•
1945 год, Великобритания.
Он молил.
Он рыдал.
Слышался надрывный голос, сильно охрипший от долгих терзаний. Необузданное желание получить это сейчас либо закончить всё. Тело изворачивалось, извивалось, требовало.
Обжигающие ладони обманчиво нежно изводили колени, грудь, рёбра и горло. Они сжимали, давили. Кожа после таких манипуляций горела, словно самое жерло вулкана во время извержения. Разум бил тревогу ещё в первую встречу, но он выбрал другой путь. И был неправ.
Он забыл, как дышать. Хотелось разорвать верёвки, обвитые вдоль ног и рук. Они, словно змеи, путались меж бёдер и горла, постоянно вызывая учащённое сердцебиение и дёрганье глаз, закрытых плотной тканью.
– Ты помнишь, как тебя зовут? – низкий, приглушённый и уверенный голос промелькнул в сознании парня. Этот голос – всё. В прямом и переносном смысле. Нет ничего, что помогло бы спрятаться от него, поэтому нужно ли бежать?
– Как тебя зовут? – монотонное повторение и шёпот. Чёрт возьми, это была злая шутка, ведь последние крупицы здравомыслия держались за тишину. Он делал это так естественно, будто гипнотизировал, зная, что Жертва не во власти себя.
Резкие смены громкости путали мысли ещё больше. Плавясь, словно мороженое в самый жаркий день, Жертва надрывно кричала. Пусть будет тот, кто найдёт; пусть спасёт; пусть не позволит этому Существу разорвать кожу ногтями. Струи крови окрашивали полотно. Казалось, что это действительно больше не тело – точно холст.
Он тогда думал, что сам скоро сойдёт с ума окончательно, ведь жар от кровавой жидкости поглощал все непослушные мысли, что таились там, на глубине расколотой души. Такое место содержит множество пороков, про которые возможно узнать, только если разодрать внешнюю оболочку, а уже позже забраться внутрь. Ещё немного – ох, как же этого хотелось – и мозг расплавиться от напора такоговожделения.
30.01.1942 13 лет, второй курс.
ТУЧИ
Я думал, что всё кончилось.
Я думал, что больше нет тех мерзких, скользких коридоров приюта. Грязных простыней, а также пресной еды. "Сколько времени потребуется, чтобы забыть это?" – я спрашиваю себя каждый вечер, когда холодный ветер проникает под кожу, словно обматывает изнутри рёбра. Объёмные тучи сгущаются вокруг Хогвартса, а дождь вот-вот начнёт лить прямо на меня. Мне не нравится, когда моё тело мокрое, скользкое, грязное. Этот чёртов день должен был быть совершенно другим – красочным, подающим надежды. Я бы никогда не признал себе, что во что-то столь "преданно" верю, как в судьбу. Нет, никогда. Скорее вырву себе лёгкие, чем стану "провидцем". Донельзя глупо.
Но эти тучи преследуют меня с самого утра: в «Пророке» что-то говорилось о волшебнике, пытавшемся создать артефакт, в основе которого лежит идея превосходства стихийных бедствий. Он, правда, думал, что подчинит себе природу и магию, словно пастух, разгоняющий скот.
В гостиной целый день разгоняли тему нашего вида из окна. Сидели, столь напыщенные дети богатеньких родителей. Им не нравилось, что пол был не столь теплым, как у них дома. Им не нравилось, что нет в ванных каких-то "специальных" окон. Не нравились сладости, не нравились крайне маленькие кровати. И даже, Бо... Салазар, обшивка диванов в общей гостиной и отсутствие домашних эльфов их семьи. Я не стал задавать никаких вопросов, потому не особо разделял их мнение. Без понимания того, что они говорят и от чего скалятся, просто всматривался в это грёбанное окно. Помню только холодный, иногда даже и мокрый пол. Презрение, оттого возникающие чувство раздражения, гнева.
И сейчас, стоя на заднем дворе, я просто тупо всматриваюсь в капли, скатывающиеся с моих волос. Почему я стою здесь? Не знаю. Чувствую себя погано.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
1
⭐️ ⭐️ ⭐️ ⭐️ Я помню приютских⭐️ ⭐️ ⭐️ ⭐️ детей, жаждущих⭐️ ⭐️ ⭐️ ⭐️ моей смерти.🔉 ⭐️ ⭐️ ⭐️ ⭐️ Мне не приходилось⭐️ ⭐️ ⭐️ долго вспоминать их голодные и жадные взгляды, направленные на меня из-под плеча.
