Ситуация с политической напряженностью в Северной Ирландии и вокруг нее, ставшая результатом выборов в региональную Ассамблею 5 мая, развивается по сценарию, чреватому серьезным обострением отношений Британии с ЕС. Крупнейшая пробританская партия Ольстера – Демократическая юнионистская партия (ДЮП) – проиграла на выборах общеирландской партии Шинн Фейн и заблокировала формирование правительства Ольстера и начало работы Ассамблеи. ДЮП добивается, чтобы Лондон предпринял действия по полной отмене таможенных проверок британских товаров в ольстерских портах, которые предусматривает протокол по Северной Ирландии, являющийся частью Соглашения о выходе Британии из ЕС. 16 мая Борис Джонсон отправился в Белфаст, где провел закрытые встречи с пятью ольстерскими партиями, избранными в Ассамблею и входившими в прежнее правительство.

В ходе поездки премьер заявил: «Мы не хотим отказаться от протокола, но мы думаем, что его можно исправить. И все пять партий, с которыми я сегодня разговаривал, также считают, что он нуждается в реформировании». На самом деле, публичную поддержку Джонсону оказала лишь одна партия – ДЮП. Лидеры остальных партий в целом поддерживают протокол, настаивая лишь на облегчении проверок, к чему готов и Брюссель. Они упрекнули Джонсона в нежелании серьезно отнестись к их позициям. По их мнению, Лондон должен не потакать лидеру ДЮП Джеффри Дональдсону, а заставить его изменить решение о блокировке региональной власти. Лидер Шин Фейн Мэри Лу Макдональд назвала действия Джонсона «крайне неприемлемой обструкционистской тактикой».

Тем не менее, 17 мая Лондон пошел на показательную эскалацию противостояния с Брюсселем по вопросу о североирландском протоколе. Глава МИД Лиз Трасс объявила в Палате общин о намерении правительства внести в ближайшие недели законопроект, направленный на «изменения в протоколе». Она подчеркнула, что односторонний шаг Лондона является необходимым, поскольку сохранение мира и спокойствия в Ольстере находится под угрозой. По словам Трасс, законопроект будет предусматривать введение в ольстерских портах «зеленого коридора» без всяких проверок для британских товаров, предназначенных для использования в Северной Ирландии. А для товаров, следующих в Республику Ирландия, в полном объеме сохранятся таможенное оформление и контроль. Также глава МИД сообщила, что в Ольстере будет введен двойной регуляторный режим, т.е. бизнесы сами смогут выбирать, следовать ли товарным стандартам ЕС или Британии. Кроме того, там будут действовать британские правила в отношении предоставления субсидий и взимания НДС. Что касается решения споров между Британией и ЕС по применению протокола, то Лондон хотел бы создать совместный арбитражный механизм вместо отнесения этих вопросов к юрисдикции Суда ЕС. Все эти намерения прямо противоречат тому принципиальному положению Соглашения о выходе Британии из ЕС, что для сохранения открытости сухопутной границы Северная Ирландия остается в рамках единого рынка ЕС.

Формально Трасс отметила, что Лондон остается открытым к поиску решения через переговоры с ЕС, но тут же подчеркнула, что «срочность ситуации не позволяет больше откладывать». Впрочем, понятно, что заявленные планы означают коренной пересмотр североирландского протокола и не будут приняты Брюсселем. Новость из Лондона вызвала резкую отповедь в ЕС. Вице-президент Еврокомиссии Шефчович подчеркнул, что будущий законопроект станет односторонним действием, прямо противоречащим международному соглашению, что совершенно неприемлемо. По его словам, в таком случае ЕС применит «все меры, находящиеся в его распоряжении». Пока эти меры не раскрываются. Сейчас Брюссель не хочет расшатывать единство Европы перед лицом геостратегического вызова со стороны России. Но если через несколько месяцев законодательная ревизия Лондоном североирландского протокола станет фактом, то словесная конфронтация перейдет в практическую плоскость. В самой мягкой форме это могут быть судебные иски, в более жесткой – введение торговых санкций, приостанавливающих действие режима свободной торговли.

Александр Ивахник

Герхард Шрёдер и Маттиас Варниг сообщили о невозможности продления своих полномочий в совете директоров «Роснефти». Это произошло после того, как Европарламент в четверг принял резолюцию с призывом к Евросоюзу ввести санкции в отношении Шрёдера при сохранении работы на крупные российские компании. В настоящее время Шрёдер не находится под санкциями, тогда как против Варнига были введены американские санкции – буквально за несколько часов до начала российской специальной военной операции.

Теперь формальных санкций против Шрёдера скорее всего не будет – но неформальный остракизм остается. Комитет бундестага по бюджету решил прекратить финансировать бюро бывшего канцлера в бундестаге. В прошлом году расходы на сотрудников Шредера и их командировки составили 419 тысяч евро, расходы на аренду помещений и их меблировку не учитывались. Впрочем, это решение только подтверждает существующее положение дел – все сотрудники бюро Шрёдера прекратили работу еще в марте. Связывать свое имя с бывшим канцлером стало опасно для дальнейшей карьеры (теперь бывшие сотрудники Шрёдера продолжат работу в государственных структурах). Давление идет и на общественном уровне – в начале мая владелец ресторанчика, в котором Шрёдер с женой решили пообедать, отказал им в обслуживании. Так что выход из совета директоров «Роснефти» может помочь Шрёдеру избежать официальных санкций (которые могут привести к блокировке счетов), но не фактической изоляции.

Неясна пока судьба Карин Кнайсль – эксперта по внешней политике, занимавшей пост министра иностранных дел Австрии – и запомнившейся в этом качестве своим танцем с Владимиром Путиным (российский президент был почетным гостем на свадьбе австрийского министра). После отставки она также вошла в совет директоров «Роснефти» - депутаты Европарламента требуют ввести санкции и против нее.

Какова будет оценка деятельности Шрёдера в германской истории? Когда эмоции спадут, то историки отметят его вклад в эволюцию социал-демократии, которую он сделал более совместимой с современной рыночной экономикой (что, впрочем, привело к росту в партии левых настроений – сработал «эффект качелей»). Шрёдера сейчас называют в Европе «агентом Кремля» - но он был лишь самым последовательным представителем германской элиты, выступавшей за развитие отношений с Россией, в том числе для того, чтобы стимулировать ее к большей предсказуемости в политической сфере. И, разумеется, для стабильных поставок газа, важных для развития германской экономики. Такая точка зрения в германской элите долгое время была доминирующей.

Отличие Шрёдера как символа «восточной политики» Германии состояло в выстроенных личностных отношениях с российским президентом и в публичной роли «адвоката России», которую он принял, в том числе защищая собственный внешнеполитический курс, подвергавшийся в Германии все большей критике. Это выделяло его из ряда других статусных европейцев и американцев, входивших в состав советов директоров российских компаний. Однако лоббировать интересы России в Европе еще задолго до 24 февраля ему было крайне затруднительно, а в России к нему уже давно относились как к почетному отставнику – так что поездка Шрёдера в Москву в нынешнем марте не привела к каким-либо результатам. Но историки будут работать в спокойной обстановке – а в текущей политике господствуют эмоции.

Алексей Макаркин

Мировой продовольственный кризис, о приближении которого все больше говорят в связи с военными действиями в Украине, уже отозвался в Иране широкими уличными протестами. Протесты начались в начале мая после того, как правительство сократило государственные субсидии на сильно подорожавшую импортную пшеницу, а также растительное масло, яйца, молоко. В результате цены на основные продукты питания в одночасье выросли в несколько раз. И это при том, что даже по официальным данным общая инфляция в стране составляет 40%, и половина жителей 85-миллионного Ирана находится за чертой бедности. Стихийные, не связанные между собой протесты охватили не менее семи иранских провинций из 31. Особенно массовые выступления проходили в таких крупных городах, как Решт, Фарсан, Зенджан, Мешхед, Шираз и Нишапур.

