Военного переворота по африкано-латиноамериканским сценариям в Армении не случилось. Однако история вокруг заявления Генштаба и попыткой увольнения его начальника генерала Оника Гаспаряна создала непростую правовую коллизию. Напомню, что премьер-министр Никол Пашинян заявил о готовности отправить строптивого генерала в отставку, но это его решение не завизировал президент Армен Саркисян.
2 марта глава государства повторно отказался подписать ходатайство Пашиняна. Показав тем самым, что и при урезанных конституционных полномочиях при наличии воли можно, на первый взгляд, церемониальный пост усилить де-факто. Президент обратился в Конституционный суд (КС) с просьбой рассмотреть казус начальника Генштаба с формально-правовой точки зрения. Высшая судебная инстанция страны рассматривает не вопрос самого ходатайства премьера, а его соответствие Основному закону республики. В принципе, при любом раскладе у Пашиняна есть возможность не отказаться от планов по увольнению Гаспаряна. Хотя решение КС внесет свои «сто драм» во внутриполитическую борьбу. В случае невыгодного для премьера вердикта, его оппоненты будут размахивать им, доказывая необходимость скорейшего ухода Пашиняна с поста главы кабмина.
Но способен ли КС преподнести сюрпризы? Наверное, не случись пост-карабахский кризис, ответ был бы отрицательным. Пашинян своими реформами ослабил высшую судебную инстанцию. И персонально, и фактически. Ситуация кризисная. И не исключено, что ряд судей просто «взбрыкнут» против премьера и отыграются за прошлогодние унижения, и за стремление Пашиняна реформировать «третью власть», что сам глава правительства представлял, как «завершающий этап народной революции». Как следствие, на выходе может быть типичное split decision, то есть раскол судейского корпуса. И здесь открывается возможность для множестенности интерпретаций. В любом случае окончания кризиса не предвидится. И в этом контексте понятно устремление Пашиняна упростить все имеющиеся процедуры путем усиления президентской «вертикали», во главе которой он, естественно, видит себя.
Сергей Маркедонов
2 марта глава государства повторно отказался подписать ходатайство Пашиняна. Показав тем самым, что и при урезанных конституционных полномочиях при наличии воли можно, на первый взгляд, церемониальный пост усилить де-факто. Президент обратился в Конституционный суд (КС) с просьбой рассмотреть казус начальника Генштаба с формально-правовой точки зрения. Высшая судебная инстанция страны рассматривает не вопрос самого ходатайства премьера, а его соответствие Основному закону республики. В принципе, при любом раскладе у Пашиняна есть возможность не отказаться от планов по увольнению Гаспаряна. Хотя решение КС внесет свои «сто драм» во внутриполитическую борьбу. В случае невыгодного для премьера вердикта, его оппоненты будут размахивать им, доказывая необходимость скорейшего ухода Пашиняна с поста главы кабмина.
Но способен ли КС преподнести сюрпризы? Наверное, не случись пост-карабахский кризис, ответ был бы отрицательным. Пашинян своими реформами ослабил высшую судебную инстанцию. И персонально, и фактически. Ситуация кризисная. И не исключено, что ряд судей просто «взбрыкнут» против премьера и отыграются за прошлогодние унижения, и за стремление Пашиняна реформировать «третью власть», что сам глава правительства представлял, как «завершающий этап народной революции». Как следствие, на выходе может быть типичное split decision, то есть раскол судейского корпуса. И здесь открывается возможность для множестенности интерпретаций. В любом случае окончания кризиса не предвидится. И в этом контексте понятно устремление Пашиняна упростить все имеющиеся процедуры путем усиления президентской «вертикали», во главе которой он, естественно, видит себя.
Сергей Маркедонов
Митрополит Красноярский и Ачинский Пантелеимон (Кутовой) обрушился с резкой критикой на молодежь, обвинив ее в антигосударственничестве, антиисторичности, штрейкбрехерстве и предательстве. Владыке не понравилось, что школьники на встрече с силовиками, насколько можно судить из его рассказа, стали предъявлять к ним претензии за разгон оппозиционных демонстраций. «Лучше смерть, чем сапог американский и страх. Полуголод, а то и голод – но чтобы правда», - заявил митрополит. Досталось от него и либералам, которых он назвал «дном ада».
Митрополит Пантелеимон сделал успешную церковную карьеру как давний соратник патриарха Кирилла – он учился у него в семинарии, а затем служил под его началом в Смоленской и Калининградской епархии. После того, как Кирилл стал патриархом, Пантелеимон предсказуемо получил белый митрополичий клобук. Восемь лет назад, вскоре после назначения в Красноярск, он дал обширное и весьма благостное интервью либерально-церковному порталу «Правмир», где говорил и об уважении к интеллигенции, и о том, что надо не бить человека по щеке, а свою подставить, и рассказывал, как в советское время тайно получал литературу от зарубежной церкви (духовно-административный центр которой располагается в США). Про американский сапог и голод в том тексте не было ничего. А сейчас такой эмоциональный срыв.
Думается, что очень просто быть благостным, когда чувствуешь, что контролируешь ситуацию, церковь за малым исключением не решаются критиковать даже атеисты, россияне всех возрастов демонстрируют к ней свой почтение. И ситуация в стране выглядит полностью стабильной – к тому времени «белоленточное» движение уже было побеждено, а консервативная волна, инициированная государством, пользовалась немалой общественной поддержкой. И совсем другая ситуация – когда чувствуешь не только то, что молодежь отбилась от рук и исходит из совсем других, непривычных приоритетов. Но и ощущаешь эрозию стабильности, уменьшение предсказуемости – не случайно, что взвинчивается риторика Михалкова и Соловьева, на которых как на авторитетов ссылался митрополит. В таких ситуациях и происходят срывы, когда внутренние эмоции неожиданно выплескиваются наружу. А также обнажаются советские стереотипы, свойственные и многим церковным людям, рожденным в СССР.
Алексей Макаркин
Митрополит Пантелеимон сделал успешную церковную карьеру как давний соратник патриарха Кирилла – он учился у него в семинарии, а затем служил под его началом в Смоленской и Калининградской епархии. После того, как Кирилл стал патриархом, Пантелеимон предсказуемо получил белый митрополичий клобук. Восемь лет назад, вскоре после назначения в Красноярск, он дал обширное и весьма благостное интервью либерально-церковному порталу «Правмир», где говорил и об уважении к интеллигенции, и о том, что надо не бить человека по щеке, а свою подставить, и рассказывал, как в советское время тайно получал литературу от зарубежной церкви (духовно-административный центр которой располагается в США). Про американский сапог и голод в том тексте не было ничего. А сейчас такой эмоциональный срыв.
Думается, что очень просто быть благостным, когда чувствуешь, что контролируешь ситуацию, церковь за малым исключением не решаются критиковать даже атеисты, россияне всех возрастов демонстрируют к ней свой почтение. И ситуация в стране выглядит полностью стабильной – к тому времени «белоленточное» движение уже было побеждено, а консервативная волна, инициированная государством, пользовалась немалой общественной поддержкой. И совсем другая ситуация – когда чувствуешь не только то, что молодежь отбилась от рук и исходит из совсем других, непривычных приоритетов. Но и ощущаешь эрозию стабильности, уменьшение предсказуемости – не случайно, что взвинчивается риторика Михалкова и Соловьева, на которых как на авторитетов ссылался митрополит. В таких ситуациях и происходят срывы, когда внутренние эмоции неожиданно выплескиваются наружу. А также обнажаются советские стереотипы, свойственные и многим церковным людям, рожденным в СССР.
Алексей Макаркин
На этой неделе резко обострился конфликт между Британией и ЕС по поводу таможенного режима в Ольстере. Этот режим был введен с 1 января в соответствии с Протоколом по Северной Ирландии, который является частью Соглашения о выходе Британии из ЕС. Протокол предусматривает, что сухопутная граница между Ольстером и Республикой Ирландия останется открытой, но Ольстер должен следовать правилам единого рынка ЕС, и поэтому товары из Великобритании подлежат таможенному оформлению в североирландских портах. Очень быстро стало ясно, что введенные таможенные процедуры создали серьезные проблемы для поставщиков, грузоперевозчиков и простых жителей Ольстера, которые столкнулись с полупустыми полками в магазинах. И это при том, что на товары для супермаркетов, мясные продукты, лекарства и посылки по линии онлайн-торговли до 1 апреля распространяется льготный период упрощенного оформления.
Пути решения возникших проблем обсуждали Майкл Гоув, отвечавший в британском кабинете за отношения с ЕС, и вице-президент Еврокомиссии Марош Шефчович, но без особых результатов. Борис Джонсон решил, что Гоув недостаточно активно отстаивает интересы Британии, и 1 марта передал его полномочия лорду Дэвиду Фросту, который отличался предельной жесткостью на посту главы делегации Британии на торговых переговорах с ЕС. Новый член кабинета недолго входил в роль. Уже 3 марта было объявлено, что Британия в одностороннем порядке продлевает период упрощенного таможенного оформления товаров для супермаркетов, продуктов питания и посылок до 1 октября. При этом Борис Джонсон назвал эти шаги всего лишь «временными и техническими мерами».
Однако в Брюсселе оценили действия Лондона иначе. ЕК в своем заявлении подчеркнула, что она не была проинформирована заранее и что этот шаг нанесет сильный удар по доверию между двумя сторонами. А Марош Шефчович заявил, что принятые односторонние меры равнозначны нарушению принципиальных положений Соглашения о выходе Британии из ЕС. По его словам, ЕС уже готовит судебный иск. В свою очередь, Европарламент перенес голосование по ратификации торгового соглашения с Британией на неопределенное время.
Между тем, удары по североирландскому протоколу наносятся не только в Лондоне, но и в Белфасте. 4 марта Совет лоялистских сообществ (СЛС), который представляет в легальном поле запрещенные военизированные организации протестантских юнионистов, направил письмо Джонсону и премьер-министру Ирландии Микалу Мартину. В письме СЛС отзывает свою поддержку «Соглашению Страстной пятницы» 1998 г. в знак протеста против таможенных проверок в портах Ольстера и требует отмены североирландского протокола. Напомним, «Соглашение Страстной пятницы» положило конец кровавому конфликту между ирландцами-католиками и юнионистами-протестантами и определило всю конструкцию власти в Северной Ирландии.
СЛС заявляет: «Юнионистская оппозиция протоколу должна быть мирной и демократической. Но не стоит недооценивать силу чувств по этому вопросу во всей юнионистской семье». Три крупнейшие военизированные группировки, интересы которых представляет СЛС, уже четверть века находятся на нелегальном положении. Однако, по оценке MI5, в них сейчас состоит около 12,5 тыс. милитантов. Так что письмо СЛС, конечно, служит очень тревожным звонком и для Лондона, и для Дублина, и для всего ЕС.
Александр Ивахник
Пути решения возникших проблем обсуждали Майкл Гоув, отвечавший в британском кабинете за отношения с ЕС, и вице-президент Еврокомиссии Марош Шефчович, но без особых результатов. Борис Джонсон решил, что Гоув недостаточно активно отстаивает интересы Британии, и 1 марта передал его полномочия лорду Дэвиду Фросту, который отличался предельной жесткостью на посту главы делегации Британии на торговых переговорах с ЕС. Новый член кабинета недолго входил в роль. Уже 3 марта было объявлено, что Британия в одностороннем порядке продлевает период упрощенного таможенного оформления товаров для супермаркетов, продуктов питания и посылок до 1 октября. При этом Борис Джонсон назвал эти шаги всего лишь «временными и техническими мерами».
Однако в Брюсселе оценили действия Лондона иначе. ЕК в своем заявлении подчеркнула, что она не была проинформирована заранее и что этот шаг нанесет сильный удар по доверию между двумя сторонами. А Марош Шефчович заявил, что принятые односторонние меры равнозначны нарушению принципиальных положений Соглашения о выходе Британии из ЕС. По его словам, ЕС уже готовит судебный иск. В свою очередь, Европарламент перенес голосование по ратификации торгового соглашения с Британией на неопределенное время.
