Заветное слово произнесено! 24 апреля в День национальной памяти армянского народа президент США Джо Байден выступил с традиционной речью. Впрочем, в 2021 году можно говорить о новой традиции. Байден недвусмысленно определил трагедию армян в Османской империи первой четверти прошлого века, как геноцид. В своем выступлении он не единожды использовал этот термин. Реакция со стороны Турции была предсказуемой и незамедлительной. Оценки Байдена были названы «роковой ошибкой». Посла США в Анкаре Дэвида Саттерфилда вызвали в турецкий МИД, где ему заявили протест. Приведет ли это к значительным изменениям на Ближнем Востоке, в Закавказье, в отношениях между Вашингтоном и Ереваном, Ереваном и Москвой?
Думается поспешные выводы неуместны. В недавней истории есть немало случаев, когда официальное признание геноцида армян той или иной страной не приводило к глубокой заморозке ее отношений с Турцией. В 1995 году Госдума России сделала такое признание. Геноцид армян был признан Францией, где также предпринимались и законодательные попытки криминализировать его отрицание. Отношения Анкары с Москвой и Парижем непростые. Они только в последние два десятилетия не раз переживали падения и взлеты. Но полной «заморозки» не было ни в одном, ни в другом случае. Турция прекрасно представляет себе такие реалии, как многочисленная армянская диаспора, ее ресурсные возможности, а также наличие армянофилов среди влиятельных политиков США.
Но Анкара и Вашингтон нужны друг другу. Для Штатов опасен раскол в НАТО, и появление некоего аналога «брекзита», но только из рядов Альянса. Турции также важны контакты с западными партнерами. Проблема беженцев из Сирии- общий их интерес, какие бы разные коннотации с войной в этой стране они не имели. Однако американо-турецкие отношения переживают не самый лучший период. Начиная с 2003 года, Анкара и Вашингтон не раз занимали разные позиции по широкому кругу вопросов. Но полного разрыва они не хотят.
Впрочем, у истории с «апрельскими тезисами» Байдена есть и внутриполитическая подоплека. Вновь избранному президенту важно показать свои избирателям, что он предпочитает циничному прагматизму политику «ценностей». Хотя, честно говоря, и тут цинизма и расчета не меньше. Турция давно стала для Штатов партнером крайне неудобным и раздражающим. Но если с помощью вопросов исторического прошлого и «восстановления справедливости» можно оказывать на Анкару давление, то это будет сделано. И делается уже! Скорее всего, турецкие партнеры Вашингтона это тоже понимают. Что же касается собственно Армении, то больших перемен ждать не стоит. Штаты не планируют радикально пересматривать свои подходы по Карабаху за рамками «Минской группы» или делать полную ставку на Ереван в ущерб Баку или Анкаре.
Сергей Маркедонов
Думается поспешные выводы неуместны. В недавней истории есть немало случаев, когда официальное признание геноцида армян той или иной страной не приводило к глубокой заморозке ее отношений с Турцией. В 1995 году Госдума России сделала такое признание. Геноцид армян был признан Францией, где также предпринимались и законодательные попытки криминализировать его отрицание. Отношения Анкары с Москвой и Парижем непростые. Они только в последние два десятилетия не раз переживали падения и взлеты. Но полной «заморозки» не было ни в одном, ни в другом случае. Турция прекрасно представляет себе такие реалии, как многочисленная армянская диаспора, ее ресурсные возможности, а также наличие армянофилов среди влиятельных политиков США.
Но Анкара и Вашингтон нужны друг другу. Для Штатов опасен раскол в НАТО, и появление некоего аналога «брекзита», но только из рядов Альянса. Турции также важны контакты с западными партнерами. Проблема беженцев из Сирии- общий их интерес, какие бы разные коннотации с войной в этой стране они не имели. Однако американо-турецкие отношения переживают не самый лучший период. Начиная с 2003 года, Анкара и Вашингтон не раз занимали разные позиции по широкому кругу вопросов. Но полного разрыва они не хотят.
Впрочем, у истории с «апрельскими тезисами» Байдена есть и внутриполитическая подоплека. Вновь избранному президенту важно показать свои избирателям, что он предпочитает циничному прагматизму политику «ценностей». Хотя, честно говоря, и тут цинизма и расчета не меньше. Турция давно стала для Штатов партнером крайне неудобным и раздражающим. Но если с помощью вопросов исторического прошлого и «восстановления справедливости» можно оказывать на Анкару давление, то это будет сделано. И делается уже! Скорее всего, турецкие партнеры Вашингтона это тоже понимают. Что же касается собственно Армении, то больших перемен ждать не стоит. Штаты не планируют радикально пересматривать свои подходы по Карабаху за рамками «Минской группы» или делать полную ставку на Ереван в ущерб Баку или Анкаре.
Сергей Маркедонов
25 апреля премьер-министр Армении Никол Пашинян выступил со специальным заявлением, в котором объявил о своей отставке. Сразу следует оговориться. Эта отставка никак не связана с прекращением его полномочий де-факто. И тем более с уходом с поста под влиянием массовых протестов. Еще в марте эти выступления пошли на спад, а объявление о досрочных парламентских выборах переключило энергию не только властей, но и оппозиции на это событие. Главный оппонент Пашиняна экс-президент Роберт Кочарян объявил о своем участии в предстоящей кампании. Сегодня мы видим мобилизацию ведущих политиков Армении перед главным событием года.
Однако до 25 апреля в армянских СМИ и в социальных сетях обсуждали возможный перенос или отмену выборов. Спешно проводились социологические замеры, премьер стал более активно совершать вояжи по стране, а также посетил Москву. Все ждали сигнала от Пашиняна: выполнил ли он свое обещание уйти в «техническую отсавку». Свое слово премьер сдержал.
Далее согласно Конституции, он должен дважды представить свою собственную кандидатуру Национальному собранию. Если поддержки он не получит, то парламент будет распущен. И назначены новые выборы. Пашинян, имея за спиной ресурсы самой крупной фракции, скорее всего, не будет «поддержан». Но такова его цель, как бы парадоксально это ни звучало! В противном случае не избежать нового всплеска массовых протестов. Уже из-за отказа властей идти на досрочные перевыборы. Но Пашиняну это сегодня не нужно. Ему важно на легальной основе взять верх. Это, конечно, не решит, ни одного из острых вопросов армянского внутри-и-внешнеполитического меню. Однако попытки успокоить общество будут предприниматься. Пашиняном в качестве и.о. премьера. Как ему кажется, временно исполняющего. До момента нового переизбрания. Опыт такого рода у него уже был. С одним маленьким допущением. В 2018 года популярность Пашиняна была на пике, а сегодня она снижается, хотя и не в галопирующем режиме.
Сергей Маркедонов
Однако до 25 апреля в армянских СМИ и в социальных сетях обсуждали возможный перенос или отмену выборов. Спешно проводились социологические замеры, премьер стал более активно совершать вояжи по стране, а также посетил Москву. Все ждали сигнала от Пашиняна: выполнил ли он свое обещание уйти в «техническую отсавку». Свое слово премьер сдержал.
Далее согласно Конституции, он должен дважды представить свою собственную кандидатуру Национальному собранию. Если поддержки он не получит, то парламент будет распущен. И назначены новые выборы. Пашинян, имея за спиной ресурсы самой крупной фракции, скорее всего, не будет «поддержан». Но такова его цель, как бы парадоксально это ни звучало! В противном случае не избежать нового всплеска массовых протестов. Уже из-за отказа властей идти на досрочные перевыборы. Но Пашиняну это сегодня не нужно. Ему важно на легальной основе взять верх. Это, конечно, не решит, ни одного из острых вопросов армянского внутри-и-внешнеполитического меню. Однако попытки успокоить общество будут предприниматься. Пашиняном в качестве и.о. премьера. Как ему кажется, временно исполняющего. До момента нового переизбрания. Опыт такого рода у него уже был. С одним маленьким допущением. В 2018 года популярность Пашиняна была на пике, а сегодня она снижается, хотя и не в галопирующем режиме.
Сергей Маркедонов
Как-то стало привычным, что диалог с Западом сопровождается внутренней либерализацией. И наоборот, когда закручивают гайки внутри страны, то одновременно конфликтуют с Западом. Примеры очевидны – при Андропове добивали диссидентское движение, уходили с переговоров с Женеве и сбили южнокорейский самолет. При Горбачеве диссидентов выпустили и после некоторых перипетий (драматические переговоры в Рейкьявике) в 1987 году вырулили на договоренности с США. Впрочем, управляемая либерализация быстро превратилась в бурную демократизацию.
Я уже писал, что Россия находилась в своего рода «долгом 1984 году» (не по Оруэллу, а по аналогии с советской историей). И из него можно было пойти либо назад – к Андропову, либо вперед – к Горбачеву. Однако горбачевский вариант для нынешней властной суперэлиты невозможен – он воспринимается как провальный, приведший к поражению в холодной войне (хотя оно на самом деле было предопределено предыдущей политикой) и распаду СССР. В результате развитие пошло по сценарию «назад в 1983-й».
Однако для реализации внешнеполитической составляющей этого сценария не хватает ресурсов. Денег мало, союзников нет (про реальные отношения с Ираном только что рассказал министр Зариф, а Китай принципиально в союзы не вступает), а в обществе давно закончился «крымский эффект» и оно не хочет жить в осажденной крепости. Демонстрация военной мощи в виде недавних учений закончилась ничем. Значит, надо договариваться – отсюда и участие Владимира Путина в климатическом саммите, и подготовка к очному саммиту с Джо Байденом. Но при этом внутри страны не просто продолжается, но и усиливается курс на минимизацию любых политических рисков, связанных с деятельностью оппозиции. Так что делается попытка «развести» внешнюю и внутреннюю составляющие.
Возможно ли это? На какое-то время вполне. Вспомним, что китайско-американские отношения потеплели в начале 1970-х годов, но не сопровождались в то время какими-либо внутренними реформами. Более того, в стране были сильны позиции ортодоксальной группы Цзян Цин («банды четырех»). Вскоре после встречи Мао и Никсона началась идеологическая кампания по критике Конфуция, которая, впрочем, не вызвала энтузиазма у значительной части госаппарата. Так что внутренняя политика не всегда сопрягается с внешней.
Алексей Макаркин
Я уже писал, что Россия находилась в своего рода «долгом 1984 году» (не по Оруэллу, а по аналогии с советской историей). И из него можно было пойти либо назад – к Андропову, либо вперед – к Горбачеву. Однако горбачевский вариант для нынешней властной суперэлиты невозможен – он воспринимается как провальный, приведший к поражению в холодной войне (хотя оно на самом деле было предопределено предыдущей политикой) и распаду СССР. В результате развитие пошло по сценарию «назад в 1983-й».
Однако для реализации внешнеполитической составляющей этого сценария не хватает ресурсов. Денег мало, союзников нет (про реальные отношения с Ираном только что рассказал министр Зариф, а Китай принципиально в союзы не вступает), а в обществе давно закончился «крымский эффект» и оно не хочет жить в осажденной крепости. Демонстрация военной мощи в виде недавних учений закончилась ничем. Значит, надо договариваться – отсюда и участие Владимира Путина в климатическом саммите, и подготовка к очному саммиту с Джо Байденом. Но при этом внутри страны не просто продолжается, но и усиливается курс на минимизацию любых политических рисков, связанных с деятельностью оппозиции. Так что делается попытка «развести» внешнюю и внутреннюю составляющие.
Возможно ли это? На какое-то время вполне. Вспомним, что китайско-американские отношения потеплели в начале 1970-х годов, но не сопровождались в то время какими-либо внутренними реформами. Более того, в стране были сильны позиции ортодоксальной группы Цзян Цин («банды четырех»). Вскоре после встречи Мао и Никсона началась идеологическая кампания по критике Конфуция, которая, впрочем, не вызвала энтузиазма у значительной части госаппарата. Так что внутренняя политика не всегда сопрягается с внешней.
