Вопрос о сценариях думских выборов 2021 года связан с тремя факторами.
1. Кто возглавит список «Единой России». Если Владимир Путин, то выборы приобретают плебисцитарный характер, и все другие провластные политические проекты перенаправляются исключительно на борьбу с оппонентами. Любой заход на электоральную поляну «партии власти» в этом случае для них совершенно недопустим. Если кто-то другой, то их возможности могут быть расширены – разумеется, с минимизацией конкуренции с «Единой Россией».
2. Пределы возможного для КПРФ и ЛДПР в рамках неформальных правил игры. Какая линия возобладает – аккумулирование протеста (при отмежевании от Навального), которое предусматривает ужесточение риторики, или же стремление не раскачивать лодку и ограничиться «обозначением присутствия». Выбор тоже в немалой степени связан со сценарием кампании – плебисцитарная или нет.
3. Поведение модернистских слоев мегаполисов. Будут ли они голосовать за предложенные им партийные списки («Яблоко» и «Новые люди»), и если да, то в какой пропорции. Или же будут ориентированы на своего рода «партию мечты» и проигнорируют реальный партийный выбор. Впрочем, «умное голосование» будет побуждать их к преодолению абсентеизма – если ты голосуешь за кандидата-одномандатника, то и за партию (не обязательно ту же, которую представляет этот кандидат). Судьба «Новых людей» может в значительной степени зависеть от сценария кампании. Судьба «Яблока» - от того, удастся ли ему выйти на 3% к началу сентября; в этом случае избиратели могут поверить в возможность преодоления избирательного барьера.
Алексей Макаркин
1. Кто возглавит список «Единой России». Если Владимир Путин, то выборы приобретают плебисцитарный характер, и все другие провластные политические проекты перенаправляются исключительно на борьбу с оппонентами. Любой заход на электоральную поляну «партии власти» в этом случае для них совершенно недопустим. Если кто-то другой, то их возможности могут быть расширены – разумеется, с минимизацией конкуренции с «Единой Россией».
2. Пределы возможного для КПРФ и ЛДПР в рамках неформальных правил игры. Какая линия возобладает – аккумулирование протеста (при отмежевании от Навального), которое предусматривает ужесточение риторики, или же стремление не раскачивать лодку и ограничиться «обозначением присутствия». Выбор тоже в немалой степени связан со сценарием кампании – плебисцитарная или нет.
3. Поведение модернистских слоев мегаполисов. Будут ли они голосовать за предложенные им партийные списки («Яблоко» и «Новые люди»), и если да, то в какой пропорции. Или же будут ориентированы на своего рода «партию мечты» и проигнорируют реальный партийный выбор. Впрочем, «умное голосование» будет побуждать их к преодолению абсентеизма – если ты голосуешь за кандидата-одномандатника, то и за партию (не обязательно ту же, которую представляет этот кандидат). Судьба «Новых людей» может в значительной степени зависеть от сценария кампании. Судьба «Яблока» - от того, удастся ли ему выйти на 3% к началу сентября; в этом случае избиратели могут поверить в возможность преодоления избирательного барьера.
Алексей Макаркин
В Германии не затихает громкий политический скандал, относящийся к коррупции в связи с коронавирусом. В центре скандала два депутата Бундестага от правящего блока ХДС/ХСС – Георг Нюсляйн (ХСС) и Николас Лёбель (ХДС), которые, как выяснилось, получали большие суммы в качестве комиссионных при закупках защитных масок. Руководство блока ХДС/ХСС отреагировало на масочный скандал быстро и жестко. Глава фракции ХДС/ХСС в Бундестаге Ральф Бринкхаус призвал обоих депутатов немедленно сложить с себя полномочия. Под партийным давлением Нюсляйн 7 марта заявил о своем выходе из фракции ХДС/ХСС, а 8 марта он вышел и из партии. В тот же день Лёбель объявил, что отказывается от своего депутатского мандата.
Однако правящий консервативный блок, несомненно, понес сильнейший репутационный ущерб. Ведь это не просто коррупция, это обогащение на общенациональном и, можно сказать, на вселенском бедствии. Что можно поставить в один ряд по степени общественного отторжения? Разве что педофилию. Так что доверие к партии Ангелы Меркель и ее баварскому партийному союзнику, которое значительно подросло в период борьбы с пандемией, теперь серьезно просядет. Тем более, что в последние недели общественное одобрение действий правительства по борьбе с пандемией уже снижалось. Сказывается медленное развертывание вакцинации, невыполненные обещания с массовым тестированием, новые вспышки инфекции, а также то, что Ангела Меркель, которая дохаживает свой канцлерский срок, все более выглядит хромой уткой, часто будучи не в состоянии навязать свою волю премьерам земельных правительств.
И в этом контексте масочный скандал разразился для ХДС предельно не вовремя. Этот год для Германии насыщен выборами. В сентябре предстоят выборы в Бундестаг. Кроме того, в шести федеральных землях пройдут выборы региональных парламентов. И уже в следующее воскресенье, 14 марта, состоятся выборы ландтагов в юго-западных землях Баден-Вюртемберг и Рейнланд-Пфальц. Расклад партийных сил в этих землях и так не сулил христианским демократам больших успехов. А свежий и крайне чувствительный для избирателей скандал снижает шансы ХДС еще больше.
В Баден-Вюртемберге коалиционное правительство «Зеленых» и СДПГ уже 10 лет возглавляет харизматичный Винфрид Кречман. Судя по последним опросам, его партия «Зеленых» может получить 35% голосов, в ХДС – только 24%. В Рейнланд-Пфальце, где правит коалиция СДПГ, «Зеленых» и либералов из СвДП, свежие опросы вновь выводят на первое место социал-демократов. В обеих землях наиболее вероятный исход выборов – создание «светофорной коалиции», по партийным цветам «Зеленых», СДПГ и СвДП. А от результатов христианских демократов будут зависеть шансы нового лидера ХДС Армина Лашета повести блок ХДС/ХСС на федеральных выборах в качестве кандидата в канцлеры. Если воскресенье обернется для ХДС тяжелым поражением, то шансы выступить в этой роли повысятся у популярного лидера ХСС, премьера Баварии Маркуса Зёдера.
Александр Ивахник
Однако правящий консервативный блок, несомненно, понес сильнейший репутационный ущерб. Ведь это не просто коррупция, это обогащение на общенациональном и, можно сказать, на вселенском бедствии. Что можно поставить в один ряд по степени общественного отторжения? Разве что педофилию. Так что доверие к партии Ангелы Меркель и ее баварскому партийному союзнику, которое значительно подросло в период борьбы с пандемией, теперь серьезно просядет. Тем более, что в последние недели общественное одобрение действий правительства по борьбе с пандемией уже снижалось. Сказывается медленное развертывание вакцинации, невыполненные обещания с массовым тестированием, новые вспышки инфекции, а также то, что Ангела Меркель, которая дохаживает свой канцлерский срок, все более выглядит хромой уткой, часто будучи не в состоянии навязать свою волю премьерам земельных правительств.
И в этом контексте масочный скандал разразился для ХДС предельно не вовремя. Этот год для Германии насыщен выборами. В сентябре предстоят выборы в Бундестаг. Кроме того, в шести федеральных землях пройдут выборы региональных парламентов. И уже в следующее воскресенье, 14 марта, состоятся выборы ландтагов в юго-западных землях Баден-Вюртемберг и Рейнланд-Пфальц. Расклад партийных сил в этих землях и так не сулил христианским демократам больших успехов. А свежий и крайне чувствительный для избирателей скандал снижает шансы ХДС еще больше.
В Баден-Вюртемберге коалиционное правительство «Зеленых» и СДПГ уже 10 лет возглавляет харизматичный Винфрид Кречман. Судя по последним опросам, его партия «Зеленых» может получить 35% голосов, в ХДС – только 24%. В Рейнланд-Пфальце, где правит коалиция СДПГ, «Зеленых» и либералов из СвДП, свежие опросы вновь выводят на первое место социал-демократов. В обеих землях наиболее вероятный исход выборов – создание «светофорной коалиции», по партийным цветам «Зеленых», СДПГ и СвДП. А от результатов христианских демократов будут зависеть шансы нового лидера ХДС Армина Лашета повести блок ХДС/ХСС на федеральных выборах в качестве кандидата в канцлеры. Если воскресенье обернется для ХДС тяжелым поражением, то шансы выступить в этой роли повысятся у популярного лидера ХСС, премьера Баварии Маркуса Зёдера.
Александр Ивахник
В канун мартовских «длинных выходных» сухумский городской суд принял решение об аресте сроком до 5 апреля Ахры Авидзба. Ему предъявили обвинение в незаконном хранении оружия. Для маленькой Абхазии событие крупного масштаба.
У Авидзба, несмотря на относительно молодой возраст (ему недавно исполнилось 35) впечатляющая биография. Во время грузино-абхазского вооруженного конфликта он был ребенком, и принять участие в боевых действиях просто физически не мог. Но затем с лихвой компенсировал этот биографческий минус в ходе противостояния на Юго-Востоке Украины. На его счету бои за донецкий аэропорт и Дебальцево, а также звание героя непризнанной ДНР. В январе 2020 года Авидзба стал одним из лидеров массового протеста, приведшего к отставке президента Рауля Хаджимба, досрочным выборам главы республики. И в итоге победе Аслана Бжания и его команды, в которой на первых порах вчерашний комбатант стал помощником по международным связям.
Впрочем, мирная жизнь у Авидзба как-то не сложилась. И в августе прошлого года он стал фигурантом скандала. После того, как его не захотели пропускать на территорию республики из-за долгов и просроченных штрафов, он протаранил ворота на КПП «Псоу». Через несколько дней появилась информация об оплате имеющихся задолженностей. И сам фигурант этой истории объяснил свои действия непрофессионализмом пограничников и превышением ими своих полномочий. В этом контексте решение суда Сухума не выглядит каким-то сюрпризом, хотя объективности ради надо заметить: любое разбирательство дела по сути еще только предстоит. Но очевидно, что такая фигура, склонная к самостоятельности и привыкшая отстаивать свое мнение, не церемонясь по поводу формальностей, многими рассматривалась без излишнего энтузиазма.
В то же время массовое сознание было готово (да и сейчас эта готовность осталась) романтизировать людей вроде Авидзба. Стилистика и эстетика героев некоторых новелл Фазиля Искандера в Абхазии популярна. Прежде всего, потому, что правоохранительная система оставляет желать лучшего, а чиновники слишком далеки от идеалов транспарентности. С правосознанием общества, прошедшего войну и блокаду также надо системно работать, но в пылу тактических ристалищ в борьбе за власть этим просто некому заниматься. И потому «дело Авидзба», не исключено, станет точкой отчета для появления нового оппозиционера и нового типа оппозиционного политика, не слишком опытного в кабинетных интригах, но готового к акциям «прямого действия».
Сергей Маркедонов
У Авидзба, несмотря на относительно молодой возраст (ему недавно исполнилось 35) впечатляющая биография. Во время грузино-абхазского вооруженного конфликта он был ребенком, и принять участие в боевых действиях просто физически не мог. Но затем с лихвой компенсировал этот биографческий минус в ходе противостояния на Юго-Востоке Украины. На его счету бои за донецкий аэропорт и Дебальцево, а также звание героя непризнанной ДНР. В январе 2020 года Авидзба стал одним из лидеров массового протеста, приведшего к отставке президента Рауля Хаджимба, досрочным выборам главы республики. И в итоге победе Аслана Бжания и его команды, в которой на первых порах вчерашний комбатант стал помощником по международным связям.
Впрочем, мирная жизнь у Авидзба как-то не сложилась. И в августе прошлого года он стал фигурантом скандала. После того, как его не захотели пропускать на территорию республики из-за долгов и просроченных штрафов, он протаранил ворота на КПП «Псоу». Через несколько дней появилась информация об оплате имеющихся задолженностей. И сам фигурант этой истории объяснил свои действия непрофессионализмом пограничников и превышением ими своих полномочий. В этом контексте решение суда Сухума не выглядит каким-то сюрпризом, хотя объективности ради надо заметить: любое разбирательство дела по сути еще только предстоит. Но очевидно, что такая фигура, склонная к самостоятельности и привыкшая отстаивать свое мнение, не церемонясь по поводу формальностей, многими рассматривалась без излишнего энтузиазма.
