Ткани против вирусов
Коронавирус в газетных заголовках теперь встречается чуть чаще чем грипп, а вот научные работы, им вдохновленные, все продолжают выходить.
Вирусная эпидемия напомнила нам, что война человеческого организма с микрозахватчиками - никогда не заканчивается и к потенциальным угрозам нужно быть готовым. Например, разрабатывать новые противовирусные лекарства, уметь быстро создать вакцину, при проектировании общественных пространств можно использовать противовирусные покрытия, а на индивидуальном уровне можно ввести в обиход противовирусные ткани - не только для масок, а для одежды в целом. Проснулся с утра на противовирусной наволочке под противовирусным пододеяльником, выпил чашечку кофе (он, благо, сам по себе, противовирусный), сидя за столиком, покрытым противовирусной краской, одел свои противовирусные джинсы и футболку и пошел на работу.
Вот, кстати, о футболках. В статье, опубликованной в журнале nature в 2023 году, белую хлопковую футболку замочили в растворе содержащем ионы меди (II), высушили и получили голубую футболку, которая эффективна против вируса гриппа, вируса табачной мозаики, синегнойной палочки и сальмонеллы. Авторы показали, что медь за счет координационных связей встроилась в структуру хлопковых волокон (в смысле целлюлозной матрицы) , поэтому при стирке цвет и полезные свойства не исчезают.
К другим методам создания противовирусных тканей является внедрение в структуру уже существующих текстильных волокон наночастиц металлов или оксидов металлов, окрашивание органическими красителями с известными противовирусными свойствами, создание новых синтетических волокон из новых противовирусных полимеров.
А вы бы себе купили противовирусную футболку?
Коронавирус в газетных заголовках теперь встречается чуть чаще чем грипп, а вот научные работы, им вдохновленные, все продолжают выходить.
Вирусная эпидемия напомнила нам, что война человеческого организма с микрозахватчиками - никогда не заканчивается и к потенциальным угрозам нужно быть готовым. Например, разрабатывать новые противовирусные лекарства, уметь быстро создать вакцину, при проектировании общественных пространств можно использовать противовирусные покрытия, а на индивидуальном уровне можно ввести в обиход противовирусные ткани - не только для масок, а для одежды в целом. Проснулся с утра на противовирусной наволочке под противовирусным пододеяльником, выпил чашечку кофе (он, благо, сам по себе, противовирусный), сидя за столиком, покрытым противовирусной краской, одел свои противовирусные джинсы и футболку и пошел на работу.
Вот, кстати, о футболках. В статье, опубликованной в журнале nature в 2023 году, белую хлопковую футболку замочили в растворе содержащем ионы меди (II), высушили и получили голубую футболку, которая эффективна против вируса гриппа, вируса табачной мозаики, синегнойной палочки и сальмонеллы. Авторы показали, что медь за счет координационных связей встроилась в структуру хлопковых волокон (в смысле целлюлозной матрицы) , поэтому при стирке цвет и полезные свойства не исчезают.
К другим методам создания противовирусных тканей является внедрение в структуру уже существующих текстильных волокон наночастиц металлов или оксидов металлов, окрашивание органическими красителями с известными противовирусными свойствами, создание новых синтетических волокон из новых противовирусных полимеров.
А вы бы себе купили противовирусную футболку?
🔥4👍3❤2🤔2🏆1💅1
Хлопин Виталий Григорьевич – основатель советской школы радиохимии
В январе исполнилось 135 лет со дня рождения Виталия Григорьевича Хлопина – выдающегося выпускника и профессора Санкт-Петербургского университета, основателя школы радиохимии в СССР и участника советского атомного проекта.
Хлопин родился 26 января 1890 года в Перми в семье ученого-гигиениста и революционера Григория Витальевича Хлопина. Окончив физико-химический факультет Санкт-Петербургского университета в 1912 году, он остался работать на кафедре общей химии ассистентом у Льва Александровича Чугаева. Под руководством Чугаева Хлопин прошел подготовку к профессорско-преподавательской деятельности, занимаясь экспериментальными исследованиями в области химии платиновых соединений, и разработал экономичный способ добычи платины из отечественного сырья.
В 1915 году судьба свела Хлопина с Владимиром Вернадским, который пригласил работать в Радиологическую лабораторию Академии наук. Эта лаборатория, разместившаяся в бывшей мастерской Архипа Куинджи, стала колыбелью советского атомного проекта.
К 1917 году интерес к радию перешел из научной сферы в практическую: военные узнали о его применении в светосоставах. Возникла необходимость добычи радия из отечественного сырья. Весной 1918 года ВСНХ поручил Академии наук организовать завод по извлечению радия из российских урано-ванадиевых руд. В 1922 году в Санкт-Петербурге открылся Радиевый институт – его возглавил Владимир Вернадский, а 32-летний Хлопин стал заместителем и руководителем химического отдела. В том же году они получили первые образцы советского радия
В 1924 году Виталий Григорьевич Хлопин открыл закон распределения микрокомпонентов между кристаллами макрокомпонента и насыщенным раствором, вошедший в науку как закон Хлопина, и разработал формулы для оценки распределения радиоактивных элементов между твердой и жидкой фазами. Его ключевые достижения включают исследования миграции радионуклидов в земной коре, распределения благородных газов) в минералах и газах, анализ радий- и борсодержащих вод, а также поиск стратегического сырья. Хлопин также внес вклад в развитие изотопной геохронологии, включая калий-аргоновый метод определения возраста геологических формаций. В 1931 году в его честь был назван минерал хлопинит, обнаруженный на Байкале.
К второй половине 1930-х годов СССР прочно вошел в тройку мировых лидеров в области ядерных исследований. В. Г. Хлопин, осознавая важность экспериментальной базы, создал в Радиевом институте центр по производству радий-бериллиевых и радон-бериллиевых нейтронных источников, а в 1932 году инициировал строительство циклотрона, который был запущен в 1937 году и стал первым в Европе. Под руководством Хлопина в институте работал молодой Игорь Курчатов, будущий отец советской атомной программы.
В 1936 году Хлопин возглавил Радиевый институт, а в 1939 году был избран действительным членом АН СССР. На следующий год он стал председателем Комитета по урановой проблеме при Президиуме АН СССР. Виталий Григорьевич Хлопин был удостоен чести стать Первым Менделеевским чтецом. 17 марта 1941 года в стенах Ленинградского университета он прочитал торжественную лекцию на тему «Превращение элементов и периодический закон», подчеркнув неразрывную связь между открытиями Менделеева и современными достижениями в области химии и физики.
С началом Великой Отечественной войны Хлопин организовал эвакуацию института в Казань, где занимался мобилизацией научных ресурсов для обороны. К атомному проекту в Ленинграде вернулись в 1944 году – сразу после освобождения города от фашистской блокады.
В 1945 году Виталий Григорьевич возглавил первую в СССР кафедру радиохимии в Ленинградском университете, заложив основы подготовки нового поколения ученых.
Скончался Виталий Григорьевич 10 июля 1950 года. В том же году Радиевый институт был назван его именем, увековечив вклад ученого в науку и развитие страны. В честь Хлопина также названа улица в Санкт-Петербурге.
#80летатомнойпромышленности
#химия_в_Петербурге #российскаянаука #деньвисториихимии #популяризациянауки
В январе исполнилось 135 лет со дня рождения Виталия Григорьевича Хлопина – выдающегося выпускника и профессора Санкт-Петербургского университета, основателя школы радиохимии в СССР и участника советского атомного проекта.
Хлопин родился 26 января 1890 года в Перми в семье ученого-гигиениста и революционера Григория Витальевича Хлопина. Окончив физико-химический факультет Санкт-Петербургского университета в 1912 году, он остался работать на кафедре общей химии ассистентом у Льва Александровича Чугаева. Под руководством Чугаева Хлопин прошел подготовку к профессорско-преподавательской деятельности, занимаясь экспериментальными исследованиями в области химии платиновых соединений, и разработал экономичный способ добычи платины из отечественного сырья.
В 1915 году судьба свела Хлопина с Владимиром Вернадским, который пригласил работать в Радиологическую лабораторию Академии наук. Эта лаборатория, разместившаяся в бывшей мастерской Архипа Куинджи, стала колыбелью советского атомного проекта.
К 1917 году интерес к радию перешел из научной сферы в практическую: военные узнали о его применении в светосоставах. Возникла необходимость добычи радия из отечественного сырья. Весной 1918 года ВСНХ поручил Академии наук организовать завод по извлечению радия из российских урано-ванадиевых руд. В 1922 году в Санкт-Петербурге открылся Радиевый институт – его возглавил Владимир Вернадский, а 32-летний Хлопин стал заместителем и руководителем химического отдела. В том же году они получили первые образцы советского радия
В 1924 году Виталий Григорьевич Хлопин открыл закон распределения микрокомпонентов между кристаллами макрокомпонента и насыщенным раствором, вошедший в науку как закон Хлопина, и разработал формулы для оценки распределения радиоактивных элементов между твердой и жидкой фазами. Его ключевые достижения включают исследования миграции радионуклидов в земной коре, распределения благородных газов) в минералах и газах, анализ радий- и борсодержащих вод, а также поиск стратегического сырья. Хлопин также внес вклад в развитие изотопной геохронологии, включая калий-аргоновый метод определения возраста геологических формаций. В 1931 году в его честь был назван минерал хлопинит, обнаруженный на Байкале.
К второй половине 1930-х годов СССР прочно вошел в тройку мировых лидеров в области ядерных исследований. В. Г. Хлопин, осознавая важность экспериментальной базы, создал в Радиевом институте центр по производству радий-бериллиевых и радон-бериллиевых нейтронных источников, а в 1932 году инициировал строительство циклотрона, который был запущен в 1937 году и стал первым в Европе. Под руководством Хлопина в институте работал молодой Игорь Курчатов, будущий отец советской атомной программы.
