Общее впечатление
Фалафель и тхина мне больше понравились по восточную стороны, а картошка фри и хумус по нашу — западную, сама же стена вызывает в основном фрустрацию. Приятно, конечно, помечтать о том, как прекрасно будет выглядеть Ближний Восток после женевской инициативы, однако сразу становится ясно, что мир — это лишь первый шаг на тернистом пути к общему процветанию, потому как неравенство видно невооружённым глазом и его последствия ещё дадут о себе знать в мирные времена
Фалафель и тхина мне больше понравились по восточную стороны, а картошка фри и хумус по нашу — западную, сама же стена вызывает в основном фрустрацию. Приятно, конечно, помечтать о том, как прекрасно будет выглядеть Ближний Восток после женевской инициативы, однако сразу становится ясно, что мир — это лишь первый шаг на тернистом пути к общему процветанию, потому как неравенство видно невооружённым глазом и его последствия ещё дадут о себе знать в мирные времена
Ассимиляция
Несколько месяцев назад наш текущий министр просвещения (!) от сильного правого правительства депутат партии Еврейский дом Рафи Перец сделал довольно скандальное заявление, в котором сравнил ассимиляцию евреев с Холокостом; и я знаю, что эту цитату уже вдоль и поперёк обсосали и что это далеко не худшее, что слетало с его уст, но делать нечего: я очень медленно реагирую.
Если отставить в сторону очевиднейшее замечание о некорректности сравнения геноцида и того, как евреи добровольно заводят семьи с теми, кого любят, то в остатке мы имеем ни много ни мало министра с непростительно приземлённой для такой должности картиной мира.
Евреи — продукт ассимиляции, как и вообще любая общность. История знает крайне мало народов, долгое время развивавшихся в изоляции и евреи в этот клуб чертовски не попадают: евреи говорят на десятках разных языков, имеют разный цвет кожи, исповедуют разные религии (если угодно разные версии иудаизма) и так было во всяком случае на протяжение последних двух с половиной тысяч лет, причём положение дел радикально менялось десятки раз. Сионистская историография часто изображает еврейскую историю как прямой маршрут от второго храма к декларации независимости, тогда как на самом деле это скорее извилистый лабиринт без входа и выхода.
Израиль — один из главных драйверов ассимиляции евреев за всю историю: всего за семьдесят лет десятки коренным образом не похожих друг на друга общин были перемолоты в единую пусть и не самую монолитную, но общность. За считанные поколения ашкеназская, сефардская, кавказская, бухарская и арабская общины превратились в исчезающий атавизм: необъятное культурное наследие тает у нас на глазах; казалось бы, кому как не нам понимать феномен ассимиляции, но нет, как-то не получилось.
Зато Рафи Перец правый и, видимо, сильный — два столпа народного образования, так сказать
Несколько месяцев назад наш текущий министр просвещения (!) от сильного правого правительства депутат партии Еврейский дом Рафи Перец сделал довольно скандальное заявление, в котором сравнил ассимиляцию евреев с Холокостом; и я знаю, что эту цитату уже вдоль и поперёк обсосали и что это далеко не худшее, что слетало с его уст, но делать нечего: я очень медленно реагирую.
Если отставить в сторону очевиднейшее замечание о некорректности сравнения геноцида и того, как евреи добровольно заводят семьи с теми, кого любят, то в остатке мы имеем ни много ни мало министра с непростительно приземлённой для такой должности картиной мира.
Евреи — продукт ассимиляции, как и вообще любая общность. История знает крайне мало народов, долгое время развивавшихся в изоляции и евреи в этот клуб чертовски не попадают: евреи говорят на десятках разных языков, имеют разный цвет кожи, исповедуют разные религии (если угодно разные версии иудаизма) и так было во всяком случае на протяжение последних двух с половиной тысяч лет, причём положение дел радикально менялось десятки раз. Сионистская историография часто изображает еврейскую историю как прямой маршрут от второго храма к декларации независимости, тогда как на самом деле это скорее извилистый лабиринт без входа и выхода.