В то же время массовое сознание было готово (да и сейчас эта готовность осталась) романтизировать людей вроде Авидзба. Стилистика и эстетика героев некоторых новелл Фазиля Искандера в Абхазии популярна. Прежде всего, потому, что правоохранительная система оставляет желать лучшего, а чиновники слишком далеки от идеалов транспарентности. С правосознанием общества, прошедшего войну и блокаду также надо системно работать, но в пылу тактических ристалищ в борьбе за власть этим просто некому заниматься. И потому «дело Авидзба», не исключено, станет точкой отчета для появления нового оппозиционера и нового типа оппозиционного политика, не слишком опытного в кабинетных интригах, но готового к акциям «прямого действия».
Сергей Маркедонов
Новости Евровидения: Россия и Беларусь. Два подхода к конкурсу.
Батька решил поступить просто – группу, которая победила в конкурсе зрительских симпатий в прошлом году (тогда Евровидение не состоялось из-за пандемии), отстранили за «отсутствие совести» - то есть за критику Александра Лукашенко. А на конкурс направили только что собранную группу «Галасы ЗМеста», настроенную резко антиоппозиционно. Ее лидер прямо называл себя «совком», который до сих пор не может пережить распада СССР, и говорил, что ему трудно воспринимать Беларусь как независимое государство. В результате представленную «местными» (один из смыслов названия группы – противопоставление лояльных провинциалов недовольным жителям столицы) песню завернули организаторы конкурса из-за политизированности. Теперь у белорусских властей два варианта. Первый — со скандалом сниматься с дистанции. Второй - менять или подработать песню (но все равно без шансов на успех – разве что советские патриоты могут поддержать «местных», но их среди зрителей Евровидения немного).
Россия же пошла другим путем – представила на конкурс певицу Манижу, продвигающую ценности толерантности, противоречащие внутренним российским трендам, но совместимые с современной Европой. Это решение вызвало всплеск возмущения со стороны националистов, которые приводят два аргумента. Первый – представлять Россию должен русский (в крайнем случае, «славянской национальности») артист, а не таджичка. Второй – выдвижение Манижи дезориентирует сторонников власти, поддерживающих традиционные ценности и не любящих «гейропу». Но, похоже, что в России играют сразу на нескольких досках в куда более сложную игру, чем белорусский батька. И, наряду с сохранением антизападной пропаганды, алармистским заявлением Сергея Лаврова об отношениях с Евросоюзом и демонстративными контактами с крайне правыми из «Альтернативы для Германии», не хотят рвать с европейским мейнстримом. Поэтому Владимир Путин выступил на Давосском форуме, особо ответив на вопрос об отношениях с Европой, а на Евровидение едет Манижа, а не какой-нибудь аналог батькиных «местных».
Алексей Макаркин
Батька решил поступить просто – группу, которая победила в конкурсе зрительских симпатий в прошлом году (тогда Евровидение не состоялось из-за пандемии), отстранили за «отсутствие совести» - то есть за критику Александра Лукашенко. А на конкурс направили только что собранную группу «Галасы ЗМеста», настроенную резко антиоппозиционно. Ее лидер прямо называл себя «совком», который до сих пор не может пережить распада СССР, и говорил, что ему трудно воспринимать Беларусь как независимое государство. В результате представленную «местными» (один из смыслов названия группы – противопоставление лояльных провинциалов недовольным жителям столицы) песню завернули организаторы конкурса из-за политизированности. Теперь у белорусских властей два варианта. Первый — со скандалом сниматься с дистанции. Второй - менять или подработать песню (но все равно без шансов на успех – разве что советские патриоты могут поддержать «местных», но их среди зрителей Евровидения немного).
Россия же пошла другим путем – представила на конкурс певицу Манижу, продвигающую ценности толерантности, противоречащие внутренним российским трендам, но совместимые с современной Европой. Это решение вызвало всплеск возмущения со стороны националистов, которые приводят два аргумента. Первый – представлять Россию должен русский (в крайнем случае, «славянской национальности») артист, а не таджичка. Второй – выдвижение Манижи дезориентирует сторонников власти, поддерживающих традиционные ценности и не любящих «гейропу». Но, похоже, что в России играют сразу на нескольких досках в куда более сложную игру, чем белорусский батька. И, наряду с сохранением антизападной пропаганды, алармистским заявлением Сергея Лаврова об отношениях с Евросоюзом и демонстративными контактами с крайне правыми из «Альтернативы для Германии», не хотят рвать с европейским мейнстримом. Поэтому Владимир Путин выступил на Давосском форуме, особо ответив на вопрос об отношениях с Европой, а на Евровидение едет Манижа, а не какой-нибудь аналог батькиных «местных».
Алексей Макаркин
После принятия закона о национальной безопасности Гонконга в июне 2020 г. Пекин делает очередной крупный шаг в направлении лишения этой автономной провинции реального самоуправления. Если прошлогодний закон резко уменьшил возможности для легальных проявлений протеста, то теперь предприняты действия, отсекающие от местного парламента несогласных с курсом Компартии Китая на интеграцию Гонконга. Всекитайское собрание народных представителей в четверг приняло резолюцию о проведении реформы избирательной системы Гонконга, нацеленной на то, чтобы там «управляли патриоты». Детальный законопроект будет разработан и принят в течение нескольких месяцев.
Избирательная система Гонконга и прежде не отличалась демократичностью. Половина из 70 депутатов Законодательного совета (парламента) Гонконга назначалась социально-профессиональными сообществами, прежде всего местным бизнесом, ориентированным на материковый Китай. Однако 35 депутатов все же избирались всеобщим голосованием, и многие из них представляли демократические партии и движения, отстаивающие принцип «Одна страна – две системы». Массовые протесты в Гонконге в 2019-2020 годах и результаты районных выборов 2019 года, на которых более 90% мест получили представители оппозиции, сильно насторожили верхушку КПК, которая решила подстраховаться от повторения эксцессов.
Проштампованные ВСНП изменения предполагают расширение численности (с 1200 членов до 1500) и функций коллегии выборщиков Гонконга, состоящей из пропекинских лоялистов. Сейчас этот орган формально избирает главу администрации Гонконга. После реформы коллегия выборщиков будет назначать дополнительных членов Законодательного совета (его численность увеличится с 70 до 90 депутатов), а главное – контролировать процесс выдвижения всех кандидатов в совет. Внутри коллегии будет создана специальная мандатная комиссия, которая будет проверять кандидатов и отсеивать сомнительных. В Законодательном совете уже сейчас нет оппозиционных депутатов: четверо из них были изгнаны в начале года, остальные ушли в знак протеста. 47 бывших законодателей и других критиков власти находятся под арестом по обвинению в подрывной деятельности. Теперь можно не сомневаться, что в новых созывах гонконгского парламента явных оппозиционеров не будет.
Естественно, начатая руководством КПК реформа вызвала весьма негативную реакцию на Западе, особенно в Британии и США. И это за неделю до запланированной встречи на Аляске глав внешнеполитических ведомств США и Китая – первой со времени прихода Байдена в Белый дом. Но не стоит ждать от Китая уступок. Агентство «Синьхуа» в своей передовице подчеркнуло: «Антикитайские дестабилизирующие силы и местные радикалы в Гонконге манипулировали избирательной системой, чтобы продвигать свою сепаратистскую повестку. А враждебные силы за рубежом активизировали свои усилия, чтобы разжечь цветную революцию. Ни одно центральное правительство не потерпело бы такого хаоса». Очень знакомый язык.
Александр Ивахник
Избирательная система Гонконга и прежде не отличалась демократичностью. Половина из 70 депутатов Законодательного совета (парламента) Гонконга назначалась социально-профессиональными сообществами, прежде всего местным бизнесом, ориентированным на материковый Китай. Однако 35 депутатов все же избирались всеобщим голосованием, и многие из них представляли демократические партии и движения, отстаивающие принцип «Одна страна – две системы». Массовые протесты в Гонконге в 2019-2020 годах и результаты районных выборов 2019 года, на которых более 90% мест получили представители оппозиции, сильно насторожили верхушку КПК, которая решила подстраховаться от повторения эксцессов.
Проштампованные ВСНП изменения предполагают расширение численности (с 1200 членов до 1500) и функций коллегии выборщиков Гонконга, состоящей из пропекинских лоялистов. Сейчас этот орган формально избирает главу администрации Гонконга. После реформы коллегия выборщиков будет назначать дополнительных членов Законодательного совета (его численность увеличится с 70 до 90 депутатов), а главное – контролировать процесс выдвижения всех кандидатов в совет. Внутри коллегии будет создана специальная мандатная комиссия, которая будет проверять кандидатов и отсеивать сомнительных. В Законодательном совете уже сейчас нет оппозиционных депутатов: четверо из них были изгнаны в начале года, остальные ушли в знак протеста. 47 бывших законодателей и других критиков власти находятся под арестом по обвинению в подрывной деятельности. Теперь можно не сомневаться, что в новых созывах гонконгского парламента явных оппозиционеров не будет.
Естественно, начатая руководством КПК реформа вызвала весьма негативную реакцию на Западе, особенно в Британии и США. И это за неделю до запланированной встречи на Аляске глав внешнеполитических ведомств США и Китая – первой со времени прихода Байдена в Белый дом. Но не стоит ждать от Китая уступок. Агентство «Синьхуа» в своей передовице подчеркнуло: «Антикитайские дестабилизирующие силы и местные радикалы в Гонконге манипулировали избирательной системой, чтобы продвигать свою сепаратистскую повестку. А враждебные силы за рубежом активизировали свои усилия, чтобы разжечь цветную революцию. Ни одно центральное правительство не потерпело бы такого хаоса». Очень знакомый язык.
Александр Ивахник
Почему российское общество не заметило увеличившейся смертности в период пандемии.
1. Вытеснение негатива – нормальная защитная реакция. Психологически тяжело все время думать о плохом – можно сорваться. И подсознательно человек «отсеивает» негатив – как это происходит и в случаях с крупными терактами и стихийными бедствиями. Соответственно люди не хотят выяснять разницу между «умершими от коронавируса» и «умершими с коронавирусом», суммировать цифры статистики и вообще думать о грустном. Значительно комфортнее помечтать о том, где можно будет отдохнуть летом.
2. Экономические страхи (потеря работы, падение доходов) еще с конца весны стали быстро вытеснять медицинские. Сейчас они продолжают преобладать. Соответственно, есть не только подсознательное, но и сознательное желание «закрыться» от темы о жертвах. Главное опасение - чтобы в случае ухудшения ситуации снова не посадили в локдаун, как весной, а то неясно, как семью кормить. Главное облегчение – что вторую волну проходим без локдаунов.
3. Отстраненность. Хорошо известно, что смерть одного человека – трагедия, а смерть сотен тысяч может быть воспринята как статистика. Ключевой фактор – скончался ли в пандемию кто-то из близких родственников или знакомых. У абсолютного большинства нет. Далее – по понятным причинам тяжелее воспринимается уход сравнительно молодого и внешне здорового человека. В нынешнюю пандемию, в отличие от «испанки», основная группа риска – это пожилые люди.
4. Медийная картина - для большинства населения телевизор остается нормой, а Интернет - дополнительным источником информации. Поэтому население ориентировано прежде всего на телевизионную интерпретацию. А там концентрируют внимание на успехах, а тема жертв пандемии иллюстрируется преимущественно зарубежными примерами, подчеркивается, что «у них хуже» (что соответствует и общественному запросу – так что диссонанса между СМИ и большинством общества здесь нет). Статистика, демонстрирующая масштаб увеличения смертности, не скрывается, но размещается на информационных сайтах, куда «простой человек» не заходит, и обсуждается преимущественно в оппозиционных пабликах со своей субкультурой.
Алексей Макаркин
1. Вытеснение негатива – нормальная защитная реакция. Психологически тяжело все время думать о плохом – можно сорваться. И подсознательно человек «отсеивает» негатив – как это происходит и в случаях с крупными терактами и стихийными бедствиями. Соответственно люди не хотят выяснять разницу между «умершими от коронавируса» и «умершими с коронавирусом», суммировать цифры статистики и вообще думать о грустном. Значительно комфортнее помечтать о том, где можно будет отдохнуть летом.
2. Экономические страхи (потеря работы, падение доходов) еще с конца весны стали быстро вытеснять медицинские. Сейчас они продолжают преобладать. Соответственно, есть не только подсознательное, но и сознательное желание «закрыться» от темы о жертвах. Главное опасение - чтобы в случае ухудшения ситуации снова не посадили в локдаун, как весной, а то неясно, как семью кормить. Главное облегчение – что вторую волну проходим без локдаунов.
3. Отстраненность. Хорошо известно, что смерть одного человека – трагедия, а смерть сотен тысяч может быть воспринята как статистика. Ключевой фактор – скончался ли в пандемию кто-то из близких родственников или знакомых. У абсолютного большинства нет. Далее – по понятным причинам тяжелее воспринимается уход сравнительно молодого и внешне здорового человека. В нынешнюю пандемию, в отличие от «испанки», основная группа риска – это пожилые люди.
4. Медийная картина - для большинства населения телевизор остается нормой, а Интернет - дополнительным источником информации. Поэтому население ориентировано прежде всего на телевизионную интерпретацию. А там концентрируют внимание на успехах, а тема жертв пандемии иллюстрируется преимущественно зарубежными примерами, подчеркивается, что «у них хуже» (что соответствует и общественному запросу – так что диссонанса между СМИ и большинством общества здесь нет). Статистика, демонстрирующая масштаб увеличения смертности, не скрывается, но размещается на информационных сайтах, куда «простой человек» не заходит, и обсуждается преимущественно в оппозиционных пабликах со своей субкультурой.
Алексей Макаркин
Политический Кишинев ожидает 23 марта, когда исполнится 90 дней, как Молдова живет без легитимного правительства и Конституционный суд должен будет принять решение, распускать ли действующий состав парламента. По мере приближения к этому дню почти все партии, каждая по-своему, прикладывают усилия для того, чтобы оттянуть досрочные выборы. Особняком стоит только партия «Действие и солидарность» Майи Санду.
Партия социалистов Игоря Додона, имеющая крупнейшую фракцию в парламенте, по-прежнему настаивает на формировании правительства во главе с Марианой Дурлештяну, выдвинутой додоновско-шоровским большинством. Чтобы побудить к этому президента, ПСРМ заявила о намерении обратиться не только в Конституционный суд, но и в Совет Европы и Венецианскую комиссию, которые европеистка Санду не сможет проигнорировать. Что касается досрочных выборов, то социалисты на словах признают необходимость их проведения, но подчеркивают приоритетность задач борьбы с пандемическим и экономическим кризисом, которыми и должно заняться полноценное правительство. Додон на днях подчеркнул, что не поддерживает проведение досрочных выборов в настоящее время. Он уточнил, что если будет создано правительство, поддержанное большинством, то в этом году нет смысла проводить выборы. Понятно, что идеальным сценарием для Додона была бы ситуация, когда Санду продолжит оставаться на своем посту без серьезных полномочий и начнет терять свой высокий рейтинг, а новое правительство будет находиться под сильным влиянием фракции социалистов.
Антиолигархическая партия «Платформа Достоинство и правда», недавний союзник партии Санду, сейчас выступает против как немедленного роспуска парламента, так и сохранения временного правительства. Партия в последние месяцы выражает готовность сформировать проевропейское правительство меньшинства для решения неотложных проблем и организации свободных досрочных выборов и предлагает в качестве премьера своего лидера Андрея Нэстасе. Кстати, при опросе в середине февраля Нэстасе назвали лучшим кандидатом на должность премьера 27% респондентов – больше, чем поддержали Мариану Дурлештяну (25%).
У Демпартии, которая стремится отстроиться от своего бывшего хозяина Плахотнюка, позиция близка к позиции «Платформы Достоинство и правда», но демократы считают, что не стоит сосредотачиваться на попытке формирования нового правительства. Они предлагают парламенту расширить полномочия временного правительства, что позволит ему решить самые острые проблемы кризиса. А затем уже можно организовать выборы.
Маленькая группа Pro Moldova во главе с экс-спикером парламента при режиме Плахотнюка Андрианом Канду на днях попыталась выступить медиатором между различными партиями. По предложению Канду парламент принял декларацию о «политическом перемирии», в которой выражается намерение объединиться перед лицом гуманитарного кризиса, вызванного пандемией. Однако голосовали за эту декларацию только 57 депутатов из 101. Помимо группы Канду ее поддержали социалисты и группа Pentru Moldova (фракция партии «Шор» и пять независимых депутатов).
Стремление почти всех партий отложить проведение досрочных выборов в долгий ящик объясняется тяжелой ситуацией с коронавирусом лишь отчасти. В конце концов, в такой же ситуации парламентские выборы в Европе проводятся. Не меньшую роль играют прагматические электоральные соображения. По данным широкого опроса в конце февраля, шансы пройти в парламент имеют лишь четыре партии. Почти 25% избирателей не определились с выбором, 10% не собираются голосовать. Среди определившихся партию Санду сейчас готовы поддержать 43%, Партию социалистов – 33%, партию «Шор» – 10% и «Платформу Достоинство и правда» – 5,2%. Это коренным образом поменяло бы весь парламентский расклад и резко увеличило бы реальные возможности президента.
Александр Ивахник
Партия социалистов Игоря Додона, имеющая крупнейшую фракцию в парламенте, по-прежнему настаивает на формировании правительства во главе с Марианой Дурлештяну, выдвинутой додоновско-шоровским большинством. Чтобы побудить к этому президента, ПСРМ заявила о намерении обратиться не только в Конституционный суд, но и в Совет Европы и Венецианскую комиссию, которые европеистка Санду не сможет проигнорировать. Что касается досрочных выборов, то социалисты на словах признают необходимость их проведения, но подчеркивают приоритетность задач борьбы с пандемическим и экономическим кризисом, которыми и должно заняться полноценное правительство. Додон на днях подчеркнул, что не поддерживает проведение досрочных выборов в настоящее время. Он уточнил, что если будет создано правительство, поддержанное большинством, то в этом году нет смысла проводить выборы. Понятно, что идеальным сценарием для Додона была бы ситуация, когда Санду продолжит оставаться на своем посту без серьезных полномочий и начнет терять свой высокий рейтинг, а новое правительство будет находиться под сильным влиянием фракции социалистов.
Антиолигархическая партия «Платформа Достоинство и правда», недавний союзник партии Санду, сейчас выступает против как немедленного роспуска парламента, так и сохранения временного правительства. Партия в последние месяцы выражает готовность сформировать проевропейское правительство меньшинства для решения неотложных проблем и организации свободных досрочных выборов и предлагает в качестве премьера своего лидера Андрея Нэстасе. Кстати, при опросе в середине февраля Нэстасе назвали лучшим кандидатом на должность премьера 27% респондентов – больше, чем поддержали Мариану Дурлештяну (25%).
У Демпартии, которая стремится отстроиться от своего бывшего хозяина Плахотнюка, позиция близка к позиции «Платформы Достоинство и правда», но демократы считают, что не стоит сосредотачиваться на попытке формирования нового правительства. Они предлагают парламенту расширить полномочия временного правительства, что позволит ему решить самые острые проблемы кризиса. А затем уже можно организовать выборы.
Маленькая группа Pro Moldova во главе с экс-спикером парламента при режиме Плахотнюка Андрианом Канду на днях попыталась выступить медиатором между различными партиями. По предложению Канду парламент принял декларацию о «политическом перемирии», в которой выражается намерение объединиться перед лицом гуманитарного кризиса, вызванного пандемией. Однако голосовали за эту декларацию только 57 депутатов из 101. Помимо группы Канду ее поддержали социалисты и группа Pentru Moldova (фракция партии «Шор» и пять независимых депутатов).
Стремление почти всех партий отложить проведение досрочных выборов в долгий ящик объясняется тяжелой ситуацией с коронавирусом лишь отчасти. В конце концов, в такой же ситуации парламентские выборы в Европе проводятся. Не меньшую роль играют прагматические электоральные соображения. По данным широкого опроса в конце февраля, шансы пройти в парламент имеют лишь четыре партии. Почти 25% избирателей не определились с выбором, 10% не собираются голосовать. Среди определившихся партию Санду сейчас готовы поддержать 43%, Партию социалистов – 33%, партию «Шор» – 10% и «Платформу Достоинство и правда» – 5,2%. Это коренным образом поменяло бы весь парламентский расклад и резко увеличило бы реальные возможности президента.
Александр Ивахник
В Армении не прекращаются попытки найти пути выхода из внутриполитического кризиса. Оппозиция не может одним рывком свалить правительство. Но и кабмин, имеющий по-прежнему парламентское большинство, не в состоянии не замечать общественного недовольства и протестных акций. В этом контексте роль главного модератора по факту перешла к президенту Армену Саркисяну.
13 марта он провел серию встреч. Среди тех, кто общался с главой государства были премьер-министр Никол Пашинян, лидер проправительственной фракции Лилит Макунц, а также представители оппозиции. Впрочем, здесь следует оговориться. Сегодня оппозиция власти- это две парламентские фракции, а также «Движение по спасению родины», чьи лидеры в Национальном собрании представительства не имеют. Несистемные оппозиционеры с президентом Саркисяном встречи не проводили, сразу оговорив саму возможность переговоров жесткими условиями. Что в сухом остатке за фразами о необходимости диалога и мирного выхода из сложившейся ситуации? Снова прозвучала идея о досрочных выборах в парламент, как главной антикризисной мере.
Но эту мысль не исключал ранее и Пашинян. Основной конфликт между ним и его оппонентами заключался в вопросе о том, кто останется во главе кабмина, пока страна будет готовиться к волеизъявлению. Сторонники «Движения по спасению родины» требовали немедленного ухода премьера без предусловий и формирования переходного правительства. Впрочем, одно дело, когда Пашинян рассуждал о выборах до клинча с военными, и совсем другое- после него. Да, «ночи над Ереваном» по аналогии с событиями в Сантьяго в сентябре 1973 года не случилось. Но недовольство в силовой корпорации было заявлено более, чем конкретно. Похоже, эта история подтолкнула Пашиняна к более компромиссной позиции. И хотя окончательные выводы делать преждевременно, но сроки голосования (май-июнь 2021 года) разные «информированные источники» уже называют.
В социальных сетях и различных телеграм-каналах уже начали складывать социологические пасьянсы. Кто сможет стать фаворитом выборов? Нынешние «революционные власти» или, напротив, «бывшие», заработавшие себе репутацию «контрреволюционеров»? Но, скорее всего, выборы зафиксируют определенный общественно-политический раскол. И при любом их исходе они сохранят все основные проблемы для Армении. Это и институциональный кризис, порожденный несовершенством действующей Конституции, и решение вопросов о разграничении с Азербайджаном. И все это не фоне непростых социально-экономических проблем.
Сергей Маркедонов
13 марта он провел серию встреч. Среди тех, кто общался с главой государства были премьер-министр Никол Пашинян, лидер проправительственной фракции Лилит Макунц, а также представители оппозиции. Впрочем, здесь следует оговориться. Сегодня оппозиция власти- это две парламентские фракции, а также «Движение по спасению родины», чьи лидеры в Национальном собрании представительства не имеют. Несистемные оппозиционеры с президентом Саркисяном встречи не проводили, сразу оговорив саму возможность переговоров жесткими условиями. Что в сухом остатке за фразами о необходимости диалога и мирного выхода из сложившейся ситуации? Снова прозвучала идея о досрочных выборах в парламент, как главной антикризисной мере.