Между тем, удары по североирландскому протоколу наносятся не только в Лондоне, но и в Белфасте. 4 марта Совет лоялистских сообществ (СЛС), который представляет в легальном поле запрещенные военизированные организации протестантских юнионистов, направил письмо Джонсону и премьер-министру Ирландии Микалу Мартину. В письме СЛС отзывает свою поддержку «Соглашению Страстной пятницы» 1998 г. в знак протеста против таможенных проверок в портах Ольстера и требует отмены североирландского протокола. Напомним, «Соглашение Страстной пятницы» положило конец кровавому конфликту между ирландцами-католиками и юнионистами-протестантами и определило всю конструкцию власти в Северной Ирландии.
СЛС заявляет: «Юнионистская оппозиция протоколу должна быть мирной и демократической. Но не стоит недооценивать силу чувств по этому вопросу во всей юнионистской семье». Три крупнейшие военизированные группировки, интересы которых представляет СЛС, уже четверть века находятся на нелегальном положении. Однако, по оценке MI5, в них сейчас состоит около 12,5 тыс. милитантов. Так что письмо СЛС, конечно, служит очень тревожным звонком и для Лондона, и для Дублина, и для всего ЕС.
Александр Ивахник
Депутат Госдумы Анатолий Выборный разработал законопроект о введении уголовной ответственности за провоцирование роста цен на продукты питания. Объяснение таково: спекулянты и недобросовестные торговцы нередко сеют панику, распространяя фейки с целью создать ажиотаж на товар, а затем поднимают на него цены, объясняя подорожание сумасшедшим спросом. Законопроект предусматривает штраф для физических лиц от 200 тыс. до 500 тыс. рублей или лишение свободы на срок до трех лет, а для юридических лиц - от 500 тыс. до 800 тыс. рублей.
Вопрос в том, как отделить провоцирующие слухи от реального анализа ситуации. Скажем, отраслевой эксперт анализирует тенденции на рынке (например, плохой урожай) и из этого делает выводы о грядущем росте цен. В случае же принятия закона его могут обвинить в фейке – и даже если он докажет обратное (а презумпция невиновности в российских условиях работает неважно), то сам факт привлечения к суду по уголовной статье, предусматривающей реальное лишение свободы, может привести в дальнейшем к жесткой самоцензуре. Это может быть актуальным и для его коллег, если возникнут прецеденты.
В целом информационное поле все более контролируется государством. В прошлом году произошло возвращение лишения свободы в качестве наказания за клевету (статья 128.1 УК) – до двух лет. Также стала наказуемой клевета в интернете и в отношении нескольких лиц, в том числе индивидуально неопределенных. То есть теперь резкие оценочные суждения в отношении «чиновников» или «депутатов» могут быть приравнены к клевете, даже если в них не называются конкретные имена. Что-то мне подсказывает, что аналогичные суждения в отношении «либералов» или «оппозиционеров» можно произносить без всякого риска.
Законопроект о унижении чести и достоинства ветеранов и оскорблении памяти защитников Отечества также предусматривает уголовное наказание. Причем его нынешняя формулировка позволяет осудить за оскорбление памяти Сталина или Берии – никто не может отрицать, что он были участниками войны.
И, наконец, законы о запрете фейковых новостей, принятые в начале пандемии, но распространяемые на информацию не только о ней. Там, правда, наказание административное, но для многих это тоже существенный ограничитель. Но главное – «фейковость» информации определяет государственный орган, который таким образом, априори считается безупречным и не заинтересованным в том, чтобы скрыть какие-либо сведения или умышленно их исказить. Или даже совершить ошибку.
Вспоминается дореволюционная история, описанная в мемуарах профессора-юриста Бориса Утевского. Судья резко выговаривает адвокату за то, что тот усомнился в правильности слов прокурора. Тут же прокурор признает свою ошибку, после чего судья ласково его успокаивает – ничего страшного, со всяким бывает. Правда, там не было речи о наказании – даже административном.
Алексей Макаркин
Вопрос в том, как отделить провоцирующие слухи от реального анализа ситуации. Скажем, отраслевой эксперт анализирует тенденции на рынке (например, плохой урожай) и из этого делает выводы о грядущем росте цен. В случае же принятия закона его могут обвинить в фейке – и даже если он докажет обратное (а презумпция невиновности в российских условиях работает неважно), то сам факт привлечения к суду по уголовной статье, предусматривающей реальное лишение свободы, может привести в дальнейшем к жесткой самоцензуре. Это может быть актуальным и для его коллег, если возникнут прецеденты.
В целом информационное поле все более контролируется государством. В прошлом году произошло возвращение лишения свободы в качестве наказания за клевету (статья 128.1 УК) – до двух лет. Также стала наказуемой клевета в интернете и в отношении нескольких лиц, в том числе индивидуально неопределенных. То есть теперь резкие оценочные суждения в отношении «чиновников» или «депутатов» могут быть приравнены к клевете, даже если в них не называются конкретные имена. Что-то мне подсказывает, что аналогичные суждения в отношении «либералов» или «оппозиционеров» можно произносить без всякого риска.
Законопроект о унижении чести и достоинства ветеранов и оскорблении памяти защитников Отечества также предусматривает уголовное наказание. Причем его нынешняя формулировка позволяет осудить за оскорбление памяти Сталина или Берии – никто не может отрицать, что он были участниками войны.
И, наконец, законы о запрете фейковых новостей, принятые в начале пандемии, но распространяемые на информацию не только о ней. Там, правда, наказание административное, но для многих это тоже существенный ограничитель. Но главное – «фейковость» информации определяет государственный орган, который таким образом, априори считается безупречным и не заинтересованным в том, чтобы скрыть какие-либо сведения или умышленно их исказить. Или даже совершить ошибку.
Вспоминается дореволюционная история, описанная в мемуарах профессора-юриста Бориса Утевского. Судья резко выговаривает адвокату за то, что тот усомнился в правильности слов прокурора. Тут же прокурор признает свою ошибку, после чего судья ласково его успокаивает – ничего страшного, со всяким бывает. Правда, там не было речи о наказании – даже административном.
Алексей Макаркин
Карлес Пучдемон, экс-глава каталонского правительства и ключевой игрок в организации осенью 2017 года незаконного референдума о независимости региона, вновь оказался в центре европейского внимания. Во вторник стало известно, что накануне Европарламент проголосовал за лишение Пучдемона и двух других членов его правительства депутатской неприкосновенности. Бывший лидер каталонских сепаратистов и ряд его соратников бежали из Каталонии в Бельгию в октябре 2017 года, что не помешало им, находясь в эмиграции, избраться в Европарламент на выборах в мае 2019 года. Правда, приступить к исполнению депутатских обязанностей они не смогли, поскольку для этого им нужно было принести присягу в испанском парламенте, а в Мадриде их ждали уголовные обвинения в подстрекательстве к мятежу и растрате. Девять других сепаратистских лидеров, оставшихся в Испании, были осуждены в конце 2019 года на тюремные сроки от 9 до 13 лет.
За лишение Пучдемона депутатского иммунитета проголосовали 400 членов парламента – представители мейнстримных партий (консервативной Европейской народной партии, социал-демократов и либералов), имеющих в ЕП большинство. Против выступили 248 депутатов в основном из фракций Левых и Зеленых. 45 депутатов воздержались. Итог голосования не был неожиданным. По запросу испанских судей Комитет ЕП по правовым вопросам рассматривал дело о лишении Пучдемона и двух его коллег неприкосновенности. В феврале этого года Комитет 15 голосами против 8 рекомендовал парламенту принять решение об отзыве иммунитета. Комитет обосновал это тем, что обвинения против каталонцев в Испании были выдвинуты до того, как они стали евродепутатами. Понятно, что Европарламенту, как и другим институтам ЕС не хочется вмешиваться в политически чувствительные разборки между Мадридом и Барселоной, а Пучдемон как раз всячески старался втянуть Европу в этот конфликт.
Теперь Мадрид активизирует усилия по экстрадиции беглецов из Бельгии в Испанию. Ожидается, что Верховный суд Испании вскоре вновь выдаст европейские ордера на арест Пучдемона и двух его соратников, которые до этого были приостановлены из-за депутатского иммунитета. Но вовсе не факт, что бельгийские суды их удовлетворят, поскольку здесь уголовная материя слишком связана с политической. В прошлом году бельгийский судья отказал в экстрадиции еще одного члена бывшего правительства Пучдемона – Луиса Пуча, хотя он и не был евродепутатом. Скорее всего, дело дойдет до Суда ЕС в Люксембурге. Туда собираются обратиться и испанские судьи – с протестом против позиции бельгийских судов, и Карлес Пучдемон – с претензиями в адрес процедуры лишения его иммунитета в Европарламенте. Так что судебные разбирательства по вопросу об экстрадиции могут продолжаться еще не один год.
Александр Ивахник
За лишение Пучдемона депутатского иммунитета проголосовали 400 членов парламента – представители мейнстримных партий (консервативной Европейской народной партии, социал-демократов и либералов), имеющих в ЕП большинство. Против выступили 248 депутатов в основном из фракций Левых и Зеленых. 45 депутатов воздержались. Итог голосования не был неожиданным. По запросу испанских судей Комитет ЕП по правовым вопросам рассматривал дело о лишении Пучдемона и двух его коллег неприкосновенности. В феврале этого года Комитет 15 голосами против 8 рекомендовал парламенту принять решение об отзыве иммунитета. Комитет обосновал это тем, что обвинения против каталонцев в Испании были выдвинуты до того, как они стали евродепутатами. Понятно, что Европарламенту, как и другим институтам ЕС не хочется вмешиваться в политически чувствительные разборки между Мадридом и Барселоной, а Пучдемон как раз всячески старался втянуть Европу в этот конфликт.
Теперь Мадрид активизирует усилия по экстрадиции беглецов из Бельгии в Испанию. Ожидается, что Верховный суд Испании вскоре вновь выдаст европейские ордера на арест Пучдемона и двух его соратников, которые до этого были приостановлены из-за депутатского иммунитета. Но вовсе не факт, что бельгийские суды их удовлетворят, поскольку здесь уголовная материя слишком связана с политической. В прошлом году бельгийский судья отказал в экстрадиции еще одного члена бывшего правительства Пучдемона – Луиса Пуча, хотя он и не был евродепутатом. Скорее всего, дело дойдет до Суда ЕС в Люксембурге. Туда собираются обратиться и испанские судьи – с протестом против позиции бельгийских судов, и Карлес Пучдемон – с претензиями в адрес процедуры лишения его иммунитета в Европарламенте. Так что судебные разбирательства по вопросу об экстрадиции могут продолжаться еще не один год.
Александр Ивахник
Президент Армении Армен Саркисян обратился в Конституционный суд республики. Логичный шаг после того, как глава государства дважды не стал визировать документ, вышедший из аппарата главы кабмина. Высшая судебная инстанция Армении может провести рассмотрение формально-правовых аспектов отставки начальника Генерального штаба Оника Гаспаряна. Сам Саркисян отметил, что принятие решение со стороны КС будет способствовать установлению юридической определенности и сможет позитивно повлиять на общую динамику внутриполитического кризиса.
Накануне этого обращения вице-спикер Национального собрания Армении Ален Симонян констатировал, что 9 марта истекает срок, когда решение премьер-министра могло быть оспорено. В течение всего этого дня в СМИ и социальных сетях обсуждалась две темы: решится ли Саркисян на обращение в Конституционный суд и выйдет ли из казарм на улицы армия, если увольнение Гаспаряна в итоге состоится. Под вечер 9 марта Генштаб выступил с публичным опровержением версий о неповиновении вооруженных сил. На следующий же день сначала правительство распространило заявление о том, что обращения президента в КС не было. А затем из президентского аппарата пришли сигналы в высшую судебную инстанцию страны Саркисян все-таки после долгих колебаний принял решение поднять ставки в игре.