В 1936 году Хлопин возглавил Радиевый институт, а в 1939 году был избран действительным членом АН СССР. На следующий год он стал председателем Комитета по урановой проблеме при Президиуме АН СССР. Виталий Григорьевич Хлопин был удостоен чести стать Первым Менделеевским чтецом. 17 марта 1941 года в стенах Ленинградского университета он прочитал торжественную лекцию на тему «Превращение элементов и периодический закон», подчеркнув неразрывную связь между открытиями Менделеева и современными достижениями в области химии и физики.
С началом Великой Отечественной войны Хлопин организовал эвакуацию института в Казань, где занимался мобилизацией научных ресурсов для обороны. К атомному проекту в Ленинграде вернулись в 1944 году – сразу после освобождения города от фашистской блокады.
В 1945 году Виталий Григорьевич возглавил первую в СССР кафедру радиохимии в Ленинградском университете, заложив основы подготовки нового поколения ученых.
Скончался Виталий Григорьевич 10 июля 1950 года. В том же году Радиевый институт был назван его именем, увековечив вклад ученого в науку и развитие страны. В честь Хлопина также названа улица в Санкт-Петербурге.
#80летатомнойпромышленности
#химия_в_Петербурге #российскаянаука #деньвисториихимии #популяризациянауки
1❤🔥3❤3🔥2👍1🍓1
Forwarded from Музей-архив Д.И. Менделеева/D. I. Mendeleev Museum-Archive
«Бревно, попавшее в подходящие условия, остаётся лежать и изменяет направление струй водопада. Здесь их много. И долго они будут так лежать. Это и в ходе жизни так: есть препятствие ничтожное, но оно засело крепко и держит, и изменяет долго направление жизни».
Из дневниковых записей Д.И. Менделеева. Посещение Ниагарского водопада. Июль 1876 года.
Из дневниковых записей Д.И. Менделеева. Посещение Ниагарского водопада. Июль 1876 года.
👍4❤2🔥2🙏2⚡1😎1
Роза Эмма Гамильтон
Многие люди любят аромат роз, а некоторые считают его слишком сладким, навязчивым и старомодным, но, возможно, это потому, что они еще не попробовали аромат розы Эмма Гамильтон.
Одна роза – это целый букет молекул. β-дамаскон и β-дамасценон, розовые кетоны, ответственные за характерный запах роз, были когда-то выделены из дамасской розы, старинного культурного сорта, происходящего из Сирии и Ирана. Предположительно, в Европу дамасскую розу завезли крестоносцы. Интересно, что β-дамаскон и β-дамасценон формируются в лепестках роз из пигментов каротеноидов – так аромат связан с цветом. А еще β-дамасценон является очень мощным ароматом – порог восприятия человеком около 0.002 нг/л.
Еще один кетон в составе молекулярного букета – β-ионон, он был синтезирован химиками в конце XIX века и уж очень напоминал аромат фиалок, отсюда появилось его название, на греческом “ion” – фиалка.
Также в розах содержатся терпеноиды – цитронеллол, нерол, гераниол, линалоол, а также фенилэтиловый спирт, один из самых стабильных компонентов, который «держит» аромат даже после срезки, и оксид розы. Именно цис-изомер оксида розы обладает сильным ароматом – свежим, немного мятным, с фруктовым оттенком.
Роза Эмма Гамильтон пахнет грушами, виноградом и цитрусовыми, совсем не похожа на классическую розу. Аромат очень интенсивный, но при этом легкий, как будто какое-то сладкое воспоминание, что-то очень знакомое, ускользающее. В дождливую погоду он становится более многогранным. Сорт новый, был выведен в 2005 году, поэтому никаких исследований ароматных компонентов еще не проводилось, но мы можем пофантазировать. Вероятно, помимо классического набора в другом исполнении, там присутствуют молекулы гексилацетата – напоминающего аромат свежесрезанной груши, или метилантранилата, дающего характерный виноградный аромат.
В заключение хочется похвалить Эмму Гамильтон – 200 лет уже прошло, а она все еще вдохновляет ботаников и селекционеров.
Многие люди любят аромат роз, а некоторые считают его слишком сладким, навязчивым и старомодным, но, возможно, это потому, что они еще не попробовали аромат розы Эмма Гамильтон.
Одна роза – это целый букет молекул. β-дамаскон и β-дамасценон, розовые кетоны, ответственные за характерный запах роз, были когда-то выделены из дамасской розы, старинного культурного сорта, происходящего из Сирии и Ирана. Предположительно, в Европу дамасскую розу завезли крестоносцы. Интересно, что β-дамаскон и β-дамасценон формируются в лепестках роз из пигментов каротеноидов – так аромат связан с цветом. А еще β-дамасценон является очень мощным ароматом – порог восприятия человеком около 0.002 нг/л.
Еще один кетон в составе молекулярного букета – β-ионон, он был синтезирован химиками в конце XIX века и уж очень напоминал аромат фиалок, отсюда появилось его название, на греческом “ion” – фиалка.
Также в розах содержатся терпеноиды – цитронеллол, нерол, гераниол, линалоол, а также фенилэтиловый спирт, один из самых стабильных компонентов, который «держит» аромат даже после срезки, и оксид розы. Именно цис-изомер оксида розы обладает сильным ароматом – свежим, немного мятным, с фруктовым оттенком.
Роза Эмма Гамильтон пахнет грушами, виноградом и цитрусовыми, совсем не похожа на классическую розу. Аромат очень интенсивный, но при этом легкий, как будто какое-то сладкое воспоминание, что-то очень знакомое, ускользающее. В дождливую погоду он становится более многогранным. Сорт новый, был выведен в 2005 году, поэтому никаких исследований ароматных компонентов еще не проводилось, но мы можем пофантазировать. Вероятно, помимо классического набора в другом исполнении, там присутствуют молекулы гексилацетата – напоминающего аромат свежесрезанной груши, или метилантранилата, дающего характерный виноградный аромат.
В заключение хочется похвалить Эмму Гамильтон – 200 лет уже прошло, а она все еще вдохновляет ботаников и селекционеров.
4❤10🔥5❤🔥1👍1🏆1🦄1
Опасное солнце или эволюция химических фильтров
«Используйте крем с SPF круглый год, наносите не меньше чайной ложки и каждые два часа, летом обязательно SPF 50+, и желательно UVB + UVA, иначе преждевременная старость” – советуют единогласно дерматологи всех стран. Предлагаем вам взглянуть на молекулы, на которые возложена ответственная миссия спасать человечество от солнца.
Популярность кремы от солнца приобрели после 1933 года, когда Эжен Шуэллер, химик и основатель L'Oréal, выпустил солнезащитный крем Ambre Solaire. Это был настоящий маркетинговый и потребительский прорыв — солнцезащита стала восприниматься не как медицинское средство, а как элемент пляжной моды. В состав крема входила парааминобензойная кислота – один из первых химических фильтров, защищающий от UVB излучения (280-315 нм). Под фразой «химический фильтр» подразумеваются органические молекулы, как противопоставление минеральным фильтрам – оксидам цинка и титана. В отличие от минеральных фильтров, которые отражают и рассеивают свет, химические фильтры его поглощают и превращают в тепло.
В 1956 году выяснили, что парааминобензойная кислота неустойчива, разрушается под действием солнца и вызывают аллергию и постепенно от ее использования отказались.
Позже стали использовать производные коричной кислоты (octinoxate, octocrylene) салициловой кислоты (homosalate) и бензофенона (oxybenzone, avobenzone). Авобензон стал первым UVA (315–400 нм) фильтром, получившим широкое распространение. Но в 21 веке провели исследования и оказалось, что почти все они не соответствуют современным требованиям по безопасности для косметических компонентов – попадают в системный кровоток в количествах выше нормы, могут нарушить гормональный баланс или вредят морским экосистемам. Сейчас их использование пересматривают – вводят ограничения в ЕС, FDA просит дополнительные тесты в США, появляются региональные запреты в экологически уязвимых зонах.
В 2000-х на рынке химических фильтров появились триазины (Tinosorb S, Tinosorb A2B) и бензотриазолы (nano MBBT). Все их производит BASF. В 2022 году L'Oréal запатентовала новый UVA фильтр, циклический мероцианин Mexoryl 400. Его можно встретить в кремах La Roche‑Posay Anthelios. Одна из последних новинок, которая выходит на рынок в 2025 году - производное пиперазина HAA299 – также разработана BASF. Общий тренд - бензольных колец стало больше. Все вещества на данный момент прошли много тестов и считаются безопасными для человека и природы.
Интересно, может так оказаться, что через 20 лет они тоже окажутся чем-то для нас вредны? Интересно, как будут выглядеть химические фильтры следующего поколения? Интересно, а как вы спасаетесь от солнца?
Можно почитать: 10.1111/jocd.14004
«Используйте крем с SPF круглый год, наносите не меньше чайной ложки и каждые два часа, летом обязательно SPF 50+, и желательно UVB + UVA, иначе преждевременная старость” – советуют единогласно дерматологи всех стран. Предлагаем вам взглянуть на молекулы, на которые возложена ответственная миссия спасать человечество от солнца.
Популярность кремы от солнца приобрели после 1933 года, когда Эжен Шуэллер, химик и основатель L'Oréal, выпустил солнезащитный крем Ambre Solaire. Это был настоящий маркетинговый и потребительский прорыв — солнцезащита стала восприниматься не как медицинское средство, а как элемент пляжной моды. В состав крема входила парааминобензойная кислота – один из первых химических фильтров, защищающий от UVB излучения (280-315 нм). Под фразой «химический фильтр» подразумеваются органические молекулы, как противопоставление минеральным фильтрам – оксидам цинка и титана. В отличие от минеральных фильтров, которые отражают и рассеивают свет, химические фильтры его поглощают и превращают в тепло.