Алексей Макаркин
Противостояние между президентом Молдовы Майей Санду и экс-президентом Игорем Додоном вышло на новый виток и активно вовлекло в свою орбиту основных внешних игроков. Вся политическая линия Санду после прихода на пост состояла в том, чтобы добиться скорейшего роспуска парламента, в котором большинство принадлежит альянсу Партии социалистов Додона и платформы Pentru Moldova – клиентелы беглого олигарха Илана Шора.
15 апреля Санду добилась решения Конституционного суда о наличии в стране оснований для роспуска парламента. Суд внял аргументам президента о том, что депутаты дважды отказывались утвердить ее кандидатов на пост премьер-министра, а после отставки правительства Иона Кику прошло более трех месяцев, что соответствует положениям Конституции о досрочном роспуске парламента. КС разрешил Санду издать соответствующий указ. Правда, двое судей из пяти выступили против этого решения.
Так или иначе, вердикт КС в соответствии с Конституцией является окончательным. Однако 23 апреля Партия социалистов вместе с фракцией Шора провела через парламент декларацию об узурпации власти Конституционным судом «в пользу политических интересов президента». В ней заявляется, что КС захвачен, что «решение КС от 15 апреля – это атака на суверенитет народа» и парламент его не признает. Декларацию поддержали 54 депутата из 101. Затем то же додоновско-шоровское большинство проголосовало за отзыв решения 2019 г. о назначении судьи КС Домники Маноле (она является председателем КС) и о назначении судьей КС Бориса Лупашку. Решение в отношении Маноле носило откровенно противоправный характер, поскольку, согласно Конституции, судьи КС несменяемы в течение всего срока полномочий.
После этого Санду созвала заседание Высшего совета безопасности. По его итогам она назвала решения парламентского большинства «беспрецедентной атакой на конституционный строй». Санду также потребовала от прокуратуры расследовать возможную попытку узурпации власти парламентом и призвала правоохранительные органы и национальную армию не выполнять незаконных приказов. В свою очередь, судьи КС сначала приостановили решения парламента об отзыве Маноле с должности судьи КС и назначении судьей Лупашку, а 27 апреля признали эти решения неконституционными.
23 апреля глава Венецианской комиссии Джанни Букиккио призвал депутатов парламента Молдовы отменить свои решения как противоречащие Конституции. «Парламент и исполнительная власть должны уважать роль Конституционного суда как “хранителя Конституции”, даже если они недовольны решением или считают, что суд допустил ошибку», – отметил Букиккио. Заявление Буккикио имело большое морально-политическое значение, поскольку сама Партия социалистов не раз апеллировала к Венецианской комиссии в деле разрешения спорных конституционных вопросов. 24 апреля с резким осуждением действий молдавских депутатов выступили руководители ЕС, с которым Молдова имеет Соглашение об ассоциации. Жозеп Боррель и Шарль Мишель оценили эти действия как попытку подорвать верховенство закона.
Вечером в понедельник в конфликт включилась Мария Захарова. Она обвинила западных политиков во вмешательстве во внутренние дела Молдовы, упрекнув их в неуважении к действиям законодателей Молдовы и избирательности в оценках. После этого в новую политическую атаку пошел Игорь Додон. Во вторник он заявил, что в ходе предстоящей ожесточенной борьбы на досрочных парламентских выборах «Запад делает ставку на свои марионеточные политические силы: партии Майи Санду, Ренато Усатого и унионистов». По словам Додона, «победа коллективного Запада на досрочных парламентских выборах может привести к краху молдавского государства». Таким образом, уже ясно, что предвыборную кампанию Додон будет вести с акцентом на геополитический контекст и с опорой на антизападные страшилки. Такое решение вполне может оказаться контрпродуктивным.
Александр Ивахник
15 апреля Санду добилась решения Конституционного суда о наличии в стране оснований для роспуска парламента. Суд внял аргументам президента о том, что депутаты дважды отказывались утвердить ее кандидатов на пост премьер-министра, а после отставки правительства Иона Кику прошло более трех месяцев, что соответствует положениям Конституции о досрочном роспуске парламента. КС разрешил Санду издать соответствующий указ. Правда, двое судей из пяти выступили против этого решения.
Так или иначе, вердикт КС в соответствии с Конституцией является окончательным. Однако 23 апреля Партия социалистов вместе с фракцией Шора провела через парламент декларацию об узурпации власти Конституционным судом «в пользу политических интересов президента». В ней заявляется, что КС захвачен, что «решение КС от 15 апреля – это атака на суверенитет народа» и парламент его не признает. Декларацию поддержали 54 депутата из 101. Затем то же додоновско-шоровское большинство проголосовало за отзыв решения 2019 г. о назначении судьи КС Домники Маноле (она является председателем КС) и о назначении судьей КС Бориса Лупашку. Решение в отношении Маноле носило откровенно противоправный характер, поскольку, согласно Конституции, судьи КС несменяемы в течение всего срока полномочий.
После этого Санду созвала заседание Высшего совета безопасности. По его итогам она назвала решения парламентского большинства «беспрецедентной атакой на конституционный строй». Санду также потребовала от прокуратуры расследовать возможную попытку узурпации власти парламентом и призвала правоохранительные органы и национальную армию не выполнять незаконных приказов. В свою очередь, судьи КС сначала приостановили решения парламента об отзыве Маноле с должности судьи КС и назначении судьей Лупашку, а 27 апреля признали эти решения неконституционными.
23 апреля глава Венецианской комиссии Джанни Букиккио призвал депутатов парламента Молдовы отменить свои решения как противоречащие Конституции. «Парламент и исполнительная власть должны уважать роль Конституционного суда как “хранителя Конституции”, даже если они недовольны решением или считают, что суд допустил ошибку», – отметил Букиккио. Заявление Буккикио имело большое морально-политическое значение, поскольку сама Партия социалистов не раз апеллировала к Венецианской комиссии в деле разрешения спорных конституционных вопросов. 24 апреля с резким осуждением действий молдавских депутатов выступили руководители ЕС, с которым Молдова имеет Соглашение об ассоциации. Жозеп Боррель и Шарль Мишель оценили эти действия как попытку подорвать верховенство закона.
Вечером в понедельник в конфликт включилась Мария Захарова. Она обвинила западных политиков во вмешательстве во внутренние дела Молдовы, упрекнув их в неуважении к действиям законодателей Молдовы и избирательности в оценках. После этого в новую политическую атаку пошел Игорь Додон. Во вторник он заявил, что в ходе предстоящей ожесточенной борьбы на досрочных парламентских выборах «Запад делает ставку на свои марионеточные политические силы: партии Майи Санду, Ренато Усатого и унионистов». По словам Додона, «победа коллективного Запада на досрочных парламентских выборах может привести к краху молдавского государства». Таким образом, уже ясно, что предвыборную кампанию Додон будет вести с акцентом на геополитический контекст и с опорой на антизападные страшилки. Такое решение вполне может оказаться контрпродуктивным.
Александр Ивахник
Проект документа, регулирующего просветительскую деятельность, касается только «организаций, осуществляющих образовательную, научную деятельность и деятельность в сфере культуры». Никаких санкций за нарушения в нем не предусмотрено. Так что на интернет-лекции или на семинар, проведенный в каком-нибудь бизнес-центре, этот проект не распространяется. Но документ все равно вызывает серьезную тревогу, так как:
1. Создается прецедент усиления контроля за просветительской деятельностью, который может быть в будущем распространен и на другие площадки (тем более, что рамочный закон уже принят).
2. Предусмотрена бюрократическая конструкция (заключение официального договора с системой согласований, предоставление справок о несудимости и др.), которая существенно осложняет просветительскую деятельность.
3. Еще с советских времен существует неформальный принцип «как бы чего не вышло» - любые сомнения в лояльности лекций и лекторов в его рамках могут трактоваться в пользу запретов. Это же может относиться и к площадкам, формально не подпадающим под действие данного документа.
4. В провинции нередко трудно найти другие площадки для проведения просветительского мероприятия, чем местная библиотека, институт или музей.
5. Такие учреждения – как в крупнейших, так и в малых городах – традиционно являются центрами просвещения, что повышает к ним общественный интерес. Это важно в условиях хорошо известных проблем с финансированием. В случае принятия этого документа такой интерес может снизиться.
6. Наказания могут последовать – достаточно внести поправку в Кодекс об административных правонарушениях.
7. Еще более дискриминируются так называемые «иностранные агенты» - юридическим лицам, имеющим такой статус, запрещено заниматься просветительской деятельностью в вузах, библиотеках, музеях и др. В частности, речь идет о «Мемориале» (признан иноагентом в России), который занимается сохранением памяти о жертвах советских репрессий. Уже давно забыты слова о том, что в формулировке «иностранный агент» нет ничего обидного и ограничительного.
Алексей Макаркин
1. Создается прецедент усиления контроля за просветительской деятельностью, который может быть в будущем распространен и на другие площадки (тем более, что рамочный закон уже принят).
2. Предусмотрена бюрократическая конструкция (заключение официального договора с системой согласований, предоставление справок о несудимости и др.), которая существенно осложняет просветительскую деятельность.
3. Еще с советских времен существует неформальный принцип «как бы чего не вышло» - любые сомнения в лояльности лекций и лекторов в его рамках могут трактоваться в пользу запретов. Это же может относиться и к площадкам, формально не подпадающим под действие данного документа.
4. В провинции нередко трудно найти другие площадки для проведения просветительского мероприятия, чем местная библиотека, институт или музей.
5. Такие учреждения – как в крупнейших, так и в малых городах – традиционно являются центрами просвещения, что повышает к ним общественный интерес. Это важно в условиях хорошо известных проблем с финансированием. В случае принятия этого документа такой интерес может снизиться.
6. Наказания могут последовать – достаточно внести поправку в Кодекс об административных правонарушениях.
7. Еще более дискриминируются так называемые «иностранные агенты» - юридическим лицам, имеющим такой статус, запрещено заниматься просветительской деятельностью в вузах, библиотеках, музеях и др. В частности, речь идет о «Мемориале» (признан иноагентом в России), который занимается сохранением памяти о жертвах советских репрессий. Уже давно забыты слова о том, что в формулировке «иностранный агент» нет ничего обидного и ограничительного.
Алексей Макаркин
В среду стало известно, что Европарламент наконец ратифицировал соглашение о торговле и сотрудничестве между ЕС и Великобританией после брексита. На временной основе соглашение вступило в силу 1 января, но оно было подписано только перед Рождеством, и тогда депутаты ЕП не хотели торопиться с одобрением. А затем они несколько раз откладывали ратификацию в связи с нарушением Британией своих обязательств по Североирландскому протоколу, который является частью Соглашения о выходе Британии из ЕС и предусматривает таможенное оформление товаров из Великобритании в североирландских портах. В частности, Британия в одностороннем порядке продлила период упрощенной таможенной проверки ряда товаров на полгода до 1 октября, что побудило ЕС инициировать судебное разбирательство.
Но дальше оттягивать ратификацию уже было некуда, и 27 апреля соглашение с Британией было одобрено преобладающим большинством европарламентариев, 30 апреля оно вступит в силу на постоянной основе. Руководители ЕС приветствовали это событие несколькими дежурными фразами. Но в целом проявлений энтузиазма было мало.