Но эту мысль не исключал ранее и Пашинян. Основной конфликт между ним и его оппонентами заключался в вопросе о том, кто останется во главе кабмина, пока страна будет готовиться к волеизъявлению. Сторонники «Движения по спасению родины» требовали немедленного ухода премьера без предусловий и формирования переходного правительства. Впрочем, одно дело, когда Пашинян рассуждал о выборах до клинча с военными, и совсем другое- после него. Да, «ночи над Ереваном» по аналогии с событиями в Сантьяго в сентябре 1973 года не случилось. Но недовольство в силовой корпорации было заявлено более, чем конкретно. Похоже, эта история подтолкнула Пашиняна к более компромиссной позиции. И хотя окончательные выводы делать преждевременно, но сроки голосования (май-июнь 2021 года) разные «информированные источники» уже называют.
В социальных сетях и различных телеграм-каналах уже начали складывать социологические пасьянсы. Кто сможет стать фаворитом выборов? Нынешние «революционные власти» или, напротив, «бывшие», заработавшие себе репутацию «контрреволюционеров»? Но, скорее всего, выборы зафиксируют определенный общественно-политический раскол. И при любом их исходе они сохранят все основные проблемы для Армении. Это и институциональный кризис, порожденный несовершенством действующей Конституции, и решение вопросов о разграничении с Азербайджаном. И все это не фоне непростых социально-экономических проблем.
Сергей Маркедонов
Результаты воскресных выборов в двух землях ФРГ подтвердили предвыборные прогнозы. Главный итог – тяжелое поражение партии Ангелы Меркель. ХДС получил в Баден-Вюртемберге 23,5% голосов, а в Рейнланд-Пфальце – 26,9%. Это для христианских демократов исторически наихудший результат. В обеих землях ХДС потерял примерно 15% своей поддержки по сравнению с предыдущими выборами 2016 года.
Как и ожидалось, по ХДС сильно ударил развернувшийся накануне выборов масочный скандал – разоблачение коррупционных действий депутатов Бундестага от ХДС/ХСС в связи с поставкой защитных масок. Скандал резко усилил нараставшее прежде недовольство жителей страны малой эффективностью правительства Меркель в борьбе с пандемией. У немцев вызывает всё большее раздражение не прекращающиеся с ноября карантинные ограничения, их не устраивают низкие темпы вакцинации. И вероятно, что эти две темы – системная политическая коррупция в недрах правящего уже 16 лет блока ХДС/ХСС и неспособность правительства предложить и реализовать внятный план борьбы с пандемией – будут постоянно подниматься соперниками по мере приближения к выборам в Бундестаг, которые состоятся 26 сентября.
Воскресное поражение ХДС стало серьезным политическим ударом для нового лидера партии Армина Лашета, который не воспринимается как достойная замена Меркель. Шансы повести блок ХДС/ХСС на федеральных выборах в качестве кандидата в канцлеры в итоге выросли у более популярного лидера ХСС, премьера Баварии Маркуса Зёдера. Решение на этот счет должно быть принято в апреле–мае.
Подлинными триумфаторами выборов в Баден-Вюртемберге стали «Зеленые» во главе с 73-летним харизматиком Винфридом Кречманом, который уже 10 лет возглавляет земельное коалиционное правительство. Они набрали почти 33% голосов. Теперь Кречман будет решать, сохранить ли коалицию с ослабленными христианскими демократами, или сформировать «светофорное правительство», по партийным цветам «Зеленых», СДПГ и СвДП. Такое правительство сохранит свою власть после выборов в Рейнланд-Пфальце. Только здесь коалицию возглавляет популярный местный лидер СДПГ Малу Драйер. Но «Зеленые» заметно прибавили и в Рейнланд-Пфальце. В целом явно растут их федеральные правительственные амбиции.
Эта партия в глазах многих немцев перестала быть маргинальной, сомнительной и вошла в мейнстрим, причем при наличии свой привлекательной актуальной повестки. По национальным опросам «Зеленые» пока заметно уступают ХДС, но прочно занимают второе место. До недавнего времени считалось, что после федеральных выборов они, скорее всего, станут младшими партнерами в правительственной коалиции с ХДС/ХСС. Но сейчас немецкие политологи уже не исключают, что если падение доверия к ХДС/ХСС продолжится, то после сентябрьских выборов возможна попытка формирования «светофорной коалиции», в которой место канцлера достанется представителю «Зеленых».
Александр Ивахник
Как и ожидалось, по ХДС сильно ударил развернувшийся накануне выборов масочный скандал – разоблачение коррупционных действий депутатов Бундестага от ХДС/ХСС в связи с поставкой защитных масок. Скандал резко усилил нараставшее прежде недовольство жителей страны малой эффективностью правительства Меркель в борьбе с пандемией. У немцев вызывает всё большее раздражение не прекращающиеся с ноября карантинные ограничения, их не устраивают низкие темпы вакцинации. И вероятно, что эти две темы – системная политическая коррупция в недрах правящего уже 16 лет блока ХДС/ХСС и неспособность правительства предложить и реализовать внятный план борьбы с пандемией – будут постоянно подниматься соперниками по мере приближения к выборам в Бундестаг, которые состоятся 26 сентября.
Воскресное поражение ХДС стало серьезным политическим ударом для нового лидера партии Армина Лашета, который не воспринимается как достойная замена Меркель. Шансы повести блок ХДС/ХСС на федеральных выборах в качестве кандидата в канцлеры в итоге выросли у более популярного лидера ХСС, премьера Баварии Маркуса Зёдера. Решение на этот счет должно быть принято в апреле–мае.
Подлинными триумфаторами выборов в Баден-Вюртемберге стали «Зеленые» во главе с 73-летним харизматиком Винфридом Кречманом, который уже 10 лет возглавляет земельное коалиционное правительство. Они набрали почти 33% голосов. Теперь Кречман будет решать, сохранить ли коалицию с ослабленными христианскими демократами, или сформировать «светофорное правительство», по партийным цветам «Зеленых», СДПГ и СвДП. Такое правительство сохранит свою власть после выборов в Рейнланд-Пфальце. Только здесь коалицию возглавляет популярный местный лидер СДПГ Малу Драйер. Но «Зеленые» заметно прибавили и в Рейнланд-Пфальце. В целом явно растут их федеральные правительственные амбиции.
Эта партия в глазах многих немцев перестала быть маргинальной, сомнительной и вошла в мейнстрим, причем при наличии свой привлекательной актуальной повестки. По национальным опросам «Зеленые» пока заметно уступают ХДС, но прочно занимают второе место. До недавнего времени считалось, что после федеральных выборов они, скорее всего, станут младшими партнерами в правительственной коалиции с ХДС/ХСС. Но сейчас немецкие политологи уже не исключают, что если падение доверия к ХДС/ХСС продолжится, то после сентябрьских выборов возможна попытка формирования «светофорной коалиции», в которой место канцлера достанется представителю «Зеленых».
Александр Ивахник
Итак, Госдума, несмотря на недовольство Академии наук, приняла законопроект о регулировании просветительской деятельности. Его уже привычная особенность – размытый характер. Как именно будет регулироваться деятельность, неясно – это должно быть разъяснено в подзаконных актах. Идеологическая рамка определена следующим образом: не допускается сообщение «недостоверных сведений об исторических, о национальных, религиозных и культурных традициях народов». А что такое «недостоверные сведения» - в законопроекте не прописано, что оставляет возможности для самых разных толкований, особенно в связи с тем, что сами традиции нередко являются сконструированными уже в более позднее время.
И возникает парадокс – как раз попытки разобраться в том, что на самом деле происходило в прошлые века, может быть расценено как посягательство на традицию. В которой предки выглядят более благородными и благочестивыми, чем они есть на самом деле. Можно вспомнить давнее высказывание патриарха Кирилла о том, что славяне – это варвары. Патриарх на самом деле пытался воспроизвести хорошо известную историкам реакцию византийского христианского общества на славян, но само сравнение наших предков с варварами вызвало бурные протесты. Современные россияне спокойно относятся к тому, что варварами называют германцев или франков – но только не славян, которые представляются мирными берендеями из оперы «Снегурочка» Римского-Корсакова. Хотя, к слову, исторические берендеи были воинственными племенами тюркского происхождения.
Понятно, что патриарху новый закон вряд ли угрожает. Но в условиях отсутствия универсализма просветительская деятельность может превратиться в «минное поле», причем попасться может не только оппозиционер, которого этим законом явно хотят в очередной раз ограничить. В современном мире есть большое количество жалобщиков, готовых ловить на недостаточной компетентности или непатриотизме историков, социологов, политологов, культурологов. Для них норма о традициях – прекрасная возможность поупражняться в эпистолярном жанре, сигнализируя властям об очередных проявлениях неблагонадежности.
Алексей Макаркин
И возникает парадокс – как раз попытки разобраться в том, что на самом деле происходило в прошлые века, может быть расценено как посягательство на традицию. В которой предки выглядят более благородными и благочестивыми, чем они есть на самом деле. Можно вспомнить давнее высказывание патриарха Кирилла о том, что славяне – это варвары. Патриарх на самом деле пытался воспроизвести хорошо известную историкам реакцию византийского христианского общества на славян, но само сравнение наших предков с варварами вызвало бурные протесты. Современные россияне спокойно относятся к тому, что варварами называют германцев или франков – но только не славян, которые представляются мирными берендеями из оперы «Снегурочка» Римского-Корсакова. Хотя, к слову, исторические берендеи были воинственными племенами тюркского происхождения.
Понятно, что патриарху новый закон вряд ли угрожает. Но в условиях отсутствия универсализма просветительская деятельность может превратиться в «минное поле», причем попасться может не только оппозиционер, которого этим законом явно хотят в очередной раз ограничить. В современном мире есть большое количество жалобщиков, готовых ловить на недостаточной компетентности или непатриотизме историков, социологов, политологов, культурологов. Для них норма о традициях – прекрасная возможность поупражняться в эпистолярном жанре, сигнализируя властям об очередных проявлениях неблагонадежности.
Алексей Макаркин
Сегодня в Интернете масса заголовков о том, что по опросу ВЦИОМ россияне хотят отменить мораторий на смертную казнь. И уже пошли комментарии о том, хорошо это или плохо. Но на самом деле главное – что сами россияне по этому поводу не выражают большого энтузиазма.
Итак, респондентов спросили, что бы они предложили президенту, если бы были его советниками. И получили предсказуемый ответ – на первом месте отмена пенсионной реформы и возвращение прежнего пенсионного возраста (14%). На втором – с большим отрывом – уменьшение налогов и изменение налоговой системы (6%). Еще 3% захотели поменять Конституцию и вернуть предыдущую ее версию. И только 2% поддержали отмену моратория на смертную казнь.
Это, конечно же, не означает, что лишь 2% россиян выступают за смертную казнь. Опрос Фонда «Общественное мнение» (ФОМ), проведенный осенью 2019 года, показал, что 69% считают, что за некоторые преступления следует приговаривать к смертной казни. Однако когда речь идет о возвращении этого наказания в российскую практику, то за это высказались лишь 52%. А 30% выступили за то, чтобы придерживаться моратория, то есть не отменять смертную казнь, но и не применять ее на практике, и еще 8% хотели бы полностью отменить смертную казнь. Так что распространенное мнение о том, что «весь народ» хотел бы вернуть смертную казнь, а этому мешают немногочисленные правозащитники, лишено оснований. Настроения людей носят различный характер, подавляющего большинства у сторонников применения смертной казни нет.
Вопрос о моратории тоже поднимался в опросе ФОМ. Результат был такой – 45% посчитали, что мораторий не надо было вводить, а 37% полагали, что надо. Сторонников смертной казни и здесь больше, но цифры сопоставимые. Отметим еще один важный момент – опрос ФОМ прошел после резонансного убийства девятилетней девочки в Саратове. Такие события в любой стране увеличивают число сторонников смертной казни.
Цифра 2% важна в другом. Опрос ВЦИОМ показал, что именно для такого количества россиян тема смертной казни является приоритетной по сравнению с другими. И в очередной раз подтвердил, что для населения куда более важна социально-экономическая тематика.