В 1956 году выяснили, что парааминобензойная кислота неустойчива, разрушается под действием солнца и вызывают аллергию и постепенно от ее использования отказались.
Позже стали использовать производные коричной кислоты (octinoxate, octocrylene) салициловой кислоты (homosalate) и бензофенона (oxybenzone, avobenzone). Авобензон стал первым UVA (315–400 нм) фильтром, получившим широкое распространение. Но в 21 веке провели исследования и оказалось, что почти все они не соответствуют современным требованиям по безопасности для косметических компонентов – попадают в системный кровоток в количествах выше нормы, могут нарушить гормональный баланс или вредят морским экосистемам. Сейчас их использование пересматривают – вводят ограничения в ЕС, FDA просит дополнительные тесты в США, появляются региональные запреты в экологически уязвимых зонах.
В 2000-х на рынке химических фильтров появились триазины (Tinosorb S, Tinosorb A2B) и бензотриазолы (nano MBBT). Все их производит BASF. В 2022 году L'Oréal запатентовала новый UVA фильтр, циклический мероцианин Mexoryl 400. Его можно встретить в кремах La Roche‑Posay Anthelios. Одна из последних новинок, которая выходит на рынок в 2025 году - производное пиперазина HAA299 – также разработана BASF. Общий тренд - бензольных колец стало больше. Все вещества на данный момент прошли много тестов и считаются безопасными для человека и природы.
Интересно, может так оказаться, что через 20 лет они тоже окажутся чем-то для нас вредны? Интересно, как будут выглядеть химические фильтры следующего поколения? Интересно, а как вы спасаетесь от солнца?
Можно почитать: 10.1111/jocd.14004
1❤🔥8❤2🔥1🤩1😎1
ИИ в химии: почему данные важнее алгоритмов
По версии обзора CAS, выпущенного в 2025 году, ИИ продолжает набирать обороты, но акцент смещается: теперь важнее не алгоритмы, а качество данных, на которых они обучаются.
Большие языковые модели, вроде ChatGPT, умеют работать с текстами, но плохо справляются с химией — потому что она опирается не на слова, а на молекулярные структуры, таблицы, графики и спектры. Без доступа к этим форматам ИИ часто выдаёт «галлюцинации».
Почему ИИ буксует? Основная проблема — нехватка качественных, специализированных данных. Общедоступные наборы часто фрагментарны и не подходят для конкретных научных задач.
Но учёные находят выходы:
• Создают свои датасеты под научные задачи, как в MIT и Toyota. В химии это уже помогает в дизайне лекарств.
• Комбинируют источники — текст, структура, спектры, свойства — чтобы снизить ошибки ИИ.
• Используют несколько моделей вместо одной универсальной — каждая отвечает за свою узкую задачу (например, одна предсказывает токсичность, другая — растворимость).
• Генерируют синтетические (искусственные) данные, если нет реальных.
ИИ может серьёзно ускорить научную работу — от ретросинтеза до поиска новых материалов. Но без правильных данных он бесполезен.
Будущее — за теми, кто умеет сочетать химию и работу с данными.
По версии обзора CAS, выпущенного в 2025 году, ИИ продолжает набирать обороты, но акцент смещается: теперь важнее не алгоритмы, а качество данных, на которых они обучаются.
Большие языковые модели, вроде ChatGPT, умеют работать с текстами, но плохо справляются с химией — потому что она опирается не на слова, а на молекулярные структуры, таблицы, графики и спектры. Без доступа к этим форматам ИИ часто выдаёт «галлюцинации».
Почему ИИ буксует? Основная проблема — нехватка качественных, специализированных данных. Общедоступные наборы часто фрагментарны и не подходят для конкретных научных задач.
Но учёные находят выходы:
• Создают свои датасеты под научные задачи, как в MIT и Toyota. В химии это уже помогает в дизайне лекарств.
• Комбинируют источники — текст, структура, спектры, свойства — чтобы снизить ошибки ИИ.
• Используют несколько моделей вместо одной универсальной — каждая отвечает за свою узкую задачу (например, одна предсказывает токсичность, другая — растворимость).
• Генерируют синтетические (искусственные) данные, если нет реальных.
ИИ может серьёзно ускорить научную работу — от ретросинтеза до поиска новых материалов. Но без правильных данных он бесполезен.
Будущее — за теми, кто умеет сочетать химию и работу с данными.
❤5👍3😱3🔥1
Полезные молекулы из микромира
У людей есть интересная способность – наблюдая за другими организмами, они обязательно найдут что-нибудь интересное для себя. Зубы акулы можно использовать против акулы, панцирь черепахи как броню, а шкуры животных отлично защищают от холода. Прошли тысячи лет, и мы создали приборы и науки, которые позволяют нам заимствовать из природы еще больше. В 20 веке благодаря развитию инструментальных методов анализа, молекулярной биологии и биотехнологии мы начали активно «вдохновляться» древними обитателями земли – бактериями.
В 1985 году немецкие ученые исследовали экстремофильные бактерии, обитающие в высокосолёных условиях. Они искали механизмы, позволяющие этим организмам выживать при высокой осмолярности, и обнаружили необычное молекулярное соединение, которое накапливается внутри клеток — эктоин. Эктоин можно классифицировать как циклическую аминокислоту или частично гидрированное пиримидиновое производное. Оказалось, что эктоин защищает клетки бактерий от обезвоживания и стрессов, стабилизирует структуру белков. Сейчас эктоин производят в промышленных масштабах биотехнологическим путем и применяют в косметических продуктах, в глазных каплях и спреях для носа, в фармацевтике и сельском хозяйстве.
Но соль — далеко не единственный вызов, с которым сталкиваются микроорганизмы. Цианобактерии – древнейшие организмы на земле, которые в некотором смысле стояли у ее истоков и участвовали в формировании современного облика нашей планеты. В 1993 году была установлена структура сайтонемина, желто-коричневого пигмента, который накапливается снаружи клетки цианобактерий, в полисахаридной оболочке, и действует как природный УФ-фильтр с антиоксидантными свойствами. Считается, что именно он помогал древним микроорганизмам выживать под интенсивным солнечным излучением на ранней Земле. В статье, опубликованной на прошлой неделе в Nature, авторы исследуют химическую гибкость сайтонемина, который может превращаться в структурный аналог – сайтонемин имин, при взаимодействии с аммиаком и ацетоном. Они предполагают, что это может стать ключом к пониманию высокой адаптивности бактерий к изменяющимся условиям окружающей среды. Возможности производства и применения сайтонемина пока еще только исследуются.
Еще бактериям приходится защищаться от соседей. Так, например, морская бактерия Salinispora tropica, которую нашли у побережья Багамских островов в 2003 году, выделяет вещество салиноспорамид А, выполняющее функцию химической защиты, подавляя активность протеасом у конкурирующих микроорганизмов. Оказалось, что салиноспорамид А, обладающий уникальной химической структурой, проявляет противораковую активность и в данный момент под названием Маризомиб проходит клинические испытания в качестве потенциального препарата для лечения злокачественных опухолей, включая глиобластому и множественную миелому.
Совет из гостиной - смело отправляйтесь путешествовать, наблюдайте, вдохновляйтесь, и помните - иногда «привезти бактерии с островов» означает новое научное открытие.
У людей есть интересная способность – наблюдая за другими организмами, они обязательно найдут что-нибудь интересное для себя. Зубы акулы можно использовать против акулы, панцирь черепахи как броню, а шкуры животных отлично защищают от холода. Прошли тысячи лет, и мы создали приборы и науки, которые позволяют нам заимствовать из природы еще больше. В 20 веке благодаря развитию инструментальных методов анализа, молекулярной биологии и биотехнологии мы начали активно «вдохновляться» древними обитателями земли – бактериями.
В 1985 году немецкие ученые исследовали экстремофильные бактерии, обитающие в высокосолёных условиях. Они искали механизмы, позволяющие этим организмам выживать при высокой осмолярности, и обнаружили необычное молекулярное соединение, которое накапливается внутри клеток — эктоин. Эктоин можно классифицировать как циклическую аминокислоту или частично гидрированное пиримидиновое производное. Оказалось, что эктоин защищает клетки бактерий от обезвоживания и стрессов, стабилизирует структуру белков. Сейчас эктоин производят в промышленных масштабах биотехнологическим путем и применяют в косметических продуктах, в глазных каплях и спреях для носа, в фармацевтике и сельском хозяйстве.
Но соль — далеко не единственный вызов, с которым сталкиваются микроорганизмы. Цианобактерии – древнейшие организмы на земле, которые в некотором смысле стояли у ее истоков и участвовали в формировании современного облика нашей планеты. В 1993 году была установлена структура сайтонемина, желто-коричневого пигмента, который накапливается снаружи клетки цианобактерий, в полисахаридной оболочке, и действует как природный УФ-фильтр с антиоксидантными свойствами. Считается, что именно он помогал древним микроорганизмам выживать под интенсивным солнечным излучением на ранней Земле. В статье, опубликованной на прошлой неделе в Nature, авторы исследуют химическую гибкость сайтонемина, который может превращаться в структурный аналог – сайтонемин имин, при взаимодействии с аммиаком и ацетоном. Они предполагают, что это может стать ключом к пониманию высокой адаптивности бактерий к изменяющимся условиям окружающей среды. Возможности производства и применения сайтонемина пока еще только исследуются.