К чему это может привести? Скорее всего, действия оппозиции получат новый импульс. Теперь своих сторонников оппоненты власти будут пытаться мобилизовать, апеллируя к президентскому обращению в КС. Сам же суд станет объектом разностороннего давления. Аппарат премьера в то же время пытается создать собственные опоры в армейском руководстве, предложив на место Гаспаряна Артака Давтяна. Этот генерал уже возглавлял Генштаб в 2018-2020 гг. Открытым остается вопрос, произойдет ли раскол в среде военных. Сейчас военные стремятся занимать равноудаленную позицию. Неприятие Пашиняна совсем не означает автоматический переход армии в оппозиционные ряды. Ситуация в Армении становится более запутанной и менее предсказуемой. Предсказуемо только одно: любой победитель в качестве приза получит острые системные проблемы, приобретения будут совсем не очевидны.
Сергей Маркедонов
Накануне этого обращения вице-спикер Национального собрания Армении Ален Симонян констатировал, что 9 марта истекает срок, когда решение премьер-министра могло быть оспорено. В течение всего этого дня в СМИ и социальных сетях обсуждалась две темы: решится ли Саркисян на обращение в Конституционный суд и выйдет ли из казарм на улицы армия, если увольнение Гаспаряна в итоге состоится. Под вечер 9 марта Генштаб выступил с публичным опровержением версий о неповиновении вооруженных сил. На следующий же день сначала правительство распространило заявление о том, что обращения президента в КС не было. А затем из президентского аппарата пришли сигналы в высшую судебную инстанцию страны Саркисян все-таки после долгих колебаний принял решение поднять ставки в игре.
К чему это может привести? Скорее всего, действия оппозиции получат новый импульс. Теперь своих сторонников оппоненты власти будут пытаться мобилизовать, апеллируя к президентскому обращению в КС. Сам же суд станет объектом разностороннего давления. Аппарат премьера в то же время пытается создать собственные опоры в армейском руководстве, предложив на место Гаспаряна Артака Давтяна. Этот генерал уже возглавлял Генштаб в 2018-2020 гг. Открытым остается вопрос, произойдет ли раскол в среде военных. Сейчас военные стремятся занимать равноудаленную позицию. Неприятие Пашиняна совсем не означает автоматический переход армии в оппозиционные ряды. Ситуация в Армении становится более запутанной и менее предсказуемой. Предсказуемо только одно: любой победитель в качестве приза получит острые системные проблемы, приобретения будут совсем не очевидны.
Сергей Маркедонов
Вопрос о сценариях думских выборов 2021 года связан с тремя факторами.
1. Кто возглавит список «Единой России». Если Владимир Путин, то выборы приобретают плебисцитарный характер, и все другие провластные политические проекты перенаправляются исключительно на борьбу с оппонентами. Любой заход на электоральную поляну «партии власти» в этом случае для них совершенно недопустим. Если кто-то другой, то их возможности могут быть расширены – разумеется, с минимизацией конкуренции с «Единой Россией».
2. Пределы возможного для КПРФ и ЛДПР в рамках неформальных правил игры. Какая линия возобладает – аккумулирование протеста (при отмежевании от Навального), которое предусматривает ужесточение риторики, или же стремление не раскачивать лодку и ограничиться «обозначением присутствия». Выбор тоже в немалой степени связан со сценарием кампании – плебисцитарная или нет.
3. Поведение модернистских слоев мегаполисов. Будут ли они голосовать за предложенные им партийные списки («Яблоко» и «Новые люди»), и если да, то в какой пропорции. Или же будут ориентированы на своего рода «партию мечты» и проигнорируют реальный партийный выбор. Впрочем, «умное голосование» будет побуждать их к преодолению абсентеизма – если ты голосуешь за кандидата-одномандатника, то и за партию (не обязательно ту же, которую представляет этот кандидат). Судьба «Новых людей» может в значительной степени зависеть от сценария кампании. Судьба «Яблока» - от того, удастся ли ему выйти на 3% к началу сентября; в этом случае избиратели могут поверить в возможность преодоления избирательного барьера.
Алексей Макаркин
1. Кто возглавит список «Единой России». Если Владимир Путин, то выборы приобретают плебисцитарный характер, и все другие провластные политические проекты перенаправляются исключительно на борьбу с оппонентами. Любой заход на электоральную поляну «партии власти» в этом случае для них совершенно недопустим. Если кто-то другой, то их возможности могут быть расширены – разумеется, с минимизацией конкуренции с «Единой Россией».
2. Пределы возможного для КПРФ и ЛДПР в рамках неформальных правил игры. Какая линия возобладает – аккумулирование протеста (при отмежевании от Навального), которое предусматривает ужесточение риторики, или же стремление не раскачивать лодку и ограничиться «обозначением присутствия». Выбор тоже в немалой степени связан со сценарием кампании – плебисцитарная или нет.
3. Поведение модернистских слоев мегаполисов. Будут ли они голосовать за предложенные им партийные списки («Яблоко» и «Новые люди»), и если да, то в какой пропорции. Или же будут ориентированы на своего рода «партию мечты» и проигнорируют реальный партийный выбор. Впрочем, «умное голосование» будет побуждать их к преодолению абсентеизма – если ты голосуешь за кандидата-одномандатника, то и за партию (не обязательно ту же, которую представляет этот кандидат). Судьба «Новых людей» может в значительной степени зависеть от сценария кампании. Судьба «Яблока» - от того, удастся ли ему выйти на 3% к началу сентября; в этом случае избиратели могут поверить в возможность преодоления избирательного барьера.
Алексей Макаркин
В Германии не затихает громкий политический скандал, относящийся к коррупции в связи с коронавирусом. В центре скандала два депутата Бундестага от правящего блока ХДС/ХСС – Георг Нюсляйн (ХСС) и Николас Лёбель (ХДС), которые, как выяснилось, получали большие суммы в качестве комиссионных при закупках защитных масок. Руководство блока ХДС/ХСС отреагировало на масочный скандал быстро и жестко. Глава фракции ХДС/ХСС в Бундестаге Ральф Бринкхаус призвал обоих депутатов немедленно сложить с себя полномочия. Под партийным давлением Нюсляйн 7 марта заявил о своем выходе из фракции ХДС/ХСС, а 8 марта он вышел и из партии. В тот же день Лёбель объявил, что отказывается от своего депутатского мандата.
Однако правящий консервативный блок, несомненно, понес сильнейший репутационный ущерб. Ведь это не просто коррупция, это обогащение на общенациональном и, можно сказать, на вселенском бедствии. Что можно поставить в один ряд по степени общественного отторжения? Разве что педофилию. Так что доверие к партии Ангелы Меркель и ее баварскому партийному союзнику, которое значительно подросло в период борьбы с пандемией, теперь серьезно просядет. Тем более, что в последние недели общественное одобрение действий правительства по борьбе с пандемией уже снижалось. Сказывается медленное развертывание вакцинации, невыполненные обещания с массовым тестированием, новые вспышки инфекции, а также то, что Ангела Меркель, которая дохаживает свой канцлерский срок, все более выглядит хромой уткой, часто будучи не в состоянии навязать свою волю премьерам земельных правительств.
И в этом контексте масочный скандал разразился для ХДС предельно не вовремя. Этот год для Германии насыщен выборами. В сентябре предстоят выборы в Бундестаг. Кроме того, в шести федеральных землях пройдут выборы региональных парламентов. И уже в следующее воскресенье, 14 марта, состоятся выборы ландтагов в юго-западных землях Баден-Вюртемберг и Рейнланд-Пфальц. Расклад партийных сил в этих землях и так не сулил христианским демократам больших успехов. А свежий и крайне чувствительный для избирателей скандал снижает шансы ХДС еще больше.
В Баден-Вюртемберге коалиционное правительство «Зеленых» и СДПГ уже 10 лет возглавляет харизматичный Винфрид Кречман. Судя по последним опросам, его партия «Зеленых» может получить 35% голосов, в ХДС – только 24%. В Рейнланд-Пфальце, где правит коалиция СДПГ, «Зеленых» и либералов из СвДП, свежие опросы вновь выводят на первое место социал-демократов. В обеих землях наиболее вероятный исход выборов – создание «светофорной коалиции», по партийным цветам «Зеленых», СДПГ и СвДП. А от результатов христианских демократов будут зависеть шансы нового лидера ХДС Армина Лашета повести блок ХДС/ХСС на федеральных выборах в качестве кандидата в канцлеры. Если воскресенье обернется для ХДС тяжелым поражением, то шансы выступить в этой роли повысятся у популярного лидера ХСС, премьера Баварии Маркуса Зёдера.
Александр Ивахник
Однако правящий консервативный блок, несомненно, понес сильнейший репутационный ущерб. Ведь это не просто коррупция, это обогащение на общенациональном и, можно сказать, на вселенском бедствии. Что можно поставить в один ряд по степени общественного отторжения? Разве что педофилию. Так что доверие к партии Ангелы Меркель и ее баварскому партийному союзнику, которое значительно подросло в период борьбы с пандемией, теперь серьезно просядет. Тем более, что в последние недели общественное одобрение действий правительства по борьбе с пандемией уже снижалось. Сказывается медленное развертывание вакцинации, невыполненные обещания с массовым тестированием, новые вспышки инфекции, а также то, что Ангела Меркель, которая дохаживает свой канцлерский срок, все более выглядит хромой уткой, часто будучи не в состоянии навязать свою волю премьерам земельных правительств.
И в этом контексте масочный скандал разразился для ХДС предельно не вовремя. Этот год для Германии насыщен выборами. В сентябре предстоят выборы в Бундестаг. Кроме того, в шести федеральных землях пройдут выборы региональных парламентов. И уже в следующее воскресенье, 14 марта, состоятся выборы ландтагов в юго-западных землях Баден-Вюртемберг и Рейнланд-Пфальц. Расклад партийных сил в этих землях и так не сулил христианским демократам больших успехов. А свежий и крайне чувствительный для избирателей скандал снижает шансы ХДС еще больше.
В Баден-Вюртемберге коалиционное правительство «Зеленых» и СДПГ уже 10 лет возглавляет харизматичный Винфрид Кречман. Судя по последним опросам, его партия «Зеленых» может получить 35% голосов, в ХДС – только 24%. В Рейнланд-Пфальце, где правит коалиция СДПГ, «Зеленых» и либералов из СвДП, свежие опросы вновь выводят на первое место социал-демократов. В обеих землях наиболее вероятный исход выборов – создание «светофорной коалиции», по партийным цветам «Зеленых», СДПГ и СвДП. А от результатов христианских демократов будут зависеть шансы нового лидера ХДС Армина Лашета повести блок ХДС/ХСС на федеральных выборах в качестве кандидата в канцлеры. Если воскресенье обернется для ХДС тяжелым поражением, то шансы выступить в этой роли повысятся у популярного лидера ХСС, премьера Баварии Маркуса Зёдера.
Александр Ивахник
В канун мартовских «длинных выходных» сухумский городской суд принял решение об аресте сроком до 5 апреля Ахры Авидзба. Ему предъявили обвинение в незаконном хранении оружия. Для маленькой Абхазии событие крупного масштаба.
У Авидзба, несмотря на относительно молодой возраст (ему недавно исполнилось 35) впечатляющая биография. Во время грузино-абхазского вооруженного конфликта он был ребенком, и принять участие в боевых действиях просто физически не мог. Но затем с лихвой компенсировал этот биографческий минус в ходе противостояния на Юго-Востоке Украины. На его счету бои за донецкий аэропорт и Дебальцево, а также звание героя непризнанной ДНР. В январе 2020 года Авидзба стал одним из лидеров массового протеста, приведшего к отставке президента Рауля Хаджимба, досрочным выборам главы республики. И в итоге победе Аслана Бжания и его команды, в которой на первых порах вчерашний комбатант стал помощником по международным связям.
Впрочем, мирная жизнь у Авидзба как-то не сложилась. И в августе прошлого года он стал фигурантом скандала. После того, как его не захотели пропускать на территорию республики из-за долгов и просроченных штрафов, он протаранил ворота на КПП «Псоу». Через несколько дней появилась информация об оплате имеющихся задолженностей. И сам фигурант этой истории объяснил свои действия непрофессионализмом пограничников и превышением ими своих полномочий. В этом контексте решение суда Сухума не выглядит каким-то сюрпризом, хотя объективности ради надо заметить: любое разбирательство дела по сути еще только предстоит. Но очевидно, что такая фигура, склонная к самостоятельности и привыкшая отстаивать свое мнение, не церемонясь по поводу формальностей, многими рассматривалась без излишнего энтузиазма.