Животные. Все они. Они хотят видеть, как я проиграю. Сломалюсь. Сдамся, будто мои "намёки" ничего не значат для них. Какая утрата. Я так старался испортить их жизнь настолько, что жалобные туши сами переползут ко мне. Какая жалость.
Но сейчас всё по-другому: я больше, вновь сильнее, вновь опасней. Я научу свору глупых детей верить не только в Бога, но и в Салазара, и в магию.
Чьи-то руки почти трепетно перелистывали страницы, одну за другой перечитывая, словно слова были на непонятном языке.
Англия.🔤 🔤 🔤 🔤 г.
Лес, я помню его. Он большой и глубокий. Там было до невозможности тихо и спокойно. Было приятное чувство опустошенности, будто я находился на самом глубоком дне океана. Я прислушивался к голосам, которые говорили мне идти за ними.
Словно зов предков, ныне живущих на этой земле. Это ощущалось, как находится в невесомости, как парить, как чувствовать те прохладные стены гостиной моего факультета. Было темно и тихо. Я всматривался в стволы деревьев, из которых исходил сильный древесный запах. С ветвей стекали капли свежей воды после дождя. Мои глаза вновь стали "чувствовать", как и тогда. Я был в пещере, утаскивал за собой Уилла и Грейс, словно глубоководная сирена, смотревшая своими чёрными глазами вглубь, а не на слишком далёкое от неё небо.
Я вспоминал, как оказался первый раз в Хогвартсе: там было много высоких башен и особенно много волшебников с якобы умным видом. И Она. Магия.
Сейчас же я ощущаю те же чувства. Словно в гипнозе, я шел за зовом, несуществующим для других. Мои пятки касались холодной и влажной почвы, а я только и мог, что наступать сильнее, чтобы ощутить эту приятную прохладу. Я хочу вновь оказаться здесь. Но только через лет десять, чтобы вспомнить мое могущество, мое сплочение с магией. Я отличаюсь от других, я это знаю. И они тоже это чувствуют.
В моих глазах нет прежнего страха или боли, только настоящий Я. И когда-нибудь мир увидит меня.
– Такой сентиментальный. Сколько ему лет?
– Кажется, на тот момент шестнадцать или пятнадцать. Не спрашивай меня о числах, лучше найти в тексте ещё что-то.
На моих плечах горел огонь. Я думал смахнуть его, как только встану на ноги. Но почему-то не почувствовал почвы. Под моими ногами было пусто, как и тогда.– О чём он? – мужчина продвинулся ближе к девушке, читавшей отрывок. Скользкие камни побережья мешали сделать это аккуратно, без скольжения и негромких ругательств. Он наклонился, чуть ближе, всматриваясь в потрёпанный временем кожаный дневник, если это, конечно, бала кожа. Почерк был смазанным, даже едва понятным человеку. Вода смыла чернила, не оставив после себя краткой инструкции, как восстановить плотную и рваную бумагу.
Девушка только подвинула дневник ближе. Его очень влажная структура не позволяла держать дневник не боясь. Она всё время пыталась удержать его, чтобы он не выпал. А позже только привлекла внимание мужчины:
– Смотри.
Я касался израненных губ, долго смакуя эту вязкую жидкость... Такую алую и сочную, жгучую и тягостную для меня. До определенного момента, пока горячее золото не стало разливаться в моей обжаренной до корочки глотке. Это было... Словно лава, прижигающая меня до самых частиц. Я не знаю, как мне это описать. Я не знаю, что мне с этим делать. Я был ... Мне надо больше.
Я знал, ..... Тогда смт.... Кпоиввь.
🔤 сен.
.Я н..д е..пр Нет ..
П. ...Л НО ТОГДА🔤 🔤 🔤 🔤 г.
Жерло... На пррее было.
Их лица исказила гримаса. Недовольство оттого, что страницы посередине текста были наполовину промокшие, наполовину исцарапанные когтями. Вся информация, которая могла иметь в себе дополнительные мысли их пазла, просто была потеряна.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
1
Сами чувства это – блаженство, которое возможно ощущать множество раз, но по-своему. Единожды намертво обмотав человеческую душу и плоть чувствами, душа требует большего, а ненасытность становится верным спутником в этом вожделенном желании.
|
|
ПЕРЕДАЕМ:
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM