В условиях деградации ТВ, школьного и высшего образования россиянам приходится до многого доходить своим умом — постигать основы экономической политики, социальной и политической философии. Пока получается не очень. Россияне все еще уверены, что государственное регулирование цен может пойти им на пользу, что жить припеваючи можно и без политической конкуренции, что на политику можно плевать, а она не ответит, и что авторитарное лидерство может быть для страны благом. За эти обрывки мыслей еще придется дорого заплатить, и совершенно неясно, куда заведет страну недовольство текущим положением вещей.

Рубрика «Тогда и Сейчас»

Из письма поэта Иннокентия Анненского писателю Владимиру Короленко, 21/12/1902:

[примечания в таких скобках - мои]

Я уже писал Вам о проектах чествования 200-летия печати. Знаете Вы и об образовании «частного комитета» [по подготовке к празднику], одним из членов которого состоите и Вы. От публикации об этом Комитете сыр-бор и загорелся. В воскресенье, 8 декабря, заявление о Комитете появилось в петербургских газетах, а в понедельник, 9-го, Ник.Конст. [Михайловский, писатель-демократ] получил приглашение к Плеве [министр внутренних дел] (на следующий вечер, 10-го). Аудиенция продолжалась с час. Его высокопревосходительство был утонченно любезен, но из-под бархатный лапки очень решительно выставлял когти. Беседа велась в монологической форме, Н.К., по его словам, едва мог вставить 2-3 кратких реплики.

Смысл речи Плеве был таков. Он считает литературу главною пружиною всего революционного движения последнего времени. Молодежь, рабочие - все это «пушечное мясо», а главный заводчик [заводила] всего - сочинитель. И хронологически первым толчком был протест группы петербургских писателей по поводу неправильностей, допущенных, будто бы, при аресте Мих.Лар.Михайлова [сентябрь 1861, осужден на пожизненную Сибирь за распространение антиправительственных листовок, умер в 1865]. Ту позицию, которую либеральные литераторы заняли 40 лет назад, они сохраняют и теперь [в 1902].

То, что говорилось о литературе вообще, применялось в частности и в особенности к «Р.Б.» [«Русское Богатство» - журнал Короленко] - это, по словам Плеве, «штаб революции». На возражение Н.К. по поводу крепких терминов министр согласился вместо «революционного» говорить «общественное» движение (разумея противоправительственное), но решительно настаивал на доминирующей роли во всем этом движении литературы и литераторов.

При всей зловредности литературы Плеве, однако, ее терпит и не переходит в нападение. Нападение, по его словам, свойственно слабости, а правительство - сила, и потому ему приличествует спокойствие. И он, Плеве, поэтому же предпочитает до последней возможности оставаться в оборонительном положении и только охранять, а не нападать (!!!).

Но бывают, однако, положения, при которых он не может оставаться в роли свидетеля. Таковы те случаи, когда писатели прямо и непосредственно выступают на общественную арену, уже не в печати, а лично. К таким случаям относит он и образование «самочинного» комитета, который под предлогом чествования юбилея печати имеет в виду волновать общество и вызвать смуту. Он не остановится перед ссылками, если комитет эту смуту в самом деле вызовет или выступит с заявлениями по поводу свободы печати, в форме ли обращения к обществу или петиции к власти, безразлично. На замечание Михайловского, неужели же, в самом деле, он считает преступным актом даже петицию, ему поданную, Плеве ответил: да, ибо теперь ни о каком практическом результате подобных петиций нельзя думать, при теперешних условиях ни на какие облегчения печать рассчитывать не может, - и следовательно петиция есть только маска той же общественной агитации.

Во время всей беседы Плеве был изысканно любезен, относился к своему собеседнику с подчёркнутым уважением, хотя прибавлял, что как люди совершенно противоположных миросозерцаний, они только до известной меры могут понять друг друга, - но в то же время в его словах слышались недвусмысленные намеки на всяких скорпионов. «Мне уже раз довелось сделать вам зло [высылка из Петербурга в 1882-1886], не хотелось бы причинить его ещё раз» и т.п.