В то же время массовое сознание было готово (да и сейчас эта готовность осталась) романтизировать людей вроде Авидзба. Стилистика и эстетика героев некоторых новелл Фазиля Искандера в Абхазии популярна. Прежде всего, потому, что правоохранительная система оставляет желать лучшего, а чиновники слишком далеки от идеалов транспарентности. С правосознанием общества, прошедшего войну и блокаду также надо системно работать, но в пылу тактических ристалищ в борьбе за власть этим просто некому заниматься. И потому «дело Авидзба», не исключено, станет точкой отчета для появления нового оппозиционера и нового типа оппозиционного политика, не слишком опытного в кабинетных интригах, но готового к акциям «прямого действия».
Сергей Маркедонов
У Авидзба, несмотря на относительно молодой возраст (ему недавно исполнилось 35) впечатляющая биография. Во время грузино-абхазского вооруженного конфликта он был ребенком, и принять участие в боевых действиях просто физически не мог. Но затем с лихвой компенсировал этот биографческий минус в ходе противостояния на Юго-Востоке Украины. На его счету бои за донецкий аэропорт и Дебальцево, а также звание героя непризнанной ДНР. В январе 2020 года Авидзба стал одним из лидеров массового протеста, приведшего к отставке президента Рауля Хаджимба, досрочным выборам главы республики. И в итоге победе Аслана Бжания и его команды, в которой на первых порах вчерашний комбатант стал помощником по международным связям.
Впрочем, мирная жизнь у Авидзба как-то не сложилась. И в августе прошлого года он стал фигурантом скандала. После того, как его не захотели пропускать на территорию республики из-за долгов и просроченных штрафов, он протаранил ворота на КПП «Псоу». Через несколько дней появилась информация об оплате имеющихся задолженностей. И сам фигурант этой истории объяснил свои действия непрофессионализмом пограничников и превышением ими своих полномочий. В этом контексте решение суда Сухума не выглядит каким-то сюрпризом, хотя объективности ради надо заметить: любое разбирательство дела по сути еще только предстоит. Но очевидно, что такая фигура, склонная к самостоятельности и привыкшая отстаивать свое мнение, не церемонясь по поводу формальностей, многими рассматривалась без излишнего энтузиазма.
В то же время массовое сознание было готово (да и сейчас эта готовность осталась) романтизировать людей вроде Авидзба. Стилистика и эстетика героев некоторых новелл Фазиля Искандера в Абхазии популярна. Прежде всего, потому, что правоохранительная система оставляет желать лучшего, а чиновники слишком далеки от идеалов транспарентности. С правосознанием общества, прошедшего войну и блокаду также надо системно работать, но в пылу тактических ристалищ в борьбе за власть этим просто некому заниматься. И потому «дело Авидзба», не исключено, станет точкой отчета для появления нового оппозиционера и нового типа оппозиционного политика, не слишком опытного в кабинетных интригах, но готового к акциям «прямого действия».
Сергей Маркедонов
Новости Евровидения: Россия и Беларусь. Два подхода к конкурсу.
Батька решил поступить просто – группу, которая победила в конкурсе зрительских симпатий в прошлом году (тогда Евровидение не состоялось из-за пандемии), отстранили за «отсутствие совести» - то есть за критику Александра Лукашенко. А на конкурс направили только что собранную группу «Галасы ЗМеста», настроенную резко антиоппозиционно. Ее лидер прямо называл себя «совком», который до сих пор не может пережить распада СССР, и говорил, что ему трудно воспринимать Беларусь как независимое государство. В результате представленную «местными» (один из смыслов названия группы – противопоставление лояльных провинциалов недовольным жителям столицы) песню завернули организаторы конкурса из-за политизированности. Теперь у белорусских властей два варианта. Первый — со скандалом сниматься с дистанции. Второй - менять или подработать песню (но все равно без шансов на успех – разве что советские патриоты могут поддержать «местных», но их среди зрителей Евровидения немного).
Россия же пошла другим путем – представила на конкурс певицу Манижу, продвигающую ценности толерантности, противоречащие внутренним российским трендам, но совместимые с современной Европой. Это решение вызвало всплеск возмущения со стороны националистов, которые приводят два аргумента. Первый – представлять Россию должен русский (в крайнем случае, «славянской национальности») артист, а не таджичка. Второй – выдвижение Манижи дезориентирует сторонников власти, поддерживающих традиционные ценности и не любящих «гейропу». Но, похоже, что в России играют сразу на нескольких досках в куда более сложную игру, чем белорусский батька. И, наряду с сохранением антизападной пропаганды, алармистским заявлением Сергея Лаврова об отношениях с Евросоюзом и демонстративными контактами с крайне правыми из «Альтернативы для Германии», не хотят рвать с европейским мейнстримом. Поэтому Владимир Путин выступил на Давосском форуме, особо ответив на вопрос об отношениях с Европой, а на Евровидение едет Манижа, а не какой-нибудь аналог батькиных «местных».
Алексей Макаркин
Батька решил поступить просто – группу, которая победила в конкурсе зрительских симпатий в прошлом году (тогда Евровидение не состоялось из-за пандемии), отстранили за «отсутствие совести» - то есть за критику Александра Лукашенко. А на конкурс направили только что собранную группу «Галасы ЗМеста», настроенную резко антиоппозиционно. Ее лидер прямо называл себя «совком», который до сих пор не может пережить распада СССР, и говорил, что ему трудно воспринимать Беларусь как независимое государство. В результате представленную «местными» (один из смыслов названия группы – противопоставление лояльных провинциалов недовольным жителям столицы) песню завернули организаторы конкурса из-за политизированности. Теперь у белорусских властей два варианта. Первый — со скандалом сниматься с дистанции. Второй - менять или подработать песню (но все равно без шансов на успех – разве что советские патриоты могут поддержать «местных», но их среди зрителей Евровидения немного).
Россия же пошла другим путем – представила на конкурс певицу Манижу, продвигающую ценности толерантности, противоречащие внутренним российским трендам, но совместимые с современной Европой. Это решение вызвало всплеск возмущения со стороны националистов, которые приводят два аргумента. Первый – представлять Россию должен русский (в крайнем случае, «славянской национальности») артист, а не таджичка. Второй – выдвижение Манижи дезориентирует сторонников власти, поддерживающих традиционные ценности и не любящих «гейропу». Но, похоже, что в России играют сразу на нескольких досках в куда более сложную игру, чем белорусский батька. И, наряду с сохранением антизападной пропаганды, алармистским заявлением Сергея Лаврова об отношениях с Евросоюзом и демонстративными контактами с крайне правыми из «Альтернативы для Германии», не хотят рвать с европейским мейнстримом. Поэтому Владимир Путин выступил на Давосском форуме, особо ответив на вопрос об отношениях с Европой, а на Евровидение едет Манижа, а не какой-нибудь аналог батькиных «местных».
Алексей Макаркин
После принятия закона о национальной безопасности Гонконга в июне 2020 г. Пекин делает очередной крупный шаг в направлении лишения этой автономной провинции реального самоуправления. Если прошлогодний закон резко уменьшил возможности для легальных проявлений протеста, то теперь предприняты действия, отсекающие от местного парламента несогласных с курсом Компартии Китая на интеграцию Гонконга. Всекитайское собрание народных представителей в четверг приняло резолюцию о проведении реформы избирательной системы Гонконга, нацеленной на то, чтобы там «управляли патриоты». Детальный законопроект будет разработан и принят в течение нескольких месяцев.
Избирательная система Гонконга и прежде не отличалась демократичностью. Половина из 70 депутатов Законодательного совета (парламента) Гонконга назначалась социально-профессиональными сообществами, прежде всего местным бизнесом, ориентированным на материковый Китай. Однако 35 депутатов все же избирались всеобщим голосованием, и многие из них представляли демократические партии и движения, отстаивающие принцип «Одна страна – две системы». Массовые протесты в Гонконге в 2019-2020 годах и результаты районных выборов 2019 года, на которых более 90% мест получили представители оппозиции, сильно насторожили верхушку КПК, которая решила подстраховаться от повторения эксцессов.
Проштампованные ВСНП изменения предполагают расширение численности (с 1200 членов до 1500) и функций коллегии выборщиков Гонконга, состоящей из пропекинских лоялистов. Сейчас этот орган формально избирает главу администрации Гонконга. После реформы коллегия выборщиков будет назначать дополнительных членов Законодательного совета (его численность увеличится с 70 до 90 депутатов), а главное – контролировать процесс выдвижения всех кандидатов в совет. Внутри коллегии будет создана специальная мандатная комиссия, которая будет проверять кандидатов и отсеивать сомнительных. В Законодательном совете уже сейчас нет оппозиционных депутатов: четверо из них были изгнаны в начале года, остальные ушли в знак протеста. 47 бывших законодателей и других критиков власти находятся под арестом по обвинению в подрывной деятельности. Теперь можно не сомневаться, что в новых созывах гонконгского парламента явных оппозиционеров не будет.
Естественно, начатая руководством КПК реформа вызвала весьма негативную реакцию на Западе, особенно в Британии и США. И это за неделю до запланированной встречи на Аляске глав внешнеполитических ведомств США и Китая – первой со времени прихода Байдена в Белый дом. Но не стоит ждать от Китая уступок. Агентство «Синьхуа» в своей передовице подчеркнуло: «Антикитайские дестабилизирующие силы и местные радикалы в Гонконге манипулировали избирательной системой, чтобы продвигать свою сепаратистскую повестку. А враждебные силы за рубежом активизировали свои усилия, чтобы разжечь цветную революцию. Ни одно центральное правительство не потерпело бы такого хаоса». Очень знакомый язык.
Александр Ивахник
Избирательная система Гонконга и прежде не отличалась демократичностью. Половина из 70 депутатов Законодательного совета (парламента) Гонконга назначалась социально-профессиональными сообществами, прежде всего местным бизнесом, ориентированным на материковый Китай. Однако 35 депутатов все же избирались всеобщим голосованием, и многие из них представляли демократические партии и движения, отстаивающие принцип «Одна страна – две системы». Массовые протесты в Гонконге в 2019-2020 годах и результаты районных выборов 2019 года, на которых более 90% мест получили представители оппозиции, сильно насторожили верхушку КПК, которая решила подстраховаться от повторения эксцессов.
Проштампованные ВСНП изменения предполагают расширение численности (с 1200 членов до 1500) и функций коллегии выборщиков Гонконга, состоящей из пропекинских лоялистов. Сейчас этот орган формально избирает главу администрации Гонконга. После реформы коллегия выборщиков будет назначать дополнительных членов Законодательного совета (его численность увеличится с 70 до 90 депутатов), а главное – контролировать процесс выдвижения всех кандидатов в совет. Внутри коллегии будет создана специальная мандатная комиссия, которая будет проверять кандидатов и отсеивать сомнительных. В Законодательном совете уже сейчас нет оппозиционных депутатов: четверо из них были изгнаны в начале года, остальные ушли в знак протеста. 47 бывших законодателей и других критиков власти находятся под арестом по обвинению в подрывной деятельности. Теперь можно не сомневаться, что в новых созывах гонконгского парламента явных оппозиционеров не будет.
Естественно, начатая руководством КПК реформа вызвала весьма негативную реакцию на Западе, особенно в Британии и США. И это за неделю до запланированной встречи на Аляске глав внешнеполитических ведомств США и Китая – первой со времени прихода Байдена в Белый дом. Но не стоит ждать от Китая уступок. Агентство «Синьхуа» в своей передовице подчеркнуло: «Антикитайские дестабилизирующие силы и местные радикалы в Гонконге манипулировали избирательной системой, чтобы продвигать свою сепаратистскую повестку. А враждебные силы за рубежом активизировали свои усилия, чтобы разжечь цветную революцию. Ни одно центральное правительство не потерпело бы такого хаоса». Очень знакомый язык.
