почти сравнявшиеся к концу сентября, резко изменились в пользу Байдена: 64 на 35. У Пенса был шанс попытаться перехватить инициативу в кампании. Очевидно, этого не произойдет.
2. Дебаты были гораздо более "цивилизованными" - ожидаемый "обмен любезностями": Байден поднимет налоги - Трамп не справился с пандемией и так далее по всему набору горячих тем.
3. Оба кандидата справились со своими ролями. Однако опрос CNN (сразу - предвосхищая скептиков: нет, это не опрос АУДИТОРИИ КАНАЛА, это ЗАКАЗАННЫЙ телекомпанией вполне профессиональный опрос) отдал победу Харрис с преимуществом 59% : 38%. После дебатов положительная оценка Харрис выросла с 56% до 63%, у Пенса доля положительных оценок осталась неизменной - 41%.
Кампания продолжается, и октябрь - месяц предвыборных сюрпризов - далеко не кончился. Но еще один шаг к успеху тандем Байден-Харрис сегодня сделал.
Борис Макаренко
На днях в виртуальном формате прошел ежегодный съезд правящей Консервативной партии Великобритании. Во вторник премьер-министр Борис Джонсон произнес на съезде главную речь, которая вызвала оживленные комментарии. Обычно такие речи посвящены основным задачам деятельности правительства на ближайший период. На этот раз всё не так. Джонсон рисовал радужные картины развития Великобритании после пандемии в десятилетней перспективе.
Какой же видится Джонсону новая, постковидная Британия? По словам премьера, она превратится в мирового лидера в «зеленой энергетике». Путем массированного строительства ветряных турбин в прибрежных водах к 2030 году будет вырабатываться достаточно электроэнергии для обеспечения всех домохозяйств. Развернется масштабное жилищное строительство, а приобретение жилья станет доступным за счет дешевой ипотеки с низким залогом. Это позволит заменить поколение арендаторов поколением собственников. Будет покончено с жалким положением домов для престарелых, которое выявила эпидемия коронавируса. Будут построены сотни новых больниц. Будет развернута решительная борьба с преступностью. При этом Джонсон, как истинный консерватор, специально подчеркнул, что если пандемия не оставила правительству иного выбора, кроме как усилить роль государства в экономике и других сферах, то новые задачи будут решаться прежде всего путем стимулирования частного предпринимательства и конкуренции.
Все эти картины будущего сами по себе привлекательны, но британцев сейчас гораздо больше волнует другой вопрос: как бороться с набирающей силу второй волной коронавируса. А об этом как раз премьер-министр практически ничего не сказал. В день его выступления число новых зараженных составило более 14,5 тыс. Еще летом Джонсон не раз утверждал, что возвращение к нормальности состоится к Рождеству. Теперь ясно, что этого не будет. Более того, в связи с намерением правительства с ноября отказаться от финансирования схемы поддержки частичной занятости, которая охватывала миллионы рабочих мест, надвигается масштабная волна безработицы. Да и крайняя непоследовательность действий правительства тори после прихода в Британию эпидемии вызывает массу вопросов и общую неудовлетворенность.
При этом, если население в целом с самого начала поддерживало решительные карантинные меры, то члены Консервативной партии, включая депутатов Палаты общин, считают, что эти меры зашли слишком далеко. В результате все недовольны. Согласно данным ежемесячных опросов рядовых тори, которые проводит партийный сайт, в марте 92% опрошенных были удовлетворены действиями правительства по борьбе с пандемией, а в сентябре – только 28%. А среди населения в целом рейтинг одобрения работы Джонсона снизился с 66% в начале года до 35% сейчас.
Александр Ивахник
Какой же видится Джонсону новая, постковидная Британия? По словам премьера, она превратится в мирового лидера в «зеленой энергетике». Путем массированного строительства ветряных турбин в прибрежных водах к 2030 году будет вырабатываться достаточно электроэнергии для обеспечения всех домохозяйств. Развернется масштабное жилищное строительство, а приобретение жилья станет доступным за счет дешевой ипотеки с низким залогом. Это позволит заменить поколение арендаторов поколением собственников. Будет покончено с жалким положением домов для престарелых, которое выявила эпидемия коронавируса. Будут построены сотни новых больниц. Будет развернута решительная борьба с преступностью. При этом Джонсон, как истинный консерватор, специально подчеркнул, что если пандемия не оставила правительству иного выбора, кроме как усилить роль государства в экономике и других сферах, то новые задачи будут решаться прежде всего путем стимулирования частного предпринимательства и конкуренции.
Все эти картины будущего сами по себе привлекательны, но британцев сейчас гораздо больше волнует другой вопрос: как бороться с набирающей силу второй волной коронавируса. А об этом как раз премьер-министр практически ничего не сказал. В день его выступления число новых зараженных составило более 14,5 тыс. Еще летом Джонсон не раз утверждал, что возвращение к нормальности состоится к Рождеству. Теперь ясно, что этого не будет. Более того, в связи с намерением правительства с ноября отказаться от финансирования схемы поддержки частичной занятости, которая охватывала миллионы рабочих мест, надвигается масштабная волна безработицы. Да и крайняя непоследовательность действий правительства тори после прихода в Британию эпидемии вызывает массу вопросов и общую неудовлетворенность.