Дело не только в том, что пока не ясно, как решить проблему гладкого функционирования Североирландского протокола, который был призван обеспечить открытость границы между Северной Ирландией и Республикой Ирландия и тем самым сохранить этноконфессиональный мир в Ольстере, а на деле уже привел к уличным беспорядкам и столкновениям с полицией со стороны лоялистской молодежи. И не только в эксцессах, когда французских рыбаков, вопреки условиям соглашения о торговле и сотрудничестве, не допускают к ловле в прибрежных водах Британии. Соглашение предусматривает свободную торговлю товарами без пошлин и квот. Однако введенные с обеих сторон таможенные проверки резко ухудшили условия торговли. Экспорт Британии в страны ЕС в январе–феврале по сравнению с прошлым годом сократился на 47%, а импорт из Евросоюза – на 20%.
Показательно, что депутаты Европарламента вместе с торговым соглашением приняли резолюцию, в которой брексит характеризуется как «историческая ошибка». В документе отмечается, что соглашение касается только торговли товарами, а возможности Британии в сфере торговли услугами резко снижаются. Также в резолюции открыто отражена тема недоверия к поведению Британии. В ней говорится, что соглашение обеспечит дополнительные юридические инструменты, чтобы «защитить от одностороннего отхода от взаимных обязательств». Депутаты осудили действия Лондона в связи с таможенным режимом в Северной Ирландии и призвали Еврокомиссию проявлять бдительность относительно возможных действий Британии в сфере налогообложения.
В той же тональности перед голосованием в Европарламенте выступила глава ЕК Урсула фон дер Ляйен. Она подчеркнула, что соглашение содержит в себе обязывающий механизм разрешения споров и возможность принятия односторонних коррекционных мер. «Мы без колебаний воспользуемся этими инструментами в случае необходимости», – уверила фон дер Ляйен. Можно не сомневаться, что поводы для этого не заставят себя ждать.
Александр Ивахник
Но дальше оттягивать ратификацию уже было некуда, и 27 апреля соглашение с Британией было одобрено преобладающим большинством европарламентариев, 30 апреля оно вступит в силу на постоянной основе. Руководители ЕС приветствовали это событие несколькими дежурными фразами. Но в целом проявлений энтузиазма было мало.
Дело не только в том, что пока не ясно, как решить проблему гладкого функционирования Североирландского протокола, который был призван обеспечить открытость границы между Северной Ирландией и Республикой Ирландия и тем самым сохранить этноконфессиональный мир в Ольстере, а на деле уже привел к уличным беспорядкам и столкновениям с полицией со стороны лоялистской молодежи. И не только в эксцессах, когда французских рыбаков, вопреки условиям соглашения о торговле и сотрудничестве, не допускают к ловле в прибрежных водах Британии. Соглашение предусматривает свободную торговлю товарами без пошлин и квот. Однако введенные с обеих сторон таможенные проверки резко ухудшили условия торговли. Экспорт Британии в страны ЕС в январе–феврале по сравнению с прошлым годом сократился на 47%, а импорт из Евросоюза – на 20%.
Показательно, что депутаты Европарламента вместе с торговым соглашением приняли резолюцию, в которой брексит характеризуется как «историческая ошибка». В документе отмечается, что соглашение касается только торговли товарами, а возможности Британии в сфере торговли услугами резко снижаются. Также в резолюции открыто отражена тема недоверия к поведению Британии. В ней говорится, что соглашение обеспечит дополнительные юридические инструменты, чтобы «защитить от одностороннего отхода от взаимных обязательств». Депутаты осудили действия Лондона в связи с таможенным режимом в Северной Ирландии и призвали Еврокомиссию проявлять бдительность относительно возможных действий Британии в сфере налогообложения.
В той же тональности перед голосованием в Европарламенте выступила глава ЕК Урсула фон дер Ляйен. Она подчеркнула, что соглашение содержит в себе обязывающий механизм разрешения споров и возможность принятия односторонних коррекционных мер. «Мы без колебаний воспользуемся этими инструментами в случае необходимости», – уверила фон дер Ляйен. Можно не сомневаться, что поводы для этого не заставят себя ждать.
Александр Ивахник
Вопрос об объединении субъектов Федерации упирается в ситуативную коалицию населения регионов-доноров и элит регионов-реципиентов.
Реорганизация большинства «матрешечных» субъектов Федерации прошла достаточно быстро и с минимумом проблем именно в связи со слабостью окружных элит и сравнительно незначительного масштаба перераспределительного процесса. Небольшие дотационные территории со слабой идентичностью и без собственных перспектив развития были спокойно интегрированы в более крупные. Показательны исключения – более экономически сильные округа-доноры в Тюменской и Архангельской областях до сих пор противятся объединению (интеграционный проект Архангельской области и Ненецкого округа пытались запустить в прошлом году, но он вызвал столь сильное неприятие в «богатом» округе, что от него пришлось отказаться).
В случаях же с объединением двух областей элиты более слабого субъекта Федерации достаточно сильны для того, чтобы блокировать этот процесс. Они в этом случае теряют свой статус, превратившись из «губернских» в «уездные», финансовые потоки тоже будут идти через «губернский» город. Но и население региона-донора не в восторге от того, что должно будет делиться существенными ресурсами с более слабым соседом. Тем более, что в период экономической стагнации людям свойственно инстинктивно «замыкаться в себе», происходит уменьшение эмпатии. Такое человеческое поведение переносится и на общественную сферу. Так как объединение происходит посредством референдумов, вероятность неудачи весьма велика.
Разумеется, в каждом конкретном случае есть и важные дополнительные факторы. Для республик в составе России – это хорошо известная и очень непростая тема межнациональных отношений. Для субъектов Федерации российского Центра – историческая идентичность, усилившаяся в последние десятилетия (от активизации краеведческих исследований до установки на центральных площадях памятников князьям, основавшим город или правившим в нем).
Поэтому если с экономической точки зрения есть аргументы в пользу сокращения числа субъектов Федерации, то политические ограничители явно перевешивают.
Алексей Макаркин
Реорганизация большинства «матрешечных» субъектов Федерации прошла достаточно быстро и с минимумом проблем именно в связи со слабостью окружных элит и сравнительно незначительного масштаба перераспределительного процесса. Небольшие дотационные территории со слабой идентичностью и без собственных перспектив развития были спокойно интегрированы в более крупные. Показательны исключения – более экономически сильные округа-доноры в Тюменской и Архангельской областях до сих пор противятся объединению (интеграционный проект Архангельской области и Ненецкого округа пытались запустить в прошлом году, но он вызвал столь сильное неприятие в «богатом» округе, что от него пришлось отказаться).
В случаях же с объединением двух областей элиты более слабого субъекта Федерации достаточно сильны для того, чтобы блокировать этот процесс. Они в этом случае теряют свой статус, превратившись из «губернских» в «уездные», финансовые потоки тоже будут идти через «губернский» город. Но и население региона-донора не в восторге от того, что должно будет делиться существенными ресурсами с более слабым соседом. Тем более, что в период экономической стагнации людям свойственно инстинктивно «замыкаться в себе», происходит уменьшение эмпатии. Такое человеческое поведение переносится и на общественную сферу. Так как объединение происходит посредством референдумов, вероятность неудачи весьма велика.
Разумеется, в каждом конкретном случае есть и важные дополнительные факторы. Для республик в составе России – это хорошо известная и очень непростая тема межнациональных отношений. Для субъектов Федерации российского Центра – историческая идентичность, усилившаяся в последние десятилетия (от активизации краеведческих исследований до установки на центральных площадях памятников князьям, основавшим город или правившим в нем).
Поэтому если с экономической точки зрения есть аргументы в пользу сокращения числа субъектов Федерации, то политические ограничители явно перевешивают.
Алексей Макаркин
В Советском Союзе Запад воспринимался двояко. С одной стороны, все более надоедавший официоз, над которым чем дальше, тем больше смеялись. «Нелегкая журналистская судьба снова забросила меня в Париж», «Яркое солнце висит над теснинами Манхеттена, но невесело простым американцам» и так далее. Привычным спикерам советских СМИ – от Гэса Холла до доктора Хайдера – доверяли все меньше. С другой стороны, Запад для немалой части образованных горожан был территорией мечты («нас так долго учили любить твои запретные плоды»).
Сейчас отношение к Западу изменилось, но радикальное антизападничество, желание «закрыть Америку» и «затворить окно в Европу» свойственны явному меньшинству россиян. Более распространено другое – восприятие современного Запада на основе аргументации крайне правых идеологов, блогеров и др. (в том числе американских трампистов). Если верить им, то западная цивилизация подрывается, с одной стороны, врагом внутренним (от феминисток до BLM), а, с другой, внешним, проникшим внутрь (исламисты). И пройдет совсем немного времени, как этот «град обреченный» рухнет.
Такой подход греет душу людям, до сих пор испытывающим фрустрацию по поводу распада СССР (а среди них не только радикальные антизападники). И доверия западным крайне правым в российском обществе больше, чем крайне левым в советское – Пат Бьюкенен выглядит солиднее Гэса Холла. Проблема в том, что, несмотря на нередко правильно подмеченные конкретные проблемы, апокалиптические прогнозы крайне правых страдают крайней ангажированностью. Они напоминают страхи их предшественников, что западную цивилизацию разрушат хиппи и битлы. Парадоксально, но притягательность западной культуры действительно сыграла свою роль в разрушении державы, но только советской. Запад же показал куда более большую гибкость, адаптируя бунтарей и стимулируя перемены.
То же происходит и сейчас – небезболезненно, как и тогда. Если вспомним, то перемены способствовали отставке великого Шарля де Голля – но Франция от этого не рухнула.
Алексей Макаркин
Сейчас отношение к Западу изменилось, но радикальное антизападничество, желание «закрыть Америку» и «затворить окно в Европу» свойственны явному меньшинству россиян. Более распространено другое – восприятие современного Запада на основе аргументации крайне правых идеологов, блогеров и др. (в том числе американских трампистов). Если верить им, то западная цивилизация подрывается, с одной стороны, врагом внутренним (от феминисток до BLM), а, с другой, внешним, проникшим внутрь (исламисты). И пройдет совсем немного времени, как этот «град обреченный» рухнет.
Такой подход греет душу людям, до сих пор испытывающим фрустрацию по поводу распада СССР (а среди них не только радикальные антизападники). И доверия западным крайне правым в российском обществе больше, чем крайне левым в советское – Пат Бьюкенен выглядит солиднее Гэса Холла. Проблема в том, что, несмотря на нередко правильно подмеченные конкретные проблемы, апокалиптические прогнозы крайне правых страдают крайней ангажированностью. Они напоминают страхи их предшественников, что западную цивилизацию разрушат хиппи и битлы. Парадоксально, но притягательность западной культуры действительно сыграла свою роль в разрушении державы, но только советской. Запад же показал куда более большую гибкость, адаптируя бунтарей и стимулируя перемены.
То же происходит и сейчас – небезболезненно, как и тогда. Если вспомним, то перемены способствовали отставке великого Шарля де Голля – но Франция от этого не рухнула.
Алексей Макаркин
Осталось меньше недели до выборов в региональный парламент Шотландии. Их результат может оказать заметное влияние на политическую обстановку во всей стране. Соединенное Королевство все чаще называют Разъединенным Королевством, и прежде всего из-за Шотландии. Давно стоящие у власти в этой автономии сторонники независимости Шотландии имеют большие шансы упрочить свое большинство. Правящая Шотландская национальная партии главным лозунгом своего предвыборного манифеста сделала проведение повторного референдума о независимости региона до конца 2023 года, если коронавирусный кризис к тому времени будет преодолен.