Александр Ивахник
Почему российское общество не заметило увеличившейся смертности в период пандемии.
1. Вытеснение негатива – нормальная защитная реакция. Психологически тяжело все время думать о плохом – можно сорваться. И подсознательно человек «отсеивает» негатив – как это происходит и в случаях с крупными терактами и стихийными бедствиями. Соответственно люди не хотят выяснять разницу между «умершими от коронавируса» и «умершими с коронавирусом», суммировать цифры статистики и вообще думать о грустном. Значительно комфортнее помечтать о том, где можно будет отдохнуть летом.
2. Экономические страхи (потеря работы, падение доходов) еще с конца весны стали быстро вытеснять медицинские. Сейчас они продолжают преобладать. Соответственно, есть не только подсознательное, но и сознательное желание «закрыться» от темы о жертвах. Главное опасение - чтобы в случае ухудшения ситуации снова не посадили в локдаун, как весной, а то неясно, как семью кормить. Главное облегчение – что вторую волну проходим без локдаунов.
3. Отстраненность. Хорошо известно, что смерть одного человека – трагедия, а смерть сотен тысяч может быть воспринята как статистика. Ключевой фактор – скончался ли в пандемию кто-то из близких родственников или знакомых. У абсолютного большинства нет. Далее – по понятным причинам тяжелее воспринимается уход сравнительно молодого и внешне здорового человека. В нынешнюю пандемию, в отличие от «испанки», основная группа риска – это пожилые люди.
4. Медийная картина - для большинства населения телевизор остается нормой, а Интернет - дополнительным источником информации. Поэтому население ориентировано прежде всего на телевизионную интерпретацию. А там концентрируют внимание на успехах, а тема жертв пандемии иллюстрируется преимущественно зарубежными примерами, подчеркивается, что «у них хуже» (что соответствует и общественному запросу – так что диссонанса между СМИ и большинством общества здесь нет). Статистика, демонстрирующая масштаб увеличения смертности, не скрывается, но размещается на информационных сайтах, куда «простой человек» не заходит, и обсуждается преимущественно в оппозиционных пабликах со своей субкультурой.
Алексей Макаркин
1. Вытеснение негатива – нормальная защитная реакция. Психологически тяжело все время думать о плохом – можно сорваться. И подсознательно человек «отсеивает» негатив – как это происходит и в случаях с крупными терактами и стихийными бедствиями. Соответственно люди не хотят выяснять разницу между «умершими от коронавируса» и «умершими с коронавирусом», суммировать цифры статистики и вообще думать о грустном. Значительно комфортнее помечтать о том, где можно будет отдохнуть летом.
2. Экономические страхи (потеря работы, падение доходов) еще с конца весны стали быстро вытеснять медицинские. Сейчас они продолжают преобладать. Соответственно, есть не только подсознательное, но и сознательное желание «закрыться» от темы о жертвах. Главное опасение - чтобы в случае ухудшения ситуации снова не посадили в локдаун, как весной, а то неясно, как семью кормить. Главное облегчение – что вторую волну проходим без локдаунов.
3. Отстраненность. Хорошо известно, что смерть одного человека – трагедия, а смерть сотен тысяч может быть воспринята как статистика. Ключевой фактор – скончался ли в пандемию кто-то из близких родственников или знакомых. У абсолютного большинства нет. Далее – по понятным причинам тяжелее воспринимается уход сравнительно молодого и внешне здорового человека. В нынешнюю пандемию, в отличие от «испанки», основная группа риска – это пожилые люди.
4. Медийная картина - для большинства населения телевизор остается нормой, а Интернет - дополнительным источником информации. Поэтому население ориентировано прежде всего на телевизионную интерпретацию. А там концентрируют внимание на успехах, а тема жертв пандемии иллюстрируется преимущественно зарубежными примерами, подчеркивается, что «у них хуже» (что соответствует и общественному запросу – так что диссонанса между СМИ и большинством общества здесь нет). Статистика, демонстрирующая масштаб увеличения смертности, не скрывается, но размещается на информационных сайтах, куда «простой человек» не заходит, и обсуждается преимущественно в оппозиционных пабликах со своей субкультурой.
Алексей Макаркин
Политический Кишинев ожидает 23 марта, когда исполнится 90 дней, как Молдова живет без легитимного правительства и Конституционный суд должен будет принять решение, распускать ли действующий состав парламента. По мере приближения к этому дню почти все партии, каждая по-своему, прикладывают усилия для того, чтобы оттянуть досрочные выборы. Особняком стоит только партия «Действие и солидарность» Майи Санду.
Партия социалистов Игоря Додона, имеющая крупнейшую фракцию в парламенте, по-прежнему настаивает на формировании правительства во главе с Марианой Дурлештяну, выдвинутой додоновско-шоровским большинством. Чтобы побудить к этому президента, ПСРМ заявила о намерении обратиться не только в Конституционный суд, но и в Совет Европы и Венецианскую комиссию, которые европеистка Санду не сможет проигнорировать. Что касается досрочных выборов, то социалисты на словах признают необходимость их проведения, но подчеркивают приоритетность задач борьбы с пандемическим и экономическим кризисом, которыми и должно заняться полноценное правительство. Додон на днях подчеркнул, что не поддерживает проведение досрочных выборов в настоящее время. Он уточнил, что если будет создано правительство, поддержанное большинством, то в этом году нет смысла проводить выборы. Понятно, что идеальным сценарием для Додона была бы ситуация, когда Санду продолжит оставаться на своем посту без серьезных полномочий и начнет терять свой высокий рейтинг, а новое правительство будет находиться под сильным влиянием фракции социалистов.
Антиолигархическая партия «Платформа Достоинство и правда», недавний союзник партии Санду, сейчас выступает против как немедленного роспуска парламента, так и сохранения временного правительства. Партия в последние месяцы выражает готовность сформировать проевропейское правительство меньшинства для решения неотложных проблем и организации свободных досрочных выборов и предлагает в качестве премьера своего лидера Андрея Нэстасе. Кстати, при опросе в середине февраля Нэстасе назвали лучшим кандидатом на должность премьера 27% респондентов – больше, чем поддержали Мариану Дурлештяну (25%).
У Демпартии, которая стремится отстроиться от своего бывшего хозяина Плахотнюка, позиция близка к позиции «Платформы Достоинство и правда», но демократы считают, что не стоит сосредотачиваться на попытке формирования нового правительства. Они предлагают парламенту расширить полномочия временного правительства, что позволит ему решить самые острые проблемы кризиса. А затем уже можно организовать выборы.
Маленькая группа Pro Moldova во главе с экс-спикером парламента при режиме Плахотнюка Андрианом Канду на днях попыталась выступить медиатором между различными партиями. По предложению Канду парламент принял декларацию о «политическом перемирии», в которой выражается намерение объединиться перед лицом гуманитарного кризиса, вызванного пандемией. Однако голосовали за эту декларацию только 57 депутатов из 101. Помимо группы Канду ее поддержали социалисты и группа Pentru Moldova (фракция партии «Шор» и пять независимых депутатов).
Стремление почти всех партий отложить проведение досрочных выборов в долгий ящик объясняется тяжелой ситуацией с коронавирусом лишь отчасти. В конце концов, в такой же ситуации парламентские выборы в Европе проводятся. Не меньшую роль играют прагматические электоральные соображения. По данным широкого опроса в конце февраля, шансы пройти в парламент имеют лишь четыре партии. Почти 25% избирателей не определились с выбором, 10% не собираются голосовать. Среди определившихся партию Санду сейчас готовы поддержать 43%, Партию социалистов – 33%, партию «Шор» – 10% и «Платформу Достоинство и правда» – 5,2%. Это коренным образом поменяло бы весь парламентский расклад и резко увеличило бы реальные возможности президента.
Александр Ивахник
Партия социалистов Игоря Додона, имеющая крупнейшую фракцию в парламенте, по-прежнему настаивает на формировании правительства во главе с Марианой Дурлештяну, выдвинутой додоновско-шоровским большинством. Чтобы побудить к этому президента, ПСРМ заявила о намерении обратиться не только в Конституционный суд, но и в Совет Европы и Венецианскую комиссию, которые европеистка Санду не сможет проигнорировать. Что касается досрочных выборов, то социалисты на словах признают необходимость их проведения, но подчеркивают приоритетность задач борьбы с пандемическим и экономическим кризисом, которыми и должно заняться полноценное правительство. Додон на днях подчеркнул, что не поддерживает проведение досрочных выборов в настоящее время. Он уточнил, что если будет создано правительство, поддержанное большинством, то в этом году нет смысла проводить выборы. Понятно, что идеальным сценарием для Додона была бы ситуация, когда Санду продолжит оставаться на своем посту без серьезных полномочий и начнет терять свой высокий рейтинг, а новое правительство будет находиться под сильным влиянием фракции социалистов.
Антиолигархическая партия «Платформа Достоинство и правда», недавний союзник партии Санду, сейчас выступает против как немедленного роспуска парламента, так и сохранения временного правительства. Партия в последние месяцы выражает готовность сформировать проевропейское правительство меньшинства для решения неотложных проблем и организации свободных досрочных выборов и предлагает в качестве премьера своего лидера Андрея Нэстасе. Кстати, при опросе в середине февраля Нэстасе назвали лучшим кандидатом на должность премьера 27% респондентов – больше, чем поддержали Мариану Дурлештяну (25%).
У Демпартии, которая стремится отстроиться от своего бывшего хозяина Плахотнюка, позиция близка к позиции «Платформы Достоинство и правда», но демократы считают, что не стоит сосредотачиваться на попытке формирования нового правительства. Они предлагают парламенту расширить полномочия временного правительства, что позволит ему решить самые острые проблемы кризиса. А затем уже можно организовать выборы.
Маленькая группа Pro Moldova во главе с экс-спикером парламента при режиме Плахотнюка Андрианом Канду на днях попыталась выступить медиатором между различными партиями. По предложению Канду парламент принял декларацию о «политическом перемирии», в которой выражается намерение объединиться перед лицом гуманитарного кризиса, вызванного пандемией. Однако голосовали за эту декларацию только 57 депутатов из 101. Помимо группы Канду ее поддержали социалисты и группа Pentru Moldova (фракция партии «Шор» и пять независимых депутатов).
Стремление почти всех партий отложить проведение досрочных выборов в долгий ящик объясняется тяжелой ситуацией с коронавирусом лишь отчасти. В конце концов, в такой же ситуации парламентские выборы в Европе проводятся. Не меньшую роль играют прагматические электоральные соображения. По данным широкого опроса в конце февраля, шансы пройти в парламент имеют лишь четыре партии. Почти 25% избирателей не определились с выбором, 10% не собираются голосовать. Среди определившихся партию Санду сейчас готовы поддержать 43%, Партию социалистов – 33%, партию «Шор» – 10% и «Платформу Достоинство и правда» – 5,2%. Это коренным образом поменяло бы весь парламентский расклад и резко увеличило бы реальные возможности президента.
Александр Ивахник
В Армении не прекращаются попытки найти пути выхода из внутриполитического кризиса. Оппозиция не может одним рывком свалить правительство. Но и кабмин, имеющий по-прежнему парламентское большинство, не в состоянии не замечать общественного недовольства и протестных акций. В этом контексте роль главного модератора по факту перешла к президенту Армену Саркисяну.
13 марта он провел серию встреч. Среди тех, кто общался с главой государства были премьер-министр Никол Пашинян, лидер проправительственной фракции Лилит Макунц, а также представители оппозиции. Впрочем, здесь следует оговориться. Сегодня оппозиция власти- это две парламентские фракции, а также «Движение по спасению родины», чьи лидеры в Национальном собрании представительства не имеют. Несистемные оппозиционеры с президентом Саркисяном встречи не проводили, сразу оговорив саму возможность переговоров жесткими условиями. Что в сухом остатке за фразами о необходимости диалога и мирного выхода из сложившейся ситуации? Снова прозвучала идея о досрочных выборах в парламент, как главной антикризисной мере.