При этом, если население в целом с самого начала поддерживало решительные карантинные меры, то члены Консервативной партии, включая депутатов Палаты общин, считают, что эти меры зашли слишком далеко. В результате все недовольны. Согласно данным ежемесячных опросов рядовых тори, которые проводит партийный сайт, в марте 92% опрошенных были удовлетворены действиями правительства по борьбе с пандемией, а в сентябре – только 28%. А среди населения в целом рейтинг одобрения работы Джонсона снизился с 66% в начале года до 35% сейчас.
Александр Ивахник
Любые войны, даже самые страшные и масштабные рано или поздно заканчиваются переговорами и заключением сначала перемирия, а потом и мира. Однако самый важный вопрос, на каких условиях и какой ценой будет обеспечено завершение военного противостояния.
7 октября министр иностранных дел Франции Жан-Ив Ле Дриан заявил о проведении переговоров о прекращении боевых действий в Нагорном Карабахе. Они должны пройти сначала в Женеве, а потом через четыре дня в Москве. На следующий день после заявления главы французского МИД переговоры стартовали. Что нам известно о них? Информационные источники говорят о том, что диалог ведется в закрытом режиме. В нем участвуют сопредседатели Минской группы ОБСЕ (представители РФ, США и Франции), а также азербайджанские дипломаты (называется имя министра иностранных дел Джейхуна Байрамова). Визит армянского министра Зограба Мнацаканяна в Москву 12 октября был подтвержден Ереваном.
Делать какие-то определенные выводы из этой информации рановато. Она явно недостаточна. Но, тем не менее, уже очевидно, что какие бы стрелы ни посылались в адрес Минской группы ОБСЕ, реальной альтернативы этому формату нет. И даже если он вдруг канет в лету, не факт, что его преемник будет намного эффективнее. Сохраняется и сам запрос на переговоры. Блицкриг не получился. И Баку надо выходить из этой ситуации с минимальными общественно-политическими издержками. Но и для Армении ситуация далеко не блестящая. Таких разрушений городов и сел внутри непризнанной НКР не было, наверное, со времен войны начала 1990-х годов! Затягивание конфликта не в ее интересах, так как людские и ресурсные возможности страны уступают азербайджанским. Важно найти точки, как приостановить военные действия. Но даже если это и случится, и «карабахский маятник» качнется в дипломатическую сторону, придется ожидать возвратных движений. Позиции сторон за неполные две недели боев не стали ближе друг другу. Напротив, взаимное ожесточение только растет.
Сергей Маркедонов
7 октября министр иностранных дел Франции Жан-Ив Ле Дриан заявил о проведении переговоров о прекращении боевых действий в Нагорном Карабахе. Они должны пройти сначала в Женеве, а потом через четыре дня в Москве. На следующий день после заявления главы французского МИД переговоры стартовали. Что нам известно о них? Информационные источники говорят о том, что диалог ведется в закрытом режиме. В нем участвуют сопредседатели Минской группы ОБСЕ (представители РФ, США и Франции), а также азербайджанские дипломаты (называется имя министра иностранных дел Джейхуна Байрамова). Визит армянского министра Зограба Мнацаканяна в Москву 12 октября был подтвержден Ереваном.
Делать какие-то определенные выводы из этой информации рановато. Она явно недостаточна. Но, тем не менее, уже очевидно, что какие бы стрелы ни посылались в адрес Минской группы ОБСЕ, реальной альтернативы этому формату нет. И даже если он вдруг канет в лету, не факт, что его преемник будет намного эффективнее. Сохраняется и сам запрос на переговоры. Блицкриг не получился. И Баку надо выходить из этой ситуации с минимальными общественно-политическими издержками. Но и для Армении ситуация далеко не блестящая. Таких разрушений городов и сел внутри непризнанной НКР не было, наверное, со времен войны начала 1990-х годов! Затягивание конфликта не в ее интересах, так как людские и ресурсные возможности страны уступают азербайджанским. Важно найти точки, как приостановить военные действия. Но даже если это и случится, и «карабахский маятник» качнется в дипломатическую сторону, придется ожидать возвратных движений. Позиции сторон за неполные две недели боев не стали ближе друг другу. Напротив, взаимное ожесточение только растет.
Сергей Маркедонов
Дональд Трамп потерпел поражение в борьбе с научным сообществом. Он был вынужден отказаться от планов начать вакцинирование американцев перед выборами. Не скрывая своего разочарования, президент заявил, что рассчитывал на начало применения вакцины в октябре, но в дело вмешалась политическая конъюнктура. Прозрачно намекая на то, что противники ускоренной регистрации вакцины из числа специалистов из Управления по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов (FDA) и многочисленных ученых, симпатизируют демократам.
Что, в общем, не исключено – профессора, действительно, реже голосуют за Трампа, чем фермеры. Но в данном случае политика не при чем, а политическими интересами руководствовался именно президент. Сейчас проходит третья фаза испытания нескольких вакцин – и минимальные научные требования предусматривают двухмесячный срок наблюдения за участниками исследования на предмет побочных эффектов. Причем срок считается от получения ими второй дозы вакцины. Затем требуется анализ данных специалистами – и только потом можно запускать вакцину в массовый оборот.
О возможности завершить процедуры до окончания двухмесячного срока – то есть в октябре - из всех компаний-разработчиков заявляла только Pfizer – именно на ее вакцину делал ставку Трамп. Тем более, что испытания конкурирующей вакцины от AstraZeneca были в США приостановлены до полного выяснения двух спорных случаев, связанных с подозрениями на серьезные побочные эффекты. Moderna тоже не успевала завершить исследования в октябре.