При этом, как обычно, главным средством коммуникации участников митингов и демонстраций стали социальные сети. Власти, в свою очередь, начали блокировать работу интернета в различных городах. С другой стороны, в попытке снизить недовольство президент страны Ибрахим Раиси, который является прямым ставленником аятоллы Али Хаменеи и представителем наиболее консервативных кругов иранского режима, 15 мая пообещал увеличить денежные выплаты бедным слоям населения и сдержать рост цен. Однако эти заверения не успокоили протестующих. 17 мая выступления охватили провинцию Исфахан, находящуюся в центре Ирана.

Протесты против роста цен, начавшись как чисто социальные, быстро приобрели политическую окраску. Судя по многочисленным видео в соцсетях, демонстранты выкрикивали лозунги: «Долой Хаменеи, долой диктатора!», «Долой Раиси!», жгли портреты Хаменеи, требовали прекращения власти духовенства, приветствовали Реза Пехлеви – находящегося за рубежом сына последнего иранского шаха, который занимает активную антирежимную позицию. Ответ иранских сил безопасности, как всегда, был жестким. Широко применялся слезоточивый газ, были случаи использования огнестрельного оружия. По неофициальным данным на 18 мая, по крайней мере шесть человек было убито, десятки ранены, сотни арестованы. Даже государственные СМИ еще на прошлой неделе сообщали о задержании «десятков бунтовщиков и провокаторов».

Нынешние протесты почти не затронули столицу страны и в целом не достигли того размаха, который отмечался в ноябре 2019 года, когда в ходе выступлений против резкого роста цен на топливо было убито несколько сот человек. Однако они обращают на себя внимание по нескольким причинам. Во-первых, это первая протестная вспышка после того, как на пост президента пришел Ибрахим Раиси. Во-вторых, глобальный продовольственный кризис только начинается, так что цены будут расти в сочетании с физической нехваткой базовых сельхозтоваров, а значит, протесты могут вспыхивать вновь и вновь. Наконец, всплеск недовольства и активных выступлений жителей провинций произошел на фоне тупика в венских переговорах о возвращении к иранской ядерной сделке. Тегеран отказывается подписывать почти готовое соглашение из-за нежелания США изъять элитный Корпус стражей исламской революции из своего списка иностранных террористических организаций, хотя этот вопрос не имеет прямого отношения к переговорам в Вене. Пока не подписано соглашение, сохраняются введенные президентом Трампом против Ирана жесткие нефтяные и финансовые санкции. Если следовать здравой логике, тяжелая продовольственная ситуация и начавшиеся политически окрашенные протесты должны подталкивать Тегеран к отказу от ультимативных требований, поскольку отмена санкций резко расширит возможности властей для смягчения социального напряжения. Но вовсе не факт, что внутри теократического режима здравая логика может определять политические решения.

Александр Ивахник

Снова главным местом, в котором обсуждаются перспективы урегулирования армяно-азербайджанского конфликта, стал Брюссель. В столице «объединенной Европы» 22 мая прошел очередной раунд переговоров между председателем Евросовета Шарлем Мишелем, президентом Азербайджана Ильхамом Алиевым и премьер-министром Армении Николом Пашиняном. Как оценивать итоги этой встречи? Можно ли говорить о том, что ЕС вышел на первый план в процессе модерации конфликтным урегулированием? 

Во-первых, стоит отметить высокий переговорный темп. Первая встреча лидеров двух закавказских государств и главы Евросовета состоялась 14 декабря прошлого года, а вторая- 6 апреля. При этом стоит отметить, что все три переговорных раунда завершались не только общими политкорректными формулировками, но и выходом на конкретные договоренности. Шарль Мишель назвал майские переговоры «откровенными» и «плодотворными». Но куда важнее субстантивные моменты. В заявлении главы Евросовета для прессы сказано: «В ближайшие дни на межгосударственной границе состоится первое совместное заседание пограничных комиссий, будут рассмотрены все вопросы, связанные с делимитацией границы и как лучше всего обеспечить стабильную ситуацию». Помимо вопросов о демаркации были рассмотрены и такие важные блоки, как социально-экономическое развитие региона, восстановление полноценной коммуникационной инфраструктуры и подготовка мирного соглашения. Проблема, как видим, рассматривается системно.

Во-вторых, нельзя не заметить, что ЕС пытается застолбить за собой роль главного модератора мирного процесса. Если в 2020-2021 гг. Москва была впереди всех остальных игроков на переговорном треке. И частота трехсторонних встреч под ее эгидой, и выдвижение содержательных идей. Все это выгодно отличало российскую сторону. Сегодня ЕС намного чаще упоминается, как организатор и вдохновитель дела мира. Создается впечатление, что Москва на фоне украинской ситуации потеряла интерес к Кавказскому региону. Конечно, этот взгляд, поверхностный. В действительности южная часть постсоветского пространства для интересов РФ по-прежнему важна. Но если так, то нужны содержательные инициативы. В конце концов, именно Москва немало сделало и для минимизации инцидентов как вдоль госграницы, так и непосредственно в Нагорном Карабахе. Именно она создала мощный фундамент и для переговоров о демаркации, и о мирном соглашении. Но в майском заявлении Мишеля для прессы Россия отсутствует. Никакой позитивной оценки или благодарности в ее адрес нет. Да и в нынешнем контексте быть, скорее всего, не может. Тот же глава Евросовета стал одним из фронтменов жесткой политики Брюсселя и коллективного Запада в целом в отношении к России. 

РФ, ЕС и США, еще недавно успешно взаимодействующие на карабахском направлении, сегодня стали конкурентами и в этой части Евразии. Почему же тогда создается ощущение, будто бы Москва пропускает вперед Брюссель? Расчет на то, что до конечного «большого договора» дело все равно не дойдет, так как противоречия между Ереваном и Баку по-прежнему велики, а к ним добавляются еще и разночтения в подходах к мирному урегулированию внутри конфликтующих обществ, особенно в Армении? Наверное, в этой логике есть свои резоны. Однако, как известно «свято место пусто не бывает». И лучше бы позаботиться о него заполнении загодя. 

Сергей Маркедонов

ВЦИОМ выяснил, как за три десятилетия изменились взгляды россиян о влиянии тайных организаций на общество и тайных сил на поведение людей.

В 1992 году 48% респондентов заявили, что верят, что есть какие-то тайные организации, которые скрыто управляют ходом событий в стране и во всем мире. И лишь 26% не верили в наличие таких организаций. В 2022-м ситуация принципиально изменилась – верят 37%, не верят 51%. Уменьшилось число затруднившихся ответить – среди них немало в принципе не исключающих наличия таких организаций, но не интересующихся этой тематикой. В 1992 году затруднившихся было 26%, сейчас – 12%.

В настоящее время отрицает существование тайных организаций чаще всего молодежь 18–34 лет (62–64%) и активные пользователи интернета (63%). Наиболее же активно верят в их наличие люди старшего (65+) возраста (49%) и активные телезрители (48%).

Россияне становятся более рациональными не только в политической, но и в личностной сфере. У 88% россиян никогда не возникало ощущения, что их поведением управляют тайные силы, тогда как в 1992 году таких было лишь почти половина (48%). В 1992 году только 37% считали, что поведением людей прежде всего управляют воля и разум (29% назвали судьбу, по 8% - случай и объективные законы). В 2022-м уже 63% предпочли волю и разум, сильно уменьшилось (до 9%), число фаталистов, выбравших судьбу. Случай назвали 5%, объективные законы – 13%.

Интересно, что с советским временем нередко связывают представление о хорошем образовании. Но оно совершенно не исключало веры во сверхъестественные силы, мировые заговоры, Бермудские треугольники и снежного человека. Тем более, что эти темы присутствовали – хотя и на периферии – советского информационного пространства. И для многих были более интересными, чем официальная марксистско-ленинская идеология. Обычный человек пропускал в газете скучную передовицу, зато с удовольствием читал тексты на внутренних полосах о масонских заговорах (тем более, что был реальный скандал с тайной ложей П-2 в Италии) или про необъяснимые природные явления. Слом ориентиров в конце 1980-х годов усилил у советских людей конспирологию и мистицизм – вначале в частной жизни (люди приникали к телевизорам, когда там выступали Кашпировский и Чумак), а затем и в общественной, когда они разочаровались в возможности что-либо изменить к лучшему собственными силами.