На первом референдуме 2014 года 55% жителей Шотландии голосовали против независимости, но брексит радикально изменил ситуацию. В 2016 году 62% шотландцев высказались за сохранение членства в ЕС, и выход Великобритании из союза сепаратисты преподносят как достаточное основание для нового прямого обращения к гражданам по вопросу о судьбе Шотландии. Если независимость будет получена, со Соединенное Королевство потеряет примерно треть свой территории, почти десятую часть населения и важный элемент своей идентичности. При этом первый министр Шотландии и лидер ШНП Никола Стёрджен уверена, что страна не будет долго одинока и на упрощенных условиях, без многолетней волокиты будет принята в ЕС.
Усредненные показатели последних четырех опросов, проведенных в середине апреля, говорят о том, что электоральный рейтинг ШНП несколько снизился, но она по-прежнему далеко опережает другие партии. По мажоритарным округам уровень поддержки ШНП составляет 48%, по пропорциональным округам – 37%, у Консервативной партии соответственно 22% и 21%, у Лейбористской партии – 21% и 19%. Согласно этим опросам, ШНП получает 63 места в парламенте из 129, т.е. до абсолютного большинства ей не хватает всего двух мест. При этом заметно возросла поддержка партии «Зеленых», которая также выступает за независимость региона. По пропорциональным округам ее рейтинг достиг 9%, и она должна получить 10 мандатов в парламенте. Таким образом, в любом случае у сторонников независимости будет твердое большинство. А вот доля жителей Шотландии, готовых проголосовать на референдуме за выход из Соединенного Королевства, достигнув максимума в 58% в конце прошлого года, сейчас снизилась и составляет около 50%, если отбросить неопределившихся.
По британскому законодательству, для легального проведения референдума о независимости Шотландии требуется согласие Лондона. Борис Джонсон неоднократно и решительно заявлял, что такой референдум может проводиться «один раз в поколение» и что на повторный референдум его правительство согласия не даст. Но такой отказ будет воспринят в Шотландии крайне негативно и приведет к дальнейшему росту популярности ШНП. Кстати, репрезентативный опрос, проведенный в начале апреля компанией Ipsos MORI, показал, что 51% английских избирателей считают, что если ШНП получит большинство, то референдум должен быть разрешен. А 52% думают, что в течение десятилетия Соединенное Королевство перестанет существовать в нынешнем виде.
Александр Ивахник
На первом референдуме 2014 года 55% жителей Шотландии голосовали против независимости, но брексит радикально изменил ситуацию. В 2016 году 62% шотландцев высказались за сохранение членства в ЕС, и выход Великобритании из союза сепаратисты преподносят как достаточное основание для нового прямого обращения к гражданам по вопросу о судьбе Шотландии. Если независимость будет получена, со Соединенное Королевство потеряет примерно треть свой территории, почти десятую часть населения и важный элемент своей идентичности. При этом первый министр Шотландии и лидер ШНП Никола Стёрджен уверена, что страна не будет долго одинока и на упрощенных условиях, без многолетней волокиты будет принята в ЕС.
Усредненные показатели последних четырех опросов, проведенных в середине апреля, говорят о том, что электоральный рейтинг ШНП несколько снизился, но она по-прежнему далеко опережает другие партии. По мажоритарным округам уровень поддержки ШНП составляет 48%, по пропорциональным округам – 37%, у Консервативной партии соответственно 22% и 21%, у Лейбористской партии – 21% и 19%. Согласно этим опросам, ШНП получает 63 места в парламенте из 129, т.е. до абсолютного большинства ей не хватает всего двух мест. При этом заметно возросла поддержка партии «Зеленых», которая также выступает за независимость региона. По пропорциональным округам ее рейтинг достиг 9%, и она должна получить 10 мандатов в парламенте. Таким образом, в любом случае у сторонников независимости будет твердое большинство. А вот доля жителей Шотландии, готовых проголосовать на референдуме за выход из Соединенного Королевства, достигнув максимума в 58% в конце прошлого года, сейчас снизилась и составляет около 50%, если отбросить неопределившихся.
По британскому законодательству, для легального проведения референдума о независимости Шотландии требуется согласие Лондона. Борис Джонсон неоднократно и решительно заявлял, что такой референдум может проводиться «один раз в поколение» и что на повторный референдум его правительство согласия не даст. Но такой отказ будет воспринят в Шотландии крайне негативно и приведет к дальнейшему росту популярности ШНП. Кстати, репрезентативный опрос, проведенный в начале апреля компанией Ipsos MORI, показал, что 51% английских избирателей считают, что если ШНП получит большинство, то референдум должен быть разрешен. А 52% думают, что в течение десятилетия Соединенное Королевство перестанет существовать в нынешнем виде.
Александр Ивахник
В бесконечной истории сирийского конфликта подошло время для нового события – очередных президентских выборов, которые состоятся 26 мая. Ныне действующая конституция страны была принята в начале конфликта – в 2012 году – и предусматривает избрание президента на семилетний срок с правом переизбрания на второй срок. Первые выборы прошли в 2014 году, президентом предсказуемо был избран Башар Асад. Сейчас, через семь лет, он реализует свое право на переизбрание. Его соперниками станут Абдалла Саллюм Абдалла, бывший министр, представляющий Социалистическую юнионистскую партию, давнего союзника асадовской партии Баас. И Махмуд Ахмед Мараи, генеральный секретарь Демократического фронта оппозиции, созданного в 2016 году из политиков, признающих Асада президентом страны. Другие оппозиционные силы – от протурецких до курдских – в выборах не участвуют.
Большинство сирийской оппозиции настаивало на проведении выборов по новой конституции. Но проблема в том, что Конституционный комитет Сирии, созданный в 2019 году, за это время никаких результатов не добился. Сторонники Асада считают, что если какие-то перемены и нужны (в чем они не уверены), то оформить их можно поправками к конституции 2012 года. Оппозиция требует разработать новую конституцию. Так как в результате военных действий Асад при поддержке России и Ирана вытеснил оппозицию из большей части занимаемых ею районов, он может не торопиться – и работа комитета может проходить долгие годы с тем же успехом (если, конечно, оппозиции это не надоест).
Запад выборы не признает, Россия же направляет на них наблюдателей и подчеркивает, что сирийцы должны сами решить свою судьбу на основе действующей конституции. Также наблюдать за выборами будут представители Алжира, Армении, Беларуси, Боливии, Венесуэлы, Ирана, Китая, Кубы, Мавритании, Никарагуа, Омана, Эквадора и ЮАР. В этом ряду необычно выглядит Оман – но правящая в нем ибадитская династия известна своим прагматизмом и способностью не ссориться ни с кем из региональных игроков.
Не приходится сомневаться в том, что по итогам выборов Асад будет переизбран на новый срок. А дальше действительно может встать вопрос о поправках в конституцию – только без Конституционного комитета. Ведь будущий срок для Асада последний, в 2028 году ему будет 63 года и вряд ли он захочет уйти. Правда, до этого времени ему еще надо продержаться у власти – сейчас его позиции выглядят прочными, но что будет через семь лет, не знает никто.
Алексей Макаркин
Большинство сирийской оппозиции настаивало на проведении выборов по новой конституции. Но проблема в том, что Конституционный комитет Сирии, созданный в 2019 году, за это время никаких результатов не добился. Сторонники Асада считают, что если какие-то перемены и нужны (в чем они не уверены), то оформить их можно поправками к конституции 2012 года. Оппозиция требует разработать новую конституцию. Так как в результате военных действий Асад при поддержке России и Ирана вытеснил оппозицию из большей части занимаемых ею районов, он может не торопиться – и работа комитета может проходить долгие годы с тем же успехом (если, конечно, оппозиции это не надоест).
Запад выборы не признает, Россия же направляет на них наблюдателей и подчеркивает, что сирийцы должны сами решить свою судьбу на основе действующей конституции. Также наблюдать за выборами будут представители Алжира, Армении, Беларуси, Боливии, Венесуэлы, Ирана, Китая, Кубы, Мавритании, Никарагуа, Омана, Эквадора и ЮАР. В этом ряду необычно выглядит Оман – но правящая в нем ибадитская династия известна своим прагматизмом и способностью не ссориться ни с кем из региональных игроков.
Не приходится сомневаться в том, что по итогам выборов Асад будет переизбран на новый срок. А дальше действительно может встать вопрос о поправках в конституцию – только без Конституционного комитета. Ведь будущий срок для Асада последний, в 2028 году ему будет 63 года и вряд ли он захочет уйти. Правда, до этого времени ему еще надо продержаться у власти – сейчас его позиции выглядят прочными, но что будет через семь лет, не знает никто.
Алексей Макаркин
Остается пять месяцев до федеральных выборов в Германии. Эти выборы будут необычными. Не только потому, что они знаменуют окончание 16-летней «эпохи Ангелы Меркель», но и потому, что их исход практически невозможно предсказать. Сейчас страна по-прежнему находится в страшно надоевшем немцам строгом локдауне, но политические партии уже начинают подготовку к избирательной кампании. Они выдвинули своих кандидатов на пост канцлера, и эти кандидаты все чаще выступают с заявлениями, нацеленными на выборы.
Самым удачным с точки зрения позиционирования политической фигуры, которая может прийти на смену Меркель, оказался выбор партии «Зеленых». Анналена Бербок – молодая, яркая, решительная и очень амбициозная – стала звездой номер один на политическом небосклоне Германии и любимицей местных СМИ. Ее лицо не сходит с обложек журналов, а сама она стала самым востребованным персонажем телевизионных ток-шоу.
Уже через несколько дней после номинации Бербок электоральные рейтинги «Зеленых» значительно возросли. Согласно трем опросам на прошлой неделе, они вышли на первое место, заручившись поддержкой 25-28% избирателей, тогда как в пользу правящего консервативного блока ХДС/ХСС высказались 22-24%. Лишь один опрос поставил эти партии вровень – по 23%. СДПГ намного отстает, получая 13-16%. Опросы фиксируют и популярность лично Бербок. Согласно опросу института INSA от 30 апреля, если бы проводились прямые выборы канцлера, то за нее проголосовали бы 26% избирателей, за кандидата от СДПГ, действующего министра финансов Олафа Шольца – 16% и за лидера ХДС Армина Лашета – 15%. По данным аналогичного опроса службы Forsa, Бербок получила бы поддержку 32% немцев, Лашет – 15%, Шольц – 13%.
Среди германских экспертов все чаще слышны заявления о том, что если тренд резко не изменится, то на выборах 26 сентября может произойти политическое землетрясение: «Зеленые» опередят ХДС/ХСС и будут формировать правительство. В пользу такого сценария играет массовое разочарование традиционным политическим истеблишментом, который не смог уверенно провести страну через коронавирусный кризис, и умело формируемый «Зелеными» имидж свежей, динамичной силы, имеющей ответы на вызовы времени. Климатическая повестка уже давно стала мейнстримной в Германии, да и вообще в Европе, но «Зеленые» внутри этой повестки выдвигают заметно более амбициозные цели и по сокращению выбросов парниковых газов, и по ускорению закрытия всех угольных ТЭС и запрета продаж новых автомобилей с ДВС.
Одновременно «Зеленые» стремятся выйти за пределы своей традиционной базы, озабоченной прежде всего экологическими проблемами. Они разработали 10-летнюю программу инвестиций в объеме €500 млрд, которые должны направляться не только на защиту климата, но и на новые цифровые и биотехнологии, развитие высокоскоростного интернета и обновление местами сильно изношенной инфраструктуры.
Однако в программе «Зеленых» есть и элементы, которые могут вызывать опасения среднего избирателя и наверняка будут использоваться в ходе предвыборной борьбы их политическими соперниками. Это прежде всего пункты о выводе из Германии американского ядерного оружия и о либерализации нынешней жесткой политики в вопросе предоставления убежища иммигрантам. Наконец, важным фактором, влияющим на исход выборов, станет ситуация с коронавирусом. Если к сентябрю будет в основном закончена массовая вакцинация и жизнь в стране войдет в относительно нормальное русло, то часть избирателей вернется к поддержке пусть менее новаторской, но зато более проверенной и надежной силы в лице христианских демократов.