Еще бактериям приходится защищаться от соседей. Так, например, морская бактерия Salinispora tropica, которую нашли у побережья Багамских островов в 2003 году, выделяет вещество салиноспорамид А, выполняющее функцию химической защиты, подавляя активность протеасом у конкурирующих микроорганизмов. Оказалось, что салиноспорамид А, обладающий уникальной химической структурой, проявляет противораковую активность и в данный момент под названием Маризомиб проходит клинические испытания в качестве потенциального препарата для лечения злокачественных опухолей, включая глиобластому и множественную миелому.
Совет из гостиной - смело отправляйтесь путешествовать, наблюдайте, вдохновляйтесь, и помните - иногда «привезти бактерии с островов» означает новое научное открытие.
1❤3🔥2👍1🥰1🍓1
Ровно 80 лет назад, 20 августа 1945 года, для решения задачи государственной важности был создан Специальный комитет по использованию атомной энергии при ГКО СССР. Его формирование стало прямым ответом на ядерную угрозу, продемонстрированную США бомбардировками Хиросимы и Нагасаки 6 и 9 августа. Эта дата, 20 августа 1945 года, стала точкой отсчёта для планомерного развития всей отечественной атомной отрасли.
Хотя работы по атомной проблеме начались в СССР ещё в 1942 году, именно создание Специального комитета позволило объединить усилия десятков научно-исследовательских центров, конструкторских бюро и промышленных предприятий по всему Советскому Союзу. Одним из таких ключевых учреждений стал Радиевый институт в Ленинграде, в работе которого активное участие принимали учёные Химического факультета ЛГУ.
Сложность задач по созданию радиохимической технологии не имела аналогов в химической практике: в первых порциях облучённого урана содержалось всего 70 граммов плутония на тонну урана – его, плутоний, нужно было сконцентрировать, очистить от продуктов деления и выделить в сверхчистом виде. Процесс растворения урановых блоков в азотной кислоте был разработан в ЛГУ Борисом Петровичем Никольским и сотрудниками. В Радиевом институте под руководством В. Г. Хлопина была создана ацетатно-фторидная схема выделения и очистки плутония из азотнокислых растворов. Степень накопления плутония и других радионуклидов, так же как и состав этих радионуклидов, в большой степени основывалась на расчётах, выполненных Борисом Александровичем Никитиным и Андреем Николаевичем Муриным.
Усилия советского народа увенчались успехом. Всего через четыре года, 29 августа 1949 года, на Семипалатинском полигоне была испытана первая советская атомная бомба. Участник испытания Иосиф Евсеевич Старик – заведующий кафедрой радиохимии ЛГУ – рассчитал и доложил на совещании мощность взрыва – 22 килотонны. Это достижение положило конец американской монополии на ядерное оружие.
На этом работа не остановилась. Атомный проект не только обеспечивал обороноспособность страны, но и позволил СССР стать мировым лидером в мирном использовании атомной энергии, запустив первую в мире АЭС (Обнинская АЭС, 1954) и атомный ледокол («Ленин», 1959).
Хотя работы по атомной проблеме начались в СССР ещё в 1942 году, именно создание Специального комитета позволило объединить усилия десятков научно-исследовательских центров, конструкторских бюро и промышленных предприятий по всему Советскому Союзу. Одним из таких ключевых учреждений стал Радиевый институт в Ленинграде, в работе которого активное участие принимали учёные Химического факультета ЛГУ.
Сложность задач по созданию радиохимической технологии не имела аналогов в химической практике: в первых порциях облучённого урана содержалось всего 70 граммов плутония на тонну урана – его, плутоний, нужно было сконцентрировать, очистить от продуктов деления и выделить в сверхчистом виде. Процесс растворения урановых блоков в азотной кислоте был разработан в ЛГУ Борисом Петровичем Никольским и сотрудниками. В Радиевом институте под руководством В. Г. Хлопина была создана ацетатно-фторидная схема выделения и очистки плутония из азотнокислых растворов. Степень накопления плутония и других радионуклидов, так же как и состав этих радионуклидов, в большой степени основывалась на расчётах, выполненных Борисом Александровичем Никитиным и Андреем Николаевичем Муриным.
Усилия советского народа увенчались успехом. Всего через четыре года, 29 августа 1949 года, на Семипалатинском полигоне была испытана первая советская атомная бомба. Участник испытания Иосиф Евсеевич Старик – заведующий кафедрой радиохимии ЛГУ – рассчитал и доложил на совещании мощность взрыва – 22 килотонны. Это достижение положило конец американской монополии на ядерное оружие.
На этом работа не остановилась. Атомный проект не только обеспечивал обороноспособность страны, но и позволил СССР стать мировым лидером в мирном использовании атомной энергии, запустив первую в мире АЭС (Обнинская АЭС, 1954) и атомный ледокол («Ленин», 1959).
1❤5🎉3❤🔥2👍2🍓1
Лев Александрович Чугаев – профессор Санкт-Петербургского университета
11 сентября 1908 г. профессор Лев Александрович Чугаев прочитал свою первую лекцию в Петербургском университете, куда перешел для продолжения своей научной и педагогической деятельности. Вступительная лекция была на тему «Эволюция вещества в мертвой и живой природе». По воспоминаниям В. Н. Ипатьева, лекция получилась блестящей.
В университете Чугаеву было доверено чтение курса неорганической и общей химии, а также заведование лабораторией общей химии. Возглавить кафедру, которой ранее руководили Д. И. Менделеев и Д. П. Коновалов, было большой честью для молодого учёного. Под его руководством лаборатория была реорганизована, расширена и модернизирована. К 1913 году её вместимость увеличилась вчетверо — до 25 студентов одновременно.
Особое внимание в своей деятельности Чугаев уделял применению физико-химических методов исследования. В 1910 году он основал в университете самостоятельную лабораторию физической химии и руководил ею до 1917 года. А. Е. Фаворский дал ему высочайшую оценку: «При солидных научных достоинствах Л. А. Чугаев пользуется репутацией прекрасного лектора и руководителя научных занятий студентов в лаборатории; увлекаясь сам научной работой, он умеет увлечь и других».
В Санкт-Петербурге в центре внимания ученого продолжала оставаться химия комплексных соединений. Если в Москве он изучал соединения никеля, кобальта и меди, то в Петербурге исследования сосредоточились на химии соединений металлов платиновой группы – платины, палладия, иридия, родия, осмия и рутения. Л. А. Чугаев неоднократно подчеркивал аналогию между комплексными соединениями и соединениями углерода. По словам Л. А. Чугаева, каждый элемент платиновой группы «составляет как бы центр своей миниатюрной органической химии, в которой, как в зеркале, отражаются черты его химической индивидуальности».
Широкие исследования комплексных соединений платиновых металлов и накопленный опыт позволили Л. А. Чугаеву поднять вопрос о «рациональном использовании платиновой руды в промышленном и научном отношении». Несмотря на богатейшие месторождения в России, сырая платина вывозилась за границу, а обратно ввозились готовые изделия, что приносило иностранным компаниям баснословные прибыли и лишало Россию собственных технологий.
Заручившись поддержкой Общества имени Леденцова, Чугаев с учениками начал масштабные работы по изучению химии платиновых металлов и разработке методов их разделения и очистки. Благодаря этому он стал признанным мировым экспертом в данной области.
Фундаментальные работы Чугаева по химии комплексных соединений и металлов платиновой группы внесли неоценимый вклад в науку и составили гордость отечественной химии. В настоящее время его традиции в Санкт-Петербургском университете продолжает научная школа академика В. Ю. Кукушкина.
11 сентября 1908 г. профессор Лев Александрович Чугаев прочитал свою первую лекцию в Петербургском университете, куда перешел для продолжения своей научной и педагогической деятельности. Вступительная лекция была на тему «Эволюция вещества в мертвой и живой природе». По воспоминаниям В. Н. Ипатьева, лекция получилась блестящей.
В университете Чугаеву было доверено чтение курса неорганической и общей химии, а также заведование лабораторией общей химии. Возглавить кафедру, которой ранее руководили Д. И. Менделеев и Д. П. Коновалов, было большой честью для молодого учёного. Под его руководством лаборатория была реорганизована, расширена и модернизирована. К 1913 году её вместимость увеличилась вчетверо — до 25 студентов одновременно.
Особое внимание в своей деятельности Чугаев уделял применению физико-химических методов исследования. В 1910 году он основал в университете самостоятельную лабораторию физической химии и руководил ею до 1917 года. А. Е. Фаворский дал ему высочайшую оценку: «При солидных научных достоинствах Л. А. Чугаев пользуется репутацией прекрасного лектора и руководителя научных занятий студентов в лаборатории; увлекаясь сам научной работой, он умеет увлечь и других».
В Санкт-Петербурге в центре внимания ученого продолжала оставаться химия комплексных соединений. Если в Москве он изучал соединения никеля, кобальта и меди, то в Петербурге исследования сосредоточились на химии соединений металлов платиновой группы – платины, палладия, иридия, родия, осмия и рутения. Л. А. Чугаев неоднократно подчеркивал аналогию между комплексными соединениями и соединениями углерода. По словам Л. А. Чугаева, каждый элемент платиновой группы «составляет как бы центр своей миниатюрной органической химии, в которой, как в зеркале, отражаются черты его химической индивидуальности».
Широкие исследования комплексных соединений платиновых металлов и накопленный опыт позволили Л. А. Чугаеву поднять вопрос о «рациональном использовании платиновой руды в промышленном и научном отношении». Несмотря на богатейшие месторождения в России, сырая платина вывозилась за границу, а обратно ввозились готовые изделия, что приносило иностранным компаниям баснословные прибыли и лишало Россию собственных технологий.
