Мне никогда не была близка вайолентная трактовка власти Вебера. Почему отношения власти понимаются именно через прерогативу легитимности насилия? В этом контексте мне более близок институциональный подход Толкотта Парсонса, где власть нарекается свойством структурной саморегуляции социальной системы. Здесь нет никакого коннотативного бремени, как в случае с концепцией Вебера. Власть у Парсонса проявляется в способности части добиться выполнения целевой задачи целого. По сути здесь тоже воспроизводится инвариант: сущность любой власти в подчинении воли.

Пожалуй, в некотором смысле антивеберовской является концепция власти Ханны Арендт. Именно в том, что она уходит от взаимно однозначного соответствия с полномочиями действовать насильственно. То есть власть не обязана предполагать силовое принуждение. В этом контексте очень любопытен аргумент Арендт о том, что реальный террор возникает не через гипертрофию власти, как изначально думается, а наоборот - через её утрату. Власть здесь понимается как рамка стабилизации социальных отношений, как "катехон" - то, что сдерживает совместное действие от выхода за границы нормативности. И именно вне так понимаемой власти начинается террор.

Глава МИД Венгрии Петер Сийярто прибыл на площадку Петербургского международного экономического форума. Наш слон 💪🏻

Mister Peskov

Вот что форум животворящий делает!

Как же забавно иногда наблюдать за гостями Дудя. Особое место занял новый выпуск про Францию с Катаевым - этим жеманным 40-летним молокососом, этим классическим беззащитным либерашкой, которому и по лицу въехать жалко, чтобы не примять причёсочку и не испачкать джинсики. Этот выпуск подтверждает, что высшее образование не искореняет глупость, а лишь вооружает её. Катаев учился на политолога во ВШЭ, закончил аспирантуру в МГИМО. Кажется, что человек должен смыслить в политических процессах. Но наивность рассуждений сражает наповал. Кажется, что так не может быть. Я считаю, что мировоззренческого врага надо уважать. Большая честь - иметь мудрого и благородного, достойного врага. Но либерашки по типу Катаева настолько жалкие, что не заслуживают никакого уважения. Об них даже мараться не хочется, чтобы они не расплакалась и соплями тебя не запачкли. Тьфу.

Лучший подарок на день рождения от любимой.

Это просто в сердечко

"Юнгер практически не различает между демократическими и авторитарнымии формами государства, и делает это не по незнанию или небрежности, а намеренно, дабы по-платоновски намекнуть на то, что пресловутая "свобода личности" либеральных демократий всё же есть не более как право любить свои пороки не меньше, а то и больше, чем добродетели".

А сегодня, что называется, закрыл гештальт:

Ещё 7 месяцев назад, когда я был на похожей съёмке, мне пришла в голову идея о записи стендапа на борту индийского фрегата - но не просто обычной проходки, что довольно банально, а отбивки от позолоченной заглушки на стволе орудия. Как это получилось - смотрите сами)

До отпуска 2 дня, а настроение уже пантагрюэлистичное!)

Перекличка сквозь века.

В ходе второй Пелопоннесской войны, после смерти Перикла, доверия афинской экклесии удостаивается демагог Клеон. Он критиковал Перикла за недостаточно решительные ответные меры после первого опустошительного вторжения спартанцев в Аттику. Историк этого периода В. С. Сергеев, ссылаясь на Фукидида, пишет следующее:

Афинский демос, указывал далее Клеон, привык слушать и обсуждать, а не действовать. Афинская экклесия больше походит на театр, где слушают всё приятное для слуха, а не действуют, когда надо действовать.

И эти слова перекликаются с критикой Шмиттом парламентской демократии в его работе "Духовно-историческое состояние современного парламентаризма". Там он очень похожим образом считает, что парламентская дискуссия выродилась в пустую формальность, неспособную на выработку реальной политической силы.

Ничего не напоминает?

Об исторических аналогиях на примере эпизода Пелопоннесской войны:

В 415 г. до н.э. Афины потерпели сокрушительное поражение в изначально казавшемся перпективном сицилийском походе военачальника Алкивиада. Это привело к ослаблению их морской гегемонии. Малоазийские полисы, особенно в Ионии, стремившиеся к самостоятельности от Афинского морского союза, воспользовались моментом. В них политической поддержкой заручились олигархические слои, настроенные на сотрудничество со Спартой. Однако, флот Пелопоннесского союза всё ещё оставался недостаточно мощным - нужны были дополнительные средства поддержки.

Алкивиад, к этому моменту вероломно перешедший на сторону лакедемонян, начал переговоры с Персией - казалось, ещё недавним общеэллинским врагом. Сатрапы персидского царя были заинтересованы в денежной и военной помощи Спарте, поскольку затягивание войны ослабляло силы обоих враждующих сторон. К тому же, никто не отменял личные счёты персов с Афинами, которые сплотили вокруг себя греческие полисы Делосской симмахией и победили Ксеркса.

Мало того - после олигархического переворота в Афинах в 411 г. до н.э. Алкивиад снова переходит на их сторону и заручается поддержкой другого малоазийского сатрапа помогать уже, в свою очередь, афинянам. Таким образом, Персия спонсировала и тех, и других - ведь ожесточённая война между эллинами, конечно, отвечала интересам ближневосточного соседа.

Ооой, а что это тут у нас?)

Три обновочки

Сходил в "Даль" и сделал то, что должен был сделать)