Среди ученых есть люди, которых совершенно невозможно не любить. Один из них - Анатолий Григорьевич Вишневский. Через полгода ему «стукнет» 85, во что трудно поверить, видя его ум и энергию. А.Г. начинал в 1960-х как экономист (но с темой регулирования роста городских агломераций), работал в Харькове, Киеве и Москве. Пока я не уговорил А.Г. прочитать лекцию-воспоминания об интеллектуальной жизни в 1960-80-х в этих 3 городах. Это было бы безумно интересно, и надеюсь, состоится в 2020 году.

А в этом, 2019-м, у А.Г. вышла книга «Демографическая история и демографическая теория». Ее презентация - и одноименная лекция Вишневского - в среду, 13 ноября, в 19. Между прочим, большая редкость. Предыдущая публичная лекция А.Г. в СЦ была ровно 4 года назад, в конце 2015. Приходите обязательно! Анонс и регистрация тут!

Если я когда-нибудь напишу книгу, это будет рассказ о том, как утопические идеи и неграмотная экономическая политика уничтожили в России крестьянскую культуру. Уничтожили в большей степени, чем где-либо в соцстранах. Это очень важная, трудная и очень больная тема - такое преступление в отношении огромного большинства собственного народа. Сродни самоубийству. Поэтому огромная благодарность - тем, кто исследует крестьянскую историю и экономику, память о крестьянских восстаниях (эта цивилизация не погибла без боя), крестьянскую культуру.

Завтра в Шанинке в 19 соберутся историки и социологи, исследующие крестьянство - разные эпохи и аспекты. Поводом стал выход нескольких книжек: недавно издательство РАНХиГС выпустило «Неудобный класс» Шанина (эта книга шла к русскому читателю почти 50 лет) и современную трактовку аграрных реформ от Кэрол Леонард. До этого выходили «Голоса снизу» Виноградского. Мы обсудим, что интересного сделано за последние годы в крестьяноведении, и что предстоит сделать. Обязательно приходите!! И нужна регистрация - она тут. Вот анонс:

Совместная дискуссия «Неудобный класс: что мы узнали о крестьянстве, и чего еще не знаем» Фонда Егора Гайдара и Шанинки.

XX век был трагическим для российского крестьянства: большевики уничтожили его, руководствуясь неверными представлениями о социальной природе этого класса. Они преувеличивали степень социально-имущественного расслоения крестьянства, недооценивали крестьянскую солидарность и разнонаправленный характер социальной мобильности. Доказывающая это книга Теодора Шанина «Неудобный класс», анализирующая социальную структуру российского крестьянства в 1910-1925 гг., вышла в Оксфордском издательстве в 1972 году, а Издательский дом «Дело» РАНХиГС выпустил книгу в 2019.

Разница между этими цифрами весьма показательна. Неизбежная урбанизация, революция, голод и коллективизация, кажется, уничтожили целую крестьянскую цивилизацию, выбив наиболее активную его часть. И урбанизация в России ещё далека от завершения. Но в последние десятилетия исследования социальных, культурных, политических и экономических аспектов жизни российского крестьянства в конце XIX — XXI веке значительно активизировались. Что сделано в современном крестьяноведении, а что предстоит сделать?

В дискуссии участвуют:
Михаил Давыдов, профессор Школы исторических наук НИУ ВШЭ, автор книги «20 лет до Великой войны: российская модернизация Витте-Столыпина»;
Александр Гордон, историк, культуролог, завсектором Восточной и Юго-Восточной Азии ИНИОН РАН;
Артемий Кравченко, историк, преподаватель МВШСЭН («Шанинка»), сооснователь Лаборатории публичной истории, соавтор исследования памяти о крестьянских восстаниях;
Игорь Кузнецов, историк, старший научный сотрудник научно-исследовательской лаборатории экономической и социальной истории ИОН РАНХиГС, автор «Очерков сельскохозяйственной экономии в России: XIX — начало XX века»;
Татьяна Нефедова, главный научный сотрудник Института географии РАН, автор книг «Сельская Россия на перепутье» и «10 актуальных вопросов о сельской России»;
Теодор Шанин, профессор, президент МВШСЭН («Шанинка»), автор книг «Неудобный класс: политическая социология крестьянства в развивающемся обществе: Россия, 1910-1925», «Рефлексивное крестьяноведение», «Антоновщина» и др.;
Илья Штейнберг, социолог, автор и ведущий «Школы-студии полевого исследователя», преподаватель МВШСЭН («Шанинка»), исследовал социальные представления крестьян.