Алексей Макаркин
Итак, респондентов спросили, что бы они предложили президенту, если бы были его советниками. И получили предсказуемый ответ – на первом месте отмена пенсионной реформы и возвращение прежнего пенсионного возраста (14%). На втором – с большим отрывом – уменьшение налогов и изменение налоговой системы (6%). Еще 3% захотели поменять Конституцию и вернуть предыдущую ее версию. И только 2% поддержали отмену моратория на смертную казнь.
Это, конечно же, не означает, что лишь 2% россиян выступают за смертную казнь. Опрос Фонда «Общественное мнение» (ФОМ), проведенный осенью 2019 года, показал, что 69% считают, что за некоторые преступления следует приговаривать к смертной казни. Однако когда речь идет о возвращении этого наказания в российскую практику, то за это высказались лишь 52%. А 30% выступили за то, чтобы придерживаться моратория, то есть не отменять смертную казнь, но и не применять ее на практике, и еще 8% хотели бы полностью отменить смертную казнь. Так что распространенное мнение о том, что «весь народ» хотел бы вернуть смертную казнь, а этому мешают немногочисленные правозащитники, лишено оснований. Настроения людей носят различный характер, подавляющего большинства у сторонников применения смертной казни нет.
Вопрос о моратории тоже поднимался в опросе ФОМ. Результат был такой – 45% посчитали, что мораторий не надо было вводить, а 37% полагали, что надо. Сторонников смертной казни и здесь больше, но цифры сопоставимые. Отметим еще один важный момент – опрос ФОМ прошел после резонансного убийства девятилетней девочки в Саратове. Такие события в любой стране увеличивают число сторонников смертной казни.
Цифра 2% важна в другом. Опрос ВЦИОМ показал, что именно для такого количества россиян тема смертной казни является приоритетной по сравнению с другими. И в очередной раз подтвердил, что для населения куда более важна социально-экономическая тематика.
Алексей Макаркин
Через год после выхода из ЕС британское правительство представило свое видение будущего места Британии в мире. Во вторник был опубликован 100-страничный Комплексный обзор оборонной и внешней политики под громким названием «Глобальная Британия в конкурентном веке». По словам Бориса Джонсона, документ представляет собой самый всеобъемлющий пересмотр политики в сфере безопасности и отношений с внешним миром со времен холодной войны.
Впрочем, не всё в новом стратегическом документе такое уж новое. Там подчеркивается, что США будут «величайшим союзником» Британии во всех начинаниях. Сохранится приверженность Британии НАТО. Основной фокус британских усилий в сфере безопасности останется в Евроатлантическом регионе, где Россия представляет «самую острую угрозу».
Вообще разнообразным угрозам безопасности в мире в докладе уделено много места. Это и угрозы со стороны отдельных государств, и организованный терроризм, и киберпреступность, и гибридные войны. Поскольку мир стал менее стабильным и безопасным, документ провозглашает в качестве одной из стратегических целей модернизацию вооруженных сил. В ближайшие четыре года на военные нужды будет дополнительно направлено £24 млрд, и вот это уже новый тренд. Значительная часть расходов пойдет на силы кибербезопасности и на создание военно-космических сил (запуск первой британской космической ракеты запланирован на 2022 год).
Еще более неожиданным стало то, что если в последние десятилетия британский ядерный арсенал сокращался и намечалось снизить число ядерных боеголовок до 180 (сейчас их 195), то в правительственном докладе предусматривается их увеличение до 260. Приводимое в документе обоснование этого выглядит совершенно туманно. Скорее всего, Борису Джонсону и его соратникам просто новая «глобальная Британия» видится с более «солидным» ядерным арсеналом – конечно, не как у России и США, но хотя бы ближе к Китаю (320 боеголовок) и Франции (290). С теми же глобальными амбициями связана и провозглашенная цель сделать Британию к 2030 году «научной и технической сверхдержавой».
Новым для британской внешней политики является заявленный в докладе поворот к Индо-Тихоокеанскому региону, который характеризуется как «в растущей степени геополитический центр мира». Но не очень понятно, на основании чего Британия рассчитывает добиться впечатляющих результатов на этом направлении. Росту ее влияния будут препятствовать и расстояния, и недостаток экспортного потенциала. Заслуживают внимания зафиксированные в докладе стратегические установки в отношении Китая. Эти установки амбивалентны. Китай признается «самой большой угрозой» экономической безопасности Британии. Но одновременно говорится, что Британия будет стремиться к позитивным торгово-экономическим связям с Китаем, включая рост китайских инвестиций.
А вот Евросоюзу в докладе уделено крайне мало внимания. Лишь упоминается намерение развивать с ним «конструктивные отношения». Представляя документ в Палате общин, Джонсон подчеркивал, что он глубоко проработан и отнюдь не является просто «тщеславным жестом». Думается, немалая доля не связанных с реальностью амбиций в правительственных разработках всё же содержится.
Александр Ивахник
Впрочем, не всё в новом стратегическом документе такое уж новое. Там подчеркивается, что США будут «величайшим союзником» Британии во всех начинаниях. Сохранится приверженность Британии НАТО. Основной фокус британских усилий в сфере безопасности останется в Евроатлантическом регионе, где Россия представляет «самую острую угрозу».
Вообще разнообразным угрозам безопасности в мире в докладе уделено много места. Это и угрозы со стороны отдельных государств, и организованный терроризм, и киберпреступность, и гибридные войны. Поскольку мир стал менее стабильным и безопасным, документ провозглашает в качестве одной из стратегических целей модернизацию вооруженных сил. В ближайшие четыре года на военные нужды будет дополнительно направлено £24 млрд, и вот это уже новый тренд. Значительная часть расходов пойдет на силы кибербезопасности и на создание военно-космических сил (запуск первой британской космической ракеты запланирован на 2022 год).
Еще более неожиданным стало то, что если в последние десятилетия британский ядерный арсенал сокращался и намечалось снизить число ядерных боеголовок до 180 (сейчас их 195), то в правительственном докладе предусматривается их увеличение до 260. Приводимое в документе обоснование этого выглядит совершенно туманно. Скорее всего, Борису Джонсону и его соратникам просто новая «глобальная Британия» видится с более «солидным» ядерным арсеналом – конечно, не как у России и США, но хотя бы ближе к Китаю (320 боеголовок) и Франции (290). С теми же глобальными амбициями связана и провозглашенная цель сделать Британию к 2030 году «научной и технической сверхдержавой».
Новым для британской внешней политики является заявленный в докладе поворот к Индо-Тихоокеанскому региону, который характеризуется как «в растущей степени геополитический центр мира». Но не очень понятно, на основании чего Британия рассчитывает добиться впечатляющих результатов на этом направлении. Росту ее влияния будут препятствовать и расстояния, и недостаток экспортного потенциала. Заслуживают внимания зафиксированные в докладе стратегические установки в отношении Китая. Эти установки амбивалентны. Китай признается «самой большой угрозой» экономической безопасности Британии. Но одновременно говорится, что Британия будет стремиться к позитивным торгово-экономическим связям с Китаем, включая рост китайских инвестиций.
А вот Евросоюзу в докладе уделено крайне мало внимания. Лишь упоминается намерение развивать с ним «конструктивные отношения». Представляя документ в Палате общин, Джонсон подчеркивал, что он глубоко проработан и отнюдь не является просто «тщеславным жестом». Думается, немалая доля не связанных с реальностью амбиций в правительственных разработках всё же содержится.
Александр Ивахник
16 марта отмечается столетие подписания Московского договора. В этот день в 1921 году Советская Россия и кемалистская Турция подписали соглашение о «дружбе и братстве». За высокопарными формулировками скрывалось масштабное территориальное размежевание, затронувшее Закавказье. Согласно статьям договора ряд территорий, входивших в состав Российской империи в этом регионе на момент ее распада (Сурмалинский уезд, Карская область, Артвинский округ) передавались Турции, а Батуми оставалась в составе Советской Грузии. Все эти территории были ареной российско-османского военно-политического соперничества в период с первой четверти XIX по начало ХХ вв. В марте же 1921 года турецкая северо-восточная граница существует в том виде, в котором она тогда была зафиксирована.
Прошло сто лет, а исторические обстоятельства заключения договора по-прежнему волнуют кавказские элиты. Для них, особенно для Армении данный сюжет более, чем актуален. В Московском договоре видят некий паттерн. И со знаком плюс, и со знаком минус. Российско-турецкий кондоминиум на Кавказе в Баку воспринимают, скорее, положительно, в Ереване откровенно опасаются, в Тбилиси полагают, что с помощью Запада влияние Москвы и Анкары можно будет как-то сдержать. И в Грузии, и в Армении видят в тогдашнем соглашении сговор великих держав за счет малых стран. И территориальные потери (Сурмалинский уезд с горой Арарат или Артвин) рассматривают, как утрату «своих земель».
Впрочем, эмоции нередко затмевают объективное исследование. Начнем с того, что в 1921 году и РСФСР, и кемалистская Турция не были ни в коей мере великими державами. Скорее уж они подходили под определение непризнанных образований. На турецкой территории было два центра силы- в Стамбуле (султан Мехмед VI Вахидеддин) и в Анкаре (революционный кабинет Мустафы Кемаля), а в России гражданская война закончилась на европейской части, но продолжалась на Дальнем Востоке. У правительств Ленина и Ататюрка было общее стремление преодолеть статус «изгоев» и добиться широкого международного признания. Это и предопределило их ситуативныый союз, который так и не стал стратегическим. Более того, по окончании Второй мировой войны советский лидер Иосиф Сталин предпринимал неудачные попытки возвращения территорий, завоеванных дореволюционной Россией в 1828-1878 гг.
Сегодня РФ и Турция- ведущие державы в Евразии, с чьей силой считаются другие ведущие мировые игроки, хотя далеко не всегда готовы принять их амбиции. Попытки Анкары и Москвы реализовывать модель «соревновательного сотрудничества»- это не борьба изгоев за признание, а стремление снизить издержки от пересечения интересов в различных регионах, будь то Кавказ или Ближний Восток. Видеть в недавних событиях в том же Карабахе «кальку» тех лет не представляется возможным. Хотя ясно, что поиск параллелей в событиях прошлого политически востребован.
Сергей Маркедонов
Прошло сто лет, а исторические обстоятельства заключения договора по-прежнему волнуют кавказские элиты. Для них, особенно для Армении данный сюжет более, чем актуален. В Московском договоре видят некий паттерн. И со знаком плюс, и со знаком минус. Российско-турецкий кондоминиум на Кавказе в Баку воспринимают, скорее, положительно, в Ереване откровенно опасаются, в Тбилиси полагают, что с помощью Запада влияние Москвы и Анкары можно будет как-то сдержать. И в Грузии, и в Армении видят в тогдашнем соглашении сговор великих держав за счет малых стран. И территориальные потери (Сурмалинский уезд с горой Арарат или Артвин) рассматривают, как утрату «своих земель».
Впрочем, эмоции нередко затмевают объективное исследование. Начнем с того, что в 1921 году и РСФСР, и кемалистская Турция не были ни в коей мере великими державами. Скорее уж они подходили под определение непризнанных образований. На турецкой территории было два центра силы- в Стамбуле (султан Мехмед VI Вахидеддин) и в Анкаре (революционный кабинет Мустафы Кемаля), а в России гражданская война закончилась на европейской части, но продолжалась на Дальнем Востоке. У правительств Ленина и Ататюрка было общее стремление преодолеть статус «изгоев» и добиться широкого международного признания. Это и предопределило их ситуативныый союз, который так и не стал стратегическим. Более того, по окончании Второй мировой войны советский лидер Иосиф Сталин предпринимал неудачные попытки возвращения территорий, завоеванных дореволюционной Россией в 1828-1878 гг.
Сегодня РФ и Турция- ведущие державы в Евразии, с чьей силой считаются другие ведущие мировые игроки, хотя далеко не всегда готовы принять их амбиции. Попытки Анкары и Москвы реализовывать модель «соревновательного сотрудничества»- это не борьба изгоев за признание, а стремление снизить издержки от пересечения интересов в различных регионах, будь то Кавказ или Ближний Восток. Видеть в недавних событиях в том же Карабахе «кальку» тех лет не представляется возможным. Хотя ясно, что поиск параллелей в событиях прошлого политически востребован.