Александр Ивахник
Самым удачным с точки зрения позиционирования политической фигуры, которая может прийти на смену Меркель, оказался выбор партии «Зеленых». Анналена Бербок – молодая, яркая, решительная и очень амбициозная – стала звездой номер один на политическом небосклоне Германии и любимицей местных СМИ. Ее лицо не сходит с обложек журналов, а сама она стала самым востребованным персонажем телевизионных ток-шоу.
Уже через несколько дней после номинации Бербок электоральные рейтинги «Зеленых» значительно возросли. Согласно трем опросам на прошлой неделе, они вышли на первое место, заручившись поддержкой 25-28% избирателей, тогда как в пользу правящего консервативного блока ХДС/ХСС высказались 22-24%. Лишь один опрос поставил эти партии вровень – по 23%. СДПГ намного отстает, получая 13-16%. Опросы фиксируют и популярность лично Бербок. Согласно опросу института INSA от 30 апреля, если бы проводились прямые выборы канцлера, то за нее проголосовали бы 26% избирателей, за кандидата от СДПГ, действующего министра финансов Олафа Шольца – 16% и за лидера ХДС Армина Лашета – 15%. По данным аналогичного опроса службы Forsa, Бербок получила бы поддержку 32% немцев, Лашет – 15%, Шольц – 13%.
Среди германских экспертов все чаще слышны заявления о том, что если тренд резко не изменится, то на выборах 26 сентября может произойти политическое землетрясение: «Зеленые» опередят ХДС/ХСС и будут формировать правительство. В пользу такого сценария играет массовое разочарование традиционным политическим истеблишментом, который не смог уверенно провести страну через коронавирусный кризис, и умело формируемый «Зелеными» имидж свежей, динамичной силы, имеющей ответы на вызовы времени. Климатическая повестка уже давно стала мейнстримной в Германии, да и вообще в Европе, но «Зеленые» внутри этой повестки выдвигают заметно более амбициозные цели и по сокращению выбросов парниковых газов, и по ускорению закрытия всех угольных ТЭС и запрета продаж новых автомобилей с ДВС.
Одновременно «Зеленые» стремятся выйти за пределы своей традиционной базы, озабоченной прежде всего экологическими проблемами. Они разработали 10-летнюю программу инвестиций в объеме €500 млрд, которые должны направляться не только на защиту климата, но и на новые цифровые и биотехнологии, развитие высокоскоростного интернета и обновление местами сильно изношенной инфраструктуры.
Однако в программе «Зеленых» есть и элементы, которые могут вызывать опасения среднего избирателя и наверняка будут использоваться в ходе предвыборной борьбы их политическими соперниками. Это прежде всего пункты о выводе из Германии американского ядерного оружия и о либерализации нынешней жесткой политики в вопросе предоставления убежища иммигрантам. Наконец, важным фактором, влияющим на исход выборов, станет ситуация с коронавирусом. Если к сентябрю будет в основном закончена массовая вакцинация и жизнь в стране войдет в относительно нормальное русло, то часть избирателей вернется к поддержке пусть менее новаторской, но зато более проверенной и надежной силы в лице христианских демократов.
Александр Ивахник
В Беларуси отказано в регистрации пророссийской партии «Союз» - официально из-за несоответствия законодательству. Минимальная численность членов партии в Беларуси – 1 тысяча человек, «Союз» представил 1023 подписи, а белорусский Минюст счел, что 26 человек из этого числа не существует, а еще один не имеет белорусского гражданства.
О создании «Союза» было объявлено еще прошлой осенью – вероятная регистрация партии рассматривалась наблюдателями как знак благодарности России со стороны Александра Лукашенко за помощь в борьбе с оппозицией. Белорусский транзит вроде бы предполагает усиление роли парламента, хотя никаких решений по этому поводу нет. Зато появились рассуждения по поводу того, что в парламенте будет пророссийская фракция, выступающая за «интеграцию республики в рамках Союзного государства, Евразийского экономического союза, Организации Договора о коллективной безопасности» (из программных положений партии).
А также считающая, что «только с Россией, с ее огромным военным потенциалом, Беларусь способна сохранить свой суверенитет». Это уже из высказываний лидера партии Сергея Луща, основателя объединения «Румол» («Русь молодая»), которое пропагандирует идеи славянского братства и союза Беларуси и России. «Румол» проводит акции «Георгиевская лента», Международный фестиваль славянских боевых искусств и фестиваль здорового образа жизни «Славянский богатырь». Оппоненты Луща припоминали ему участие в нулевые годы в деятельности ультраправой языческой организации, где он якобы даже был волхвом.
Но представляется, что история с «Союзом» изначально отличалась преувеличениями. Лущ для Беларуси – фигура весьма маргинальная. Видимо, поэтому белорусские власти и не мешали его раскрутке как пророссийского лидера. В России же к «Союзу» относились без особого пиетета. В качестве почетных гостей на учредительный съезд партии в марте прибыли один депутат Госдумы – «единоросс» Дмитрий Белик от Севастополя – и пара соратников Захара Прилепина из бывшей донецкой команды Александра Захарченко (экс-советник Захарченко Александр Казаков и экс-министр связи ДНР Виктор Яценко). Сам Прилепин на съезде отсутствовал – равно как и «мироновские» депутаты Госдумы от «Справедливой России».
Таким образом набор гостей съезда не только отличался невысоким статусом и немногочисленностью, но еще и был не слишком приемлем для Лукашенко, который негативно относится к пророссийским проектам на Донбассе. Вероятность того, что она станет центром притяжения для «ветеранов Донбасса», возможно, и стала основанием для того, что Минюст насчитал недостаточное число партийцев.
Алексей Макаркин
О создании «Союза» было объявлено еще прошлой осенью – вероятная регистрация партии рассматривалась наблюдателями как знак благодарности России со стороны Александра Лукашенко за помощь в борьбе с оппозицией. Белорусский транзит вроде бы предполагает усиление роли парламента, хотя никаких решений по этому поводу нет. Зато появились рассуждения по поводу того, что в парламенте будет пророссийская фракция, выступающая за «интеграцию республики в рамках Союзного государства, Евразийского экономического союза, Организации Договора о коллективной безопасности» (из программных положений партии).
А также считающая, что «только с Россией, с ее огромным военным потенциалом, Беларусь способна сохранить свой суверенитет». Это уже из высказываний лидера партии Сергея Луща, основателя объединения «Румол» («Русь молодая»), которое пропагандирует идеи славянского братства и союза Беларуси и России. «Румол» проводит акции «Георгиевская лента», Международный фестиваль славянских боевых искусств и фестиваль здорового образа жизни «Славянский богатырь». Оппоненты Луща припоминали ему участие в нулевые годы в деятельности ультраправой языческой организации, где он якобы даже был волхвом.
Но представляется, что история с «Союзом» изначально отличалась преувеличениями. Лущ для Беларуси – фигура весьма маргинальная. Видимо, поэтому белорусские власти и не мешали его раскрутке как пророссийского лидера. В России же к «Союзу» относились без особого пиетета. В качестве почетных гостей на учредительный съезд партии в марте прибыли один депутат Госдумы – «единоросс» Дмитрий Белик от Севастополя – и пара соратников Захара Прилепина из бывшей донецкой команды Александра Захарченко (экс-советник Захарченко Александр Казаков и экс-министр связи ДНР Виктор Яценко). Сам Прилепин на съезде отсутствовал – равно как и «мироновские» депутаты Госдумы от «Справедливой России».
Таким образом набор гостей съезда не только отличался невысоким статусом и немногочисленностью, но еще и был не слишком приемлем для Лукашенко, который негативно относится к пророссийским проектам на Донбассе. Вероятность того, что она станет центром притяжения для «ветеранов Донбасса», возможно, и стала основанием для того, что Минюст насчитал недостаточное число партийцев.
Алексей Макаркин
В Думу внесен очередной пакет силовых законопроектов. Он фактически вводит принцип обратной силы в отношении донаторов ФБК (признан иноагентом в России) Алексея Навального, запрещая им на три года участие в думских выборах, если они жертвовали деньги на нужды ФБК в течение года до признания его экстремистским (а вряд ли кто-либо сомневается, что это признание последует до регистрации кандидатов). Тот же принцип вводится в отношении тех, кто иным образом был «причастен» к деятельности ФБК – а тут уже масса возможностей для расширительных толкований (например, не отказался от поддержки Навального в рамках «умного голосования» - это причастность или нет?). Теперь оказаться за решеткой можно даже рядовым участникам деятельности нежелательных организаций, а их руководителей новый законопроект позволяет отправить туда сразу, без предварительного административного наказания.
С чем связано внесение такого пакета? Штабы Навального и так закрыты. Глава думского комитета по безопасности Василий Пискарев назвал цифры – 10 нежелательных организаций подготовили, по его данным, более 40 выпускников «различных семинаров, тренингов и курсов подготовки для российских граждан за рубежом». То есть в среднем примерно по 4 выпускника на организацию. Получается, что то ли неэффективно работают нежелательные структуры, то ли эти четыре десятка выпускников – какие-то терминаторы, способные подорвать безопасность страны.
На самом деле законопроекты предвыборные. Вспомним недавнее заявление министра Сергея Лаврова про то, что «кроме желания жить хорошо, жить сыто, быть уверенным за своих детей, друзей, родных, в нашей стране не меньшую роль во всем том, что мы делали за всю нашу тысячелетнюю историю, всегда играло чувство национальной гордости». Когда население – причем не только либералы, но и немалая часть лоялистов – слышит такие слова, то интерпретирует их однозначно: надо запасаться солью и сахаром. Идти на выборы в условиях, когда цены растут, пандемия не спадает (наоборот, в публичном пространстве все чаще говорят о третьей волне), ощутимого экономического роста нет с 2013 года, а «крымский эффект» исчерпан, крайне непросто.
В этих условиях даже часть лоялистов в крупных городах могут проголосовать протестно – тем более, что цена вопроса для них невелика, это же не «выбор судьбы», которыми традиционно являются президентские выборы. Отсюда и желание не только разгромить инфраструктуру, связанную с Навальным и Михаилом Ходорковским, но и иметь возможность отстранить от участия в выборах популярных кандидатов, которые как-то взаимодействовали со структурами Навального. Например, перечислили на нужды ФБК тысячу-другую рублей.
Алексей Макаркин
С чем связано внесение такого пакета? Штабы Навального и так закрыты. Глава думского комитета по безопасности Василий Пискарев назвал цифры – 10 нежелательных организаций подготовили, по его данным, более 40 выпускников «различных семинаров, тренингов и курсов подготовки для российских граждан за рубежом». То есть в среднем примерно по 4 выпускника на организацию. Получается, что то ли неэффективно работают нежелательные структуры, то ли эти четыре десятка выпускников – какие-то терминаторы, способные подорвать безопасность страны.
На самом деле законопроекты предвыборные. Вспомним недавнее заявление министра Сергея Лаврова про то, что «кроме желания жить хорошо, жить сыто, быть уверенным за своих детей, друзей, родных, в нашей стране не меньшую роль во всем том, что мы делали за всю нашу тысячелетнюю историю, всегда играло чувство национальной гордости». Когда население – причем не только либералы, но и немалая часть лоялистов – слышит такие слова, то интерпретирует их однозначно: надо запасаться солью и сахаром. Идти на выборы в условиях, когда цены растут, пандемия не спадает (наоборот, в публичном пространстве все чаще говорят о третьей волне), ощутимого экономического роста нет с 2013 года, а «крымский эффект» исчерпан, крайне непросто.