Модератор — Борис Грозовский, обозреватель, автор телеграм-канала EventsAndTexts.

Почитайте. Только потеряло эту семью не государство. «Не терять семьи» - у государства нет такой задачи. Ее потеряли сообщества - отсутствующие, видимо, в Юрюзань. Или представленные только соседкой, с которой был суд.

«Я думаю, она нас любила, — только по-своему. Мать не может не любить», — говорит 20-летняя Дарина Азизова.

В 2009 году жительница Усть-Катава Дина Азизова забрала документы 10-летней дочери из школы и попрощалась с ее классной руководительницей, объяснив, что она с мужем и детьми переезжает в другой город. С тех пор троих детей Азизовой мало кто видел.
Спустя 10 лет выяснилось, что мать никуда их не увозила: большую часть этого времени они провели взаперти в двухэтажном доме на холме у реки Юрюзань.

За это время к семье много раз приходили проверяющие, но детям никто не помог. Спасаться им пришлось самостоятельно. Когда мать поняла, что дети сбежали, она подожгла дом и повесилась.

Чиновники теперь говорят, что семья случайно «выпала из поля зрения» государства.

Историю семьи рассказывает журналистка Екатерина Фомина. Читайте:

https://holod.media/dom-na-sklone

Вот есть же люди смелые, но очень скромные. Примерно вчера-завтра неюбилейный день рождения маленького, но очень симпатичного и эффективного медиа. Называется @theinsider. 6 лет - возраст открытий и множества сложных вопросов к миру.

Маленькая, но очень боевая команда Инсайдера замечательна прежде всего своими расследованиями - с Bellingcut и без. Всевозможные отравители и полковники ГРУ, управляющие всем от мятежей в Черногории до референдумов в Каталонии. Идентификация всех вот этих темных личностей. Подробное документирование кремлевских подвигов в Германии, Австрии, Италии, Франции (все в рамках стратегии дискредитации либеральных демократий под кодовым обозначением «сам дурак»). Без экзальтации, только факты.

Бесконечные расследования по сбитому над украинской землей боингу и прочим подвигам зелёных человечков в Украине , Африке и везде. Антикоррупционные расследования, из которых давно пора сделать русско- и англоязычную Чёрную, Белую и не знаю какую ещё книгу преступлений политического режима.

Хорошие страновые очерки - на фоне невнимания больших российских медиа к внешнему миру Инсайдер внимательно следит за сюжетами, которые рифмуются с нашей жизнью. Периодически вспыхивающая чем-то зажигательным страничка мнений.

Ну а мне Инсайдер дал замечательную возможность готовить лонгриды на странные темы. Они собраны тут. Про университетскую свободу (кто читал, тот не должен был удивиться «делу Гасана Гусейнова»), про школьные учебники, про экспертизу в экстремистских делах... В общем, с днём рожденья, Роман, Олег, Сева, Николай, Софья и все причастные!)

Сегодня в 19 в Сахаровском центре очень важный разговор. Адвокаты и правозащитники о том, как нас пугают и «закрывают». Алексей Федяров с его новой книжкой, Илья Новиков, Маша Эйсмонт и другие адвокаты. Вот анонс, приходите:

Мы находимся на пути к своему 37-му году, и у нас есть возможность следить за его приближением. Мы можем готовиться, изучать, как фабрикуются дела, и как этому противостоять. Помогает этому выпущенная издательством «Альпина Паблишер» книга Алексея Федярова, составленная из наблюдений автора и его диалогов с известными адвокатами и правозащитниками. Книга по винтикам разбирает механизмы фальсификации в России уголовных дел: политических, экономических, по наркотикам.