Нынешняя же молодежь, которую старшие нередко обвиняют в недостатке образованности («поколение ЕГЭ»), оказывается куда более рациональной. В том числе и потому, что не смотрит телевизор, ориентированный на старшие возрастные группы и активно продвигающий мистику и конспирологию. В Интернете тоже немало и того, и другого – но там надо целенаправленно искать такую информацию, чем молодые люди обычно не занимаются.

Алексей Макаркин

Конечные результаты субботних парламентских выборов в Австралии до сих пор не известны из-за большого количества почтовых бюллетеней, но уже ясно, что находившаяся девять лет у власти консервативная коалиция Либеральной и Национальной партий потерпела поражение, и новым премьер-министром будет лейборист Энтони Альбанезе. Выборы были примечательны тем, что на них необычно большую роль играли вопросы климатических изменений. Австралия, где добываются большие объемы угля, газа и других полезных ископаемых, где преобладающая часть электричества вырабатывается на угольных электростанциях, является одним из главных загрязнителей атмосферы парниковыми газами в расчете на душу населения. При этом в последние годы континент испытал на себе тяжелые последствия глобального потепления: в стране наблюдалась суровая засуха, невиданные лесные пожары и рекордные наводнения.

А правительство во главе с лидером Либеральной партии Скоттом Моррисоном проявляло редкое для крупных западных стран безразличие к этим проблемам. Сам Моррисон отпускал саркастические замечания на тему изменений климата и в целом игнорировал современную прогрессистскую повестку вроде вопросов гендерного равенства, прав женщин и аборигенов. Во внешней политике Моррисон вроде бы добился серьезного успеха, приведя страну в сентябре 2021 года в трехсторонний альянс AUKUS с США и Британией для сдерживания Китая в АТР, но это сопровождалось громким репутационным скандалом из-за внезапного отказа от масштабного контракта с Францией на строительство подводных лодок. Уже в ходе избирательной кампании против правительства также играли быстро растущая стоимость жизни и резкое увеличение цен на топливо. Всё это привело к тому, что многие традиционные избиратели Либеральной партии из среднего класса крупных городов отказали ей в поддержке.

В итоге, по неполным данным подсчета голосов, Лейбористская партия получит в новом составе Палаты представителей как минимум 74 места из 151, а коалиция Либеральной и Национальной партий – всего 54. Лидер лейбористов Энтони Альбанезе является для австралийцев привлекательным примером того, чего можно добиться своими силами. Он – сын матери-одиночки, получавшей пособие по инвалидности. После окончания университета начал делать карьеру в Лейбористской партии и довольно быстро пробился в политическую элиту. Став партийным лидером в 2019 году, Альбанезе делал акцент на консолидацию общества в противовес разделительному курсу Моррисона. Партия шла на выборы под традиционными левыми лозунгами укрепления социального сектора, увеличения расходов на сферу ухода за пожилыми и за детьми. В то же время Альбанезе осознал актуальность климатической повестки, он выдвигал идею превращения Австралии в сверхдержаву по производству возобновляемой энергии. В программе лейбористов стимулирование спроса на электромобили через налоговые скидки, финансирование масштабных проектов в сфере возобновляемой энергетики и введение более жестких ограничений на выбросы парниковых газов. Вместе с тем, тесно связанная с рабочими добывающих отраслей партия отказывается принимать требования поэтапного ухода от использования угля в энергетике и отказа от открытия новых угольных шахт.

Такая осторожность не позволила Лейбористской партии расширить поддержку в новых средних слоях. Прежние избиратели либералов в этой социальной среде в Сиднее, Мельбурне и других крупных городах на этот раз голосовали за партию «Зеленых» и за независимых кандидатов, которые выступали с гораздо более радикальными экологическими требованиями. В результате «Зеленые» будут иметь в Палате представителей 4 места, а независимые – 12 мест. Если Лейбористская партия в конечном итоге не дотянет до 76 мест и сформирует правительство меньшинства, то Альбанезе будет вынужден всерьез учитывать позиции радикальных борцов за сохранение климата.

Александр Ивахник

Министр обороны Сергей Шойгу присоединился к предложениям о канонизации генералиссимуса Александра Суворова. Впервые эта инициатива стала публично продвигаться на министерском уровне. И тут уже церковь оказалась в непростой ситуации. Отказать министру трудно – тем более, что есть прецедент канонизации адмирала Федора Ушакова по настоятельной просьбе тогдашнего главкома ВМФ адмирала Владимира Куроедова. Для светского человека Суворов и Ушаков находятся в одном ряду – были современниками, побеждали в сражениях с турками, в честь обоих при Сталине были учреждены ордена и сняты фильмы.

Добавим к этому, что между церковью и военным ведомством недавно уже было напряжение в связи с мозаикой с изображением Сталина, которую планировалось разместить в главном храме Вооруженных сил. Для военных людей это было естественным делом, для церковных же – сильно дискомфортным. В результате спорная мозаика в храме так и не появилась. Суворов же, в отличие от Сталина, был православным, жертвовал на храмы, а на склоне лет подумывал об уходе в Нилову пустынь. И его почитали и в императорской России, и в СССР (кроме относительно короткого времени господства исторической «школы Покровского»). Возможная канонизация Суворова для православных людей, воспитанных в советской традиции (до революции вопрос о канонизации генералиссимуса даже не поднимался), будет куда более понятна, чем даже частичная и стыдливая реабилитация гонителя православия Сталина.

И все же церковь проявляет осторожность, ссылаясь на необходимость чудес. Но дело не только в этом. И не только в том, что в самой церкви разное отношение к «военно-патриотическому» православию – до сих пор обсуждается вопрос об ограничениях на благословение оружия, который предполагается рассмотреть на ближайшем Архиерейском соборе. Впрочем, настоятель Патриаршего подворья при Главном штабе РВСН протоиерей Михаил Васильев недавно заявил, что «перегибы, которые были в первоначальном тексте документа и явно отдавали духом толстовского теоретизирования, исправлены».

Есть еще один важный фактор - победоносные сражения адмирала Ушакова не затрагивали мирное население, с обеих сторон гибли военные моряки. В случае с Суворовым все было иначе. В 1794 году перед штурмом Праги (пригорода Варшавы) он издал гуманный приказ: «В дома не забегать; неприятеля, просящего пощады, щадить; безоружных не убивать; с бабами не воевать; малолетков не трогать». Но реальность была совершенно иной, куда более жестокой. Пушкин через несколько десятилетий писал:

И мы о камни падших стен
Младенцев Праги избивали,
Когда в кровавый прах топтали
Красу Костюшкиных знамен.

В церковной истории есть примеры очень спорных канонизаций – например, Андрея Боголюбского, войска которого разграбили Киев («И два дня грабили весь город, Подол и Гору, и монастыри, и Софию, и Десятинную Богородицу, и не было помилования никому и ниоткуда. Церкви горели, христиан убивали, других вязали, жен вели в плен, разлучая силою с мужьями, младенцы рыдали, смотря на матерей своих», - сказано в Ипатьевской летописи). Но самого Андрея там не было – войском командовал его сын, исполнявший, впрочем, приказы отца – а сама канонизация была в значительной степени связана с гибелью князя от рук заговорщиков. Однако все эти события – и разгром Киева, и канонизация Андрея – происходили давно. Проблема же канонизации Суворова современная – и церковь оказывается перед непростым выбором. Хотя есть и проверенный на практике, вариант – отложить решение вопроса, занявшись изучением биографии и чудес.

Алексей Макаркин

После визита сербского патриарха Порфирия в Скопье выяснилось, что Сербская православная церковь согласна на автокефалию Македонской православной церкви – Охридской архиепископии. Так что «Святой Архиерейский собор СПЦ единогласно и единодушно пошел навстречу просьбе Македонской православной церкви - Архиепископии Охридской. Собор нашей церкви благословляет, одобряет, принимает и признает ее автокефальность». Так что не случайно Сербская церковь ранее употребила термин «сестринская» по отношению к Македонской. Автономная церковь – этот статус официально признали сербы за македонцами (как сейчас выясняется, на переходный период) – не может быть «сестрой» церкви, имеющей каноническую автокефалию.