Израиль — один из главных драйверов ассимиляции евреев за всю историю: всего за семьдесят лет десятки коренным образом не похожих друг на друга общин были перемолоты в единую пусть и не самую монолитную, но общность. За считанные поколения ашкеназская, сефардская, кавказская, бухарская и арабская общины превратились в исчезающий атавизм: необъятное культурное наследие тает у нас на глазах; казалось бы, кому как не нам понимать феномен ассимиляции, но нет, как-то не получилось.
Зато Рафи Перец правый и, видимо, сильный — два столпа народного образования, так сказать
Вертинский в Палестине
А знали ли вы, что главная звезда русской эстрады ХХ века Александр Вертинский, находясь в эмиграции, дал несколько концертов на Ближнем востоке: в Бейруте, Яффо, Тель-Авиве и (внимание!) Хайфе. Не знаю, как вас, но меня этот факт впечатлил примерно настолько же, насколько запись с хайфского концерта Летова, где тот под бурные аплодисменты исполнял «Общество Память».
В Палестине Вертинский был летом 1933-го, что примерно на два года раньше открытия первой линии московского метрополитена и на десяток прибытия в Израиль предков большинства его еврейских жителей. Эту поездку Вертинский описывал в своей автобиографии и это достаточно любопытно. Ниже привожу наиболее интересные отрывки.
О Тель-Авиве
Тель-Авив — маленький, скромный, довольно чистенький провинциальный городок, построенный руками пионеров, наехавших сюда со всех концов света. Палестину строила молодёжь. В большинстве это люди интеллигентных профессий — врачи, адвокаты, архитекторы, студенты. Увлечённые идеей иметь своё собственное отечество, они, приехав в страну, горячо взялись за работу. Не покладая рук, строили дороги, дома, возделывали землю, все создавали сами, не брезгуя никакой чёрной работой. Так был построен Тель-Авив, так были созданы и другие города и колонии.
Об арабо-израильском конфликте
Палестина очень мала и не может вместить многих. Арабы считают её своей землёй и ни за что не хотят отказаться от неё. Кроме этого, развитию Палестины мешают разного рода причины, которых немало. Прежде всего, Палестину губит благотворительность, которая делает из живой и самодеятельной страны что‑то вроде инвалида, живущего на общественном попечении. Затем — отдалённость её от других стран и отсутствие портов. Это мешает её нормальному общению с остальным миром. А вечный антагонизм между еврейским и арабским населением, искусно разжигаемый и поддерживаемый заинтересованными иностранными кругами, тормозит её торговлю и естественный рост.
Об Иерусалиме
В Иерусалиме я задержался на несколько дней. Концерт мой был в саду, и семь тысяч [!!!] иерусалимцев радушно принимали мои песни. После концерта я остался осмотреть город.
Когда‑то он был местом паломничества христиан со всего мира. Теперь там никого не было. Дороговизна билетов, трудности с получением визы — о поездке туда нечего и думать.
Раньше большинство паломников ехало из России, поэтому здесь даже арабы говорят по-русски. Многие из них были гидами и работали с богомольцами.
Портрет Сталина в цитадели христианства
После концерта со мной познакомился человек, который имел там свою автомобильную контору. Он был русским и православным, и именно он взялся показать мне все святыни храмов Гроба Господня, а потом пригласил меня обедать к себе домой.
Каково же было моё изумление, когда, войдя, я увидел на стене его кабинета… огромный портрет Сталина! После всего того настроения, которое создаёт блуждание по пещерам и алтарям, после мистической полутьмы, запаха ладана, треска свечей и мерцания лампад — вдруг портрет Сталина…
«Так вот куда проникло влияние этого человека! — думал я. — В цитадель христианства! В колыбель старого мира!» Я был настолько поражён этим, что долго стоял с разинутым ртом, глядя на портрет.