Заручившись поддержкой Общества имени Леденцова, Чугаев с учениками начал масштабные работы по изучению химии платиновых металлов и разработке методов их разделения и очистки. Благодаря этому он стал признанным мировым экспертом в данной области.
Фундаментальные работы Чугаева по химии комплексных соединений и металлов платиновой группы внесли неоценимый вклад в науку и составили гордость отечественной химии. В настоящее время его традиции в Санкт-Петербургском университете продолжает научная школа академика В. Ю. Кукушкина.
1❤🔥7❤3🔥3👍1
Академик Никольский Борис Петрович – к 125-летию со дня рождения
14 октября исполняется 125 лет со дня рождения выдающегося российского ученого — Бориса Петровича Никольского (1900–1990).
Борис Петрович внёс основополагающий вклад в развитие физической химии, радиохимии и создание отечественной радиохимической промышленности. Его классические работы в области ионного обмена, теории стеклянного и ионоселективных электродов получили мировое признание.
Выпускник Ленинградского университета (1925), Б. П. Никольский прошел в ЛГУ путь от младшего преподавателя до заведующего кафедрой физической химии, которую возглавлял почти 50 лет. Под его руководством кафедра стала ведущим научным центром страны, где развивались фундаментальные исследования в области теории стеклянного электрода, ионометрии, теории растворов, ионного обмена и электрохимических методов анализа. Им была создана мощная научная школа, воспитавшая несколько поколений химиков. Именно на кафедре физической химии ЛГУ в конце 1945 года он организовал специальную лабораторию, ставшую впоследствии важным звеном в работах по атомной проблеме.
Борис Петрович был блестящим педагогом и лектором. Его лекции отличались строгой логикой, последовательностью и глубиной изложения, производя неизгладимое впечатление на студентов. Воспоминания его лекционного ассистента Н. В. Пешехоновой ярко передают атмосферу этих лекций:
Много внимания Борис Петрович уделял научно-организационной деятельности, в частности работе в Ленинградском отделении Всесоюзного химического общества им. Д. И. Менделеева, ученым секретарем которого он был с 1940 по 1949 г. Он придавал огромное значение организации Менделеевских чтений, видя в них важнейшую площадку для обмена научными идеями и консолидации химического сообщества. Его организаторский талант и преданность науке способствовали активному развитию общества и популяризации химических знаний.
С конца 1946 года Б. П. Никольский, уже будучи известным ученым, был привлечен к работам по советскому атомному проекту в период активного становления отечественной атомной промышленности. Он играл ключевую роль в решении одной из главных задач – создании технологии выделения и очистки плутония. Возглавляемый им коллектив отвечал за разработку критически важного этапа процесса – растворения облученных урановых блочков. Под его непосредственным руководством была усовершенствована ацетатная технология очистки плутония, создана новая сорбционная технология для улучшения экологической обстановки и разработана технология получения плутония-238 из нептуния. О своей работе в тот период Борис Петрович писал:
Академик АН СССР (1968), лауреат Ленинской премии (1961), Государственной премии СССР (1973) и Сталинской премии (1943), Б. П. Никольский оставил богатейшее научное наследие. Он был главным редактором журнала «Радиохимия», председателем Межведомственного научного совета по радиохимии, автором фундаментальных монографий. Его работы заложили основы многих современных направлений в физической химии и радиохимии, а его вклад в создание ядерного щита России является примером беззаветного служения науке и Родине.
#химия_в_Петербурге
#российскаянаука #СПбГУ
#деньвисториихимии #ИсторияРАН
#РХО_вдохновляет #популяризациянауки
14 октября исполняется 125 лет со дня рождения выдающегося российского ученого — Бориса Петровича Никольского (1900–1990).
Борис Петрович внёс основополагающий вклад в развитие физической химии, радиохимии и создание отечественной радиохимической промышленности. Его классические работы в области ионного обмена, теории стеклянного и ионоселективных электродов получили мировое признание.
Выпускник Ленинградского университета (1925), Б. П. Никольский прошел в ЛГУ путь от младшего преподавателя до заведующего кафедрой физической химии, которую возглавлял почти 50 лет. Под его руководством кафедра стала ведущим научным центром страны, где развивались фундаментальные исследования в области теории стеклянного электрода, ионометрии, теории растворов, ионного обмена и электрохимических методов анализа. Им была создана мощная научная школа, воспитавшая несколько поколений химиков. Именно на кафедре физической химии ЛГУ в конце 1945 года он организовал специальную лабораторию, ставшую впоследствии важным звеном в работах по атомной проблеме.
Борис Петрович был блестящим педагогом и лектором. Его лекции отличались строгой логикой, последовательностью и глубиной изложения, производя неизгладимое впечатление на студентов. Воспоминания его лекционного ассистента Н. В. Пешехоновой ярко передают атмосферу этих лекций:
Вспоминаю, как Борис Петрович входил в большую химическую аудиторию — высокий, подтянутый и статный, со спокойным достоинством поклонившись студентам и дождавшись полной тишины, начинал лекцию. Наслаждаясь его красивым, с обаятельными модуляциями голосом, мы с восхищением слушали его строгое, исключительно логическое и последовательное изложение темы. Я без всякого преувеличения могу сказать, что это было действительно наслаждением, подобно тому, что испытываешь, слушая прекрасного музыканта.
Много внимания Борис Петрович уделял научно-организационной деятельности, в частности работе в Ленинградском отделении Всесоюзного химического общества им. Д. И. Менделеева, ученым секретарем которого он был с 1940 по 1949 г. Он придавал огромное значение организации Менделеевских чтений, видя в них важнейшую площадку для обмена научными идеями и консолидации химического сообщества. Его организаторский талант и преданность науке способствовали активному развитию общества и популяризации химических знаний.
С конца 1946 года Б. П. Никольский, уже будучи известным ученым, был привлечен к работам по советскому атомному проекту в период активного становления отечественной атомной промышленности. Он играл ключевую роль в решении одной из главных задач – создании технологии выделения и очистки плутония. Возглавляемый им коллектив отвечал за разработку критически важного этапа процесса – растворения облученных урановых блочков. Под его непосредственным руководством была усовершенствована ацетатная технология очистки плутония, создана новая сорбционная технология для улучшения экологической обстановки и разработана технология получения плутония-238 из нептуния. О своей работе в тот период Борис Петрович писал:
Это был период крайне важной и очень напряженной работы. Все люди и коллективы, с которыми я был связан работой в те годы, понимая значение поставленных перед нами задач и необходимость самого срочного их решения, трудились с полной отдачей сил и с огромным энтузиазмом. Энтузиазм объединял широкий круг ученых, инженеров, организаторов производства.
Академик АН СССР (1968), лауреат Ленинской премии (1961), Государственной премии СССР (1973) и Сталинской премии (1943), Б. П. Никольский оставил богатейшее научное наследие. Он был главным редактором журнала «Радиохимия», председателем Межведомственного научного совета по радиохимии, автором фундаментальных монографий. Его работы заложили основы многих современных направлений в физической химии и радиохимии, а его вклад в создание ядерного щита России является примером беззаветного служения науке и Родине.
#химия_в_Петербурге
#российскаянаука #СПбГУ
#деньвисториихимии #ИсторияРАН
#РХО_вдохновляет #популяризациянауки
1❤6🔥3❤🔥1👍1
По следам кофейных зерен
Карл Линней, который дал кофе официальное научное имя coffea arabica, называл кофе «любимым эликсиром учёных умов». Да и сейчас, вот прямо сейчас, в каждой лаборатории мира, какой-нибудь ученый, рассматривая спектры на мониторе или читая статью, вдохновляется на новые открытия ароматным горьким напитком. И через несколько минут его, с большой вероятностью, посетит гениальная идея, потому что кофеин заблокирует аденозиновые рецепторы, что вызовет всплеск дофамина и норадреналина, и улучшится способность мозга к ассоциативному мышлению. Кофеин повысит приток глюкозы и кислорода к мозгу – и мозг начнет работать быстрее, особенно в лобных долях, где рождаются творческие и логические идеи.
Недавно ученые из Польши решили не ограничиваться одной чашкой кофе с утра и исследовали 18 образцов кофе из разных стран, анализируя их химический состав — от радиоактивных изотопов, до металлов и микроэлементов, а также полезных веществ — полифенолов, жиров, белков и кофеина.
Да, выпивая кофе, вы получаете не только дозу бодрости, но и микродозу естественного облучения, в основном за счет калия-40 (⁴⁰K), природного изотопа, присутствующего во всех живых организмах. Следы радия-226, уранa-238 встречаются в ничтожных количествах, безопасных для человека. В некоторых образцах найден цезий-137, наследие ядерных испытаний XX века, особенно в кофейных зёрнах из Вьетнама и Коста-Рики. Робуста, с более поверхностной корневой системой, поглощает его чуть активнее, чем Арабика.
Авторы установили количество различных металлов в кофейных зернах и уже готовом кофе и показали, что при заваривании в раствор переходит 20–80% элементов, в зависимости от их растворимости. То есть часть металлов (калий, натрий, магний) хорошо переходят в напиток, а другие (железо, медь, алюминий) остаются в гущe, образуя нерастворимые комплексы с органическими веществами.
Алюминия больше содержится в кофейных зернах, выросших в регионах с кислыми почвами и, по-видимому, стремясь от него защититься, растения вырабатывают больше кофеина.
Арабика из Южной Америки (Бразилия, Колумбия) содержит больше полифенолов и жиров, что повышает антиоксидантные свойства и делает вкус мягче, в то время как робуста из Азии показала наибольшее содержание кофеина, то есть она сильнее бодрит.
Неизвестно, сколько чашек кофе выпили в лаборатории в этот период, но, авторы заключили, что кофе - это не только безопасный напиток, но и интересный объект для экологического мониторинга, отражающий взаимодействие биосферы и геосферы.