Возможно, что признание македонской автокефалии ускорило драматическое обстоятельство – во время эпидемии коронавируса скончались 90-летний сербский патриарх Ириней и 82-летний черногорский митрополит Амфилохий. Нынешнему патриарху Порфирию 60 лет, он представитель нового поколения сербских иерархов. В разгар конфликта с македонцами, когда те провозгласили неканоническую автокефалию, ему было всего шесть лет. В данном случае сработал не всегда эффективный аргумент о том, что решение застарелых проблем может быть делом будущих поколений. Впрочем, этот аргумент работает не всегда – в данном случае и Сербия, и Северная Македония стремятся в объединенную Европу, что облегчило достижение договоренностей в церковной сфере.

Томос об автокефалии будет выдан только после обсуждения всех технических деталей, которые могут быть не только техническими. Например, о названии церкви – Константинопольский патриархат настаивает на том, чтобы в ее названии не было упоминания о Македонии, в противном случае новая автокефалия не получит признания греческих церквей. Так что будущая каноническая автокефальная церковь, скорее всего, будет Охридской, что соответствует и исторической традиции.

И еще – быть может не очень скоро, из воспоминаний участников или исторических документов – но скорее всего станут известны подробности участия в переговорном процессе представителей Константинополя, который в условиях разрыва с Москвой заинтересован в подчеркивании своего «первенства чести» в православном мире.

Алексей Макаркин

24 мая из Кишинева пришла информация о задержании экс-президента Молдовы Игоря Додона.

На него заведено уголовное дело по четырем статьям, одна из которых - госизмена. В молдавской политике уголовное преследование политиков, включая и тех, кто занимал высшие должностные посты, обладал широким ресурсом народной поддержки или неформальным влиянием, не редкость. В разное время под пристальное внимание молдавской Фемиды попадали Владимир Филат (занимавший посты премьера и и.о. президента), Ренато Усатый (имевший за плечами опыт работы мэром второго по величине города республики Бельцы), Илан Шор (предприниматель, депутат и лидер партии своего имени), Александр Стояногло (около двух лет работавший в качестве генпрокурора).

Но задержание Додона имеет особый смысл и особую символику. Этот политик дважды конкурировал на президентских выборах с Майей Санду. И если в 2016 году он одержал победу, то четыре года спустя потерпел поражение. О том, что у Додона могут возникнуть проблемы с правоохранительными органами, представители команды Санду не раз говорили во время предвыборной кампании. И тем легче ее оппонентам сегодня представить дело, как политическую месть. Тем паче, действующий президент республики после своей победы в 2020 году шаг за шагом брала под контроль все ветви молдавской власти, начиная с парламента и правительства и заканчивая прокуратурой.

Остроты ситуации добавляет и геополитический кризис вокруг Украины и юго-восточного региона Европы в целом. Хотя молдавское руководство стремится балансировать между наступательностью и осторожностью, Санду не скрывает своих устремлений на Запад, поддержки Украины и желания поскорее распрощаться с российским военным и миротворческим присутствием в Приднестровье. Она уходит от открытой эскалации с Тирасполем, но укрепления позиций Москвы действующий президент совершенно точно не желает. 

 И как следствие, восприятие «дела Додона», как геополитического кейса. Тем паче, что сам экс-президент Молдовы позиционировал себя, как сторонника сближения с Россией. Он приезжал в Москву на Парад Победы, декларировал необходимость укрепления связей с ЕАЭС, не раз встречался с президентом Владимиром Путиным. Во внешнеполитических делах всегда все немного сложнее простых схем, но в массовом восприятии Додон – пророссийский лидер. Сегодня трудно со стопроцентной точностью сказать, по какому пути пойдет «дело Додона». Но само наступление на символ сближения с Россией говорит о том, что официальный Кишинев стремится к своего рода политической санации. Трудно при имеющихся фоновых факторах делать вид, что речь идет лишь о торжестве законности и справедливости.  

Сергей Маркедонов

Похоже, президент Эрдоган, заявляя о несогласии со вступлением Швеции и Финляндии в НАТО, преследует несколько целей. Едва ли его так сильно волнует тот факт, что эти страны, особенно Швеция, дали прибежище многим противникам стамбульского режима из числа турецких, сирийских и иракских курдов. Эрдоган утверждает, что эти люди связаны с Рабочей партией Курдистана (РПК), но Стокгольм и Хельсинки это решительно отрицают, подчеркивая, что они давно признали РПК террористической организацией (как и ЕС в целом, как и США). Гораздо важнее для Эрдогана то, что Швеция и Финляндия после вторжения турецких войск в северную Сирию осенью 2019 г. ввели эмбарго на поставки в Турцию вооружений. Кстати, в среду, после переговоров делегаций Швеции и Финляндии в Анкаре советник президента Турции с удовлетворением отметил позитивное отношение этих стран к отмене ограничений на экспорт оружия.

Но еще заманчивее для турецкого автократа обменять свое согласие на вступление Швеции и Финляндии в НАТО на свободу действий для себя в той же Сирии. С 2016 г. Эрдоган стремится реализовать идею создания на сирийской территории вдоль границы с Турцией «зоны безопасности» глубиной в 30 км, чтобы вытеснить оттуда курдские Отряды народной самообороны (YPG), которые Анкара считает сирийской структурой РПК и называет террористами. Однако США и ЕС с этим несогласны. YPG стали основой курдско-арабских Сирийских демократических сил, которые являлись важным союзником войск США в борьбе с боевиками Исламского государства. Турция предприняла три наступления на территории, контролируемые Сирийскими демократическими силами, но создать непрерывную «зону безопасности» не смогла. Осенью 2019 г. для защиты своих союзников вмешались американцы и договорились с Анкарой о том, что Турция воздержится от военных действий на севере Сирии. После этого ситуация там стабилизировалась.

И вот 23 мая Эрдоган объявил о том, что Турция готовится вскоре начать новую военную операцию в северной Сирии, чтобы завершить проект формирования «зоны безопасности» вдоль границы. Деталей он не привел, но из турецких СМИ стало известно, что вторжение планируется на центральном участке 900-километровой границы с Сирией, который сейчас находится под контролем Сирийских демократических сил. Если это удастся осуществить, то турецкие войска будут контролировать почти три четверти прилегающей к границе сирийской территории, начиная от средиземноморского побережья. Анкара хочет переселить туда около миллиона сирийских беженцев из 3,5 млн, в последние годы находящихся в Турции. Этот план нацелен на то, чтобы, с одной стороны, разбавить преобладающее сейчас в приграничных районах курдское население, а с другой стороны, снизить растущее раздражение турок пребыванием в стране огромного количества беженцев.

Насколько западные партнеры Турции по НАТО в нынешней ситуации будут готовы смириться с военной эскалацией в Сирии, пока не ясно. Вашингтон уже заявил о своей озабоченности планами новой турецкой военной операции, которая «еще больше подорвет региональную стабильность». Но Эрдоган, видимо, надеется, что ради получения его согласия на членство Швеции и Финляндии в НАТО Запад ограничится словами осуждения, а до каких-либо санкций дело не дойдет. Ну и, наконец, повышение ставок с его стороны рассчитано на внутриполитический эффект. Через год Эрдогану предстоят президентские и парламентские выборы. Сейчас, под воздействием экономического спада, высокой инфляции и безработицы, рейтинг его Партии справедливости и развития на 10 п.п. отстает от рейтинга оппозиционной коалиции. В такой ситуации раздувание националистических настроений, обид на западных партнеров, не желающих учитывать интересы национальной безопасности Турции, является проверенным способом перехвата инициативы у оппозиции и оживления образа главного защитника народа.

Александр Ивахник

В Армении продолжаются массовые протесты. Скоро уже исполнится месяц, как новая волна уличной митинговой активности снова накрыла Ереван. Оппозиция в очередной раз выступает с лозунгами отставки Никола Пашиняна и его правительства. Но создается ощущение, что какого-то существенного прорыва в результате протестных действий не происходит. Когда новая митинговая волна начиналась эксперты и политики обсуждали сценарий возможной «бархатной революции» наоборот. Или «бархатной контрреволюции», учитывая то, что участники протестов главной мишенью для своей критики избрали тех, кто в свое время совершил восхождение во власть именно с улиц Еревана и других армянских городов. Можно ли с уверенностью говорить, что очередной пик протестной активности постигнет та же участь, что и предыдущие два, если мы имеем в виду акции после принятия трехстороннего заявления по Карабаху в ноябре 2020 года и в зимне-весенний период 2021 года?