А знали ли вы, что главная звезда русской эстрады ХХ века Александр Вертинский, находясь в эмиграции, дал несколько концертов на Ближнем востоке: в Бейруте, Яффо, Тель-Авиве и (внимание!) Хайфе. Не знаю, как вас, но меня этот факт впечатлил примерно настолько же, насколько запись с хайфского концерта Летова, где тот под бурные аплодисменты исполнял «Общество Память».
В Палестине Вертинский был летом 1933-го, что примерно на два года раньше открытия первой линии московского метрополитена и на десяток прибытия в Израиль предков большинства его еврейских жителей. Эту поездку Вертинский описывал в своей автобиографии и это достаточно любопытно. Ниже привожу наиболее интересные отрывки.
О Тель-Авиве
Тель-Авив — маленький, скромный, довольно чистенький провинциальный городок, построенный руками пионеров, наехавших сюда со всех концов света. Палестину строила молодёжь. В большинстве это люди интеллигентных профессий — врачи, адвокаты, архитекторы, студенты. Увлечённые идеей иметь своё собственное отечество, они, приехав в страну, горячо взялись за работу. Не покладая рук, строили дороги, дома, возделывали землю, все создавали сами, не брезгуя никакой чёрной работой. Так был построен Тель-Авив, так были созданы и другие города и колонии.
Об арабо-израильском конфликте
Палестина очень мала и не может вместить многих. Арабы считают её своей землёй и ни за что не хотят отказаться от неё. Кроме этого, развитию Палестины мешают разного рода причины, которых немало. Прежде всего, Палестину губит благотворительность, которая делает из живой и самодеятельной страны что‑то вроде инвалида, живущего на общественном попечении. Затем — отдалённость её от других стран и отсутствие портов. Это мешает её нормальному общению с остальным миром. А вечный антагонизм между еврейским и арабским населением, искусно разжигаемый и поддерживаемый заинтересованными иностранными кругами, тормозит её торговлю и естественный рост.
Об Иерусалиме
В Иерусалиме я задержался на несколько дней. Концерт мой был в саду, и семь тысяч [!!!] иерусалимцев радушно принимали мои песни. После концерта я остался осмотреть город.
Когда‑то он был местом паломничества христиан со всего мира. Теперь там никого не было. Дороговизна билетов, трудности с получением визы — о поездке туда нечего и думать.
Раньше большинство паломников ехало из России, поэтому здесь даже арабы говорят по-русски. Многие из них были гидами и работали с богомольцами.
Портрет Сталина в цитадели христианства
После концерта со мной познакомился человек, который имел там свою автомобильную контору. Он был русским и православным, и именно он взялся показать мне все святыни храмов Гроба Господня, а потом пригласил меня обедать к себе домой.
Каково же было моё изумление, когда, войдя, я увидел на стене его кабинета… огромный портрет Сталина! После всего того настроения, которое создаёт блуждание по пещерам и алтарям, после мистической полутьмы, запаха ладана, треска свечей и мерцания лампад — вдруг портрет Сталина…
«Так вот куда проникло влияние этого человека! — думал я. — В цитадель христианства! В колыбель старого мира!» Я был настолько поражён этим, что долго стоял с разинутым ртом, глядя на портрет.
Что со мной происходит
Привет, чуваки! Какие у вас дела? Последние две недели я не очень активно давал о себе знать, так как почти всё свободное время тратил на поиски работы, фрустрацию и составление петиций. Работу я недавно таки нашёл, так что стрессовать, надеюсь, теперь буду гораздо меньше, отчего смогу перенаправить освободившиеся психологические ресурсы в более конструктивное русло.
Я присоединился к группе волонтёров, занимающихся поддержкой фигурантов «московского дела». Группа координирует передачи, агитирует людей приходить на суды, писать политзаключённым письма, оказывает им финансовую и информационную помощь. Я и ещё несколько человек составляем на change.org петиции. Каждый из этих людей задержан несправедливо и де-факто лишён права на справедливый суд. Если есть желание и возможность, вы тоже можете помочь политзаключённым не остаться наедине с системой.