Карл Линней, который дал кофе официальное научное имя coffea arabica, называл кофе «любимым эликсиром учёных умов». Да и сейчас, вот прямо сейчас, в каждой лаборатории мира, какой-нибудь ученый, рассматривая спектры на мониторе или читая статью, вдохновляется на новые открытия ароматным горьким напитком. И через несколько минут его, с большой вероятностью, посетит гениальная идея, потому что кофеин заблокирует аденозиновые рецепторы, что вызовет всплеск дофамина и норадреналина, и улучшится способность мозга к ассоциативному мышлению. Кофеин повысит приток глюкозы и кислорода к мозгу – и мозг начнет работать быстрее, особенно в лобных долях, где рождаются творческие и логические идеи.
Недавно ученые из Польши решили не ограничиваться одной чашкой кофе с утра и исследовали 18 образцов кофе из разных стран, анализируя их химический состав — от радиоактивных изотопов, до металлов и микроэлементов, а также полезных веществ — полифенолов, жиров, белков и кофеина.
Да, выпивая кофе, вы получаете не только дозу бодрости, но и микродозу естественного облучения, в основном за счет калия-40 (⁴⁰K), природного изотопа, присутствующего во всех живых организмах. Следы радия-226, уранa-238 встречаются в ничтожных количествах, безопасных для человека. В некоторых образцах найден цезий-137, наследие ядерных испытаний XX века, особенно в кофейных зёрнах из Вьетнама и Коста-Рики. Робуста, с более поверхностной корневой системой, поглощает его чуть активнее, чем Арабика.
Авторы установили количество различных металлов в кофейных зернах и уже готовом кофе и показали, что при заваривании в раствор переходит 20–80% элементов, в зависимости от их растворимости. То есть часть металлов (калий, натрий, магний) хорошо переходят в напиток, а другие (железо, медь, алюминий) остаются в гущe, образуя нерастворимые комплексы с органическими веществами.
Алюминия больше содержится в кофейных зернах, выросших в регионах с кислыми почвами и, по-видимому, стремясь от него защититься, растения вырабатывают больше кофеина.
Арабика из Южной Америки (Бразилия, Колумбия) содержит больше полифенолов и жиров, что повышает антиоксидантные свойства и делает вкус мягче, в то время как робуста из Азии показала наибольшее содержание кофеина, то есть она сильнее бодрит.
Неизвестно, сколько чашек кофе выпили в лаборатории в этот период, но, авторы заключили, что кофе - это не только безопасный напиток, но и интересный объект для экологического мониторинга, отражающий взаимодействие биосферы и геосферы.
1❤8❤🔥1👍1🔥1🍓1🦄1
Forwarded from Советская наука
Академия меняет адрес
📌 Одним из самых значимых событий в истории советской науки был перевод учреждений Академии наук СССР из Ленинграда в Москву в середине 1930-х гг. Историки связывают это решение с политическими процессами конца 1920-1930-х гг., централизацией Академии и приближением ее научных институтов к производству.
🔎 Постановлениями СНК СССР от 25 апреля и 14 июня 1934 г. о переводе Академии наук СССР из Ленинграда в Москву были перемещены (кроме Президиума, академических Комиссий по кадрам и базам) институты
🔵 Биологической,
🔵 Геологической,
🔵 Химической
🔵 Физико-математической ассоциаций;
🔵 Всесоюзный институт экспериментальной медицины (ВИЭМ).
И хотя при переводе научных работников Академии рекомендовалось не переселять в Москву лиц, должностные обязанности которых могли исполнять сотрудники столичных учреждений, только в первую очередь переехали около 300 высококвалифицированных специалистов, в том числе такие крупные ученые, как
⚫️ А.А. Борисяк,
⚫️ С.И. Вавилов,
⚫️ В.И. Вернадский,
⚫️ И.М. Виноградов,
⚫️ В.А. Кистяковский,
⚫️ Н.С. Курнаков,
⚫️ Г.А. Надсон,
⚫️ В.А. Обручев,
⚫️ А.А. Рихтер,
⚫️ А.Е. Ферсман и др.
➡️ У многих научных работников факт переезда вызывал острое неприятие, сопряженное с разрывом семейной традиции, изменением привычного ландшафта и круга знакомств.
➡️ Так, когда в 1935 г. Президенту АН СССР А. П. Карпинскому задали вопрос, где он хотел бы жить в Москве, он ответил: «Неважно, лишь бы окна были на Неву». В письме о поездке Н.И. Бухарина в Ленинград для переговоров с А. П. Карпинским отмечалось, что у ряда академиков и профессоров проявлялось стремление уклониться от переезда.
Впрочем, не всех и приглашали к переезду: как подчеркнул историк Ф.Ф. Перченок,
❕ Согласно протокольному Постановлению Политбюро ЦК ВКП(б) от 13 июня 1934 г. «О размещении в г. Москве учреждений Академии Наук СССР и ВИЭМ» (п. 6), президиуму Моссовета было поручено отвести участки под развертывание строительства Академии наук на юго-западе Москвы — в районе Большой Калужской улицы (ныне — Ленинский проспект). В основу был положен новый принцип комплексно-квартальной застройки, в которую одновременно вводилась вся инфраструктура, а также образовательные и культурные учреждения Академии.
Вопреки установкам на форсированное строительство в 1940 г, комплекс АН СССР до войны закончен не был. Форсированный характер реализации проекта имел следствием исходные ошибки в проектной документации, делопроизводственную и ведомственную неразбериху, срыв плановых сроков. Однако с точки зрения долговременных последствий нельзя не признать, что проект обеспечил формирование образа социалистической науки, визуализировав Академию как центральный и решающий элемент ее организационной структуры.
📎 Подробнее: Долгова Е.А. «Маленькие» хлопоты «большого» переезда: жилищное обеспечение перевода Академии наук СССР из Ленинграда в Москву // Новейшая история России. 2022. Т. 12, No 3. С. 726–741.
#советская_наука
#интересный_факт
#что_почитать
И хотя при переводе научных работников Академии рекомендовалось не переселять в Москву лиц, должностные обязанности которых могли исполнять сотрудники столичных учреждений, только в первую очередь переехали около 300 высококвалифицированных специалистов, в том числе такие крупные ученые, как
Впрочем, не всех и приглашали к переезду: как подчеркнул историк Ф.Ф. Перченок,
«эта перестройка... была использована для "кадрового усиления" АН: для нового пересмотра людского состава, смены начальства, сортировки лиц и научных подразделений по рангам и категориям, для перетягивания "в центр" наиболее значимых лиц и структур».
Вопреки установкам на форсированное строительство в 1940 г, комплекс АН СССР до войны закончен не был. Форсированный характер реализации проекта имел следствием исходные ошибки в проектной документации, делопроизводственную и ведомственную неразбериху, срыв плановых сроков. Однако с точки зрения долговременных последствий нельзя не признать, что проект обеспечил формирование образа социалистической науки, визуализировав Академию как центральный и решающий элемент ее организационной структуры.
#советская_наука
#интересный_факт
#что_почитать
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🔥2👍1👎1😢1🍓1👀1
6 ноября 1868 года — первое заседание Русского химического общества
6 ноября 1868 года состоялось первое заседание Русского химического общества, организованного при Санкт-Петербургском университете. Его главной целью было «содействовать успехам всех частей химии и распространять химические знания». На этом историческом заседании председательствовал Д. И. Менделеев, а первым председателем Общества был единогласно избран старейший и авторитетнейший ученый — академик Николай Николаевич Зинин, профессор химии Медико-хирургической академии.
Созданию Общества предшествовала долгая подготовка. К середине XIX века Россия переживала эпоху великих реформ, которые пробудили огромный интерес к естественным наукам, включая химию. К тому времени в стране уже сформировались три признанных химических центра: в Санкт-Петербурге, Казани и Москве. Петербургская химическая школа была особенно мощной: её представляли ученые из Академии наук, университета, а также Горного, Технологического, Земледельческого (Лесного) институтов, Медико-хирургической и Михайловской артиллерийской академий. Однако структуры, которая бы объединила этих разрозненных специалистов, не существовало.
Потребность в объединении сначала реализовалась в форме неформальных научных кружков. Ярким примером стала частная «публичная» лаборатория, организованная в 1857 году Н. Н. Соколовым и А. Н. Энгельгардтом в их собственной квартире на Галерной улице. Успех этой инициативы наглядно доказал острую потребность в площадках для научного общения.
Важным импульсом для консолидации химиков стал первый Международный конгресс химиков, прошедший в сентябре 1860 года в Карлсруэ. В его работе приняли участие русские ученые, в том числе Д. И. Менделеев и А. П. Бородин. Поскольку к тому времени химические общества уже действовали в Англии, Франции и Германии, идея создания аналогичной организации в России, возникшая после конгресса, становилась все более актуальной.
Непосредственным стимулом к практической организации Общества послужил первый съезд русских естествоиспытателей и врачей, состоявшийся в конце декабря 1867 – начале января 1868 годов. Итогом его работы стал Устав Русского химического общества, который был утвержден Министерством народного просвещения 26 октября 1868 года.
РХО с самого начала было профессиональным сообществом. Для вступления требовались рекомендации трех действующих членов, а также ежегодный взнос в размере 10 рублей. Несмотря на эти требования, Общество быстро росло: если в первый год в нем состояло 35 человек, то в 1869 году в списке значилось уже 60 членов, а к 1917 году их число приблизилось к 600.
В 1876 году Русское химическое общество объединилось с Физическим, в результате чего было образовано Русское физико-химическое общество. Позже, в 1932 году, на его базе создали Всесоюзное химическое общество им. Д. И. Менделеева, которое после распада СССР было преобразовано в Российское химическое общество им. Д. И. Менделеева.