Сергей Маркедонов
Очевидно, что Джо Байден вполне понимал все последствия своей «перепасовки» с Джорджем Стефанопулосом, так как он не видит смысла в личных контактах с Владимиром Путиным. Это Дональд Трамп стремился пообщаться, рассчитывая, что в бизнес-стиле сможет обойти государственный аппарат. Байдену это неинтересно, потому что на новые договоренности, требующие взаимного доверия, выйти не удастся, так как доверия нет в принципе ни у одной из сторон. Похоже, что это не только позиция американского политического класса, но и твердая многолетняя убежденность Байдена. Еще с того времени, как он в 2011 году рассказал российским оппозиционерам о своем разговоре с Путиным – а именно о нецелесообразности его выдвижения на третий срок.
Представление о том, что с Россией надо действовать осторожно, чтобы не увеличить влияние силовиков и не навредить более умеренным группам во власти, ушло в историю. Другое дело, что, видимо, не сбудутся и алармистские ожидания, связанные с битьем тарелок в виде отключения СВИФТа. Скорее, ставка будет делаться на последовательное отсечение России от дешевых денег и современных технологий, что будет влиять не только на настоящее, но и на будущее.
Что касается внутрироссийской реакции, то приход Байдена в Белый дом изначально связывался с усилением давления – и принимались превентивные меры. От спешно принимавшихся новых законов (от иностранных агентов-физлиц до контроля над просветительской деятельностью) до сдвижек красных линий в отношении внепарламентской (да и парламентской) оппозиции. Теперь уже любая несанкционированная акция считается полностью неприемлемой, актуализирована «статья Ильдара Дадина», задержаны муниципальные депутаты, обвиненные в связях с «Открытой Россией» (признан иноагентом в России).
Так что речь может идти о масштабе и жесткости правоприменительной практики – а это уже основано на оценке текущих рисков. И на эффекте аналогий – с горбачевской перестройкой, маневрированием Виктора Януковича и др. – то есть примеров, признанных неэффективными. Так что возможности силовиков увеличиваются – но это связано не с конкретным высказыванием президента США, а с общим контекстом и вектором отношений с «главным противником» в условиях новой холодной войны.
Алексей Макаркин
Представление о том, что с Россией надо действовать осторожно, чтобы не увеличить влияние силовиков и не навредить более умеренным группам во власти, ушло в историю. Другое дело, что, видимо, не сбудутся и алармистские ожидания, связанные с битьем тарелок в виде отключения СВИФТа. Скорее, ставка будет делаться на последовательное отсечение России от дешевых денег и современных технологий, что будет влиять не только на настоящее, но и на будущее.
Что касается внутрироссийской реакции, то приход Байдена в Белый дом изначально связывался с усилением давления – и принимались превентивные меры. От спешно принимавшихся новых законов (от иностранных агентов-физлиц до контроля над просветительской деятельностью) до сдвижек красных линий в отношении внепарламентской (да и парламентской) оппозиции. Теперь уже любая несанкционированная акция считается полностью неприемлемой, актуализирована «статья Ильдара Дадина», задержаны муниципальные депутаты, обвиненные в связях с «Открытой Россией» (признан иноагентом в России).
Так что речь может идти о масштабе и жесткости правоприменительной практики – а это уже основано на оценке текущих рисков. И на эффекте аналогий – с горбачевской перестройкой, маневрированием Виктора Януковича и др. – то есть примеров, признанных неэффективными. Так что возможности силовиков увеличиваются – но это связано не с конкретным высказыванием президента США, а с общим контекстом и вектором отношений с «главным противником» в условиях новой холодной войны.
Алексей Макаркин
Ключевая проблема в российско-американских отношениях – отсутствие общей повестки. Заявление Энтони Блинкена о том, что США больше не будут внедрять демократию вооруженным путем, парадоксальным образом будет способствовать тому, что шансы на выработку общей повестки в будущем могут еще более уменьшиться. Такая повестка появляется, когда США требуется содействие в том, чтобы легитимировать свой статус, например, с помощью Совбеза ООН (как это было с американцами в Ираке), или же начинается разруливание сопутствующих вопросов (нефтяных контрактов в том же Ираке). Если же потребности нет, то и с повесткой проблемы. Ограниченное взаимодействие по линии спецслужб в вопросах противодействия терроризму будет продолжаться - для этого отношения на высшем уровне не нужны, здесь есть прагматичный интерес.
С Афганистаном все очень непросто - с учетом того, что именно демократы обвиняли Россию в том, что она платит талибам за убитых американцев. Тогда в эту версию не поверил Трамп - но его уже нет в Белом доме. Сейчас Россия стремится посредничать в Афганистане (и сегодня в Москве как раз встреча по афганскому вопросу), но США ставят на турецкое посредничество - это тема для сближения Вашингтона и Анкары.
Свою же украинскую политику США никогда не ставили в один ряд с иракской (в отличие от России, для которой это звенья одной цепи) - и поддержку властей Украины они будут продолжать, а, скорее всего, и усиливать - когда и если убедятся, что она будет использоваться с большей эффективностью, чем сейчас. Пока что они лоббируют назначение Руслана Рябошапки (только что получившего премию от Блинкена) на пост главного борца с коррупцией. Так что в Украине США будут стимулировать переформатирование властной системы без участия России. Надежд на прогресс в рамках Минских соглашений уже ни у кого нет. Вопрос о стабильности газового транзита на среднесрочный период решен, а тема «Северного потока-2» будет урегулироваться в рамках взаимоотношений администрации Джо Байдена с республиканцами в Сенате, с одной стороны, и с Германией, с другой.
В Middle East расклад также не способствует обсуждению проблем на уровне лидеров двух стран. В Сирии Россия ведет сложную игру, маневрируя между Ираном, Турцией и Израилем (притом, что еще есть фактор Башара Асада, который, в свою очередь, маневрирует между Россией и Ираном и мечтает о восстановлении контроля над всей территорией страны, полученной в наследство от отца). У всех четверых внешних игроков есть свои интересы, они взаимно ограничивают друг друга, а США остается следить за тем, чтобы Иран не слишком усиливался, а турки не раздавили курдов. В Ливии Россия и Турция негласно договариваются напрямую - одним обременением для США меньше. В иранском вопросе Россию как ключевого игрока ни США, ни Иран не рассматривают еще со времен президентства Махмуда Ахмадинежада (давно же это было).
Совместная борьба с пандемией натолкнулась на вакцинную войну. Но главное даже не в этом. У России прекрасная вакцина, но масштабируется она хуже, чем куда более посредственная оксфордская. США же при Байдене вакцинируют свое население столь быстрыми темпами, что скоро смогут поделиться запасом вакцин со своими партнерами (в первую очередь, той же АстраЗенеки, которую поддерживает ВОЗ - и ее, скорее всего, частично реабилитируют в Европе, ограничив круг вакцинируемых). Российская вакцина в этой ситуации может использоваться как дополнительный фактор - это важно, но не настолько, чтобы повлиять на изменение межгосударственных отношений.
Алексей Макаркин
С Афганистаном все очень непросто - с учетом того, что именно демократы обвиняли Россию в том, что она платит талибам за убитых американцев. Тогда в эту версию не поверил Трамп - но его уже нет в Белом доме. Сейчас Россия стремится посредничать в Афганистане (и сегодня в Москве как раз встреча по афганскому вопросу), но США ставят на турецкое посредничество - это тема для сближения Вашингтона и Анкары.
Свою же украинскую политику США никогда не ставили в один ряд с иракской (в отличие от России, для которой это звенья одной цепи) - и поддержку властей Украины они будут продолжать, а, скорее всего, и усиливать - когда и если убедятся, что она будет использоваться с большей эффективностью, чем сейчас. Пока что они лоббируют назначение Руслана Рябошапки (только что получившего премию от Блинкена) на пост главного борца с коррупцией. Так что в Украине США будут стимулировать переформатирование властной системы без участия России. Надежд на прогресс в рамках Минских соглашений уже ни у кого нет. Вопрос о стабильности газового транзита на среднесрочный период решен, а тема «Северного потока-2» будет урегулироваться в рамках взаимоотношений администрации Джо Байдена с республиканцами в Сенате, с одной стороны, и с Германией, с другой.
В Middle East расклад также не способствует обсуждению проблем на уровне лидеров двух стран. В Сирии Россия ведет сложную игру, маневрируя между Ираном, Турцией и Израилем (притом, что еще есть фактор Башара Асада, который, в свою очередь, маневрирует между Россией и Ираном и мечтает о восстановлении контроля над всей территорией страны, полученной в наследство от отца). У всех четверых внешних игроков есть свои интересы, они взаимно ограничивают друг друга, а США остается следить за тем, чтобы Иран не слишком усиливался, а турки не раздавили курдов. В Ливии Россия и Турция негласно договариваются напрямую - одним обременением для США меньше. В иранском вопросе Россию как ключевого игрока ни США, ни Иран не рассматривают еще со времен президентства Махмуда Ахмадинежада (давно же это было).
Совместная борьба с пандемией натолкнулась на вакцинную войну. Но главное даже не в этом. У России прекрасная вакцина, но масштабируется она хуже, чем куда более посредственная оксфордская. США же при Байдене вакцинируют свое население столь быстрыми темпами, что скоро смогут поделиться запасом вакцин со своими партнерами (в первую очередь, той же АстраЗенеки, которую поддерживает ВОЗ - и ее, скорее всего, частично реабилитируют в Европе, ограничив круг вакцинируемых). Российская вакцина в этой ситуации может использоваться как дополнительный фактор - это важно, но не настолько, чтобы повлиять на изменение межгосударственных отношений.
Алексей Макаркин
Главный итог парламентских выборов в Нидерландах был ожидаем, хотя все-таки выглядит странным. Казалось бы, коалиционное правительство Марка Рютте не слишком успешно вело страну через пандемийный кризис. Там с большим запозданием начали разворачивать вакцинацию. Ежедневное число новых заражений до сих пор составляет около 5 тысяч, что очень много для 17-миллионной страны. Голландцы устали от длительных локдаунов, многие недовольны введенным в феврале комендантским часом, наиболее буйные воюют с полицией. В январе разразился громкий скандал, когда вскрылась необоснованность обвинения тысяч жителей в мошенничестве при получении детских пособий. В результате правительство ушло в отставку.
Тем не менее, 83% голландцев пришли на выборы, проходившие в течение трех дней. И правоцентристская «Народная партия за свободу и демократию» во главе с Рютте одержала уверенную победу, получив 22% голосов и 35 мест в 150-местной нижней палате парламента. Для страны с крайне фрагментированной партийной системой (в выборах участвовали 37 партий, в парламент прошли 14), это очень хороший результат. Голландцы решили действовать по принципу «Коней на переправе не меняют». Рютте, возглавляющий разные правительства уже 11 лет, в очередной раз оправдал свое прозвище «тефлоновый Марк». Образ близкого к людям премьера, разъезжающего по улицам Гааги на велосипеде, не утратил своей привлекательности.
Главной неожиданностью выборов стал большой успех леволиберальной, подчеркнуто проевропейской партии «Демократы-66» (D66), которая получила 24 места в парламенте вместо 19 и стала второй партией страны. Благодаря этому результату D66 смогут рассчитывать на более влиятельные посты в будущем коалиционном правительстве. Лидер партии Сигрид Кааг заявила, что политика кабинета «должна быть более прогрессивной, справедливой и зеленой», чем в предшествующие четыре года. Также можно ожидать, что Рютте станет сложнее оппонировать масштабным, финансово затратным общеевропейским проектам. Наверняка войдет в будущую коалицию надежный партнер Рютте – консервативный «Христианско-демократический призыв». Но эта партия выступила неудачно, потеряв 4 места из 19. Есть большие сомнения, сохранит ли лидер ХДП Вопке Хукстра важный пост министра финансов.