Работать я устроился заправщиком по тому что называется «муадефет» — программа Института национального страхования по помощи дембелям и, как я понимаю, стимулированию застойных сфер экономики — идея состоит в том, что по прошествии полугода работы на заводе/заправке/гостинице/строительстве/сельском хозяйстве или уходе за людьми с disabilities, недавно дембельнувшимся солдатам выплачивается одноразовый платеж в размере 9550 шекелей. Потому как многие солдаты, включая меня, образованием не обладают и делать ничего особенного не умеют, бонус это весьма приятный. Так как у меня врожденная проблема с многозадачностью, надеюсь, что во всяком случае в ближайшее время не умру.
И ещё, кстати, для хайфочан: в Синкопе скоро будет выступать Александр Долгополов и хочу отметить, что это ваша редкая возможность послушать в Израиле и на русском языке шутки не про изнасилования и не про то, какие женщины тупые. Я очень хотел прийти, но, к сожалению, буду работать; имеющим же возможность, сердечно рекомендую.
Привет, чуваки! Какие у вас дела? Последние две недели я не очень активно давал о себе знать, так как почти всё свободное время тратил на поиски работы, фрустрацию и составление петиций. Работу я недавно таки нашёл, так что стрессовать, надеюсь, теперь буду гораздо меньше, отчего смогу перенаправить освободившиеся психологические ресурсы в более конструктивное русло.
Я присоединился к группе волонтёров, занимающихся поддержкой фигурантов «московского дела». Группа координирует передачи, агитирует людей приходить на суды, писать политзаключённым письма, оказывает им финансовую и информационную помощь. Я и ещё несколько человек составляем на change.org петиции. Каждый из этих людей задержан несправедливо и де-факто лишён права на справедливый суд. Если есть желание и возможность, вы тоже можете помочь политзаключённым не остаться наедине с системой.
Работать я устроился заправщиком по тому что называется «муадефет» — программа Института национального страхования по помощи дембелям и, как я понимаю, стимулированию застойных сфер экономики — идея состоит в том, что по прошествии полугода работы на заводе/заправке/гостинице/строительстве/сельском хозяйстве или уходе за людьми с disabilities, недавно дембельнувшимся солдатам выплачивается одноразовый платеж в размере 9550 шекелей. Потому как многие солдаты, включая меня, образованием не обладают и делать ничего особенного не умеют, бонус это весьма приятный. Так как у меня врожденная проблема с многозадачностью, надеюсь, что во всяком случае в ближайшее время не умру.
И ещё, кстати, для хайфочан: в Синкопе скоро будет выступать Александр Долгополов и хочу отметить, что это ваша редкая возможность послушать в Израиле и на русском языке шутки не про изнасилования и не про то, какие женщины тупые. Я очень хотел прийти, но, к сожалению, буду работать; имеющим же возможность, сердечно рекомендую.
Как раввинский суд отравляет жизнь нормальным людям
Ха-Арец вчера писали о следующем инциденте: региональный раввинский суд города Хайфы постановил о передаче опеки над детьми от матери к обвиняемому в насилии над женой и собственными детьми отцу. Решение мотивировалось тем, что после развода мать перестала вести религиозный образ жизни, тем самым нарушив условия договора о прекращении брака.
Стоит отметить, что в 2012-м против отца было выдвинуто обвинение в угрозах своей супруге и её матери: мужчина угрожал жене тем, что сожжёт всю её одежду, после чего позвонил матери и сказал, что «зарежет её и всю её семью». Кроме того, после решения о передачи опеки отцу, отделением МВД по социальной помощи (ширутей ха-реваха) было сделана рекомендация о возвращении права опеки матери, так как два соцработника, на постоянной основе занимавшихся семьёй, заключили, что дети сообщают «о случаях насилия со стороны отца и явном желании остаться на попечении матери». Таким образом, раввинский суд решил передать опеку над детьми в руки откровенно больного и склонного к насилию отца на буквально том лишь основании, что мать «неоднократно кормила их некошерной едой и записала в кружок терапевтического плаванья под управлением инструктора-женщины».