Но намерение Pfizer ускорить процесс вызвало неприятие со стороны немалой части научного сообщества - более 60 ведущих исследователей и специалистов по биоэтике заявили, что Pfizer следует подождать по крайней мере до конца ноября, прежде чем обращаться за получением разрешения от FDA на экстренное использование своей вакцины, так как «для достижения успеха у общественности должна быть полная уверенность в вакцине и научных исследованиях, стоящих за ней», а поспешная регистрация вакцины «серьезно подорвет общественное доверие и отбросит усилия по достижению широкой вакцинации».
В этой ситуации Белый дом отступил, согласившись с двухмесячным сроком. Он не смог опереться на столь же авторитетное альтернативное мнение какой-либо части научного сообщества – его просто нет. А чиновники не только прислушиваются к ученым, но и не хотят рисковать в условиях медийной прозрачности, когда любые «побочки», ведущие к тяжелым последствиям, быстро станут достояние общественности. И смогут не только отпугнуть людей от участия в вакцинации, но и стать предметом уголовного расследования. Трамп как азартный политический игрок был готов рискнуть – но даже часть его окружения, не говоря уже о профессиональных госслужащих, не хотели идти на столь значительные риски.
Алексей Макаркин
Что, в общем, не исключено – профессора, действительно, реже голосуют за Трампа, чем фермеры. Но в данном случае политика не при чем, а политическими интересами руководствовался именно президент. Сейчас проходит третья фаза испытания нескольких вакцин – и минимальные научные требования предусматривают двухмесячный срок наблюдения за участниками исследования на предмет побочных эффектов. Причем срок считается от получения ими второй дозы вакцины. Затем требуется анализ данных специалистами – и только потом можно запускать вакцину в массовый оборот.
О возможности завершить процедуры до окончания двухмесячного срока – то есть в октябре - из всех компаний-разработчиков заявляла только Pfizer – именно на ее вакцину делал ставку Трамп. Тем более, что испытания конкурирующей вакцины от AstraZeneca были в США приостановлены до полного выяснения двух спорных случаев, связанных с подозрениями на серьезные побочные эффекты. Moderna тоже не успевала завершить исследования в октябре.
Но намерение Pfizer ускорить процесс вызвало неприятие со стороны немалой части научного сообщества - более 60 ведущих исследователей и специалистов по биоэтике заявили, что Pfizer следует подождать по крайней мере до конца ноября, прежде чем обращаться за получением разрешения от FDA на экстренное использование своей вакцины, так как «для достижения успеха у общественности должна быть полная уверенность в вакцине и научных исследованиях, стоящих за ней», а поспешная регистрация вакцины «серьезно подорвет общественное доверие и отбросит усилия по достижению широкой вакцинации».
В этой ситуации Белый дом отступил, согласившись с двухмесячным сроком. Он не смог опереться на столь же авторитетное альтернативное мнение какой-либо части научного сообщества – его просто нет. А чиновники не только прислушиваются к ученым, но и не хотят рисковать в условиях медийной прозрачности, когда любые «побочки», ведущие к тяжелым последствиям, быстро станут достояние общественности. И смогут не только отпугнуть людей от участия в вакцинации, но и стать предметом уголовного расследования. Трамп как азартный политический игрок был готов рискнуть – но даже часть его окружения, не говоря уже о профессиональных госслужащих, не хотели идти на столь значительные риски.
Алексей Макаркин
6 октября в Дамаске открылось посольство Абхазии в Сирии. На этой церемонии присутствовали представители Сухуми, МИД Сирии, а также российского дипломатического корпуса в Сирийской Арабской республике. Ожидаемо этот шаг получил жесткое осуждение со стороны Тбилиси. Правительству Грузии в канун выборов важно показать: политика блокирования международного признания остается важнейшим приоритетом внешней политики страны. Здесь любое промедление будет использована оппозицией в целях дискредитации действующей власти. Выступая против решения Башара Асада грузинские власти делают четкий сигнал и США, которые видят залог замирения на Ближнем Востоке в уходе сирийского президента. И эта солидарность для официального Тбилиси парадоксальным образом даже полезна. Вернуть Абхазию в обозримые сроки не представляется возможным, но подтвердить верность евро-атлантической солидарности, тем более перед выборами, важно.
Сирия признала независимость Абхазии и Южной Осетии 29 мая 2018 года. Это был пятый случай признания государственности двух бывших автономий Грузинской ССР после России, двух латиноамериканских государств и Науру. Стоит заметить, что на открытии посольства были представители Венесуэлы и Кубы, хотя Гавана и не спешит с признанием двух закавказских де-факто образований. Дипломатические контакты имеются, но официальных шагов по их международной легитимации нет. И кубинские власти, скорее всего, не рискнут поменять свои подходы. Уход команды Дональда Трампа открывает для Гаваны надежды на восстановление курса Барака Обамы на нормализацию двусторонних отношений. Понятное дело, кубинское «абхазофильство» не станет единственным фактором, замедляющим сценарий нормализации. Но оно точно ему не поможет.
Стоит заметить, что в Дамаске открыто абхазское посольство, но не диппредставительство Южной Осетии. Цхинвали в отличие от Сухуми менее активен в процессе продвижения своей независимости на международном уровне. Между тем, все эти шаги говорят больше не о динамике в Закавказье, а о пересечении различных разнонаправленных интересов вокруг отдельно взятого региона. И также об игре символов. Радикальных перемен в закавказской повестке это не даст, речь идет о демонстрации внешнеполитического позиционирования.