Но эту мысль не исключал ранее и Пашинян. Основной конфликт между ним и его оппонентами заключался в вопросе о том, кто останется во главе кабмина, пока страна будет готовиться к волеизъявлению. Сторонники «Движения по спасению родины» требовали немедленного ухода премьера без предусловий и формирования переходного правительства. Впрочем, одно дело, когда Пашинян рассуждал о выборах до клинча с военными, и совсем другое- после него. Да, «ночи над Ереваном» по аналогии с событиями в Сантьяго в сентябре 1973 года не случилось. Но недовольство в силовой корпорации было заявлено более, чем конкретно. Похоже, эта история подтолкнула Пашиняна к более компромиссной позиции. И хотя окончательные выводы делать преждевременно, но сроки голосования (май-июнь 2021 года) разные «информированные источники» уже называют.
В социальных сетях и различных телеграм-каналах уже начали складывать социологические пасьянсы. Кто сможет стать фаворитом выборов? Нынешние «революционные власти» или, напротив, «бывшие», заработавшие себе репутацию «контрреволюционеров»? Но, скорее всего, выборы зафиксируют определенный общественно-политический раскол. И при любом их исходе они сохранят все основные проблемы для Армении. Это и институциональный кризис, порожденный несовершенством действующей Конституции, и решение вопросов о разграничении с Азербайджаном. И все это не фоне непростых социально-экономических проблем.
Сергей Маркедонов
13 марта он провел серию встреч. Среди тех, кто общался с главой государства были премьер-министр Никол Пашинян, лидер проправительственной фракции Лилит Макунц, а также представители оппозиции. Впрочем, здесь следует оговориться. Сегодня оппозиция власти- это две парламентские фракции, а также «Движение по спасению родины», чьи лидеры в Национальном собрании представительства не имеют. Несистемные оппозиционеры с президентом Саркисяном встречи не проводили, сразу оговорив саму возможность переговоров жесткими условиями. Что в сухом остатке за фразами о необходимости диалога и мирного выхода из сложившейся ситуации? Снова прозвучала идея о досрочных выборах в парламент, как главной антикризисной мере.
Но эту мысль не исключал ранее и Пашинян. Основной конфликт между ним и его оппонентами заключался в вопросе о том, кто останется во главе кабмина, пока страна будет готовиться к волеизъявлению. Сторонники «Движения по спасению родины» требовали немедленного ухода премьера без предусловий и формирования переходного правительства. Впрочем, одно дело, когда Пашинян рассуждал о выборах до клинча с военными, и совсем другое- после него. Да, «ночи над Ереваном» по аналогии с событиями в Сантьяго в сентябре 1973 года не случилось. Но недовольство в силовой корпорации было заявлено более, чем конкретно. Похоже, эта история подтолкнула Пашиняна к более компромиссной позиции. И хотя окончательные выводы делать преждевременно, но сроки голосования (май-июнь 2021 года) разные «информированные источники» уже называют.
В социальных сетях и различных телеграм-каналах уже начали складывать социологические пасьянсы. Кто сможет стать фаворитом выборов? Нынешние «революционные власти» или, напротив, «бывшие», заработавшие себе репутацию «контрреволюционеров»? Но, скорее всего, выборы зафиксируют определенный общественно-политический раскол. И при любом их исходе они сохранят все основные проблемы для Армении. Это и институциональный кризис, порожденный несовершенством действующей Конституции, и решение вопросов о разграничении с Азербайджаном. И все это не фоне непростых социально-экономических проблем.
Сергей Маркедонов
Результаты воскресных выборов в двух землях ФРГ подтвердили предвыборные прогнозы. Главный итог – тяжелое поражение партии Ангелы Меркель. ХДС получил в Баден-Вюртемберге 23,5% голосов, а в Рейнланд-Пфальце – 26,9%. Это для христианских демократов исторически наихудший результат. В обеих землях ХДС потерял примерно 15% своей поддержки по сравнению с предыдущими выборами 2016 года.
Как и ожидалось, по ХДС сильно ударил развернувшийся накануне выборов масочный скандал – разоблачение коррупционных действий депутатов Бундестага от ХДС/ХСС в связи с поставкой защитных масок. Скандал резко усилил нараставшее прежде недовольство жителей страны малой эффективностью правительства Меркель в борьбе с пандемией. У немцев вызывает всё большее раздражение не прекращающиеся с ноября карантинные ограничения, их не устраивают низкие темпы вакцинации. И вероятно, что эти две темы – системная политическая коррупция в недрах правящего уже 16 лет блока ХДС/ХСС и неспособность правительства предложить и реализовать внятный план борьбы с пандемией – будут постоянно подниматься соперниками по мере приближения к выборам в Бундестаг, которые состоятся 26 сентября.
Воскресное поражение ХДС стало серьезным политическим ударом для нового лидера партии Армина Лашета, который не воспринимается как достойная замена Меркель. Шансы повести блок ХДС/ХСС на федеральных выборах в качестве кандидата в канцлеры в итоге выросли у более популярного лидера ХСС, премьера Баварии Маркуса Зёдера. Решение на этот счет должно быть принято в апреле–мае.
Подлинными триумфаторами выборов в Баден-Вюртемберге стали «Зеленые» во главе с 73-летним харизматиком Винфридом Кречманом, который уже 10 лет возглавляет земельное коалиционное правительство. Они набрали почти 33% голосов. Теперь Кречман будет решать, сохранить ли коалицию с ослабленными христианскими демократами, или сформировать «светофорное правительство», по партийным цветам «Зеленых», СДПГ и СвДП. Такое правительство сохранит свою власть после выборов в Рейнланд-Пфальце. Только здесь коалицию возглавляет популярный местный лидер СДПГ Малу Драйер. Но «Зеленые» заметно прибавили и в Рейнланд-Пфальце. В целом явно растут их федеральные правительственные амбиции.
Эта партия в глазах многих немцев перестала быть маргинальной, сомнительной и вошла в мейнстрим, причем при наличии свой привлекательной актуальной повестки. По национальным опросам «Зеленые» пока заметно уступают ХДС, но прочно занимают второе место. До недавнего времени считалось, что после федеральных выборов они, скорее всего, станут младшими партнерами в правительственной коалиции с ХДС/ХСС. Но сейчас немецкие политологи уже не исключают, что если падение доверия к ХДС/ХСС продолжится, то после сентябрьских выборов возможна попытка формирования «светофорной коалиции», в которой место канцлера достанется представителю «Зеленых».
Александр Ивахник
Как и ожидалось, по ХДС сильно ударил развернувшийся накануне выборов масочный скандал – разоблачение коррупционных действий депутатов Бундестага от ХДС/ХСС в связи с поставкой защитных масок. Скандал резко усилил нараставшее прежде недовольство жителей страны малой эффективностью правительства Меркель в борьбе с пандемией. У немцев вызывает всё большее раздражение не прекращающиеся с ноября карантинные ограничения, их не устраивают низкие темпы вакцинации. И вероятно, что эти две темы – системная политическая коррупция в недрах правящего уже 16 лет блока ХДС/ХСС и неспособность правительства предложить и реализовать внятный план борьбы с пандемией – будут постоянно подниматься соперниками по мере приближения к выборам в Бундестаг, которые состоятся 26 сентября.
Воскресное поражение ХДС стало серьезным политическим ударом для нового лидера партии Армина Лашета, который не воспринимается как достойная замена Меркель. Шансы повести блок ХДС/ХСС на федеральных выборах в качестве кандидата в канцлеры в итоге выросли у более популярного лидера ХСС, премьера Баварии Маркуса Зёдера. Решение на этот счет должно быть принято в апреле–мае.
Подлинными триумфаторами выборов в Баден-Вюртемберге стали «Зеленые» во главе с 73-летним харизматиком Винфридом Кречманом, который уже 10 лет возглавляет земельное коалиционное правительство. Они набрали почти 33% голосов. Теперь Кречман будет решать, сохранить ли коалицию с ослабленными христианскими демократами, или сформировать «светофорное правительство», по партийным цветам «Зеленых», СДПГ и СвДП. Такое правительство сохранит свою власть после выборов в Рейнланд-Пфальце. Только здесь коалицию возглавляет популярный местный лидер СДПГ Малу Драйер. Но «Зеленые» заметно прибавили и в Рейнланд-Пфальце. В целом явно растут их федеральные правительственные амбиции.
Эта партия в глазах многих немцев перестала быть маргинальной, сомнительной и вошла в мейнстрим, причем при наличии свой привлекательной актуальной повестки. По национальным опросам «Зеленые» пока заметно уступают ХДС, но прочно занимают второе место. До недавнего времени считалось, что после федеральных выборов они, скорее всего, станут младшими партнерами в правительственной коалиции с ХДС/ХСС. Но сейчас немецкие политологи уже не исключают, что если падение доверия к ХДС/ХСС продолжится, то после сентябрьских выборов возможна попытка формирования «светофорной коалиции», в которой место канцлера достанется представителю «Зеленых».
Александр Ивахник
Итак, Госдума, несмотря на недовольство Академии наук, приняла законопроект о регулировании просветительской деятельности. Его уже привычная особенность – размытый характер. Как именно будет регулироваться деятельность, неясно – это должно быть разъяснено в подзаконных актах. Идеологическая рамка определена следующим образом: не допускается сообщение «недостоверных сведений об исторических, о национальных, религиозных и культурных традициях народов». А что такое «недостоверные сведения» - в законопроекте не прописано, что оставляет возможности для самых разных толкований, особенно в связи с тем, что сами традиции нередко являются сконструированными уже в более позднее время.
И возникает парадокс – как раз попытки разобраться в том, что на самом деле происходило в прошлые века, может быть расценено как посягательство на традицию. В которой предки выглядят более благородными и благочестивыми, чем они есть на самом деле. Можно вспомнить давнее высказывание патриарха Кирилла о том, что славяне – это варвары. Патриарх на самом деле пытался воспроизвести хорошо известную историкам реакцию византийского христианского общества на славян, но само сравнение наших предков с варварами вызвало бурные протесты. Современные россияне спокойно относятся к тому, что варварами называют германцев или франков – но только не славян, которые представляются мирными берендеями из оперы «Снегурочка» Римского-Корсакова. Хотя, к слову, исторические берендеи были воинственными племенами тюркского происхождения.
Понятно, что патриарху новый закон вряд ли угрожает. Но в условиях отсутствия универсализма просветительская деятельность может превратиться в «минное поле», причем попасться может не только оппозиционер, которого этим законом явно хотят в очередной раз ограничить. В современном мире есть большое количество жалобщиков, готовых ловить на недостаточной компетентности или непатриотизме историков, социологов, политологов, культурологов. Для них норма о традициях – прекрасная возможность поупражняться в эпистолярном жанре, сигнализируя властям об очередных проявлениях неблагонадежности.
Алексей Макаркин
И возникает парадокс – как раз попытки разобраться в том, что на самом деле происходило в прошлые века, может быть расценено как посягательство на традицию. В которой предки выглядят более благородными и благочестивыми, чем они есть на самом деле. Можно вспомнить давнее высказывание патриарха Кирилла о том, что славяне – это варвары. Патриарх на самом деле пытался воспроизвести хорошо известную историкам реакцию византийского христианского общества на славян, но само сравнение наших предков с варварами вызвало бурные протесты. Современные россияне спокойно относятся к тому, что варварами называют германцев или франков – но только не славян, которые представляются мирными берендеями из оперы «Снегурочка» Римского-Корсакова. Хотя, к слову, исторические берендеи были воинственными племенами тюркского происхождения.
Понятно, что патриарху новый закон вряд ли угрожает. Но в условиях отсутствия универсализма просветительская деятельность может превратиться в «минное поле», причем попасться может не только оппозиционер, которого этим законом явно хотят в очередной раз ограничить. В современном мире есть большое количество жалобщиков, готовых ловить на недостаточной компетентности или непатриотизме историков, социологов, политологов, культурологов. Для них норма о традициях – прекрасная возможность поупражняться в эпистолярном жанре, сигнализируя властям об очередных проявлениях неблагонадежности.