Довершает эту симфонию ужаса тот факт, что обжаловать данное решение можно только в раввинском суде высшей инстанции, что означает невозможность перевода дела в суд гражданский — если тяжба была инициирована в религиозном органе, то подача любых апелляций осуществима только в рамках этой системы. Если такое положение не пиздец, то я даже не знаю что. Позор в 2019-м наделять исключительной судебной властью тех, кто мотивирует свои антисоциальные решения сборником древнесемитских мифов.
Ха-Арец вчера писали о следующем инциденте: региональный раввинский суд города Хайфы постановил о передаче опеки над детьми от матери к обвиняемому в насилии над женой и собственными детьми отцу. Решение мотивировалось тем, что после развода мать перестала вести религиозный образ жизни, тем самым нарушив условия договора о прекращении брака.
Стоит отметить, что в 2012-м против отца было выдвинуто обвинение в угрозах своей супруге и её матери: мужчина угрожал жене тем, что сожжёт всю её одежду, после чего позвонил матери и сказал, что «зарежет её и всю её семью». Кроме того, после решения о передачи опеки отцу, отделением МВД по социальной помощи (ширутей ха-реваха) было сделана рекомендация о возвращении права опеки матери, так как два соцработника, на постоянной основе занимавшихся семьёй, заключили, что дети сообщают «о случаях насилия со стороны отца и явном желании остаться на попечении матери». Таким образом, раввинский суд решил передать опеку над детьми в руки откровенно больного и склонного к насилию отца на буквально том лишь основании, что мать «неоднократно кормила их некошерной едой и записала в кружок терапевтического плаванья под управлением инструктора-женщины».
Довершает эту симфонию ужаса тот факт, что обжаловать данное решение можно только в раввинском суде высшей инстанции, что означает невозможность перевода дела в суд гражданский — если тяжба была инициирована в религиозном органе, то подача любых апелляций осуществима только в рамках этой системы. Если такое положение не пиздец, то я даже не знаю что. Позор в 2019-м наделять исключительной судебной властью тех, кто мотивирует свои антисоциальные решения сборником древнесемитских мифов.
Вдохновляясь моим старым, но до сих пор не превзойдённым по энгейджменту текстом, Космоножка нарисовала пресимпатичный комикс. Гляньте!
Хорошая новость для канала
Неделю назад я добровольцем затусил в команде контентмейкеров депутатки Кнессета от партии Демократический лагерь/Мерец Тамар Зандберг, так что периодически, если у меня на то будут силы, я смогу бывать в Кнессете и вообще как-то эффективнее держать руку на пульсе времени.
В этот вторник я побывал в Кнессете впервые, что немало воодушевляет, так как в предыдущую мою попытку туда пройти в рамках школьной экскурсии, охрану не устроила длина моих шортов. В Кнессете мне удалось познакомиться, собственно, с Тамар Зандберг и поесть отличных тефтелей из тофу в тамошней столовой
Неделю назад я добровольцем затусил в команде контентмейкеров депутатки Кнессета от партии Демократический лагерь/Мерец Тамар Зандберг, так что периодически, если у меня на то будут силы, я смогу бывать в Кнессете и вообще как-то эффективнее держать руку на пульсе времени.
В этот вторник я побывал в Кнессете впервые, что немало воодушевляет, так как в предыдущую мою попытку туда пройти в рамках школьной экскурсии, охрану не устроила длина моих шортов. В Кнессете мне удалось познакомиться, собственно, с Тамар Зандберг и поесть отличных тефтелей из тофу в тамошней столовой
Ребят! Тут всё налогооблагаемое население скинулось нам на театр