Перед выборами были опасения, что ситуация коронавирусного и экономического кризиса сыграет в пользу правопопулистских партий. Однако за антимигрантскую, исламофобскую «Партию свободы» Герта Вилдерса проголосовали лишь 11% избирателей, она будет иметь 17 депутатов, потеряв 3 места. Правда, серьезно прибавила другая крайне правая партия «Форум за демократию». Ее молодой лидер Тьерри Боде опирался на ковид-диссидентов, активно проводил митинги под флагом протеста против локдауна. Это принесло его партии 8 депутатских мандатов вместо двух. Партии левого фланга выступили неудачно. «Партия труда» сохранила 9 мест. Соцпартия и «Зеленые левые» утратили почти половину мест и теперь имеют 9 и 7 мандатов.
На формирование правительственного большинства Рютте потребуется время. Но с новым парламентским раскладом сделать это будет легче, чем четыре года назад, когда этот процесс растянулся на 225 дней.
Александр Ивахник
Тем не менее, 83% голландцев пришли на выборы, проходившие в течение трех дней. И правоцентристская «Народная партия за свободу и демократию» во главе с Рютте одержала уверенную победу, получив 22% голосов и 35 мест в 150-местной нижней палате парламента. Для страны с крайне фрагментированной партийной системой (в выборах участвовали 37 партий, в парламент прошли 14), это очень хороший результат. Голландцы решили действовать по принципу «Коней на переправе не меняют». Рютте, возглавляющий разные правительства уже 11 лет, в очередной раз оправдал свое прозвище «тефлоновый Марк». Образ близкого к людям премьера, разъезжающего по улицам Гааги на велосипеде, не утратил своей привлекательности.
Главной неожиданностью выборов стал большой успех леволиберальной, подчеркнуто проевропейской партии «Демократы-66» (D66), которая получила 24 места в парламенте вместо 19 и стала второй партией страны. Благодаря этому результату D66 смогут рассчитывать на более влиятельные посты в будущем коалиционном правительстве. Лидер партии Сигрид Кааг заявила, что политика кабинета «должна быть более прогрессивной, справедливой и зеленой», чем в предшествующие четыре года. Также можно ожидать, что Рютте станет сложнее оппонировать масштабным, финансово затратным общеевропейским проектам. Наверняка войдет в будущую коалицию надежный партнер Рютте – консервативный «Христианско-демократический призыв». Но эта партия выступила неудачно, потеряв 4 места из 19. Есть большие сомнения, сохранит ли лидер ХДП Вопке Хукстра важный пост министра финансов.
Перед выборами были опасения, что ситуация коронавирусного и экономического кризиса сыграет в пользу правопопулистских партий. Однако за антимигрантскую, исламофобскую «Партию свободы» Герта Вилдерса проголосовали лишь 11% избирателей, она будет иметь 17 депутатов, потеряв 3 места. Правда, серьезно прибавила другая крайне правая партия «Форум за демократию». Ее молодой лидер Тьерри Боде опирался на ковид-диссидентов, активно проводил митинги под флагом протеста против локдауна. Это принесло его партии 8 депутатских мандатов вместо двух. Партии левого фланга выступили неудачно. «Партия труда» сохранила 9 мест. Соцпартия и «Зеленые левые» утратили почти половину мест и теперь имеют 9 и 7 мандатов.
На формирование правительственного большинства Рютте потребуется время. Но с новым парламентским раскладом сделать это будет легче, чем четыре года назад, когда этот процесс растянулся на 225 дней.
Александр Ивахник
Досрочных парламентских выборов в ближайшее время в Грузии не будет. Новая кампания пройдет, как ей и положено, осенью 2024 года. С этим посланием «городу и миру» выступил премьер-министр Ираклий Гарибашвили 16 марта. Оценивая значимость этого месседжа главы грузинского кабмина, нужно отметить несколько важных обстоятельств.
Во-первых, место действия. Гарибашвили высказался на электоральную тему после Шестого заседания Совета Ассоциации Евросоюз-Грузия. Это непроста. Официальный Тбилиси особо ценит мнение западных партнеров. И в последнее время (особенно после ареста лидера оппозиции Никанора Мелия) из Вашинготона и Брюсселя идут настороженные сигналы. Правительству Грузии выражают озабоченность в связи с этой историей. Гарибашвили хочет подчеркнуть: стратегическое союзничество не означает готовности правительства принять условия оппозиции. Напомню, что кроме «Грузинской мечты» все партии, прошедшие по итогам прошлогодних выборов в парламент, не признают его легитимность. То есть по факту в Грузии однопартийное правление.
Во-вторых, при всех внутренних трудностях, кабмин всячески подчеркивает неизменность евро-атлантического выбора. Это проявляется и в заявлениях властей, и в их официальных декларациях поддержки Украины, и переводе дискуссии о вакцинах в геополитическую плоскость. Грузинские власти говорят, что население страны будет прививаться только теми медицинскими продуктами, которые произведены и испытаны на Западе. Продвигая эту повестку, официальные власти вместе с тем настаивают на легитимности прошелших выборов и их признании всеми союзниками. Хотя таковое и было сделано с определенными оговорками. По словам Гарибашвили, все должно идти своим чередом. И потакать шантажу оппонентов правительства не следует. И потому, полагает премьер, до 2024 года страну досрочные кампании по выборам в парламент не ждут. Риторический вопрос, согласится ли с таким прогнозом грузинская оппозиция.
Сергей Маркедонов
Во-первых, место действия. Гарибашвили высказался на электоральную тему после Шестого заседания Совета Ассоциации Евросоюз-Грузия. Это непроста. Официальный Тбилиси особо ценит мнение западных партнеров. И в последнее время (особенно после ареста лидера оппозиции Никанора Мелия) из Вашинготона и Брюсселя идут настороженные сигналы. Правительству Грузии выражают озабоченность в связи с этой историей. Гарибашвили хочет подчеркнуть: стратегическое союзничество не означает готовности правительства принять условия оппозиции. Напомню, что кроме «Грузинской мечты» все партии, прошедшие по итогам прошлогодних выборов в парламент, не признают его легитимность. То есть по факту в Грузии однопартийное правление.
Во-вторых, при всех внутренних трудностях, кабмин всячески подчеркивает неизменность евро-атлантического выбора. Это проявляется и в заявлениях властей, и в их официальных декларациях поддержки Украины, и переводе дискуссии о вакцинах в геополитическую плоскость. Грузинские власти говорят, что население страны будет прививаться только теми медицинскими продуктами, которые произведены и испытаны на Западе. Продвигая эту повестку, официальные власти вместе с тем настаивают на легитимности прошелших выборов и их признании всеми союзниками. Хотя таковое и было сделано с определенными оговорками. По словам Гарибашвили, все должно идти своим чередом. И потакать шантажу оппонентов правительства не следует. И потому, полагает премьер, до 2024 года страну досрочные кампании по выборам в парламент не ждут. Риторический вопрос, согласится ли с таким прогнозом грузинская оппозиция.
Сергей Маркедонов
История с пребыванием Алексея Навального в колонии города Покрова приобрела неожиданный оттенок. Дело в том, что колония находится на улице Франца Штольверка. Иностранное наименование улицы в российской глубинке – не редкость. Но в отличие от Карла Либкнехта и Розы Люксембург Штольверк никакого отношения к революционному движению не имел – впрочем, и в Покрове никогда не был. Он жил в Германии в середине XIX века и основал кондитерскую компанию Stollwerck. Через полтора века, в 1997 году, эта компания открыла в Покрове шоколадную фабрику. В условиях экономического кризиса приход крупного немецкого инвестора так обрадовал городское руководство, что одну из улиц города переименовали в честь основателя фирмы, а одного из его преемников на посту главы компании, Ханса Имхоффа, сделали почетным гражданином города.
Это решение вызвало резкий протест со стороны части покровских ветеранов. В 2000 году на заседании покровского Совета ветеранов войны и труда его активисты высказались против увековечения памяти «немецкого буржуя». Именно так его назвал ветеран-минометчик Николай Гришмановский. Он рассказал, что во время войны компания Франца Штольверка делала отличный шоколад, который «таял во рту, а не в руках» немецких летчиков, которые бомбили русские города и села. Но тогда ветеранов не послушали – властям не хотелось обижать стратегического инвестора. Тем более, что живший в позапрошлом веке Штольверк никакого отношения к фашизму не имел. Заодно ветераны требовали лишить статуса почетного гражданина и Имхоффа, который хотя нацистом не был, но во время Второй мировой войны некоторое время служил в германском военно-морском флоте и был списан по болезни.
Шло время. Имхофф, не найдя преемника среди членов своей семьи и готовясь к уходу на покой (он скончался в 2007 году), стал продавать активы. Российские активы Stollwerck купила американская Kraft Foods. А в Покрове прошли очередные выборы, после которых в 2006 году местные депутаты постановили пойти навстречу ветеранам и переименовать улицу. Но глава города выступил против. Результатом спора явилось сохранение «статус кво», обоснованное нежеланием менять учредительные документы предприятий, находящихся по этому адресу - так что улица продолжает носить имя немецкого бизнесмена. Шоколад в Покрове делают до сих пор, а Kraft Foods еще и модернизировала шоколадный музей, открытый при Имхоффе (он был большим любителем музейного дела и основал большой шоколадный музей в Кельне).
И вот вопрос. В первой половине нулевых годов формулировки о том, что немецкое присутствие в новой топонимике России оскорбляет ветеранов, были уделом коммунистов и левой субкультуры. Власти же рассматривали их как популизм, стремление повысить популярность у избирателей старшего возраста за счет патриотической риторики. А как теперь – в период новой холодной войны, когда одно из главных обвинений в адрес Навального – в неуважении к ветерану, а Дума срочно принимает закон, криминализирующий оскорбление любого ветерана войны? Иностранные инвестиции воспринимаются, как минимум, двойственно – не только как плюс, но и как фактор политического риска. А Германия – уже не ближайший партнер в Европе, а один из членов враждебного блока НАТО, а отношения с ней сильно разладились как раз после дела Навального, который находится в заключении в колонии на улице Франца Штольверка.
Алексей Макаркин
Это решение вызвало резкий протест со стороны части покровских ветеранов. В 2000 году на заседании покровского Совета ветеранов войны и труда его активисты высказались против увековечения памяти «немецкого буржуя». Именно так его назвал ветеран-минометчик Николай Гришмановский. Он рассказал, что во время войны компания Франца Штольверка делала отличный шоколад, который «таял во рту, а не в руках» немецких летчиков, которые бомбили русские города и села. Но тогда ветеранов не послушали – властям не хотелось обижать стратегического инвестора. Тем более, что живший в позапрошлом веке Штольверк никакого отношения к фашизму не имел. Заодно ветераны требовали лишить статуса почетного гражданина и Имхоффа, который хотя нацистом не был, но во время Второй мировой войны некоторое время служил в германском военно-морском флоте и был списан по болезни.
Шло время. Имхофф, не найдя преемника среди членов своей семьи и готовясь к уходу на покой (он скончался в 2007 году), стал продавать активы. Российские активы Stollwerck купила американская Kraft Foods. А в Покрове прошли очередные выборы, после которых в 2006 году местные депутаты постановили пойти навстречу ветеранам и переименовать улицу. Но глава города выступил против. Результатом спора явилось сохранение «статус кво», обоснованное нежеланием менять учредительные документы предприятий, находящихся по этому адресу - так что улица продолжает носить имя немецкого бизнесмена. Шоколад в Покрове делают до сих пор, а Kraft Foods еще и модернизировала шоколадный музей, открытый при Имхоффе (он был большим любителем музейного дела и основал большой шоколадный музей в Кельне).
И вот вопрос. В первой половине нулевых годов формулировки о том, что немецкое присутствие в новой топонимике России оскорбляет ветеранов, были уделом коммунистов и левой субкультуры. Власти же рассматривали их как популизм, стремление повысить популярность у избирателей старшего возраста за счет патриотической риторики. А как теперь – в период новой холодной войны, когда одно из главных обвинений в адрес Навального – в неуважении к ветерану, а Дума срочно принимает закон, криминализирующий оскорбление любого ветерана войны? Иностранные инвестиции воспринимаются, как минимум, двойственно – не только как плюс, но и как фактор политического риска. А Германия – уже не ближайший партнер в Европе, а один из членов враждебного блока НАТО, а отношения с ней сильно разладились как раз после дела Навального, который находится в заключении в колонии на улице Франца Штольверка.