#РХО_вдохновляет
#российскаянаука
#химия_в_Петербурге
6 ноября 1868 года состоялось первое заседание Русского химического общества, организованного при Санкт-Петербургском университете. Его главной целью было «содействовать успехам всех частей химии и распространять химические знания». На этом историческом заседании председательствовал Д. И. Менделеев, а первым председателем Общества был единогласно избран старейший и авторитетнейший ученый — академик Николай Николаевич Зинин, профессор химии Медико-хирургической академии.
Созданию Общества предшествовала долгая подготовка. К середине XIX века Россия переживала эпоху великих реформ, которые пробудили огромный интерес к естественным наукам, включая химию. К тому времени в стране уже сформировались три признанных химических центра: в Санкт-Петербурге, Казани и Москве. Петербургская химическая школа была особенно мощной: её представляли ученые из Академии наук, университета, а также Горного, Технологического, Земледельческого (Лесного) институтов, Медико-хирургической и Михайловской артиллерийской академий. Однако структуры, которая бы объединила этих разрозненных специалистов, не существовало.
Потребность в объединении сначала реализовалась в форме неформальных научных кружков. Ярким примером стала частная «публичная» лаборатория, организованная в 1857 году Н. Н. Соколовым и А. Н. Энгельгардтом в их собственной квартире на Галерной улице. Успех этой инициативы наглядно доказал острую потребность в площадках для научного общения.
Важным импульсом для консолидации химиков стал первый Международный конгресс химиков, прошедший в сентябре 1860 года в Карлсруэ. В его работе приняли участие русские ученые, в том числе Д. И. Менделеев и А. П. Бородин. Поскольку к тому времени химические общества уже действовали в Англии, Франции и Германии, идея создания аналогичной организации в России, возникшая после конгресса, становилась все более актуальной.
Непосредственным стимулом к практической организации Общества послужил первый съезд русских естествоиспытателей и врачей, состоявшийся в конце декабря 1867 – начале января 1868 годов. Итогом его работы стал Устав Русского химического общества, который был утвержден Министерством народного просвещения 26 октября 1868 года.
РХО с самого начала было профессиональным сообществом. Для вступления требовались рекомендации трех действующих членов, а также ежегодный взнос в размере 10 рублей. Несмотря на эти требования, Общество быстро росло: если в первый год в нем состояло 35 человек, то в 1869 году в списке значилось уже 60 членов, а к 1917 году их число приблизилось к 600.
В 1876 году Русское химическое общество объединилось с Физическим, в результате чего было образовано Русское физико-химическое общество. Позже, в 1932 году, на его базе создали Всесоюзное химическое общество им. Д. И. Менделеева, которое после распада СССР было преобразовано в Российское химическое общество им. Д. И. Менделеева.
#РХО_вдохновляет
#российскаянаука
#химия_в_Петербурге
1❤6
17 ноября – День рождения Педагогического университета – Родины уникального отечественного психотропного препарата
105 лет назад, 17 ноября 1918 года — создан Третий Петроградский педагогический институт, известный сегодня как Российский государственный педагогический университет имени А. И. Герцена (РГПУ им. А. И. Герцена). Судьба института была предопределена уже в 1920-е годы, когда его выбрали в качестве базового вуза для объединения всех педагогических вузов Ленинграда.
Однако история Герценовского университета — это не только история педагогики. В его стенах были совершены научные открытия, изменившие отечественную медицину. Одно из них напрямую связано с нейромедиаторами — биологически активными веществами, с помощью которых клетки мозга обмениваются сигналами.
В середине XX века ученые уже знали о ключевой роли гамма-аминомасляной кислоты (ГАМК) — главного тормозного нейромедиатора центральной нервной системы. Но была проблема: при приеме извне ГАМК практически не проникала через гемато-энцефалический барьер в мозг из-за своей высокой гидрофильности и низкой липофильности.
Создать вещество, аналогичное ГАМК, но с повышенной липофильностью, — такую задачу поставили фармакологи Психоневрологического института им. В. М. Бехтерева. За химический синтез взялись ученые Ленинградского педагогического института им. Герцена.
В 1963 году на кафедре органической химии под руководством профессора В. В. Перекалина после долгих экспериментов эта задача была решена. Ученые синтезировали 4-амино-3-фенилбутановую кислоту, присоединив к молекуле ГАМК фенильное кольцо — это привело к кардинальному изменению свойств: липофильность нового соединения (logP = 0,77) стала положительной, в отличие от отрицательного значения ГАМК (logP = –0,82). Эта повышенная липофильность и позволяет веществу легко преодолевать гемато-энцефалический барьер. Препарат назвали «Фенигама» (позже — «Фенибут»).
Фенибут стал одним из первых и уникальных отечественных транквилизаторов. Его механизм действия отличается от исходной ГАМК, что обеспечивает ему не только ноотропный эффект (улучшение метаболизма нейронов), но и выраженное противотревожное действие. При этом он химически не похож на барбитураты или диазепины, что позволяет избежать их типичных побочных эффектов, таких как сильная сонливость и заторможенность.
Уникальность Фенибута заключается в сочетании ноотропного (улучшающего когнитивные функции) и анксиолитического (противотревожного) действия, что даже привело к появлению в фармакологии нового термина — «транквилоноотроп». Эффект от приема проявляется быстро, в отличие от других ноотропов, которые нужно принимать неделями. Высокая эффективность и безопасность Фенибута столь значимы, что в 1975 году его включили в аптечку космонавтов программы «Союз — Аполлон».
Сегодня Фенибут остается одним из самых назначаемых в России препаратов в своей области, одобренным даже для применения в педиатрии. Он помогает при самых разных состояниях — от панических атак и последствий черепно-мозговых травм до профилактики укачивания. Тем не менее, при длительном и бесконтрольном применении Фенибут способен вызывать зависимость и синдром отмены.
P.S.: Принимайте любые лекарственные препараты, влияющие на нервную систему, только по назначению и под постоянным контролем врача.
#российскаянаука
#химия_в_Петербурге
105 лет назад, 17 ноября 1918 года — создан Третий Петроградский педагогический институт, известный сегодня как Российский государственный педагогический университет имени А. И. Герцена (РГПУ им. А. И. Герцена). Судьба института была предопределена уже в 1920-е годы, когда его выбрали в качестве базового вуза для объединения всех педагогических вузов Ленинграда.
Однако история Герценовского университета — это не только история педагогики. В его стенах были совершены научные открытия, изменившие отечественную медицину. Одно из них напрямую связано с нейромедиаторами — биологически активными веществами, с помощью которых клетки мозга обмениваются сигналами.
В середине XX века ученые уже знали о ключевой роли гамма-аминомасляной кислоты (ГАМК) — главного тормозного нейромедиатора центральной нервной системы. Но была проблема: при приеме извне ГАМК практически не проникала через гемато-энцефалический барьер в мозг из-за своей высокой гидрофильности и низкой липофильности.
Создать вещество, аналогичное ГАМК, но с повышенной липофильностью, — такую задачу поставили фармакологи Психоневрологического института им. В. М. Бехтерева. За химический синтез взялись ученые Ленинградского педагогического института им. Герцена.
В 1963 году на кафедре органической химии под руководством профессора В. В. Перекалина после долгих экспериментов эта задача была решена. Ученые синтезировали 4-амино-3-фенилбутановую кислоту, присоединив к молекуле ГАМК фенильное кольцо — это привело к кардинальному изменению свойств: липофильность нового соединения (logP = 0,77) стала положительной, в отличие от отрицательного значения ГАМК (logP = –0,82). Эта повышенная липофильность и позволяет веществу легко преодолевать гемато-энцефалический барьер. Препарат назвали «Фенигама» (позже — «Фенибут»).
Фенибут стал одним из первых и уникальных отечественных транквилизаторов. Его механизм действия отличается от исходной ГАМК, что обеспечивает ему не только ноотропный эффект (улучшение метаболизма нейронов), но и выраженное противотревожное действие. При этом он химически не похож на барбитураты или диазепины, что позволяет избежать их типичных побочных эффектов, таких как сильная сонливость и заторможенность.
Уникальность Фенибута заключается в сочетании ноотропного (улучшающего когнитивные функции) и анксиолитического (противотревожного) действия, что даже привело к появлению в фармакологии нового термина — «транквилоноотроп». Эффект от приема проявляется быстро, в отличие от других ноотропов, которые нужно принимать неделями. Высокая эффективность и безопасность Фенибута столь значимы, что в 1975 году его включили в аптечку космонавтов программы «Союз — Аполлон».
Сегодня Фенибут остается одним из самых назначаемых в России препаратов в своей области, одобренным даже для применения в педиатрии. Он помогает при самых разных состояниях — от панических атак и последствий черепно-мозговых травм до профилактики укачивания. Тем не менее, при длительном и бесконтрольном применении Фенибут способен вызывать зависимость и синдром отмены.
P.S.: Принимайте любые лекарственные препараты, влияющие на нервную систему, только по назначению и под постоянным контролем врача.
#российскаянаука
#химия_в_Петербурге
2🔥6❤3🍾2❤🔥1👍1
Forwarded from Советская наука
Деликатесы от Несмеянова
💭 Представить, что привычные продукты питания могли бы быть получены из нефти — звучит как научная фантастика. Однако Советский Союз в середине XX века всерьез рассматривал именно такой путь для решения проблемы продовольственной безопасности.
➡️ В начале 1960-х годов академик Александр Несмеянов, президент Академии наук СССР и ректор МГУ (1948-1951 гг.), предложил способ получения синтетических белков из отходов нефтехимического производства.
🔎 Работа советским химиком велась по двум направлениям.