Уже сложилась определенная традиция изображать все политические события в постсоветских странах как производную от «большой игры» между Россией и Западом. Этот дискурс, особенно после украинского евромайдана находит все больше поклонников и в Москве, и в Вашингтоне. Однако при всей его удобности и универсальности, порой он не помогает, а лишь мешает понимают реальности. Сегодня в Армении акции протеста практически никак не связаны с «большой игрой». Впрочем, без геополитической подоплеки не обошлось. Поводом для протестных акций стала активизация переговоров между Баку и Ереваном о заключении мира, демаркации и делимитации армяно-азербайджанской госграницы. 

Однако здесь есть один нюанс. В Армении карабахский вопрос понимают, как свой внутренний, а не геополитический. Это- часть национальной идентичности. Другой вопрос, что с годами данная тема перестала занимать центральное место во внутриармянской дискуссии и рефлексии. Повысилось значение вопросов экономики, социального развития. И на этом успешно сыграла и продолжает играть команда Пашиняна. Помимо этого, премьер продолжает обвинять оппозицию в том, что она- лишь инструмент для реализации реваншистских устремлений «бывших». В то же время оппоненты Пашиняна не предлагают каких-то прорывных идей, а самое главное кроме Ишхана Сагателяна среди них практически не видно молодых политиков. Все это в совокупности и каждый фактор по отдельности приводит к тому, что протесты раз за разом выдыхаются. Им ощутимо не хватает энергетики. И власти, как к ним не относись не делают катастрофических ошибок. У них имеется определенный запас легитимности, обеспеченный прошлогодними досрочными выборами, а также международная поддержка. С кабмином Пашиняна работают и Москва, и Запад, и Иран. 

Таким образом, митинги продолжаются, но на этом, если так можно сказать ереванском уличном фронте, не видно особых перемен. 

Сергей Маркедонов

Сегодня СМИ сообщили, что Владимир Путин восстановил в правах на орден Трудового Красного Знамени бывшего ректора Бауманки (тогда она называлась Московский механико-машиностроительный институт, а ректор именовался директором) Адольфа Цибарта, лишенным награды еще в 1941 году. История необычная и, на самом деле, страшная.

Сразу скажем, что речь идет не о политическом сигнале, а об аппаратной инерции. Заявление о посмертном возвращении ордена было направлено еще в 2018 году, рассматривалось неторопливо, а потом еще работа комиссии по госнаградам приостанавливалась из-за пандемии. Плюс члены комиссии запросили информацию о дальнейшей судьбе Цибарта (с учетом ее необычности). И только сейчас было принято решение, причем неясно, удалось ли найти какие-либо новые данные о Цибарте.

Потому что в 1946 году Цибарт исчез – по крайней мере, из письменных источников. Он был арестован в декабре 1937 года, а дальше ему, можно сказать, повезло. По статье 58-7 и 58-11 («подрыв промышленности в контрреволюционных целях» и «подготовка контрреволюционных преступлений») он был приговорен всего лишь к 5 годам лишения свободы. Однако об арестанте не забывали, и в 1941 году, когда срок его заключения близился к концу, у него отобрали орден. И опять-таки повезло – работал инженером в конструкторском бюро в Магадане и даже получал мизерное денежное вознаграждение, которое шло на покупку еды, чтобы дополнительно подкормиться. Но на работу Цибарт ходил под конвоем из лагерного барака, где спал на нарах. Ему как инженеру давали положенный по закону для работников КБ отпуск – но проводил он его на тех же нарах. Так что получается «отбывал отпуск». Если не первый круг ада (марфинская «шарашка»), то второй (северная «шарашка») – но все равно ад.

С началом войны «контрреволюционеров» отпускать на волю запретили, и Цибарту продлили срок заключения без всякого суда. Более того, когда закончилась война, то никаких дополнительных указаний долгое время не поступало, и Цибарт продолжил отбывать свое заключение. Решение об освобождении таких людей было принято только в июне 1946-го (а в 1949-м многих из них забрали снова как «повторников»), но точных сведений об освобождении Цибарта нет. Равно как нет сведений о смерти в заключении. Последнее письмо от него семья получила весной 1946-го – а дальше тишина. Личное дело было уничтожено в 1955-м, причем уничтожались дела именно освобожденных заключенных – это единственный намек на его возможную судьбу.

Что случилось с человеком? Умер в лагере, получив долгожданный документ об освобождении – сердце не выдержало? Умер по дороге домой и похоронен в безвестном месте? Решил начать новую жизнь, чтобы не ставить под удар семью? Или что-то еще – неизвестно. Человек, которому повезло по сравнению с другими, просто исчез – причем уже в мирной стране, через год после окончания войны. Официально его реабилитировали в 1957 году, об ордене тогда не думали.

Алексей Макаркин

Похоже, Борису Джонсону удалось сравнительно благополучно пережить так называемый Partygate – скандал в связи с многочисленными вечеринками, проходившими на Даунинг-стрит, 10 и на Уайтхолле во время строгих антиковидных локдаунов. В среду был опубликован полный текст результатов соответствующего расследования одной из руководителей гражданской службы Сью Грей. Первоначальный вариант ее отчета вышел 31 января в усеченном виде, поскольку за неделю до этого расследование дела с вечеринками начала столичная полиция. Несколько дней назад расследование Скотланд-Ярда завершилось. Следователи выписали 126 штрафов за нарушение антиковидных ограничений. Один штраф получил и Борис Джонсон, что стало первым случаем в истории страны, когда действующий премьер-министр был уличен полицией в нарушении закона.

Теперь публика ознакомилась со всеми материалами отчета Сью Грей. В частности, в нем содержится информация о 16 вечеринках, проходивших в 2020 и 2021 годах. Раскрывается, что участники вечеринок неумеренно употребляли алкоголь, пели караоке, танцевали, вступали в перебранки друг с другом, грубо обращались с охранниками и уборщицами, расходились под утро, и всё это тогда, когда обычные граждане не могли даже навестить своих больных родственников. Делая выводы, Грей отмечает, что кабинет министров и аппарат правительства совершили «грубые просчеты в руководстве», причем на некоторых из этих «недопустимых» мероприятий присутствовали члены правительства. Она подчеркивает, что «команда высшего руководства должна нести ответственность» за сложившуюся «культуру нарушения правил».

После публикации отчета Грей еще пять депутатов-тори заявили о полной потере доверия к Джонсону и призвали его уйти в отставку, а всего за время развертывания скандала это публично сделали около 20 членов консервативной фракции. Но для инициирования голосования по вотуму недоверия лидеру партии необходимы обращения 54 парламентариев, и это в ближайшее время крайне маловероятно. Преобладающее большинство членов правящей фракции считают, что ситуация масштабного военного конфликта в Европе не располагает к смене премьер-министра. Кроме того, информация о скандальных вечеринках просачивалась в СМИ давно и постепенно, и сейчас ее первоначальное взрывное воздействие уже притупилось. Часть депутатов-тори удовлетворилась тем, что Джонсон уже произвел серьезные перестановки в верхушке своего аппарата. Наконец, итоги муниципальных выборов 5 мая хотя и оказались в целом неудачными для консерваторов, но лучше, чем ожидались. Так что, выступая в среду в Палате общин, Джонсон чувствовал себя уверенно. Он подтвердил, что принимает на себя «полную ответственность за всё, что происходило», но заявил, что «усвоил урок» и что «настало время двигаться дальше», фокусируясь на тяжелом положении в экономике и на ситуации в Украине.