Алексей Макаркин
Эпизод с репликой президента Байдена о Путине, вызвавший шум и ярость в российском истеблишменте, был мимолетным в длинном интервью ABC. Гораздо больше внимания в этом интервью было уделено проблеме миграции. Эта проблема в американском внутриполитическом контексте стала сейчас для нового президента очень острой и болезненной.
Сразу после прихода к власти перед Байденом стояли две неотложные задачи: предпринять меры по борьбе с дальнейшим распространением эпидемии и облегчить положение десятков миллионов американцев, пострадавших от связанного с коронавирусом экономического кризиса. И в этом отношении действия новой администрации воспринимались в обществе как удачные. Во-первых, была развернута действительно массовая программа вакцинации. Во-вторых, был проведен через Конгресс огромный пакет экономической помощи объемом 1,9 трлн долларов.
Но в последние недели в центр общественного внимания мощно вторгся новый всплеск неконтролируемой иммиграции на американо-мексиканской границе. В период предвыборной кампании Байден резко критиковал негуманную иммиграционную политику Трампа. Оказавшись в Белом доме, он издал исполнительный указ, который отменил трамповские решения об отделении детей от родителей после нелегального пересечения границы и о высылке детей, попадающих на территорию США без взрослых, а также объявил о предстоящем пересмотре федеральных иммиграционных процедур. При этом граница с Мексикой осталась закрытой для одиноких взрослых и семей с детьми. Тем не менее, смена Трампа на Байдена была воспринята сотнями тысяч людей в Центральной Америке как шанс сравнительно легко преодолеть границу и оказаться на вожделенной земле Штатов. Распространению такого представления активно способствовали и контрабандисты.
В итоге Таможенная и пограничная служба США на границе с Мексикой только за февраль произвела более 100 тысяч задержаний и высылок – наивысший уровень за два года. Самой острой проблемой стало массовое появление на границе детей без сопровождения взрослых, поскольку их теперь не отправляют назад, а задерживают. За январь и февраль число таких детей (в т.ч. младше 10 лет) достигло 15 тысяч. Отдельной проблемой стал недостаток мест содержания для задержанных детей и обслуживающего персонала на время разбирательств и определения их дальнейшей судьбы. Но главное – непонятно, что делать дальше, если приток малолеток будет продолжаться такими же темпами.
Ситуацией, конечно, поспешили воспользоваться критики Байдена из республиканского лагеря. К мексиканской границе потянулись законодатели-республиканцы, выступающие оттуда с тревожными обращениями. Они прямо обвиняют Байдена в подстегивании нелегальной иммиграции. Лидер республиканского меньшинства в Палате представителей Кевин Маккарти заявил в приграничном Эль-Пасо: «Этого не должно было случиться. Этот кризис создан политикой новой администрации». 40 республиканских сенаторов подписали письмо с критикой новых подходов в миграционной политике. Республиканцы надеются, что обострившаяся проблема иммиграции, чувствительная для большинства американцев, поможет им объединить расколотую Трампом партию и добиться успеха на промежуточных выборах в Конгресс в будущем году.
Александр Ивахник
Сразу после прихода к власти перед Байденом стояли две неотложные задачи: предпринять меры по борьбе с дальнейшим распространением эпидемии и облегчить положение десятков миллионов американцев, пострадавших от связанного с коронавирусом экономического кризиса. И в этом отношении действия новой администрации воспринимались в обществе как удачные. Во-первых, была развернута действительно массовая программа вакцинации. Во-вторых, был проведен через Конгресс огромный пакет экономической помощи объемом 1,9 трлн долларов.
Но в последние недели в центр общественного внимания мощно вторгся новый всплеск неконтролируемой иммиграции на американо-мексиканской границе. В период предвыборной кампании Байден резко критиковал негуманную иммиграционную политику Трампа. Оказавшись в Белом доме, он издал исполнительный указ, который отменил трамповские решения об отделении детей от родителей после нелегального пересечения границы и о высылке детей, попадающих на территорию США без взрослых, а также объявил о предстоящем пересмотре федеральных иммиграционных процедур. При этом граница с Мексикой осталась закрытой для одиноких взрослых и семей с детьми. Тем не менее, смена Трампа на Байдена была воспринята сотнями тысяч людей в Центральной Америке как шанс сравнительно легко преодолеть границу и оказаться на вожделенной земле Штатов. Распространению такого представления активно способствовали и контрабандисты.
В итоге Таможенная и пограничная служба США на границе с Мексикой только за февраль произвела более 100 тысяч задержаний и высылок – наивысший уровень за два года. Самой острой проблемой стало массовое появление на границе детей без сопровождения взрослых, поскольку их теперь не отправляют назад, а задерживают. За январь и февраль число таких детей (в т.ч. младше 10 лет) достигло 15 тысяч. Отдельной проблемой стал недостаток мест содержания для задержанных детей и обслуживающего персонала на время разбирательств и определения их дальнейшей судьбы. Но главное – непонятно, что делать дальше, если приток малолеток будет продолжаться такими же темпами.
Ситуацией, конечно, поспешили воспользоваться критики Байдена из республиканского лагеря. К мексиканской границе потянулись законодатели-республиканцы, выступающие оттуда с тревожными обращениями. Они прямо обвиняют Байдена в подстегивании нелегальной иммиграции. Лидер республиканского меньшинства в Палате представителей Кевин Маккарти заявил в приграничном Эль-Пасо: «Этого не должно было случиться. Этот кризис создан политикой новой администрации». 40 республиканских сенаторов подписали письмо с критикой новых подходов в миграционной политике. Республиканцы надеются, что обострившаяся проблема иммиграции, чувствительная для большинства американцев, поможет им объединить расколотую Трампом партию и добиться успеха на промежуточных выборах в Конгресс в будущем году.
Александр Ивахник
Досрочным парламентским выборам в Армении быть. В результате сложных переговоров между основными политическими силами страны принято решение о том, что 20 июня 2021 года состоится голосование за кандидатов в депутаты Национального собрания. Именно избранные всенародно представители определят состав будущего кабинета министров, который и возьмет на себя ответственность за Армению в условиях после поражения во второй карабахской войне. Кто бы ни победил в итоге, бенефициаром его назвать будет сложно. Впереди реализация трехсторонних договоренностей по разблокированию экономических коммуникаций в регионе, демаркация и делимитация новых рубежей между Арменией и Азербайджаном. Никуда не денутся вопросы социальной повестки и борьбы с пандемией.
Но все это впереди, а пока что основным политическим силам страны предстоит определить тактические и стратегические приоритеты, уточнить предвыборные программы, разобраться с тем, кто возглавит тот иной избирательный блок. Однако вопросов на этом пути больше, чем ответов. В свое время, когда Никол Пашинян, как уличный трибун и вдохновитель «бархатной революции» пришел к власти, он обещал поменять Избирательный кодекс. Но, похоже, в нынешних реалиях, этот документ его вполне устраивает. И перемен, щедро анонсированных в 2018 году, не особо желает. А значит уже с первых моментов предвыборной кампании будут претензии к «правилам игры». И если вдруг результаты не будут соответствовать пожеланиям тех или иных сил, возможны новые массовые протесты. Впрочем, степень их массовости может вызывать вопросы.
Сегодня социологи отдают лидерство Пашиняну и его движению «Мой шаг». Но впереди еще жаркие предвыборные баталии, разоблачения, обвинения. И сегодняшние 30% могут растаять. Но провал Пашиняна не означает автоматически наращивания электорального потенциала у его оппонентов. Не исключено, что решающие бои развернуться за право быть «третьей силой», чтобы не ассоциироваться ни с премьером, проигравшим Карабах, ни с теми, кого он сверг в апреле-мае 2018 года. Покой Армении только снится.
Сергей Маркедонов
Но все это впереди, а пока что основным политическим силам страны предстоит определить тактические и стратегические приоритеты, уточнить предвыборные программы, разобраться с тем, кто возглавит тот иной избирательный блок. Однако вопросов на этом пути больше, чем ответов. В свое время, когда Никол Пашинян, как уличный трибун и вдохновитель «бархатной революции» пришел к власти, он обещал поменять Избирательный кодекс. Но, похоже, в нынешних реалиях, этот документ его вполне устраивает. И перемен, щедро анонсированных в 2018 году, не особо желает. А значит уже с первых моментов предвыборной кампании будут претензии к «правилам игры». И если вдруг результаты не будут соответствовать пожеланиям тех или иных сил, возможны новые массовые протесты. Впрочем, степень их массовости может вызывать вопросы.
Сегодня социологи отдают лидерство Пашиняну и его движению «Мой шаг». Но впереди еще жаркие предвыборные баталии, разоблачения, обвинения. И сегодняшние 30% могут растаять. Но провал Пашиняна не означает автоматически наращивания электорального потенциала у его оппонентов. Не исключено, что решающие бои развернуться за право быть «третьей силой», чтобы не ассоциироваться ни с премьером, проигравшим Карабах, ни с теми, кого он сверг в апреле-мае 2018 года. Покой Армении только снится.
Сергей Маркедонов
Силовики занимаются политическим просвещением граждан, разоблачая механизмы электоральных манипуляций. Причем не в первый раз. Предыдущие разоблачения были связаны с расследованием в Коми, когда силовики, сокрушая правившую республикой команду Вячеслава Гайзера, затронули и тему выборов – от переписанных протоколов до дополнительных выплат избиркомовцам за лояльность. В принципе, в этом не было ничего нового, но крайне необычно было слышать такие показания в суде, причем со стороны свидетелей обвинения, а не истцов-оппозиционеров.
Теперь же следствие предъявило обвинение в фальсификации итогов голосования на губернаторских выборах в сентябре 2020 года бывшему председателю участковой избирательной комиссии (УИК) Пензенской области. На этих выборах с почти 80%-ным результатом победил задержанный вчера Иван Белозерцев. По данным же следствия, председатель участковой избирательной комиссии собственноручно внесла в 1324 неиспользованных избирательных бюллетеня заведомо ложные сведения, проставив отметку о голосовании за одного из кандидатов на выборах (вряд ли приходится сомневаться, за какого именно), и поместила их в стационарный ящик для голосования. При этом председатель УИК знала, что в выборах в действительности приняли участие всего 204 человека, утверждает следствие.
Впрочем, так как сенсационными сообщения о таких манипуляциях назвать трудно, то и эффект от них будет не очень большим. К тому же речь идет об уголовном деле в российской глубинке, а не о сюжете, показанном в Интернете, где в урну для голосования заталкивается пачка бюллетеней. Визуальный сюжет нагляден и именно поэтому вызывает сильной протест (как это было в 2011 году), описание же истории массового вброса является не столь ярким событием. Но, в любом случае, аргументов у критиков российских электоральных процессов становится больше.
Алексей Макаркин
Теперь же следствие предъявило обвинение в фальсификации итогов голосования на губернаторских выборах в сентябре 2020 года бывшему председателю участковой избирательной комиссии (УИК) Пензенской области. На этих выборах с почти 80%-ным результатом победил задержанный вчера Иван Белозерцев. По данным же следствия, председатель участковой избирательной комиссии собственноручно внесла в 1324 неиспользованных избирательных бюллетеня заведомо ложные сведения, проставив отметку о голосовании за одного из кандидатов на выборах (вряд ли приходится сомневаться, за какого именно), и поместила их в стационарный ящик для голосования. При этом председатель УИК знала, что в выборах в действительности приняли участие всего 204 человека, утверждает следствие.
Впрочем, так как сенсационными сообщения о таких манипуляциях назвать трудно, то и эффект от них будет не очень большим. К тому же речь идет об уголовном деле в российской глубинке, а не о сюжете, показанном в Интернете, где в урну для голосования заталкивается пачка бюллетеней. Визуальный сюжет нагляден и именно поэтому вызывает сильной протест (как это было в 2011 году), описание же истории массового вброса является не столь ярким событием. Но, в любом случае, аргументов у критиков российских электоральных процессов становится больше.
Алексей Макаркин