1️⃣ С одной стороны, из нефтепродуктов синтезировали аминокислоты, основу белков.
2️⃣ С другой стороны, выращивали на углеводородах нефти дрожжи, из которых потом получали пищевые белки.
🪙 С помощью технологии Несмеянова можно было получить мясные и молочные продукты, которые были в 4-5 раз дешевле, чем обычные мясо и молоко.
Как вспоминают современники химика, вкус синтетических продуктов для Несмеянова значения не имел – он полагал, что соль, сахар, пищевая кислота, кофеин или хинин могут потом его создать.
Запах? Тоже синтезируется. Главная проблема — фактура изделия. Так, структуру настоящего мяса из синтетического белка воспроизвести не удалось, зато ученые получили колбасы и мясные полуфабрикаты, фарш, котлеты.
С помощью технологии Несмеянова можно было получать мясные и молочные продукты, искусственную черную и красную икру. Последняя идея была ошеломляющей. Академик «сделал ход🐴 »:
если уж синтезировать, то самый престижный деликатес. Искусственная черная икра, для производства которой брали отходы молочного производства, появилась в 1964 году.
💡 Интересно, что сам ученый придерживался (и следовал) теории вегетарианства, называя убийство живых существ с целью употребления их в пищу недопустимым.
❓ Почему же гениальная идея Несмеянова не получила широкого распространения?
Существует версия, что реализацию проекта активно тормозил Никита Сергеевич Хрущев. Он делал ставку на развитие сельского хозяйства, идея же «кормить народ нефтью» расценивалась им как провал продовольственной политики.
❗️ И хотя проекты Несмеянова не были реализованы в полной мере, его научные изыскания заложили основу для будущих открытий в области создания синтетических продуктов питания, ставших актуальными уже в XXI веке.
🚀 Подписаться на «Советскую науку»
Материал подготовлен @sci_tech_ussr.
#советская_наука
#интересный_факт
Как вспоминают современники химика, вкус синтетических продуктов для Несмеянова значения не имел – он полагал, что соль, сахар, пищевая кислота, кофеин или хинин могут потом его создать.
Запах? Тоже синтезируется. Главная проблема — фактура изделия. Так, структуру настоящего мяса из синтетического белка воспроизвести не удалось, зато ученые получили колбасы и мясные полуфабрикаты, фарш, котлеты.
С помощью технологии Несмеянова можно было получать мясные и молочные продукты, искусственную черную и красную икру. Последняя идея была ошеломляющей. Академик «сделал ход
если уж синтезировать, то самый престижный деликатес. Искусственная черная икра, для производства которой брали отходы молочного производства, появилась в 1964 году.
Существует версия, что реализацию проекта активно тормозил Никита Сергеевич Хрущев. Он делал ставку на развитие сельского хозяйства, идея же «кормить народ нефтью» расценивалась им как провал продовольственной политики.
Материал подготовлен @sci_tech_ussr.
#советская_наука
#интересный_факт
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤2👍2🔥2🤔2🏆1
Forwarded from Химпром
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍3🔥3❤1🏆1🍾1
Суперсила шиповника
Когда-то давным-давно был приготовлен самый первый чай из шиповника. Приятный кисленький вкус, красивый бордовый цвет, да и сил прибавляет – напиток быстро приобрел популярность у знахарей, целителей и простых людей. Современные исследования показывают, что шиповник положительно влияет на сердечно-сосудистую систему, обладает противораковыми свойствами, улучшает состояние больных диабетом и ожирением, помогает бороться с ревматоидным артритом и остеопорозом, и обладает антиэйдж эффектом.
Шиповник – очень богат полезными веществами – витаминами, минералами, фенольными кислотами, каротеноидами, флавоноидами, токоферолами, галактолипидами и другими биоактивными соединениями. Некоторые из них попали сегодня во внимание молекулярной гостиной.
Витамин С или аскорбиновая кислота является лактоном кислоты, близкой по структуре к глюкозе. У мышей и других млекопитающих витамин С синтезируется в организме из глюкозы с помощью фермента L-гулонолактоноксидазы, кодирующий ген которого «выключен» у человека. В организме витамин С действует не как классический кофермент, а как эффективный донор электронов. Эту его способность заметили химики и стали использовать его восстановительные свойства в экспериментальной химии. Количество витамина С в 100 г ягод шиповника варьируется от 100 мг до почти 3000 мг в различных сортах растения. Витамин С хорошо растворяется в воде, однако легко разрушается при высоких температурах – почти полностью за 10 минут в воде 85–95 С, то есть в горячем чае из шиповника его уже нет. Если хотите с витаминами – лучше измельчить сухие ягоды в порошок, залить водой комнатной температуры и настаивать в течение часа.
Галловая кислота или 3,4,5 -тригидроксибензойная кислота является одной из основных фенольных кислот, содержащихся в шиповнике. Согласно некоторым исследованиям в 100 г высушенных ягод содержится несколько десятков мг галловой кислоты. Она хорошо растворяется в кипящей воде и устойчива при высокой температуре. Со времен римской империи галловую кислоту использовали для получения красителей, а с 12 по 19 век она служила важным компонентом чернил. В последнее 10-летие вышло много научных работ, посвященных фармакологической активности галловой кислоты, в частности ее антиоксидантным, противовоспалительным свойствам и способности эффективно индуцировать апоптоз раковых клеток.
ГОПО – это гликолипид, содержащий структурные фрагменты галактозы, глицерина и линоленовой кислоты, компонент клеточных мембран плодов шиповника. В 2004 году галактолипид из шиповника и способ его выделения был запатентован и теперь это торговая марка “GOPO®”. По сути, это не чистое вещество, а экстракт, обогащенный гликолипидом. Биодобавка “GOPO®”, согласно патентным данным, уменьшает симптомы остеоартрита и обладает выраженным противовоспалительным эффектом. На сайте производителя “GOPO®” называют уникальным для шиповника гликолипидом, хотя если проверить CAS номер, то оказывается, что он совпадает с веществом Panaxcerol C, который добывают из имбиря, и который имеет похожую биологическую активность.
Заметили, что огромное количество современных научных исследований посвящено находкам народной медицины? Так «народные» знания и природные компоненты интегрируются в официальную фармакологию и появляются новые лекарственные препараты. Получается, чтобы двигаться вперед, нам приходится заглядывать в прошлое, в те времена, когда наблюдение и воображение были основными научными инструментами.
Когда-то давным-давно был приготовлен самый первый чай из шиповника. Приятный кисленький вкус, красивый бордовый цвет, да и сил прибавляет – напиток быстро приобрел популярность у знахарей, целителей и простых людей. Современные исследования показывают, что шиповник положительно влияет на сердечно-сосудистую систему, обладает противораковыми свойствами, улучшает состояние больных диабетом и ожирением, помогает бороться с ревматоидным артритом и остеопорозом, и обладает антиэйдж эффектом.
Шиповник – очень богат полезными веществами – витаминами, минералами, фенольными кислотами, каротеноидами, флавоноидами, токоферолами, галактолипидами и другими биоактивными соединениями. Некоторые из них попали сегодня во внимание молекулярной гостиной.
Витамин С или аскорбиновая кислота является лактоном кислоты, близкой по структуре к глюкозе. У мышей и других млекопитающих витамин С синтезируется в организме из глюкозы с помощью фермента L-гулонолактоноксидазы, кодирующий ген которого «выключен» у человека. В организме витамин С действует не как классический кофермент, а как эффективный донор электронов. Эту его способность заметили химики и стали использовать его восстановительные свойства в экспериментальной химии. Количество витамина С в 100 г ягод шиповника варьируется от 100 мг до почти 3000 мг в различных сортах растения. Витамин С хорошо растворяется в воде, однако легко разрушается при высоких температурах – почти полностью за 10 минут в воде 85–95 С, то есть в горячем чае из шиповника его уже нет. Если хотите с витаминами – лучше измельчить сухие ягоды в порошок, залить водой комнатной температуры и настаивать в течение часа.
Галловая кислота или 3,4,5 -тригидроксибензойная кислота является одной из основных фенольных кислот, содержащихся в шиповнике. Согласно некоторым исследованиям в 100 г высушенных ягод содержится несколько десятков мг галловой кислоты. Она хорошо растворяется в кипящей воде и устойчива при высокой температуре. Со времен римской империи галловую кислоту использовали для получения красителей, а с 12 по 19 век она служила важным компонентом чернил. В последнее 10-летие вышло много научных работ, посвященных фармакологической активности галловой кислоты, в частности ее антиоксидантным, противовоспалительным свойствам и способности эффективно индуцировать апоптоз раковых клеток.
ГОПО – это гликолипид, содержащий структурные фрагменты галактозы, глицерина и линоленовой кислоты, компонент клеточных мембран плодов шиповника. В 2004 году галактолипид из шиповника и способ его выделения был запатентован и теперь это торговая марка “GOPO®”. По сути, это не чистое вещество, а экстракт, обогащенный гликолипидом. Биодобавка “GOPO®”, согласно патентным данным, уменьшает симптомы остеоартрита и обладает выраженным противовоспалительным эффектом. На сайте производителя “GOPO®” называют уникальным для шиповника гликолипидом, хотя если проверить CAS номер, то оказывается, что он совпадает с веществом Panaxcerol C, который добывают из имбиря, и который имеет похожую биологическую активность.
Заметили, что огромное количество современных научных исследований посвящено находкам народной медицины? Так «народные» знания и природные компоненты интегрируются в официальную фармакологию и появляются новые лекарственные препараты. Получается, чтобы двигаться вперед, нам приходится заглядывать в прошлое, в те времена, когда наблюдение и воображение были основными научными инструментами.
❤7🍓2👍1🦄1