Правда, общественное мнение настроено к премьеру менее благосклонно, чем его однопартийцы. Согласно оперативному опросу компании YouGov, 59% избирателей считают, что Джонсон должен уйти в отставку, а 74% – что он сознательно лгал обществу в отношении вечеринок. Для возвращения популярности извинений и заявлений о своей ответственности мало. Рост массового недовольства в Британии сейчас во многом определяется резким увеличением стоимости жизни. Инфляция в стране в апреле достигла 9% – самый высокий уровень за 40 лет. В том же месяце стоимость потребляемой энергии для домохозяйств подскочила на 54% в годовом исчислении. И в четверг правительство объявило о принятии широкомасштабной программы финансовой помощи населению на 15 млрд ф.ст. Около 8 млн домохозяйств с низкими доходами получат единовременную выплату в размере 650 ф.ст. Все домохозяйства в октябре также получат скидку в 400 ф.ст. на счета за потребленную энергию. Треть суммы для финансирования этой программы помощи будет обеспечена за счет введения специального 25-процентного налога на прибыли нефтяных и газовых компаний. Прежде правительство отказывалось от такой меры, на которой настаивали лейбористы. Но теперь обстоятельства заставляют.

Александр Ивахник

Провозгласила ли Украинская православная церковь (УПЦ) автокефалию на своем Соборе 27 мая? Официально нет – в тексте соборного постановления отсутствует даже такое слово. УПЦ формально лишь интерпретирует старое постановление Архиерейского собора РПЦ 1990 года, в котором сказано, что УПЦ (кстати, никаких дополнительных слов «Московского патриархата» в тексте нет) «предоставляется независимость и самостоятельность в ее управлении», причем не уточнено, что в составе РПЦ – это тогда считалось само собой разумеющемся.

Так что формулировка «Собор принял соответствующие дополнения и изменения в Устав об управлении Украинской Православной Церкви, свидетельствующие о полной самостоятельности и независимости Украинской Православной Церкви» формально почти точно воспроизводит текст 1990 года. Но есть «маленькая» деталь – в тексте 1990 года не было слова «полной», потому что зависимость все же сохранялась. Было сказано, что избираемый украинским епископатом предстоятель УПЦ «благословляется» (утверждается) Московским патриархом и является постоянным членом Синода РПЦ.

Теперь же возникает парадоксальная ситуация. Предстоятель УПЦ митрополит Онуфрий не вышел из состава Синода РПЦ (такой разрыв противоречил бы документу 1990 года, к которому апеллирует УПЦ), но при этом он 29 мая помянул патриарха Кирилла в ряду прочих предстоятелей церквей, опустив формулировку о «великом господине и отце нашем». Так поминают своих коллег предстоятели автокефальных церквей.

Еще одна формулировка: «Собор имел суждение о возобновлении мироварения в Украинской Православной Церкви». Мироварение – приготовление святого мира, необходимого для таинства миропомазания – является прерогативой автокефальной церкви, причем далеко не каждой. Но «имел суждение» - это, в переводе на обычный язык, «обсудил». А о принятии решения ничего нет, в документе 1990 года при миро не сказано. Тогда было очень трудно представить себе даже «суждение» о том, что его будут варить в Киеве.

Постановление Собора может позволить УПЦ некоторое время маневрировать (с автокефалией де-факто, но не де-юре), но пространство для маневра ограничено. В будущем возможна дезинтеграция УПЦ, причем линия размежевания может зависеть от военно-политического контроля над территориями, которые сейчас входят в ее состав. И «проукраинская» часть, исчерпав возможности для маневрирования и не получив согласия Москвы на каноническую автокефалию (а РПЦ его давать не будет), в этом случае может начать выстраивать отношения с Константинопольским патриархатом, чтобы найти неунизительный, компромиссный вариант сецессии от Москвы (вхождение в Православную церковь Украины (ПЦУ), получившую автокефалию от Константинополя, выглядит как раз унизительным решением). Тогда как «промосковская» откажется от «независимости и самостоятельности» - хоть полной, хоть неполной. Можно вспомнить опыт Аугсбургского религиозного мира 1555 года и его принципа cujus regio, ejus religio («чья власть – того и вера»), признанного затем Вестфальским миром 1648-го - правда, между ними была Тридцатилетняя война.

Алексей Макаркин

Если германские власти не слишком охотно и оперативно отвечают на призывы Украины о поставках вооружений, явно опасаясь эскалации противостояния с Россией, то в деле укрепления национальной обороноспособности они действуют более решительно. В воскресенье после двухнедельных переговоров правящая коалиция в составе СДПГ, партии «Зеленых» и Свободной демократической партии достигла согласия с оппозиционным консервативным блоком ХДС/ХСС о создании специального фонда для вооруженных сил объемом 100 млрд евро. Дополнительное щедрое финансирование станет крупнейшим скачком в германских военных расходах после Второй мировой войны. Деньги пойдут на масштабную модернизацию бундесвера, который в предыдущие десятилетия хронически недофинансировался. После окончания холодной войны ФРГ сократила размер своих вооруженных сил с 500 тыс. человек в 1990 г. до 200 тыс. сейчас. Снаряжение армии быстро устаревало. К концу прошлого года менее 30% германских военных кораблей были полностью боеспособны. Многие самолеты ВВС не могли подняться в небо.

Канцлер Олаф Шольц объявил о планах формирования специального фонда для бундесвера еще 27 февраля, через три дня после начала военной операции России в Украине. Но правительство хотело отделить этот фонд от госбюджета, финансируя его за счет займов. А для этого нужно было закрепить его создание в конституции страны, поскольку она содержит правило так называемого долгового тормоза, ограничивающее бюджетный дефицит. Для внесения поправок в конституцию требуется большинство в две трети голосов в обеих палатах парламента. Поэтому правительству было необходимо заручиться поддержкой правоцентристской оппозиции, что и было достигнуто в воскресенье. Помимо поправки в конституцию до летних парламентских каникул планируется принять специальный закон, излагающий детали функционирования фонда и финансирования бундесвера. По требованию оппозиционного блока особо оговаривается, что деньги из фонда пойдут на нужды исключительно бундесвера, а обеспечение киберзащиты и помощи вооружениями странам-партнерам будет финансироваться из госбюджета. По текущим оценкам, специальный фонд будет израсходован до конца 2026 г.

В совместном заявлении правительства и оппозиции отмечается, что средства фонда станут дополнительным источником финансирования вооруженных сил в дополнение к ассигнованиям из бюджета. Также подчеркивается, что в результате на многолетнем отрезке в среднем Германия достигнет планки расходов на военные нужды в 2% от ВВП, которая зафиксирована в документах НАТО и за отставание от которой Берлин часто критиковался союзниками, особенно Вашингтоном. Военный бюджет ФРГ на текущий год составляет 53 млрд евро, а для достижения натовской цели в 2% от ВВП она должна тратить около 70 млрд евро в год. После принятия намеченных законодательных инициатив будет незамедлительно введена в действие программа государственных закупок вооружений. Планируется, что одной из первых крупных инвестиций станет закупка у США многоцелевых боевых самолетов-невидимок F-35.

Александр Ивахник

Одним из ключевых понятий для советского общества была ориентация не на минимизацию потерь, а на результат. Если он не был достигнут или оказывался недостаточным, то наступало разочарование. Если же был, то мы «за ценой не постоим» - главное, чтобы «было не зря, не напрасно было». В этом советское общество было преемственно русскому образованному обществу, которое, в отличие от крестьянства, мыслило глобальными интересами. Например, «водрузить крест над святой Софией» или хотя бы создать великую Болгарию для «братушек» под российской эгидой. Отсюда разочарование в итогах формально успешной русско-турецкой войны 1877-1878 годов, и восприятие Берлинского конгресса как катастрофы, особенно после трех кровопролитных неудачных штурмов Плевны.

В советском обществе после свирепой сталинской модернизации ориентация на результат стала значительно более широкой и продвигалась в народные массы посредством радио, фильмов, газет, школьных программ в рамках ликвидации неграмотности (которая была большим и успешным политическим проектом).

Финская война вошла в историю как «незнаменитая» не только из-за огромных потерь, но и в связи с тем, что не удалось добиться поставленных изначально целей. И в этом случае был достигнут конкретный успех – граница отодвинута от Ленинграда – но «замах» был совершенно другим. И слушатели радио – главного тогда средства массовой коммуникации – помнили и песню «Принимай нас, Суоми-красавица» («Отнимали не раз вашу родину - Мы приходим её возвратить»), и разрекламированную «Финляндскую демократическую республику», и заявления о бегстве финляндского правительства. А потом выяснилось, что с этим правительством пришлось договариваться. Взятие Хельсинки превратило бы «незнаменитую» войну в очередной «освободительный поход» (пусть и труднее складывавшийся вначале, чем польский) вне зависимости от потерь, которые в этом случае воспринимались бы куда менее драматично.