Сергей Маркедонов
Сирия признала независимость Абхазии и Южной Осетии 29 мая 2018 года. Это был пятый случай признания государственности двух бывших автономий Грузинской ССР после России, двух латиноамериканских государств и Науру. Стоит заметить, что на открытии посольства были представители Венесуэлы и Кубы, хотя Гавана и не спешит с признанием двух закавказских де-факто образований. Дипломатические контакты имеются, но официальных шагов по их международной легитимации нет. И кубинские власти, скорее всего, не рискнут поменять свои подходы. Уход команды Дональда Трампа открывает для Гаваны надежды на восстановление курса Барака Обамы на нормализацию двусторонних отношений. Понятное дело, кубинское «абхазофильство» не станет единственным фактором, замедляющим сценарий нормализации. Но оно точно ему не поможет.
Стоит заметить, что в Дамаске открыто абхазское посольство, но не диппредставительство Южной Осетии. Цхинвали в отличие от Сухуми менее активен в процессе продвижения своей независимости на международном уровне. Между тем, все эти шаги говорят больше не о динамике в Закавказье, а о пересечении различных разнонаправленных интересов вокруг отдельно взятого региона. И также об игре символов. Радикальных перемен в закавказской повестке это не даст, речь идет о демонстрации внешнеполитического позиционирования.
Сергей Маркедонов
Губернатор Архангельской области Александр Цыбульский утвердил сенатором от региона депутата Госдумы Александра Некрасова. Это было ясно еще до выборов, когда Некрасов не пошел в губернаторы (о такой возможности были «утечки» в медиа), а Цыбульский включил его в свой список кандидатов в сенаторы. Архангельская область – регион протестный, и такая схема выгодна власти. Но и для КПРФ размен имеет свой плюс – партия не только получает место в верхней палате, но и возможность передать мандат Некрасова в Госдуме другому кандидату.
Некрасов – один из ведущих спонсоров КПРФ, совладелец одного из крупнейших строительных холдингов России - «Лидер Групп». После того как в 2011 году он стал депутатом Госдумы, бизнес перешел его жене Елене Некрасовой. По итогам подачи деклараций за 2017 год Некрасова оказалась самой богатой по доходу женой депутата: при доходе супруга в 29,9 млн руб. сама она заработала 2,3 млрд руб.
Кстати, другой спонсор КПРФ, Алексей Русских уже давно стал сенатором. В 2018 году его делегировал в качестве своего представителя в Совет Федерации губернатор Подмосковья Андрей Воробьев. Отличие подмосковной ситуации от архангельской заключалась в том, что КПРФ приняла участие в выборах в Московской области, но выдвинула не широко известного после президентских выборов и укорененного в регионе Павла Грудинина, а электорально слабого зампреда Мособлдумы Константина Черемисова, который получил около 13% голосов и реальной конкуренции Воробьеву не составил.
Алексей Макаркин
Некрасов – один из ведущих спонсоров КПРФ, совладелец одного из крупнейших строительных холдингов России - «Лидер Групп». После того как в 2011 году он стал депутатом Госдумы, бизнес перешел его жене Елене Некрасовой. По итогам подачи деклараций за 2017 год Некрасова оказалась самой богатой по доходу женой депутата: при доходе супруга в 29,9 млн руб. сама она заработала 2,3 млрд руб.
Кстати, другой спонсор КПРФ, Алексей Русских уже давно стал сенатором. В 2018 году его делегировал в качестве своего представителя в Совет Федерации губернатор Подмосковья Андрей Воробьев. Отличие подмосковной ситуации от архангельской заключалась в том, что КПРФ приняла участие в выборах в Московской области, но выдвинула не широко известного после президентских выборов и укорененного в регионе Павла Грудинина, а электорально слабого зампреда Мособлдумы Константина Черемисова, который получил около 13% голосов и реальной конкуренции Воробьеву не составил.
Алексей Макаркин
Евросоюз наконец официально отреагировал на продолжающиеся уже три месяца уличные выступления в Болгарии, участники которых протестуют против коррупционного разложения государственной верхушки, связей высших должностных лиц с мафиозными структурами и требуют отставки премьер-министра Бойко Борисова и генпрокурора Ивана Гешева. При этом демонстранты активно призывали ЕС обратить внимание на ситуацию в Болгарии. Лидеры протестов и журналисты подчеркивали, что ключевым фактором коррупции в Болгарии является злоупотребление поступающими в страну фондами ЕС. В частности, недавние расследования показывали, как европейские деньги используются высшими чиновниками для модернизации своих частных вилл и как средства из сельскохозяйственных фондов растворяются в несуществующих предприятиях.
8 октября Европарламент принял резолюцию, в которой осуждается «значительное ухудшение с уважением принципов верховенства закона, демократии, фундаментальных прав и свободы СМИ» в Болгарии. В резолюции выражается озабоченность тем, что деньги европейских налогоплательщиков «используются для обогащения кругов, связанных с правящей партией (т.е. партией ГЕРБ Бойко Борисова)». Также обращается внимание на отсутствие результативных расследований коррупции на высоком уровне. Эту необычно жесткую резолюцию поддержали 358 евродепутатов. 277 депутатов проголосовали против и 56 воздержались.