Алексей Макаркин
Сегодня в Интернете масса заголовков о том, что по опросу ВЦИОМ россияне хотят отменить мораторий на смертную казнь. И уже пошли комментарии о том, хорошо это или плохо. Но на самом деле главное – что сами россияне по этому поводу не выражают большого энтузиазма.
Итак, респондентов спросили, что бы они предложили президенту, если бы были его советниками. И получили предсказуемый ответ – на первом месте отмена пенсионной реформы и возвращение прежнего пенсионного возраста (14%). На втором – с большим отрывом – уменьшение налогов и изменение налоговой системы (6%). Еще 3% захотели поменять Конституцию и вернуть предыдущую ее версию. И только 2% поддержали отмену моратория на смертную казнь.
Это, конечно же, не означает, что лишь 2% россиян выступают за смертную казнь. Опрос Фонда «Общественное мнение» (ФОМ), проведенный осенью 2019 года, показал, что 69% считают, что за некоторые преступления следует приговаривать к смертной казни. Однако когда речь идет о возвращении этого наказания в российскую практику, то за это высказались лишь 52%. А 30% выступили за то, чтобы придерживаться моратория, то есть не отменять смертную казнь, но и не применять ее на практике, и еще 8% хотели бы полностью отменить смертную казнь. Так что распространенное мнение о том, что «весь народ» хотел бы вернуть смертную казнь, а этому мешают немногочисленные правозащитники, лишено оснований. Настроения людей носят различный характер, подавляющего большинства у сторонников применения смертной казни нет.
Вопрос о моратории тоже поднимался в опросе ФОМ. Результат был такой – 45% посчитали, что мораторий не надо было вводить, а 37% полагали, что надо. Сторонников смертной казни и здесь больше, но цифры сопоставимые. Отметим еще один важный момент – опрос ФОМ прошел после резонансного убийства девятилетней девочки в Саратове. Такие события в любой стране увеличивают число сторонников смертной казни.
Цифра 2% важна в другом. Опрос ВЦИОМ показал, что именно для такого количества россиян тема смертной казни является приоритетной по сравнению с другими. И в очередной раз подтвердил, что для населения куда более важна социально-экономическая тематика.
Алексей Макаркин
Итак, респондентов спросили, что бы они предложили президенту, если бы были его советниками. И получили предсказуемый ответ – на первом месте отмена пенсионной реформы и возвращение прежнего пенсионного возраста (14%). На втором – с большим отрывом – уменьшение налогов и изменение налоговой системы (6%). Еще 3% захотели поменять Конституцию и вернуть предыдущую ее версию. И только 2% поддержали отмену моратория на смертную казнь.
Это, конечно же, не означает, что лишь 2% россиян выступают за смертную казнь. Опрос Фонда «Общественное мнение» (ФОМ), проведенный осенью 2019 года, показал, что 69% считают, что за некоторые преступления следует приговаривать к смертной казни. Однако когда речь идет о возвращении этого наказания в российскую практику, то за это высказались лишь 52%. А 30% выступили за то, чтобы придерживаться моратория, то есть не отменять смертную казнь, но и не применять ее на практике, и еще 8% хотели бы полностью отменить смертную казнь. Так что распространенное мнение о том, что «весь народ» хотел бы вернуть смертную казнь, а этому мешают немногочисленные правозащитники, лишено оснований. Настроения людей носят различный характер, подавляющего большинства у сторонников применения смертной казни нет.
Вопрос о моратории тоже поднимался в опросе ФОМ. Результат был такой – 45% посчитали, что мораторий не надо было вводить, а 37% полагали, что надо. Сторонников смертной казни и здесь больше, но цифры сопоставимые. Отметим еще один важный момент – опрос ФОМ прошел после резонансного убийства девятилетней девочки в Саратове. Такие события в любой стране увеличивают число сторонников смертной казни.
Цифра 2% важна в другом. Опрос ВЦИОМ показал, что именно для такого количества россиян тема смертной казни является приоритетной по сравнению с другими. И в очередной раз подтвердил, что для населения куда более важна социально-экономическая тематика.
Алексей Макаркин
Через год после выхода из ЕС британское правительство представило свое видение будущего места Британии в мире. Во вторник был опубликован 100-страничный Комплексный обзор оборонной и внешней политики под громким названием «Глобальная Британия в конкурентном веке». По словам Бориса Джонсона, документ представляет собой самый всеобъемлющий пересмотр политики в сфере безопасности и отношений с внешним миром со времен холодной войны.
Впрочем, не всё в новом стратегическом документе такое уж новое. Там подчеркивается, что США будут «величайшим союзником» Британии во всех начинаниях. Сохранится приверженность Британии НАТО. Основной фокус британских усилий в сфере безопасности останется в Евроатлантическом регионе, где Россия представляет «самую острую угрозу».
Вообще разнообразным угрозам безопасности в мире в докладе уделено много места. Это и угрозы со стороны отдельных государств, и организованный терроризм, и киберпреступность, и гибридные войны. Поскольку мир стал менее стабильным и безопасным, документ провозглашает в качестве одной из стратегических целей модернизацию вооруженных сил. В ближайшие четыре года на военные нужды будет дополнительно направлено £24 млрд, и вот это уже новый тренд. Значительная часть расходов пойдет на силы кибербезопасности и на создание военно-космических сил (запуск первой британской космической ракеты запланирован на 2022 год).
Еще более неожиданным стало то, что если в последние десятилетия британский ядерный арсенал сокращался и намечалось снизить число ядерных боеголовок до 180 (сейчас их 195), то в правительственном докладе предусматривается их увеличение до 260. Приводимое в документе обоснование этого выглядит совершенно туманно. Скорее всего, Борису Джонсону и его соратникам просто новая «глобальная Британия» видится с более «солидным» ядерным арсеналом – конечно, не как у России и США, но хотя бы ближе к Китаю (320 боеголовок) и Франции (290). С теми же глобальными амбициями связана и провозглашенная цель сделать Британию к 2030 году «научной и технической сверхдержавой».
Новым для британской внешней политики является заявленный в докладе поворот к Индо-Тихоокеанскому региону, который характеризуется как «в растущей степени геополитический центр мира». Но не очень понятно, на основании чего Британия рассчитывает добиться впечатляющих результатов на этом направлении. Росту ее влияния будут препятствовать и расстояния, и недостаток экспортного потенциала. Заслуживают внимания зафиксированные в докладе стратегические установки в отношении Китая. Эти установки амбивалентны. Китай признается «самой большой угрозой» экономической безопасности Британии. Но одновременно говорится, что Британия будет стремиться к позитивным торгово-экономическим связям с Китаем, включая рост китайских инвестиций.
А вот Евросоюзу в докладе уделено крайне мало внимания. Лишь упоминается намерение развивать с ним «конструктивные отношения». Представляя документ в Палате общин, Джонсон подчеркивал, что он глубоко проработан и отнюдь не является просто «тщеславным жестом». Думается, немалая доля не связанных с реальностью амбиций в правительственных разработках всё же содержится.
Александр Ивахник
Впрочем, не всё в новом стратегическом документе такое уж новое. Там подчеркивается, что США будут «величайшим союзником» Британии во всех начинаниях. Сохранится приверженность Британии НАТО. Основной фокус британских усилий в сфере безопасности останется в Евроатлантическом регионе, где Россия представляет «самую острую угрозу».
Вообще разнообразным угрозам безопасности в мире в докладе уделено много места. Это и угрозы со стороны отдельных государств, и организованный терроризм, и киберпреступность, и гибридные войны. Поскольку мир стал менее стабильным и безопасным, документ провозглашает в качестве одной из стратегических целей модернизацию вооруженных сил. В ближайшие четыре года на военные нужды будет дополнительно направлено £24 млрд, и вот это уже новый тренд. Значительная часть расходов пойдет на силы кибербезопасности и на создание военно-космических сил (запуск первой британской космической ракеты запланирован на 2022 год).
Еще более неожиданным стало то, что если в последние десятилетия британский ядерный арсенал сокращался и намечалось снизить число ядерных боеголовок до 180 (сейчас их 195), то в правительственном докладе предусматривается их увеличение до 260. Приводимое в документе обоснование этого выглядит совершенно туманно. Скорее всего, Борису Джонсону и его соратникам просто новая «глобальная Британия» видится с более «солидным» ядерным арсеналом – конечно, не как у России и США, но хотя бы ближе к Китаю (320 боеголовок) и Франции (290). С теми же глобальными амбициями связана и провозглашенная цель сделать Британию к 2030 году «научной и технической сверхдержавой».
Новым для британской внешней политики является заявленный в докладе поворот к Индо-Тихоокеанскому региону, который характеризуется как «в растущей степени геополитический центр мира». Но не очень понятно, на основании чего Британия рассчитывает добиться впечатляющих результатов на этом направлении. Росту ее влияния будут препятствовать и расстояния, и недостаток экспортного потенциала. Заслуживают внимания зафиксированные в докладе стратегические установки в отношении Китая. Эти установки амбивалентны. Китай признается «самой большой угрозой» экономической безопасности Британии. Но одновременно говорится, что Британия будет стремиться к позитивным торгово-экономическим связям с Китаем, включая рост китайских инвестиций.
А вот Евросоюзу в докладе уделено крайне мало внимания. Лишь упоминается намерение развивать с ним «конструктивные отношения». Представляя документ в Палате общин, Джонсон подчеркивал, что он глубоко проработан и отнюдь не является просто «тщеславным жестом». Думается, немалая доля не связанных с реальностью амбиций в правительственных разработках всё же содержится.
Александр Ивахник
16 марта отмечается столетие подписания Московского договора. В этот день в 1921 году Советская Россия и кемалистская Турция подписали соглашение о «дружбе и братстве». За высокопарными формулировками скрывалось масштабное территориальное размежевание, затронувшее Закавказье. Согласно статьям договора ряд территорий, входивших в состав Российской империи в этом регионе на момент ее распада (Сурмалинский уезд, Карская область, Артвинский округ) передавались Турции, а Батуми оставалась в составе Советской Грузии. Все эти территории были ареной российско-османского военно-политического соперничества в период с первой четверти XIX по начало ХХ вв. В марте же 1921 года турецкая северо-восточная граница существует в том виде, в котором она тогда была зафиксирована.
Прошло сто лет, а исторические обстоятельства заключения договора по-прежнему волнуют кавказские элиты. Для них, особенно для Армении данный сюжет более, чем актуален. В Московском договоре видят некий паттерн. И со знаком плюс, и со знаком минус. Российско-турецкий кондоминиум на Кавказе в Баку воспринимают, скорее, положительно, в Ереване откровенно опасаются, в Тбилиси полагают, что с помощью Запада влияние Москвы и Анкары можно будет как-то сдержать. И в Грузии, и в Армении видят в тогдашнем соглашении сговор великих держав за счет малых стран. И территориальные потери (Сурмалинский уезд с горой Арарат или Артвин) рассматривают, как утрату «своих земель».
Впрочем, эмоции нередко затмевают объективное исследование. Начнем с того, что в 1921 году и РСФСР, и кемалистская Турция не были ни в коей мере великими державами. Скорее уж они подходили под определение непризнанных образований. На турецкой территории было два центра силы- в Стамбуле (султан Мехмед VI Вахидеддин) и в Анкаре (революционный кабинет Мустафы Кемаля), а в России гражданская война закончилась на европейской части, но продолжалась на Дальнем Востоке. У правительств Ленина и Ататюрка было общее стремление преодолеть статус «изгоев» и добиться широкого международного признания. Это и предопределило их ситуативныый союз, который так и не стал стратегическим. Более того, по окончании Второй мировой войны советский лидер Иосиф Сталин предпринимал неудачные попытки возвращения территорий, завоеванных дореволюционной Россией в 1828-1878 гг.