Один из самых известных и талантливых советских военных фильмов – «Батальоны просят огня» - посвящен этой же теме, только с другим результатом. Гибель двух батальонов воспринимается эмоционально сильно, зритель искренне сочувствует окопной правде капитана Ермакова. Но финал фильма – успех операции – если не полностью примиряет зрителя с решением полковника Иверзева, то дает понимание его мотивов. Одна правда уравновешивает другую, но с «мягким» преобладанием представления о том, что батальоны погибли «не зря, не напрасно». А Иверзев, лично поднимая в бой своих солдат, думает: «Только успех, только успех!.. — огненными толчками плескалось в его сознании. — Неуспех — и дивизии не простят ничего!.. Только успех! Только успех!..» (это уже цитата из одноименной повести Юрия Бондарева). И раненый победитель Иверзев прощает оскорбившего его Ермакова. Иверзеву трудно эмоционально сочувствовать – но это не отменяет того, что именно он является носителем высшей правды, позволившей в конечном счете добить врага в его логове.

Поколенческая проблема современного российского общества заключается, помимо прочего, в противоречивости восприятия результата и потерь. Для старшего, советского, поколения, несмотря на все эмоции, первичен все же результат, молодые в значительной степени мыслят противоположно. Люди среднего возраста часто колеблются, но нередко склоняются все же к результату – так привычнее.

Алексей Макаркин

После саммита ЕС 30-31 мая, на котором европейские лидеры с большим трудом достигли соглашения о частичном эмбарго на поставки нефти из России, а вопрос об отказе от российского трубопроводного газа практически снят с ближайшей повестки дня, в европейской политической элите усилились сомнения в возможности сохранения первоначального политического единства в отношении военного конфликта в Украине. Одну из главных причин этого видят в отсутствии в настоящее время в Европе ведущего, для всех авторитетного лидера. В течение долгого канцлерства Ангелы Меркель такую роль играла Германия, хотя в последние годы в меньшей степени. В частности, именно у Германии искали покровительства страны Центральной и Восточной Европы, именно на позицию Берлина они ориентировались в первую очередь при выработке своих внешнеполитических решений. Однако, как пишет информированное интернет-издание Politico, ряд недавних событий подточил авторитет и влияние Берлина и в регионе “новой Европы», и среди лидеров стран ЕС в целом. Среди этих событий уход Меркель, появление более сложной трехпартийной правящей коалиции с внутренними противоречиями и особенно череда политических ошибок и противоречивых сигналов канцлера Олафа Шольца в отношении политики России и конфликта в Украине.

В частности, Politico отмечает, что ослабление влияния Германии проявилось и на прошедшем саммите ЕС. Предшествовавший визит в Будапешт главы Еврокомиссии Урсулы фон дер Ляйен, которая прежде была министром обороны Германии, не привел к достижению компромисса с Виктором Орбаном по включению в шестой пакет антироссийских санкций нефтяного эмбарго. Лишь в последний момент председателю Евросовета Шарлю Мишелю и Эммануэлю Макрону как президенту страны, председательствующей в ЕС в этом полугодии, удалось добиться согласия Орбана при условии сохранения доступа Венгрии к южной ветке нефтепровода «Дружба». Канцлер Шольц не играл в этих переговорах заметной роли. Открытую критику Польши и стран Балтии вызывает нежелание главы германского правительства поставлять в Украину современные тяжелые вооружения. Едва ли объявленное во вторник Шольцем соглашение с Грецией о том, что она поставит Украине старые советские «БМП-1» из арсеналов ГДР, а в обмен получит немецкие БМП Marder, удовлетворит Киев и повысит авторитет германского канцлера в странах Восточной Европы. В целом в ситуации острого геополитического кризиса Шольцу пока не удается стать объединяющей европейской политической фигурой.

По мнению Politico, сейчас в персональном плане наибольший вес в ЕС приобрел итальянский премьер-министр, бывший эффективный глава ЕЦБ Марио Драги, но присущая Италии хроническая политическая нестабильность ограничивает ее влияние на международные дела. Что касается недавно переизбранного на второй срок президента Макрона, то в Центральной и Восточной Европе ценят то, что он уделяет этому региону больше внимания, чем его предшественники, а Франция как председатель ЕС оперативно продвигала быстрое принятие новых пакетов антироссийских санкций. Однако восточноевропейцы считают, что для выполнения роли строителя европейского политического консенсуса Макрону мешает гипертрофированное представление о собственной значимости и выдвижение противоречивых, а то и просто странных идей, вроде идеи создания Европейского политического сообщества, которую расценили как способ не предоставлять членство в ЕС Украине и странам Западных Балкан.

Александр Ивахник

В советское время книги писателя Василия Ардаматского читали. Не из-за их художественных достоинств – а в связи с тем, что близкий к советским чекистам писатель (лауреат премии КГБ в области литературы и искусства) имел доступ в закрытые архивы. И ему разрешалось написать об операции «Синдикат-2», в ходе которой в СССР был заманен Борис Савинков (по этой книге Ардаматского были сняты два советских фильма). Или — с неизвестными ранее подробностями — о работе на советскую разведку болгарского генерала Владимира Заимова. В условиях востребованности приключенческой литературы читательским успехом пользовалась и шпионская трилогия о «Сатурне», которая также была экранизирована – хотя по популярности не доходила до «Семнадцати мгновений весны» или «Щита и меча».

Вышедшая в 1980 году, на исходе брежневского времени, книга Ардаматского «Суд» была написана, как тогда говорили, на современном материале – речь в ней шла о коррупционной схеме с участием сотрудников союзного министерства высокого и среднего ранга. «Суд» интересен не столько описанием конкретных махинаций, сколько полной беспросветностью. Советский канон предусматривал нетипичность коррупции – и немногочисленным жуликам противостояли честные советские граждане, мудрое начальство, секретари парткомов с горящими сердцами. Так что работникам правоохранительных органов оставалось успешно действовать в комфортной обстановке общественной поддержки.

А здесь все иначе – отвратительны все сколько-нибудь значимые персонажи-хозяйственники – и председатель провинциального райисполкома, и начальник отдела в главке, и первый замначальника главка. Включить в коррупционную схему более высокого начальника Ардаматский не мог – это было бы нарушением всех неписанных правил – но ему позволили показать больного, старого, полностью бессильного министра, неспособного ни побороть коррупцию, ни – что еще важнее - изменить имитационный характер деятельности его подчиненных. Образец для начальников уровня ниже министра – Запад с куда более высоким уровнем легальных доходов и потребительскими стандартами.

Чуть ли не единственный свет в окошке – старый большевик из контрольно-инспекторской группы министерства. Но и ему остается только резонерствовать о том, что из десяти сотрудников главка за день только двое сочинили по одной бумажке, а остальные не работали вовсе. И он глубоко периферийный персонаж. Также бессилен лично неплохой секретарь парткома — плохих партфункционеров в советских книгах припомнить сложно.

Книга Ардаматского интересна не только своим диагнозом советской системе (это сюжет важный, но уже в немалой степени исторический), но и демонстрацией степени неприязни силовиков к ловким хозяйственникам - она ярко прослеживается в презрительных авторских интонациях. А это уже куда более актуальная тема, так как традиции здесь за последние десятилетия мало изменились.

Алексей Макаркин

Франция привычна к трудовым протестам, но вчера здесь прошла необычная однодневная забастовка. Необычная потому, что бастовали традиционно крайне сдержанные в своем поведении дипломаты. Они протестовали против объявленной президентом Макроном в апреле реформы дипломатического корпуса, которая, как они считают, негативно отразится на их карьерах и на положении Франции в мире. Реформа была оформлена президентским декретом и должна начать осуществляться с января 2023 года.