Инициаторами принятия резолюции выступили три европейских партийных объединения: социал-демократы, либералы и «зеленые». А вот крупнейшая фракция Европарламента – «Европейская народная партия», объединяющая христианско-демократические и умеренно-консервативные партии, – голосовала против. Тем самым ЕНП очевидно продемонстрировала двойные стандарты. С одной стороны, она выступает за увязку выделения отдельным странам средств из общего бюджета ЕС с соблюдением этими странами принципов верховенства права. С другой стороны, не готова критиковать поведение болгарского премьера Бойко Борисова, поскольку его партия ГЕРБ входит в ЕНП, а сам Борисов является давним союзником самого влиятельного лидера ЕНП – Ангелы Меркель. При обсуждении резолюции руководитель фракции ЕНП Манфред Вебер хвалил Борисова за проевропейскую позицию и за курс на присоединение к еврозоне.
Резолюция ЕП не носит обязывающего характера – это лишь общая политическая оценка. Тем не менее она обозначает конец длительного игнорирования Евросоюзом коррупционных практик правительства Борисова и окажет на это правительство дополнительное давление. Резко критическая позиция Европарламента может приобрести практическое значение, когда после создания общеевропейского фонда постэпидемического восстановления экономики в институтах ЕС будут решать вопросы распределения средств из этого фонда.
Александр Ивахник
8 октября Европарламент принял резолюцию, в которой осуждается «значительное ухудшение с уважением принципов верховенства закона, демократии, фундаментальных прав и свободы СМИ» в Болгарии. В резолюции выражается озабоченность тем, что деньги европейских налогоплательщиков «используются для обогащения кругов, связанных с правящей партией (т.е. партией ГЕРБ Бойко Борисова)». Также обращается внимание на отсутствие результативных расследований коррупции на высоком уровне. Эту необычно жесткую резолюцию поддержали 358 евродепутатов. 277 депутатов проголосовали против и 56 воздержались.
Инициаторами принятия резолюции выступили три европейских партийных объединения: социал-демократы, либералы и «зеленые». А вот крупнейшая фракция Европарламента – «Европейская народная партия», объединяющая христианско-демократические и умеренно-консервативные партии, – голосовала против. Тем самым ЕНП очевидно продемонстрировала двойные стандарты. С одной стороны, она выступает за увязку выделения отдельным странам средств из общего бюджета ЕС с соблюдением этими странами принципов верховенства права. С другой стороны, не готова критиковать поведение болгарского премьера Бойко Борисова, поскольку его партия ГЕРБ входит в ЕНП, а сам Борисов является давним союзником самого влиятельного лидера ЕНП – Ангелы Меркель. При обсуждении резолюции руководитель фракции ЕНП Манфред Вебер хвалил Борисова за проевропейскую позицию и за курс на присоединение к еврозоне.
Резолюция ЕП не носит обязывающего характера – это лишь общая политическая оценка. Тем не менее она обозначает конец длительного игнорирования Евросоюзом коррупционных практик правительства Борисова и окажет на это правительство дополнительное давление. Резко критическая позиция Европарламента может приобрести практическое значение, когда после создания общеевропейского фонда постэпидемического восстановления экономики в институтах ЕС будут решать вопросы распределения средств из этого фонда.
Александр Ивахник
На днях появились данные очередного исследования Pew Research Center, которые свидетельствуют о рекордном ухудшении отношения к Китаю в ведущих западных странах, а также в Японии и Южной Корее. Телефонный опрос, проведенный летом, охватил более 14 тыс. взрослых в 14 странах. Самый резкий рост негативных оценок Китая произошел в Австралии: их выразили 81% опрошенных – на 24 процентных пункта больше, чем год назад. Значительное увеличение негатива за прошедший год наблюдается и в других странах. В Британии неблагоприятное мнение о Китае разделяют 74% (рост на 19 п.п.), в Германии – 71% (15 п.п.), в США – 73% (13 п.п.).
Максимально критично к Китаю относятся в Японии и Швеции – соответственно 86% и 85% опрошенных в этих странах дали негативные оценки. Наименее критично – в Италии и Испании, которым Китай помогал весной бороться с коронавирусом, но и здесь доля негативных оценок высока – 62% и 63%. При этом характер оценок не зависел от уровня доходов и образования, но зависел от возраста: чем старше люди, тем более критично они настроены.
Понятно, что сильный удар по имиджу Китая в этом году нанесла критика в его адрес в связи с тем, что Пекин с опозданием оповестил мир о начале эпидемии коронавируса и вообще не проявил прозрачности относительно происхождения вируса. Неблагоприятно воздействовало на мнения людей, во всяком случае в англоязычных странах, и закручивание гаек в Гонконге. В целом же тенденция к росту настороженности в отношении Китая наблюдается все последние годы. Если в середине десятых годов доли позитивных и негативных мнений о стране на Западе в среднем совпадали, то затем быстрый рост амбиций Китая, экономическая экспансия, конфликты с соседними странами привели к преобладанию неблагоприятных оценок. Любопытно, что в Европе, а также в Австралии и Канаде, сейчас больше людей считают Китай, а не США, ведущей экономической державой в мире.
Данные исследования также показали, что значительно возросла и доля опрошенных, критично относящихся к Си Цзиньпину, который сильно укрепил в последнее время свои автократические позиции. В среднем 78% в 14 странах, где проводился опрос, не уверены в том, что председатель Си действует правильно в мировых делах. Впрочем, президенту Трампу не доверяют еще больше – 83%. Владимир Путин выглядит в глазах жителей Запада чуть лучше, чем Си Цзиньпин – ему не доверяют 73%. А наибольшим доверием среди мировых лидеров пользуются Ангела Меркель (76%) и Эммануэль Макрон (64%).