Сегодня РФ и Турция- ведущие державы в Евразии, с чьей силой считаются другие ведущие мировые игроки, хотя далеко не всегда готовы принять их амбиции. Попытки Анкары и Москвы реализовывать модель «соревновательного сотрудничества»- это не борьба изгоев за признание, а стремление снизить издержки от пересечения интересов в различных регионах, будь то Кавказ или Ближний Восток. Видеть в недавних событиях в том же Карабахе «кальку» тех лет не представляется возможным. Хотя ясно, что поиск параллелей в событиях прошлого политически востребован.
Сергей Маркедонов
Прошло сто лет, а исторические обстоятельства заключения договора по-прежнему волнуют кавказские элиты. Для них, особенно для Армении данный сюжет более, чем актуален. В Московском договоре видят некий паттерн. И со знаком плюс, и со знаком минус. Российско-турецкий кондоминиум на Кавказе в Баку воспринимают, скорее, положительно, в Ереване откровенно опасаются, в Тбилиси полагают, что с помощью Запада влияние Москвы и Анкары можно будет как-то сдержать. И в Грузии, и в Армении видят в тогдашнем соглашении сговор великих держав за счет малых стран. И территориальные потери (Сурмалинский уезд с горой Арарат или Артвин) рассматривают, как утрату «своих земель».
Впрочем, эмоции нередко затмевают объективное исследование. Начнем с того, что в 1921 году и РСФСР, и кемалистская Турция не были ни в коей мере великими державами. Скорее уж они подходили под определение непризнанных образований. На турецкой территории было два центра силы- в Стамбуле (султан Мехмед VI Вахидеддин) и в Анкаре (революционный кабинет Мустафы Кемаля), а в России гражданская война закончилась на европейской части, но продолжалась на Дальнем Востоке. У правительств Ленина и Ататюрка было общее стремление преодолеть статус «изгоев» и добиться широкого международного признания. Это и предопределило их ситуативныый союз, который так и не стал стратегическим. Более того, по окончании Второй мировой войны советский лидер Иосиф Сталин предпринимал неудачные попытки возвращения территорий, завоеванных дореволюционной Россией в 1828-1878 гг.
Сегодня РФ и Турция- ведущие державы в Евразии, с чьей силой считаются другие ведущие мировые игроки, хотя далеко не всегда готовы принять их амбиции. Попытки Анкары и Москвы реализовывать модель «соревновательного сотрудничества»- это не борьба изгоев за признание, а стремление снизить издержки от пересечения интересов в различных регионах, будь то Кавказ или Ближний Восток. Видеть в недавних событиях в том же Карабахе «кальку» тех лет не представляется возможным. Хотя ясно, что поиск параллелей в событиях прошлого политически востребован.
Сергей Маркедонов
Очевидно, что Джо Байден вполне понимал все последствия своей «перепасовки» с Джорджем Стефанопулосом, так как он не видит смысла в личных контактах с Владимиром Путиным. Это Дональд Трамп стремился пообщаться, рассчитывая, что в бизнес-стиле сможет обойти государственный аппарат. Байдену это неинтересно, потому что на новые договоренности, требующие взаимного доверия, выйти не удастся, так как доверия нет в принципе ни у одной из сторон. Похоже, что это не только позиция американского политического класса, но и твердая многолетняя убежденность Байдена. Еще с того времени, как он в 2011 году рассказал российским оппозиционерам о своем разговоре с Путиным – а именно о нецелесообразности его выдвижения на третий срок.
Представление о том, что с Россией надо действовать осторожно, чтобы не увеличить влияние силовиков и не навредить более умеренным группам во власти, ушло в историю. Другое дело, что, видимо, не сбудутся и алармистские ожидания, связанные с битьем тарелок в виде отключения СВИФТа. Скорее, ставка будет делаться на последовательное отсечение России от дешевых денег и современных технологий, что будет влиять не только на настоящее, но и на будущее.
Что касается внутрироссийской реакции, то приход Байдена в Белый дом изначально связывался с усилением давления – и принимались превентивные меры. От спешно принимавшихся новых законов (от иностранных агентов-физлиц до контроля над просветительской деятельностью) до сдвижек красных линий в отношении внепарламентской (да и парламентской) оппозиции. Теперь уже любая несанкционированная акция считается полностью неприемлемой, актуализирована «статья Ильдара Дадина», задержаны муниципальные депутаты, обвиненные в связях с «Открытой Россией» (признан иноагентом в России).
Так что речь может идти о масштабе и жесткости правоприменительной практики – а это уже основано на оценке текущих рисков. И на эффекте аналогий – с горбачевской перестройкой, маневрированием Виктора Януковича и др. – то есть примеров, признанных неэффективными. Так что возможности силовиков увеличиваются – но это связано не с конкретным высказыванием президента США, а с общим контекстом и вектором отношений с «главным противником» в условиях новой холодной войны.
Алексей Макаркин
Представление о том, что с Россией надо действовать осторожно, чтобы не увеличить влияние силовиков и не навредить более умеренным группам во власти, ушло в историю. Другое дело, что, видимо, не сбудутся и алармистские ожидания, связанные с битьем тарелок в виде отключения СВИФТа. Скорее, ставка будет делаться на последовательное отсечение России от дешевых денег и современных технологий, что будет влиять не только на настоящее, но и на будущее.
Что касается внутрироссийской реакции, то приход Байдена в Белый дом изначально связывался с усилением давления – и принимались превентивные меры. От спешно принимавшихся новых законов (от иностранных агентов-физлиц до контроля над просветительской деятельностью) до сдвижек красных линий в отношении внепарламентской (да и парламентской) оппозиции. Теперь уже любая несанкционированная акция считается полностью неприемлемой, актуализирована «статья Ильдара Дадина», задержаны муниципальные депутаты, обвиненные в связях с «Открытой Россией» (признан иноагентом в России).
Так что речь может идти о масштабе и жесткости правоприменительной практики – а это уже основано на оценке текущих рисков. И на эффекте аналогий – с горбачевской перестройкой, маневрированием Виктора Януковича и др. – то есть примеров, признанных неэффективными. Так что возможности силовиков увеличиваются – но это связано не с конкретным высказыванием президента США, а с общим контекстом и вектором отношений с «главным противником» в условиях новой холодной войны.
Алексей Макаркин
Ключевая проблема в российско-американских отношениях – отсутствие общей повестки. Заявление Энтони Блинкена о том, что США больше не будут внедрять демократию вооруженным путем, парадоксальным образом будет способствовать тому, что шансы на выработку общей повестки в будущем могут еще более уменьшиться. Такая повестка появляется, когда США требуется содействие в том, чтобы легитимировать свой статус, например, с помощью Совбеза ООН (как это было с американцами в Ираке), или же начинается разруливание сопутствующих вопросов (нефтяных контрактов в том же Ираке). Если же потребности нет, то и с повесткой проблемы. Ограниченное взаимодействие по линии спецслужб в вопросах противодействия терроризму будет продолжаться - для этого отношения на высшем уровне не нужны, здесь есть прагматичный интерес.
С Афганистаном все очень непросто - с учетом того, что именно демократы обвиняли Россию в том, что она платит талибам за убитых американцев. Тогда в эту версию не поверил Трамп - но его уже нет в Белом доме. Сейчас Россия стремится посредничать в Афганистане (и сегодня в Москве как раз встреча по афганскому вопросу), но США ставят на турецкое посредничество - это тема для сближения Вашингтона и Анкары.
Свою же украинскую политику США никогда не ставили в один ряд с иракской (в отличие от России, для которой это звенья одной цепи) - и поддержку властей Украины они будут продолжать, а, скорее всего, и усиливать - когда и если убедятся, что она будет использоваться с большей эффективностью, чем сейчас. Пока что они лоббируют назначение Руслана Рябошапки (только что получившего премию от Блинкена) на пост главного борца с коррупцией. Так что в Украине США будут стимулировать переформатирование властной системы без участия России. Надежд на прогресс в рамках Минских соглашений уже ни у кого нет. Вопрос о стабильности газового транзита на среднесрочный период решен, а тема «Северного потока-2» будет урегулироваться в рамках взаимоотношений администрации Джо Байдена с республиканцами в Сенате, с одной стороны, и с Германией, с другой.
В Middle East расклад также не способствует обсуждению проблем на уровне лидеров двух стран. В Сирии Россия ведет сложную игру, маневрируя между Ираном, Турцией и Израилем (притом, что еще есть фактор Башара Асада, который, в свою очередь, маневрирует между Россией и Ираном и мечтает о восстановлении контроля над всей территорией страны, полученной в наследство от отца). У всех четверых внешних игроков есть свои интересы, они взаимно ограничивают друг друга, а США остается следить за тем, чтобы Иран не слишком усиливался, а турки не раздавили курдов. В Ливии Россия и Турция негласно договариваются напрямую - одним обременением для США меньше. В иранском вопросе Россию как ключевого игрока ни США, ни Иран не рассматривают еще со времен президентства Махмуда Ахмадинежада (давно же это было).
Совместная борьба с пандемией натолкнулась на вакцинную войну. Но главное даже не в этом. У России прекрасная вакцина, но масштабируется она хуже, чем куда более посредственная оксфордская. США же при Байдене вакцинируют свое население столь быстрыми темпами, что скоро смогут поделиться запасом вакцин со своими партнерами (в первую очередь, той же АстраЗенеки, которую поддерживает ВОЗ - и ее, скорее всего, частично реабилитируют в Европе, ограничив круг вакцинируемых). Российская вакцина в этой ситуации может использоваться как дополнительный фактор - это важно, но не настолько, чтобы повлиять на изменение межгосударственных отношений.
Алексей Макаркин
С Афганистаном все очень непросто - с учетом того, что именно демократы обвиняли Россию в том, что она платит талибам за убитых американцев. Тогда в эту версию не поверил Трамп - но его уже нет в Белом доме. Сейчас Россия стремится посредничать в Афганистане (и сегодня в Москве как раз встреча по афганскому вопросу), но США ставят на турецкое посредничество - это тема для сближения Вашингтона и Анкары.
Свою же украинскую политику США никогда не ставили в один ряд с иракской (в отличие от России, для которой это звенья одной цепи) - и поддержку властей Украины они будут продолжать, а, скорее всего, и усиливать - когда и если убедятся, что она будет использоваться с большей эффективностью, чем сейчас. Пока что они лоббируют назначение Руслана Рябошапки (только что получившего премию от Блинкена) на пост главного борца с коррупцией. Так что в Украине США будут стимулировать переформатирование властной системы без участия России. Надежд на прогресс в рамках Минских соглашений уже ни у кого нет. Вопрос о стабильности газового транзита на среднесрочный период решен, а тема «Северного потока-2» будет урегулироваться в рамках взаимоотношений администрации Джо Байдена с республиканцами в Сенате, с одной стороны, и с Германией, с другой.
В Middle East расклад также не способствует обсуждению проблем на уровне лидеров двух стран. В Сирии Россия ведет сложную игру, маневрируя между Ираном, Турцией и Израилем (притом, что еще есть фактор Башара Асада, который, в свою очередь, маневрирует между Россией и Ираном и мечтает о восстановлении контроля над всей территорией страны, полученной в наследство от отца). У всех четверых внешних игроков есть свои интересы, они взаимно ограничивают друг друга, а США остается следить за тем, чтобы Иран не слишком усиливался, а турки не раздавили курдов. В Ливии Россия и Турция негласно договариваются напрямую - одним обременением для США меньше. В иранском вопросе Россию как ключевого игрока ни США, ни Иран не рассматривают еще со времен президентства Махмуда Ахмадинежада (давно же это было).
Совместная борьба с пандемией натолкнулась на вакцинную войну. Но главное даже не в этом. У России прекрасная вакцина, но масштабируется она хуже, чем куда более посредственная оксфордская. США же при Байдене вакцинируют свое население столь быстрыми темпами, что скоро смогут поделиться запасом вакцин со своими партнерами (в первую очередь, той же АстраЗенеки, которую поддерживает ВОЗ - и ее, скорее всего, частично реабилитируют в Европе, ограничив круг вакцинируемых). Российская вакцина в этой ситуации может использоваться как дополнительный фактор - это важно, но не настолько, чтобы повлиять на изменение межгосударственных отношений.
Алексей Макаркин