В этих условиях даже часть лоялистов в крупных городах могут проголосовать протестно – тем более, что цена вопроса для них невелика, это же не «выбор судьбы», которыми традиционно являются президентские выборы. Отсюда и желание не только разгромить инфраструктуру, связанную с Навальным и Михаилом Ходорковским, но и иметь возможность отстранить от участия в выборах популярных кандидатов, которые как-то взаимодействовали со структурами Навального. Например, перечислили на нужды ФБК тысячу-другую рублей.
Алексей Макаркин
Законопроект, запрещающий отожествлять сталинский СССР и нацистскую Германию, включает в себя три запрета.
1. «Запрет публичного отождествления целей, решений и действий руководства СССР, командования и военнослужащих СССР с целями, решениями и действиями руководства нацистской Германии, командования и военнослужащих нацистской Германии и стран оси в ходе Второй мировой войны». Возникает вопрос, а как быть с разделом Польши в 1939 году? Историкам придется возвращаться к старой советской схеме – агрессивная война нацистской Германии и освободительный поход Красной армии. И утверждать в ее рамках, что во время подписания пакта Молотова-Риббентропа советский нарком был заинтересован только в оттягивании сроков будущей войны. И возможно - это уже выход за советские рамки, но допустимый - еще в возвращении исконных земель, в частности, Львова (который Российской империи никогда не принадлежал, но это уже частности).
Еще один момент – о «командовании и военнослужащих СССР». Теперь любой, сравнивающий не только Сталина с Гитлером, но и маршала Берию с рейхсфюрером Гиммлером ступает на минное поле.
2. «…отрицания решающей роли советского народа в разгроме нацистской Германии». Теперь историки и публицисты должны будут внимательно следить за формулировками, чтобы не уравнять вклад в Победу СССР и западных союзников. Соответственно, о «втором фронте» и арктических конвоях будет желательно говорить в советских интонациях. Не обязательно разоблачительно – про героизм простых моряков, участвовавших в конвоях, говорилось и в советское время – но сдержанно, оговариваясь, что во время боев во Франции в 1944-м судьба войны решалась в ходе операции «Багратион». Кстати, отсутствие упоминания о советском наступлении было главной «патриотической» претензией к оскаровскому фильму «Спасти рядового Райана» еще в 1990-е годы. Тогда такие претензии озвучивались преимущественно сторонниками коммунистической субкультуры – сейчас данная тема получает законодательное оформление.
3. «… и гуманитарной миссии Союза ССР при освобождении стран Европы». Здесь введено новое понятие «гуманитарная миссия», в которое при желании можно включить все составляющие деятельности СССР в Восточной Европе – и героизм советских солдат, и ловушку, которую чекисты устроили руководству Армии Крайовой и польского подпольного государства. Тема принудительной советизации стран Восточной Европы не становится запретной, но формулировка законопроекта фактически принуждает к самоцензуре.
Алексей Макаркин
1. «Запрет публичного отождествления целей, решений и действий руководства СССР, командования и военнослужащих СССР с целями, решениями и действиями руководства нацистской Германии, командования и военнослужащих нацистской Германии и стран оси в ходе Второй мировой войны». Возникает вопрос, а как быть с разделом Польши в 1939 году? Историкам придется возвращаться к старой советской схеме – агрессивная война нацистской Германии и освободительный поход Красной армии. И утверждать в ее рамках, что во время подписания пакта Молотова-Риббентропа советский нарком был заинтересован только в оттягивании сроков будущей войны. И возможно - это уже выход за советские рамки, но допустимый - еще в возвращении исконных земель, в частности, Львова (который Российской империи никогда не принадлежал, но это уже частности).
Еще один момент – о «командовании и военнослужащих СССР». Теперь любой, сравнивающий не только Сталина с Гитлером, но и маршала Берию с рейхсфюрером Гиммлером ступает на минное поле.
2. «…отрицания решающей роли советского народа в разгроме нацистской Германии». Теперь историки и публицисты должны будут внимательно следить за формулировками, чтобы не уравнять вклад в Победу СССР и западных союзников. Соответственно, о «втором фронте» и арктических конвоях будет желательно говорить в советских интонациях. Не обязательно разоблачительно – про героизм простых моряков, участвовавших в конвоях, говорилось и в советское время – но сдержанно, оговариваясь, что во время боев во Франции в 1944-м судьба войны решалась в ходе операции «Багратион». Кстати, отсутствие упоминания о советском наступлении было главной «патриотической» претензией к оскаровскому фильму «Спасти рядового Райана» еще в 1990-е годы. Тогда такие претензии озвучивались преимущественно сторонниками коммунистической субкультуры – сейчас данная тема получает законодательное оформление.
3. «… и гуманитарной миссии Союза ССР при освобождении стран Европы». Здесь введено новое понятие «гуманитарная миссия», в которое при желании можно включить все составляющие деятельности СССР в Восточной Европе – и героизм советских солдат, и ловушку, которую чекисты устроили руководству Армии Крайовой и польского подпольного государства. Тема принудительной советизации стран Восточной Европы не становится запретной, но формулировка законопроекта фактически принуждает к самоцензуре.
Алексей Макаркин
Прошедшие 4 мая досрочные выборы в парламент региона Мадрид (в него входят столица Испании и ее окрестности) приобрели общенациональное звучание и нанесли политический удар по левому национальному правительству премьера Педро Санчеса. На выборах неожиданно внушительную победу одержала правоконсервативная Народная партия, чей партийный список возглавляла действующая глава регионального правительства Исабель Диас Аюсо. При высокой явке в 76% народники получили 44% голосов и 65 мест в парламенте из 136 – на 35 мест больше, чем на выборах 2019 года. До абсолютного большинства им не хватает всего 4 мандата. Праворадикальная популистская партия Vox будет иметь 13 мест. Национальный лидер Vox Сантьяго Абаскаль уже заявил, что депутаты от партии поддержат формирование нового правительства Аюсо. А вот центристская партия «Граждане» – прежний партнер народников по коалиции в мадридском правительстве – потерпела сокрушительное поражение, набрав менее 5% голосов и оставшись вне парламента. Это уже не первый глубокий провал «Граждан», и он отражает общую поляризацию испанской политики между левым и правым блоками.
Впрочем, на этот раз левые выступили в регионе Мадрид неудачно, получив в совокупности всего 59 мест. Соцпартия Санчеса смогла провести лишь 25 депутатов – на 12 меньше, чем в 2019 году. Левая партия Más Madrid будет иметь 24 места, а леворадикалы из партии Podemos – 10 мест, и это несмотря на то, что их лидер Пабло Иглесиас в марте оставил пост вице-премьера национального правительства, чтобы возглавить партийный список на мадридских выборах.
Предвыборная кампания отличалась ожесточенным тоном, который задала глава региона Исабель Аюсо. Она в период пандемии жестко критиковала строгие карантинные меры, которые не раз вводило национальное правительство. Аюсо вела кампанию под лозунгом «Коммунизм или свобода» и ставила себе в заслугу то, что в мадридском регионе, в отличие от остальной Испании, в последние месяцы почти без ограничений работали бары, рестораны, магазины, гостиницы и другие предприятия обслуживания. Социалисты резко обвиняли главу региона в безответственности, ссылаясь на высокие цифры заражений и непосильное давление на больницы. А лидер Podemos Иглесиас лозунгу Аюса и правопопулистской агитации партии Vox противопоставил лозунг «Демократия или фашизм».
Ставка Исабель Аюсо на конфронтационный стиль оправдалась. И жители Мадрида, и представители мелкого бизнеса своими голосами поддержали ее антикарантинную линию. Недавно еще почти неизвестная в масштабах Испании, она теперь вошла в первый ряд политиков Народной партии и, видимо, будет подталкивать лидера партии Пабло Касадо вправо. Кроме того, после серьезных неудач последних лет яPodemos Пабло Иглесиас по итогам мадридских выборов объявил об уходе из активной политики, что, кстати, на руку Санчесу, поскольку Иглесиас отличался низкой договороспособностью.
Александр Ивахник
Впрочем, на этот раз левые выступили в регионе Мадрид неудачно, получив в совокупности всего 59 мест. Соцпартия Санчеса смогла провести лишь 25 депутатов – на 12 меньше, чем в 2019 году. Левая партия Más Madrid будет иметь 24 места, а леворадикалы из партии Podemos – 10 мест, и это несмотря на то, что их лидер Пабло Иглесиас в марте оставил пост вице-премьера национального правительства, чтобы возглавить партийный список на мадридских выборах.
Предвыборная кампания отличалась ожесточенным тоном, который задала глава региона Исабель Аюсо. Она в период пандемии жестко критиковала строгие карантинные меры, которые не раз вводило национальное правительство. Аюсо вела кампанию под лозунгом «Коммунизм или свобода» и ставила себе в заслугу то, что в мадридском регионе, в отличие от остальной Испании, в последние месяцы почти без ограничений работали бары, рестораны, магазины, гостиницы и другие предприятия обслуживания. Социалисты резко обвиняли главу региона в безответственности, ссылаясь на высокие цифры заражений и непосильное давление на больницы. А лидер Podemos Иглесиас лозунгу Аюса и правопопулистской агитации партии Vox противопоставил лозунг «Демократия или фашизм».
Ставка Исабель Аюсо на конфронтационный стиль оправдалась. И жители Мадрида, и представители мелкого бизнеса своими голосами поддержали ее антикарантинную линию. Недавно еще почти неизвестная в масштабах Испании, она теперь вошла в первый ряд политиков Народной партии и, видимо, будет подталкивать лидера партии Пабло Касадо вправо. Кроме того, после серьезных неудач последних лет яPodemos Пабло Иглесиас по итогам мадридских выборов объявил об уходе из активной политики, что, кстати, на руку Санчесу, поскольку Иглесиас отличался низкой договороспособностью.
Александр Ивахник
В современной России очень любят Realpolitik. То есть когда во внешней политике приоритет отдается прагматическим соображениям, а не идеологическим принципам. Проблема в том, что Realpolitik реализовывать тем легче, чем меньше соответствующее правительство зависит от общественного мнения.
Пример – визит правительственной делегации ФРГ в Москву в сентябре 1955 года, в результате которого между двумя странами были установлены дипломатические отношения. Постсталинское советское руководство пришло к заключению, что надо нормализовать отношения с Западом, сняв хотя бы часть перенапряжения, которой заставляло СССР находиться в состоянии постоянной мобилизации. В течение трех лет СССР отказался от территориальных претензий к Турции, подписал Государственный договор, определивший статус Австрии, ликвидировал Карело-Финскую ССР (то есть дал понять, что не будет более даже теоретически претендовать на присоединение Финляндии).
Но самым сложным вопросом стала нормализация отношений с ФРГ. В том числе потому, что германское общественное мнение требовало освобождения почти 10 тысяч немцев, находившихся в заключении в СССР. Для Германии они были соотечественниками, для СССР – военными преступниками, которым еще очень повезло. Пока они были подследственными, Сталин на время отменил смертную казнь, и их приговорили к длительным срокам лишения свободы. После ее восстановления появился прецедент вынесения смертного приговора такому заключенному (бывшему командиру дивизии СС «Мертвая голова» Бергеру) – формально уже по новому делу, «за саботаж строительных работ». Его казнили за несколько дней до смерти Сталина, после чего такая практика прекратилась.
И вот Аденауэр приезжает в Москву – и сразу же поднимает вопрос о возвращении осужденных. Запросная позиция СССР предельно жесткая – ее 10 сентября высказал Булганин: «Это - люди, потерявшие человеческий облик, это - насильники, поджигатели, убийцы женщин, детей, стариков… Нельзя забыть безвинно убитых, задушенных, заживо погребенных людей, нельзя забыть сожженные города и села, убитых женщин, юношей и детей».