Александр Ивахник
Максимально критично к Китаю относятся в Японии и Швеции – соответственно 86% и 85% опрошенных в этих странах дали негативные оценки. Наименее критично – в Италии и Испании, которым Китай помогал весной бороться с коронавирусом, но и здесь доля негативных оценок высока – 62% и 63%. При этом характер оценок не зависел от уровня доходов и образования, но зависел от возраста: чем старше люди, тем более критично они настроены.
Понятно, что сильный удар по имиджу Китая в этом году нанесла критика в его адрес в связи с тем, что Пекин с опозданием оповестил мир о начале эпидемии коронавируса и вообще не проявил прозрачности относительно происхождения вируса. Неблагоприятно воздействовало на мнения людей, во всяком случае в англоязычных странах, и закручивание гаек в Гонконге. В целом же тенденция к росту настороженности в отношении Китая наблюдается все последние годы. Если в середине десятых годов доли позитивных и негативных мнений о стране на Западе в среднем совпадали, то затем быстрый рост амбиций Китая, экономическая экспансия, конфликты с соседними странами привели к преобладанию неблагоприятных оценок. Любопытно, что в Европе, а также в Австралии и Канаде, сейчас больше людей считают Китай, а не США, ведущей экономической державой в мире.
Данные исследования также показали, что значительно возросла и доля опрошенных, критично относящихся к Си Цзиньпину, который сильно укрепил в последнее время свои автократические позиции. В среднем 78% в 14 странах, где проводился опрос, не уверены в том, что председатель Си действует правильно в мировых делах. Впрочем, президенту Трампу не доверяют еще больше – 83%. Владимир Путин выглядит в глазах жителей Запада чуть лучше, чем Си Цзиньпин – ему не доверяют 73%. А наибольшим доверием среди мировых лидеров пользуются Ангела Меркель (76%) и Эммануэль Макрон (64%).
Александр Ивахник
Последнюю неделю даже у нас стали говорить, что шансы Джо Байдена на победу на президентских выборах в США предпочтительны. Его отрыв в рейтингах держится на уровне 9 и более пунктов, ставки в тотализаторах составляют 68% за Байдена против 32% за Трампа. Тем не менее, есть как минимум три фактора – подчеркнем, на сегодня сугубо гипотетических, которые позволили бы Трампу остаться президентом на второй срок.
1. «Байден споткнётся»
Речь идет не о компроматах на бывшего вице-президента. Это уже было и есть. Но противники Трампа им не верят в такой же степени, в какой его сторонники отметают все критические аргументы против их президента. Речь идет о неудачном высказывании или поступке, который заставит сомневаться в дееспособности немолодого кандидата от Демократической партии. На то, что это произойдет на первых дебатах, очень надеялись в Республиканском лагере, и именно когда этого не произошло, рейтинги Байдена и ставки букмекеров пошли вверх. Но впереди еще один раунд дебатов и много публичных появлений Байдена.
2. «Кривые рейтинги»
Отрыв, превышающий 9 пунктов, практически гарантирует Байдену победу по числу избирателей (это существенно выше ошибки выборки). Но в battleground states – колеблющихся штатах – он в среднем опережает Трампа лишь на 4,5 пункта – это даже чуть меньше, чем было на этой точке у Хиллари Клинтон в 2016 г. – но тогда опросы ошиблись. Американские поллстеры клянутся, что сделали работу над ошибками четырехлетней давности – главной из которых была недооценка высокой явки белых мужчин без высшего образования. То есть, либо сегодняшний отрыв на самом деле не меньше, а больше, чем в 2016 г. (поллстеры исправились), либо у Трампа опять есть шанс победить за счет не угаданного опросами перевеса в большинстве колеблющихся штатов.
3. «Патовая ситуация с подсчетами»
В этом году из-за пандемии резко вырастет доля голосов, поданных по почте. Считают их всегда медленно – процедура проверки очень сложная, и далеко не во всех штатах подсчет почтовых голосов начнется раньше ночи после выборов. Добавим, что наверняка в почтовых конвертах будет гораздо больше голосов за Байдена. Но это значит, что в ночь после выборов может оказаться, что Трамп лидирует (по «очным» голосам), а это открывает возможности для долгого маневрирования и споров. И если они не завершатся результативно, то президента будет выбирать Палата представителей Конгресса. При этом большинство «по головам» в этой палате у Демократов и сейчас, и, скорее всего после выборов. Но вот в нынешнем созыве от 26 штатов из 50 в палате больше республиканцев, чем демократов. А голосует Палата на выборах президента именно делегациями от штатов. И если демократы не нарастят свое преимущество в Палате представителей, то может победить Трамп.
Это – за три недели до выборов
Борис Макаренко
1. «Байден споткнётся»
Речь идет не о компроматах на бывшего вице-президента. Это уже было и есть. Но противники Трампа им не верят в такой же степени, в какой его сторонники отметают все критические аргументы против их президента. Речь идет о неудачном высказывании или поступке, который заставит сомневаться в дееспособности немолодого кандидата от Демократической партии. На то, что это произойдет на первых дебатах, очень надеялись в Республиканском лагере, и именно когда этого не произошло, рейтинги Байдена и ставки букмекеров пошли вверх. Но впереди еще один раунд дебатов и много публичных появлений Байдена.