Французская внешнеполитическая служба является третьей по величине в мире после США и Китая. Она включает примерно 1800 дипломатов и около 13,5 тыс. работников МИДа. До настоящего времени французский дипломатический корпус, существующий более 200 лет, был отделен от остальной гражданской службы. С точки зрения Макрона и его советников, это способствует кадровому застою и корпоративной замкнутости на собственных элитных интересах. Заявленная цель реформы – диверсифицировать и модернизировать дипломатический персонал. Планируется отменить особый статус дипломатического корпуса и влить около 800 старших карьерных дипломатов в «государственный административный корпус», состоящий из гражданских служащих высокого ранга вне зависимости от ведомства. По замыслу авторов реформы, это должно стимулировать переходы чиновников между разными министерствами и увеличить конкуренцию при назначении на престижные дипломатические посты.

Однако многие работники МИДа считают иначе и не боятся публично высказать свою позицию. В заявлении 500 дипломатов, опубликованном в газете Le Monde 25 мая, подчеркивалось, что их работа требует специальной подготовки, знания языков, специализации и опыта, приобретаемого в течение многих лет службы в разных странах. Они считают, что планируемая реформа «позволит назначать удобных людей в ущерб компетенции и приведет к деструктурированию карьер, потере квалификации и кризису профессии». Авторы заявления отметили, что реформа особенно неуместна в нынешней ситуации, когда мир столкнулся с новыми кризисами, а в Европе разразился масштабный военный конфликт.

Забастовку 2 июня инициировали шесть профсоюзов, объединяющих работников МИДа, и группа молодых дипломатов. Сотни сотрудников французских посольств и консульств по всему миру на день прекратили работу. Среди них оказались некоторые высокопоставленные дипломаты, например посол в Кувейте Клэр Ле Флешер и заместитель посла в США Орели Бональ. Многие посланники Франции за рубежом выразили поддержку протесту в соцсетях. В Париже, напротив здания МИДа на набережной Орсе, около 200 дипломатических работников демонстрировали свое несогласие с реформой. К забастовке присоединился ряд директоров департаментов в Кэ д'Орсе. Протестующие требовали проведения публичных консультаций относительно предстоящей реформы и отказа от происходивших сокращений бюджета и персонала министерства.

Сейчас в сложном положении оказалась недавно назначенная министр иностранных дел Катрин Колонна. С одной стороны, она по логике вещей не может ставить под сомнение предложенную президентом реформу. С другой стороны, Колонна сама является карьерным дипломатом, до назначения занимала пост посла в Лондоне. Став министром, она заявила сотрудникам МИДа: «Мы нуждаемся в каждом из вас. Вы можете рассчитывать на то, что я никогда не забуду, кто я и откуда я пришла – я пришла из этого места». Теперь, чтобы справиться с этим двусмысленным положением, ей потребуется недюжинный дипломатический талант.

Александр Ивахник

Алан Гаглоев только делает первые шаги в должности президента Южной Осетии. Об эффективности его работы можно будет судить, как минимум, через год –другой после нахождения в должности. Парламентские выборы, намеченные в республике на 2024 год, станут своеобразным исследованием уровня его популярности и результативности его курса. 

Однако уже сейчас этот лидер имеет все шансы на то, чтобы войти в югоосетинскую новейшую историю. Гаглоев, едва вступив в должность, приостановил действие указа своего предшественника Анатолия Бибилова. Напомним, что прежний югоосетинский президент, уже проиграв выборы и признав их результаты, тем не менее, во время «пересменки» подписал документ о проведении референдума с вопросом об объединении Южной Осетии и России. Данная тема имеет высокий уровень общественной поддержки. И если бы голосование состоялось, не исключено, что РФ «приросла» бы новым субъектом, после чего, скорее, всего, произошло бы объединение двух Осетий. То есть была бы реализована цель, к которой многие югоосетинские политики шли, начиная с последних лет горбачевской «перестройки». 

Но Гаглоев решил иначе. Своим указом он постановил «безотлагательно провести с российской стороной консультации по всему комплексу вопросов, связанных с дальнейшей интеграцией Республики Южная Осетия и Российской Федерации». Но до завершения оных «приостановить действие Указа Президента Республики Южная Осетия от 13 мая 2022 года «О назначении референдума Республики Южная Осетия»». Не стоит искать в решении вновь избранного президента частично признанного образования скрытых смыслов. Гаглоев- последовательный сторонник пророссийского выбора, как и его предшественник(и). Но он прекрасно понимает, что реальная политика не сводима к электоральным процедурам. И красивые лозунги не заменят возможных рисков и издержек.

Грузия сегодня дистанцируется от Украины и в определенной степени даже от коллективного Запада. Тбилиси не меняет приоритетов своей внешней политики принципиально. Но грузинское руководство хотело бы воздержаться от конфронтации с Москвой, и, возможно, рассчитывает на роль «новой Финляндии» в условиях «холодной войны-2». При таком наборе проблем всякое формальное изменение статуса Южной Осетии сыграло бы на руку экс-президенту Михаилу Саакашвили и тем «ястребам» в Тбилиси, кто хотел бы обострения на Кавказе. В нем они видят возможности для вмешательства Запада и усиления тем самым давления на Россию. В Москве, похоже, от такого сценария не в восторге. И Гаглоев готов разделить этот острожный подход. В любом случае инициативу по референдуму он уже «заморозил». 

Сергей Маркедонов

Очередная дата рождения Пушкина – и очередные споры. Давний спор - Пушкин-вольнолюбец или Пушкин-имперец – в 1937-м, в сотую годовщину со дня его гибели волей Сталина директивно решенный в пользу первого варианта, в последние десятилетия все чаще склоняется в сторону второго. Есть большой соблазн редуцировать Пушкина до «Бородинской годовщины», «Клеветникам России» и «Полтавского боя» - равно как раньше было не меньшее желание закрыть глаза на его имперство, максимально смягчив неполезную для дружбы между СССР и ПНР историю о разломе, которым завершилась его дружба с Мицкевичем.

Самое простое – представить эволюцию взглядов Пушкина как банальный линейный процесс. Заблуждался по молодости лет, дружил с будущими бунтовщиками, написал «Гаврилиаду» - но потом осознал, проникся, надел мундир и стал верным чадом церкви и патриотом Отечества. И назвал правительство единственным европейцем в России, объединив тем самым государственничество и прогресс (разумеется, умеренный, в рамках закона). А дальше глубокомысленно сказать, сославшись на Черчилля (который этого, кстати, не говорил): «Кто в молодости не был либералом — у того нет сердца, кто в зрелости не стал консерватором — у того нет ума». И простая схема завершена с опорой на два авторитета – отечественный и иностранный.

И хотя пушкинская цитата из черновика письма Чаадаеву не вошла в окончательный его текст – и, следовательно представляет собой плод размышлений, а не догму – но это мало кому известно. Равно как и полный текст этого пушкинского горького размышления, из которого вырвана часть фразы. А там есть и про общество – «отсутствие общественного мнения, равнодушие ко всему, что является долгом, справедливостью, правом и истиной», «циничное презрение к мысли и к достоинству человека». И правительство единственный европеец в России, потому что «сколь бы грубо и цинично оно ни было, от него зависело бы стать сто крат хуже. Никто не обратил бы на это ни малейшего внимания». То есть перед нами не апология власти, а разочарование в обществе.

На самом деле пушкинская эволюция была куда сложнее. Даже в вольнолюбивые годы он не был революционером и не входил в тайное общество (куда его совершенно не собирались принимать, но не сберегая «наше всё», но опасаясь легкомыслия и непредсказуемости молодого сочинителя). Затем увлечение Николаем I, который «бодро, честно правит нами» - на контрасте с последними годами александровского правления. Ведь с именем Николая были связаны и планы реформ, и освобождение греков, и замена поспешно принятого «чугунного» цензурного устава более умеренным аналогичным документом. А потом новое разочарование – уже в практиках николаевского царствования, все более расходившихся с пушкинским представлением о должном и способствовавших деградации общества. И дальше «Памятник» - пушкинские слова «Что в мой жестокий век восславил я Свободу», вынужденно замененные Жуковским на благонамеренное «Что прелестью живой стихов я был полезен», прекрасно вписывающееся в простую схему превращения бунтаря в государственника.

Алексей Макаркин