Казалось бы, все ясно. Но дальше следуют несколько дней очень непростых переговоров – и уже 13 сентября Хрущев заявляет: «Мы вам даем джентльменское слово, что, как мы договорились, всех заключенных (вы их называете военнопленными, мы их называем военными преступниками) освободим или по амнистии или же передадим их вашему правительству как осужденных преступников, а ваше правительство может поступить с ними так, как оно найдет нужным». При этом принципиальное решение на уровне руководства КПСС о возможности возврата осужденных немцев было принято еще в июле 1955 года – так что Булганин 10 сентября играл в «злого следователя», стремясь добиться выгодных для СССР условий. В том числе чтобы вопрос о возврате осужденных не был официально увязан с установлением дипотношений.
СССР свое слово сдержал. Бундестаг проголосовал за установление дипотношений 23 сентября, а указ о репатриации был подписан 28 сентября, при этом 749 человек были переданы в качестве «неамнистированных преступников» с учетом тяжести совершенных ими деяний (среди них были охранники из Заксенхаузена, которых затем осудили в ФРГ). В Германии возвращающихся встречали цветами – это уже следующие поколения задумались над вопросами вины и ответственности. В СССР неудобную тему постарались притушить – если бы ее вынесли на широкое общественное обсуждение, такой размен вряд ли был бы одобрен. То, что для Булганина и Хрущева было элементом жесткого торга, «простыми советскими людьми», пережившими ужасы войны, воспринималось всерьез. Другое дело, что в условиях цензуры советское руководство могло управлять информацией – и взрыва протеста из-за компромисса в стиле Realpolitik не произошло.
Алексей Макаркин
Пример – визит правительственной делегации ФРГ в Москву в сентябре 1955 года, в результате которого между двумя странами были установлены дипломатические отношения. Постсталинское советское руководство пришло к заключению, что надо нормализовать отношения с Западом, сняв хотя бы часть перенапряжения, которой заставляло СССР находиться в состоянии постоянной мобилизации. В течение трех лет СССР отказался от территориальных претензий к Турции, подписал Государственный договор, определивший статус Австрии, ликвидировал Карело-Финскую ССР (то есть дал понять, что не будет более даже теоретически претендовать на присоединение Финляндии).
Но самым сложным вопросом стала нормализация отношений с ФРГ. В том числе потому, что германское общественное мнение требовало освобождения почти 10 тысяч немцев, находившихся в заключении в СССР. Для Германии они были соотечественниками, для СССР – военными преступниками, которым еще очень повезло. Пока они были подследственными, Сталин на время отменил смертную казнь, и их приговорили к длительным срокам лишения свободы. После ее восстановления появился прецедент вынесения смертного приговора такому заключенному (бывшему командиру дивизии СС «Мертвая голова» Бергеру) – формально уже по новому делу, «за саботаж строительных работ». Его казнили за несколько дней до смерти Сталина, после чего такая практика прекратилась.
И вот Аденауэр приезжает в Москву – и сразу же поднимает вопрос о возвращении осужденных. Запросная позиция СССР предельно жесткая – ее 10 сентября высказал Булганин: «Это - люди, потерявшие человеческий облик, это - насильники, поджигатели, убийцы женщин, детей, стариков… Нельзя забыть безвинно убитых, задушенных, заживо погребенных людей, нельзя забыть сожженные города и села, убитых женщин, юношей и детей».
Казалось бы, все ясно. Но дальше следуют несколько дней очень непростых переговоров – и уже 13 сентября Хрущев заявляет: «Мы вам даем джентльменское слово, что, как мы договорились, всех заключенных (вы их называете военнопленными, мы их называем военными преступниками) освободим или по амнистии или же передадим их вашему правительству как осужденных преступников, а ваше правительство может поступить с ними так, как оно найдет нужным». При этом принципиальное решение на уровне руководства КПСС о возможности возврата осужденных немцев было принято еще в июле 1955 года – так что Булганин 10 сентября играл в «злого следователя», стремясь добиться выгодных для СССР условий. В том числе чтобы вопрос о возврате осужденных не был официально увязан с установлением дипотношений.
СССР свое слово сдержал. Бундестаг проголосовал за установление дипотношений 23 сентября, а указ о репатриации был подписан 28 сентября, при этом 749 человек были переданы в качестве «неамнистированных преступников» с учетом тяжести совершенных ими деяний (среди них были охранники из Заксенхаузена, которых затем осудили в ФРГ). В Германии возвращающихся встречали цветами – это уже следующие поколения задумались над вопросами вины и ответственности. В СССР неудобную тему постарались притушить – если бы ее вынесли на широкое общественное обсуждение, такой размен вряд ли был бы одобрен. То, что для Булганина и Хрущева было элементом жесткого торга, «простыми советскими людьми», пережившими ужасы войны, воспринималось всерьез. Другое дело, что в условиях цензуры советское руководство могло управлять информацией – и взрыва протеста из-за компромисса в стиле Realpolitik не произошло.
Алексей Макаркин
В субботу вечером стали известны окончательные результаты «суперчетверга», когда в Англии проходили выборы муниципальных советников и мэров ряда городов, а в Шотландии и Уэльсе – выборы в региональные парламенты. Картина оказалась смешанной. Голосованием англичан Борис Джонсон должен быть доволен. Кандидаты-тори значительно увеличили свое представительство в муниципалитетах, пополнили число мэров и даже победили в традиционно лейбористском избирательном округе на дополнительных выборах в Палату общин. Единственное заметное исключение: лейборист Садик Хан сохранил за собой пост мэра Лондона. А вот автономные регионы голосовали иначе. В Уэльсе лейбористы увеличили свое большинство в парламенте. Но самые большие проблемы возникнут у Джонсона в Шотландии. Здесь уверенное большинство в парламенте получили сторонники независимости.
Лидеры шотландских тори и лейбористов агитировали за своего рода «умное голосование», при котором сторонники сохранения единства Соединенного Королевства в мажоритарных округах голосовали бы за партию, имеющую больше шансов победить кандидата от националистов. Такая тактика принесла некоторый результат, не дав правящей Шотландской национальной партии получить абсолютное большинство в парламенте. Однако ШНП для этого не хватило всего одного места, она завоевала 64 мандата. Зато партия «Зеленых», которая также выступает за независимость региона, получила 8 мандатов – на два больше, чем прежде. Консерваторы сохранили 31 место, лейбористы будут иметь 22 мандата, либеральные демократы – 4. Таким образом, ШНП в четвертый раз подряд сформирует правительство, а первый министр Шотландии и лидер партии Никола Стёрджен сохранит свой пост.
Стёрджен, которая вела предвыборную кампанию под лозунгом проведения повторного референдума о независимости региона, после выборов была настроена по-боевому. В пятницу она заявила, что ШНП проведет через парламент закон об организации такого референдума, и если Борис Джонсон захочет блокировать его, ему придется обращаться в Верховный суд. «Если люди в Шотландии проголосовали за большинство в парламенте, выступающее за независимость, то ни один политик не имеет права встать на пути этого», – добавила она. В своей победной речи в субботу вечером Стёрджен подчеркнула, что итоги выборов означают наличие ясного мандата на проведение референдума, как только будет преодолена коронавирусная пандемия. «Ни в коем случае референдум нельзя представлять как мое требование или требование ШНП. Это воля страны», – заявила первый министр.
В свою очередь, Борис Джонсон в пятничном интервью газете The Telegraph сказал, что в ситуации, когда Великобритания только начинает выходить из коронавирусного кризиса, новый референдум в Шотландии был бы «безответственным и безрассудным». В субботу, когда стал ясен масштаб победы ШНП, британский премьер сменил акценты. Он обратился к Стёрджен с письмом, в котором пригласил ее, а также глав правительств Уэльса и Северной Ирландии на саммит для обсуждения сотрудничества в преодолении последствий пандемии и других вызовов «в предстоящие месяцы и годы». Однако едва ли такое миролюбие произведет впечатление на шотландских националистов. Очевидно, что конфликт между Эдинбургом и Лондоном по вопросу о референдуме будет набирать силу и может привести к судебным битвам и серьезным политическим потрясениям.
Александр Ивахник
Лидеры шотландских тори и лейбористов агитировали за своего рода «умное голосование», при котором сторонники сохранения единства Соединенного Королевства в мажоритарных округах голосовали бы за партию, имеющую больше шансов победить кандидата от националистов. Такая тактика принесла некоторый результат, не дав правящей Шотландской национальной партии получить абсолютное большинство в парламенте. Однако ШНП для этого не хватило всего одного места, она завоевала 64 мандата. Зато партия «Зеленых», которая также выступает за независимость региона, получила 8 мандатов – на два больше, чем прежде. Консерваторы сохранили 31 место, лейбористы будут иметь 22 мандата, либеральные демократы – 4. Таким образом, ШНП в четвертый раз подряд сформирует правительство, а первый министр Шотландии и лидер партии Никола Стёрджен сохранит свой пост.
Стёрджен, которая вела предвыборную кампанию под лозунгом проведения повторного референдума о независимости региона, после выборов была настроена по-боевому. В пятницу она заявила, что ШНП проведет через парламент закон об организации такого референдума, и если Борис Джонсон захочет блокировать его, ему придется обращаться в Верховный суд. «Если люди в Шотландии проголосовали за большинство в парламенте, выступающее за независимость, то ни один политик не имеет права встать на пути этого», – добавила она. В своей победной речи в субботу вечером Стёрджен подчеркнула, что итоги выборов означают наличие ясного мандата на проведение референдума, как только будет преодолена коронавирусная пандемия. «Ни в коем случае референдум нельзя представлять как мое требование или требование ШНП. Это воля страны», – заявила первый министр.
В свою очередь, Борис Джонсон в пятничном интервью газете The Telegraph сказал, что в ситуации, когда Великобритания только начинает выходить из коронавирусного кризиса, новый референдум в Шотландии был бы «безответственным и безрассудным». В субботу, когда стал ясен масштаб победы ШНП, британский премьер сменил акценты. Он обратился к Стёрджен с письмом, в котором пригласил ее, а также глав правительств Уэльса и Северной Ирландии на саммит для обсуждения сотрудничества в преодолении последствий пандемии и других вызовов «в предстоящие месяцы и годы». Однако едва ли такое миролюбие произведет впечатление на шотландских националистов. Очевидно, что конфликт между Эдинбургом и Лондоном по вопросу о референдуме будет набирать силу и может привести к судебным битвам и серьезным политическим потрясениям.
Александр Ивахник
Опрос Левада-центра (внесенного государством в список иноагентов) об ограничении авиасообщения с Турцией:
Большинство россиян (77%) знают об ограничении авиасообщения с Турцией, но лишь 3% респондентов отметили, что это ограничение в той или иной степени коснулось их лично. Это к вопросу о том, что «вся Россия» собиралась в Турцию. На самом деле, речь шла о части истончившегося среднего класса. Другое дело, что в России в прошлом году числилось 109 млн избирателей (то есть людей старше 18 лет, имеющих право голосовать). 3% от этого числа – это больше трех миллионов (все население Латвии и Эстонии вместе взятых). Поэтому и создается впечатление массовости, которая на деле «растворяется» в огромной России, где люди выезжают в лучшем случае на садовый участок.
При этом половина россиян (49%) поддерживают ограничение авиасообщения с Турцией, треть (34%) – не поддерживают. Ещё 17% затруднились ответить. Предсказуемо активно поддерживают люди старших возрастов (64% в группе старше 55 лет). Самые молодые наиболее недовольны (в группе от 18 до 24 лет одобряют лишь 30%).