2. «Кривые рейтинги»
Отрыв, превышающий 9 пунктов, практически гарантирует Байдену победу по числу избирателей (это существенно выше ошибки выборки). Но в battleground states – колеблющихся штатах – он в среднем опережает Трампа лишь на 4,5 пункта – это даже чуть меньше, чем было на этой точке у Хиллари Клинтон в 2016 г. – но тогда опросы ошиблись. Американские поллстеры клянутся, что сделали работу над ошибками четырехлетней давности – главной из которых была недооценка высокой явки белых мужчин без высшего образования. То есть, либо сегодняшний отрыв на самом деле не меньше, а больше, чем в 2016 г. (поллстеры исправились), либо у Трампа опять есть шанс победить за счет не угаданного опросами перевеса в большинстве колеблющихся штатов.
3. «Патовая ситуация с подсчетами»
В этом году из-за пандемии резко вырастет доля голосов, поданных по почте. Считают их всегда медленно – процедура проверки очень сложная, и далеко не во всех штатах подсчет почтовых голосов начнется раньше ночи после выборов. Добавим, что наверняка в почтовых конвертах будет гораздо больше голосов за Байдена. Но это значит, что в ночь после выборов может оказаться, что Трамп лидирует (по «очным» голосам), а это открывает возможности для долгого маневрирования и споров. И если они не завершатся результативно, то президента будет выбирать Палата представителей Конгресса. При этом большинство «по головам» в этой палате у Демократов и сейчас, и, скорее всего после выборов. Но вот в нынешнем созыве от 26 штатов из 50 в палате больше республиканцев, чем демократов. А голосует Палата на выборах президента именно делегациями от штатов. И если демократы не нарастят свое преимущество в Палате представителей, то может победить Трамп.
Это – за три недели до выборов
Борис Макаренко
10 октября Александр Лукашенко встретился в СИЗО КГБ с лидерами оппозиции – это событие получило широкую известность и вызвало разные интерпретации. А месяцем раньше в Польше умер бывший политик Ян Кулай – эта новость прошла почти незамеченной.
А в 1981 году имя Кулая гремело на всю Польшу. 23-летний крестьянин возглавил «Сельскую Солидарность». Он и выступал на митингах, и вел на равных переговоры с властями – сторонники прозвали его «крестьянским Валенсой». В декабре того же года его арестовали, как и Валенсу. Но вскоре их пути разошлись. Валенса отказался идти на поклон к власти – и спустя много лет дождался момента, когда уже власть начала предлагать реальные уступки, приведшие к «Круглому столу» и полусвободным выборам. Кулай уже через несколько месяцев публично отказался от участия в политической деятельности, поддержал курс Войцеха Ярузельского и был немедленно освобожден. И оказался персоной нон грата для своих бывших товарищей. Коммунисты дали ему ничего не значащий пост члена консультативного совета при Ярузельском. После смены власти он окончательно канул в политическое небытие, и если о нем говорили, то в связи с коррупционным скандалом, к которому Кулай оказался причастен.
Неудивительно, что Лукашенко решил повторить нечто подобное. И тоже неудивительно, что на его условия согласились только двое собеседников – причем не самых известных. И что Виктору Бабарико отказано в освобождении, несмотря на «утечки» о такой возможности. И что Сергей Тихановский в телефонном разговоре призвал свою жену не уступать. И что МВД угрожает оппозиционерам применением боевого оружия. Любой оппозиционер, который согласится призвать своих сторонников разойтись без гарантий реального переговорного процесса и перевода оппозиции в легальное конкурентное политическое поле, может повторить судьбу Кулая.
Похоже, что Лукашенко совершил ошибку. Ярузельский сам с Кулаем не встречался – для этого делегировали Романа Малиновского, лидера «дочерней» партии польских коммунистов – Объединенной крестьянской. Это было логично и по статусу, и в связи с тем, что Кулай, несмотря на молодость, успел получить членский билет этой партии. Лукашенко же сам поехал в СИЗО и уселся с арестантами если не за круглый, то за овальный стол. В результате сторонники оппозиции расценили этот визит как издевательство, а для лоялистов это тревожный знак недостаточной уверенности Лукашенко в своих силах. По сути, он символически уравнял себя с оппозиционерами.
Представляется, что «батька», привыкший за четверть века к власти, пренебрежительно относится к своим оппонентам, и исходил из того, что они сдадутся, оказавшись с ним лицом к лицу. Как непослушные дети с попечительным строгим отцом. Получилось иначе – оппозиция чувствует поддержку улицы, не хочет ее потерять и поэтому держится. И воспринимает Лукашенко не как отца нации, а как узурпатора. С которым приходится разговаривать, но которому нельзя идти на уступки, отвергаемые протестующими.
Алексей Макаркин
А в 1981 году имя Кулая гремело на всю Польшу. 23-летний крестьянин возглавил «Сельскую Солидарность». Он и выступал на митингах, и вел на равных переговоры с властями – сторонники прозвали его «крестьянским Валенсой». В декабре того же года его арестовали, как и Валенсу. Но вскоре их пути разошлись. Валенса отказался идти на поклон к власти – и спустя много лет дождался момента, когда уже власть начала предлагать реальные уступки, приведшие к «Круглому столу» и полусвободным выборам. Кулай уже через несколько месяцев публично отказался от участия в политической деятельности, поддержал курс Войцеха Ярузельского и был немедленно освобожден. И оказался персоной нон грата для своих бывших товарищей. Коммунисты дали ему ничего не значащий пост члена консультативного совета при Ярузельском. После смены власти он окончательно канул в политическое небытие, и если о нем говорили, то в связи с коррупционным скандалом, к которому Кулай оказался причастен.
Неудивительно, что Лукашенко решил повторить нечто подобное. И тоже неудивительно, что на его условия согласились только двое собеседников – причем не самых известных. И что Виктору Бабарико отказано в освобождении, несмотря на «утечки» о такой возможности. И что Сергей Тихановский в телефонном разговоре призвал свою жену не уступать. И что МВД угрожает оппозиционерам применением боевого оружия. Любой оппозиционер, который согласится призвать своих сторонников разойтись без гарантий реального переговорного процесса и перевода оппозиции в легальное конкурентное политическое поле, может повторить судьбу Кулая.
Похоже, что Лукашенко совершил ошибку. Ярузельский сам с Кулаем не встречался – для этого делегировали Романа Малиновского, лидера «дочерней» партии польских коммунистов – Объединенной крестьянской. Это было логично и по статусу, и в связи с тем, что Кулай, несмотря на молодость, успел получить членский билет этой партии. Лукашенко же сам поехал в СИЗО и уселся с арестантами если не за круглый, то за овальный стол. В результате сторонники оппозиции расценили этот визит как издевательство, а для лоялистов это тревожный знак недостаточной уверенности Лукашенко в своих силах. По сути, он символически уравнял себя с оппозиционерами.
Представляется, что «батька», привыкший за четверть века к власти, пренебрежительно относится к своим оппонентам, и исходил из того, что они сдадутся, оказавшись с ним лицом к лицу. Как непослушные дети с попечительным строгим отцом. Получилось иначе – оппозиция чувствует поддержку улицы, не хочет ее потерять и поэтому держится. И воспринимает Лукашенко не как отца нации, а как узурпатора. С которым приходится разговаривать, но которому нельзя идти на уступки, отвергаемые протестующими.
Алексей Макаркин
Клановая вольница в Киргизии, похоже, заканчивается. На стороне президента Сооронбая Жээнбекова остались силовые структуры. Так оборвался взлет местного «комиссара Каттани» - Омурбека Суваналиева, который попытался явочным порядком возглавить Госкомитет национальной безопасности – местные спецслужбисты вкупе с отставниками (ориентированными на ветерана киргизской политики Феликса Кулова) просто выгнали его из комитетского здания. А самоназначенный комендант Бишкека Курсан Асанов, некоторое время де-факто контролировавший МВД, оказался в следственном изоляторе – как и экс-президент Алмазбек Атамбаев.
Сложнее с Садыром Жапаровым, который, выйдя из заключения, сделал все возможное, чтобы прорваться на пост премьера – и уже готовился к отставке Жээнбекова, чтобы принять на себя исполнение функций президента. Но сейчас усилившийся Жээнбеков не хочет подписывать постановление о его назначении премьером, так как законность этого документа оспаривается пропрезидентскими депутатами. И перспективы недавнего главного кандидата в победители представляются куда более смутными, чем еще несколько дней назад.
Что произошло? Южанин Жээнбеков многих (не только на севере, но даже на юге страны) не устраивает, но еще меньше кланам хотелось бы столкнуться с властью Жапарова. Жээнбеков не проявил во время кризиса качеств публичного лидера – но у него есть эксклюзивный ресурс – легитимность. Законность его пребывания на посту президента никто не оспаривает. Жээнбеков неоднократно созванивался во время кризиса с Владимиром Путиным, а вчера его поддержал Евросоюз. В условиях, когда в стране нет мощного народного протестного движения – клановые «массовки» не могут его заменить - а большинство населения хочет наведения порядка и гарантий безопасности, роль института президентства существенно возрастает как стабилизирующий фактор.
Другое дело, что будет дальше. Сейчас предстоят новые выборы в парламент – результаты прежних, проведенных под эгидой Жээнбекова, отменены. Новый парламент, видимо, будет более плюралистичным, чем избранный и так и не собравшийся – в нем предстоит выстроить новый «северно-южный» баланс. Насколько успешно это удастся сделать, пока неясно. Как неясны и долгосрочные перспективы самого Жээнбекова.
Алексей Макаркин
Сложнее с Садыром Жапаровым, который, выйдя из заключения, сделал все возможное, чтобы прорваться на пост премьера – и уже готовился к отставке Жээнбекова, чтобы принять на себя исполнение функций президента. Но сейчас усилившийся Жээнбеков не хочет подписывать постановление о его назначении премьером, так как законность этого документа оспаривается пропрезидентскими депутатами. И перспективы недавнего главного кандидата в победители представляются куда более смутными, чем еще несколько дней назад.
Что произошло? Южанин Жээнбеков многих (не только на севере, но даже на юге страны) не устраивает, но еще меньше кланам хотелось бы столкнуться с властью Жапарова. Жээнбеков не проявил во время кризиса качеств публичного лидера – но у него есть эксклюзивный ресурс – легитимность. Законность его пребывания на посту президента никто не оспаривает. Жээнбеков неоднократно созванивался во время кризиса с Владимиром Путиным, а вчера его поддержал Евросоюз. В условиях, когда в стране нет мощного народного протестного движения – клановые «массовки» не могут его заменить - а большинство населения хочет наведения порядка и гарантий безопасности, роль института президентства существенно возрастает как стабилизирующий фактор.
Другое дело, что будет дальше. Сейчас предстоят новые выборы в парламент – результаты прежних, проведенных под эгидой Жээнбекова, отменены. Новый парламент, видимо, будет более плюралистичным, чем избранный и так и не собравшийся – в нем предстоит выстроить новый «северно-южный» баланс. Насколько успешно это удастся сделать, пока неясно. Как неясны и долгосрочные перспективы самого Жээнбекова.
Алексей Макаркин