44% россиян считают, что причина ограничения авиасообщения заключается в стремлении защитить граждан от коронавирусной инфекции. 41% уверены, что причина политическая – желание наказать Турцию за поддержку Украины. Старшие чаще придерживаются эпидемиологической версии. Похоже, что не только потому, что искренне в ней верят – но и выражая подчеркнутую лояльность официальной версии (по принципу: «вот не верили государству в 80-е годы – и получили лихие 90-е»). Среди молодых политическая версия более популярна.
Интересно вот что. Только 3% ощущают, что лично что-то потеряли. Добавим к этому числу еще несколько процентных пунктов – тех, кто уже съездил в Турцию или только теоретически рассматривал возможность такой поездки. И при этом 34% не поддерживают ограничительную меру. Для большинства из них «берег турецкий» выглядит абстракцией. Таким образом они отстаивают не свой конкретно-материальный интерес, а нечто большее – свободу передвижения, возможность выбора. Эти принципы, кстати, соответствуют их интересам, но в более широком контексте, связанным с нежеланием дальнейшего «закручивания гаек» и сокращения пространства свободы.
Алексей Макаркин
Большинство россиян (77%) знают об ограничении авиасообщения с Турцией, но лишь 3% респондентов отметили, что это ограничение в той или иной степени коснулось их лично. Это к вопросу о том, что «вся Россия» собиралась в Турцию. На самом деле, речь шла о части истончившегося среднего класса. Другое дело, что в России в прошлом году числилось 109 млн избирателей (то есть людей старше 18 лет, имеющих право голосовать). 3% от этого числа – это больше трех миллионов (все население Латвии и Эстонии вместе взятых). Поэтому и создается впечатление массовости, которая на деле «растворяется» в огромной России, где люди выезжают в лучшем случае на садовый участок.
При этом половина россиян (49%) поддерживают ограничение авиасообщения с Турцией, треть (34%) – не поддерживают. Ещё 17% затруднились ответить. Предсказуемо активно поддерживают люди старших возрастов (64% в группе старше 55 лет). Самые молодые наиболее недовольны (в группе от 18 до 24 лет одобряют лишь 30%).
44% россиян считают, что причина ограничения авиасообщения заключается в стремлении защитить граждан от коронавирусной инфекции. 41% уверены, что причина политическая – желание наказать Турцию за поддержку Украины. Старшие чаще придерживаются эпидемиологической версии. Похоже, что не только потому, что искренне в ней верят – но и выражая подчеркнутую лояльность официальной версии (по принципу: «вот не верили государству в 80-е годы – и получили лихие 90-е»). Среди молодых политическая версия более популярна.
Интересно вот что. Только 3% ощущают, что лично что-то потеряли. Добавим к этому числу еще несколько процентных пунктов – тех, кто уже съездил в Турцию или только теоретически рассматривал возможность такой поездки. И при этом 34% не поддерживают ограничительную меру. Для большинства из них «берег турецкий» выглядит абстракцией. Таким образом они отстаивают не свой конкретно-материальный интерес, а нечто большее – свободу передвижения, возможность выбора. Эти принципы, кстати, соответствуют их интересам, но в более широком контексте, связанным с нежеланием дальнейшего «закручивания гаек» и сокращения пространства свободы.
Алексей Макаркин
Как часто бывает, любая трагедия ведет к появлению множества инициатив разной степени проработанности и целесообразности.
1. Возникает желание вернуть талионное право в виде смертной казни. Однако в США, где появились «колумбайны», казнь не является сдерживающим фактором. Люди с искореженной психикой все равно совершают преступления.
2. Ограничение оборота оружия. Это разумно и для Америки, где традиции свободного ношения ружей восходят к XVIII веку и были оформлены в Билле о правах. То, что было приемлемо для частного землевладельца, защищающего свой дом от бандитов в условиях, когда ближайший шериф может находиться в десятке или даже сотне миль (причем без современных средств коммуникаций), становится опасным, когда оружие – причем более современное – оказывается в руках неуравновешенного подростка в городе. Тем более это разумно для России и реализуемо в ней в условиях отсутствия мощного оружейного лобби, подобного американскому.
3. Контроль над подростками. Это первый инстинктивный шаг, но нуждающийся в здравой осторожности. «Колумбайны» устраивают не только школьники, но и совершеннолетние. Так было в старшей школе Марджори Стоунман Дуглас (2018 год; убийца – 19-летний бывший ученик). Казанский убийца – его ровесник. Жесткий контроль над нормальными детьми способен вызвать только раздражение. Важнее другое – сейчас много говорится о мониторинге интернета, в том числе для борьбы с экстремизмом (определение которого в современной России носит крайне расширительный характер). А в казанском случае будущий преступник завел телеграм-канал, в котором еще до сегодняшнего утра вполне прозрачно намекал на то, что собирается натворить – и никаких последствий.
4. Охрана в школе. Если подтвердится информация, что в школе не было охранника (а его заменяла «тревожная кнопка»), то это действительно безобразие, требующее принятия системных мер. Потому что такая же ситуация может быть и в других школах.
5. Цензурирование сообщений о подобных трагедиях. В современном мире это не работает – коммуникации другие, чем несколько десятилетий назад.
Алексей Макаркин
1. Возникает желание вернуть талионное право в виде смертной казни. Однако в США, где появились «колумбайны», казнь не является сдерживающим фактором. Люди с искореженной психикой все равно совершают преступления.
2. Ограничение оборота оружия. Это разумно и для Америки, где традиции свободного ношения ружей восходят к XVIII веку и были оформлены в Билле о правах. То, что было приемлемо для частного землевладельца, защищающего свой дом от бандитов в условиях, когда ближайший шериф может находиться в десятке или даже сотне миль (причем без современных средств коммуникаций), становится опасным, когда оружие – причем более современное – оказывается в руках неуравновешенного подростка в городе. Тем более это разумно для России и реализуемо в ней в условиях отсутствия мощного оружейного лобби, подобного американскому.
3. Контроль над подростками. Это первый инстинктивный шаг, но нуждающийся в здравой осторожности. «Колумбайны» устраивают не только школьники, но и совершеннолетние. Так было в старшей школе Марджори Стоунман Дуглас (2018 год; убийца – 19-летний бывший ученик). Казанский убийца – его ровесник. Жесткий контроль над нормальными детьми способен вызвать только раздражение. Важнее другое – сейчас много говорится о мониторинге интернета, в том числе для борьбы с экстремизмом (определение которого в современной России носит крайне расширительный характер). А в казанском случае будущий преступник завел телеграм-канал, в котором еще до сегодняшнего утра вполне прозрачно намекал на то, что собирается натворить – и никаких последствий.
4. Охрана в школе. Если подтвердится информация, что в школе не было охранника (а его заменяла «тревожная кнопка»), то это действительно безобразие, требующее принятия системных мер. Потому что такая же ситуация может быть и в других школах.
5. Цензурирование сообщений о подобных трагедиях. В современном мире это не работает – коммуникации другие, чем несколько десятилетий назад.
Алексей Макаркин
Об отчете премьер-министра Михаила Мишустина.
1. Сохранена управляемость экономикой. Удалось избежать самых негативных сценариев, снижение ВВП куда меньше, чем в европейских странах. Поддержку получили различные сферы бизнеса, наука, образование, культура. Уже начинается восстановление рынка труда.
2. Санитарный щит – для того, чтобы свести к минимуму риск проникновения опасных инфекций в страну. Опыт пандемии учтен. Главное – что борьба с подобными напастями должна начинаться заранее, а не на ходу. Такой щит может способствовать тому, что если нечто подобное произойдет снова, можно будет избежать жестких локдаунов (как это было осенью и происходит сейчас).
3. Регулирование экономики рыночными методами. Поддержка производителей, работающих для внутреннего рынка, с целью сдерживания роста цен. С утечкой капитала бороться с помощью пересмотра соглашений о двойном налогообложении. С Кипром, Мальтой и Люксембургом – пересмотрели, с Нидерландами – денонсируют, на очереди Швейцария, Гонконг, Сингапур. Поддерживать внутренний туризм не ограничением внешнего, а повышением конкурентоспособности.
4. Налоговым маневром в IT-сфере смогли воспользоваться более 2,5 тысяч российских компаний, число продуктов в реестре российского ПО выросло более чем наполовину. Это важный ресурс для современного высокотехнологичного развития.
5. Социальное казначейство – его элементы внедряются поэтапно. Люди должны получать государственную поддержку не потому, что они собрали соответствующие многочисленные справки, а потому, что имеют на это право. Большинство мер поддержки получать либо на основании минимума документов, либо вообще без них.
6. Расширение электронных услуг – с тем, чтобы человек экономил время и – в период пандемии – не подвергал себя риску. На портале госуслуг обрабатывается более 7 тысяч запросов в секунду, эта практика будет расширяться и в дальнейшем. К концу 2023 года – большинство услуг должно предоставляться в онлайн-формате.
7. Экология как ресурс для экономики. Предусмотрена адаптация отраслей и регионов к низкоуглеродному развитию. Запуск проекта по созданию в регионах карбоновых полигонов (семь пилотных проектов уже в этом году). Плюс ответственность собственников за ликвидацию причиненного вреда, в том числе рублем из чистой прибыли, чтобы не уменьшать выплаты в региональные бюджеты.
Алексей Макаркин
1. Сохранена управляемость экономикой. Удалось избежать самых негативных сценариев, снижение ВВП куда меньше, чем в европейских странах. Поддержку получили различные сферы бизнеса, наука, образование, культура. Уже начинается восстановление рынка труда.
2. Санитарный щит – для того, чтобы свести к минимуму риск проникновения опасных инфекций в страну. Опыт пандемии учтен. Главное – что борьба с подобными напастями должна начинаться заранее, а не на ходу. Такой щит может способствовать тому, что если нечто подобное произойдет снова, можно будет избежать жестких локдаунов (как это было осенью и происходит сейчас).
3. Регулирование экономики рыночными методами. Поддержка производителей, работающих для внутреннего рынка, с целью сдерживания роста цен. С утечкой капитала бороться с помощью пересмотра соглашений о двойном налогообложении. С Кипром, Мальтой и Люксембургом – пересмотрели, с Нидерландами – денонсируют, на очереди Швейцария, Гонконг, Сингапур. Поддерживать внутренний туризм не ограничением внешнего, а повышением конкурентоспособности.
4. Налоговым маневром в IT-сфере смогли воспользоваться более 2,5 тысяч российских компаний, число продуктов в реестре российского ПО выросло более чем наполовину. Это важный ресурс для современного высокотехнологичного развития.
5. Социальное казначейство – его элементы внедряются поэтапно. Люди должны получать государственную поддержку не потому, что они собрали соответствующие многочисленные справки, а потому, что имеют на это право. Большинство мер поддержки получать либо на основании минимума документов, либо вообще без них.
6. Расширение электронных услуг – с тем, чтобы человек экономил время и – в период пандемии – не подвергал себя риску. На портале госуслуг обрабатывается более 7 тысяч запросов в секунду, эта практика будет расширяться и в дальнейшем. К концу 2023 года – большинство услуг должно предоставляться в онлайн-формате.
7. Экология как ресурс для экономики. Предусмотрена адаптация отраслей и регионов к низкоуглеродному развитию. Запуск проекта по созданию в регионах карбоновых полигонов (семь пилотных проектов уже в этом году). Плюс ответственность собственников за ликвидацию причиненного вреда, в том числе рублем из чистой прибыли, чтобы не уменьшать выплаты в региональные бюджеты.
Алексей Макаркин
Сегодня - ровно три года, как не стало Игоря Михайловича Бунина. Быстро летит время. Игорь, мы тебя помним всегда, скорбим - и стараемся работать так, чтобы ты гордился нами. Твой - всегда твой - Центр политических технологий.