Главная цель этой фабрики неправосудия — оберегать элиты от мнимых угроз и производить «палочную» отчётность. Только понимая, как работает эта полностью управляемая властями система, можно пытаться доказывать невиновность невиновных. Их вина выдумана или основана на заведомо неправосудных и несправедливых регуляциях, нарушающих основные права и свободы человека.

Как в такой ситуации вести себя на допросе и обжаловать неправосудный приговор? Почему не стоит оговаривать себя и идти на досудебные соглашения?

27 ноября — презентация и обсуждение книги «Невиновные под следствием: инструкция по защите своих прав», написанной Алексеем Федяровым, руководителем юридического департамента «Руси Сидящей».

В дискуссии участвуют:
• Алхас Абгаджава, адвокат;
• Андрей Гривцов, адвокат, старший партнёр Адвокатского бюро ЭКС;
• Илья Новиков, адвокат;
• Сергей Охотин, руководитель Центра помощи при обращении в ЕСПЧ;
• Сергей Смирнов, главный редактор «Медиазоны»;
• Алексей Федяров, руководитель юридического департамента «Руси Сидящей»;
• Мария Эйсмонт, адвокат.

Модератор - Борис Грозовский, обозреватель, автор телеграм-канала EventsAndTexts.

Вход по предварительной регистрации

Текст про самое главное - в проекте The Russian File Института Кеннана и персонально Максима Трудолюбова - @trudolubov. Мне хотелось решить несколько задач: рассказать 1) об успехах гражданского общества в 2019, 2) о том, как власть им пытается помешать, 3) почему складывание гражданской культуры у нас идёт так трудно и медленно, как этому способствовала травма 90-х: почему, «ненадолго» отложив демократию ради рыночных реформ, мы отложили ее в итоге как минимум на полвека (по мотивам очень интересной работы Леонида Полищука, которая вроде как широкой аудитории не рассказывалась). Попутно рассказывается о том, что за каша в голове у сограждан на тему демократии. Цитат не даю, англ версия здесь, а русская - тут.

ОГФ, секция правозащиты, собранная Сергеем Лукашевским из Сахаровского центра. Андрей Мисюрев из «Бременских консультантов» рассказывал, что для привлечения к правозащитному движению «простых людей» нужно учить их язык, учиться понимать их проблемы, а не рассказывать о том, как «я помогаю им». Выходить на те площадки, где общаются люди (инстаграм). Это примерно как учить незнакомый язык, приезжая в чужую страну. Уважая других, учиться общаться с ними как с иностранцами.

Реплика из зала: Надо ведь рассказать людям, как мы решаем их проблемы, а не чьи-то (бездомных, ЛГБТ).

Реплика из зала-2, шепотом: А что такое ЛГБТ?

Между тем я торопился на ОГФ и в какой-то момент пошел на красный не специально, а решив, что я автомобиль, и зелёный для них - это и мой зелёный. У вас так тоже бывает?

Нынешняя неделя в Москве посвящается
1) ярмарке non-fiction, переехавшей из ЦДХ в Гостиный двор,
2) Александру Эткинду и его новой книге «Природа зла. Сырье и государство».

Завтра, 3 дек в 19 - лекция Александра и презентация книги в Сахаровском центре. Описание и регистрация тут.

4 дек - презентация книги и дискуссия по ее мотивам с автором, Сергеем Медведевым, Андреем Яковлевым, Александром Вилейкисом и Георгием Гловели. Описание и регистрация тут.

А вот наше дилетантское обсуждение некоторых тем из книжки с Ириной Прохоровой и Сашей Поливановым.

Приходите обязательно! А.Э. - нечастый гость в Москве, предыдущее его выступление мы организовывали, кажется, в 2015-м. Ниже цитаты из «Природы зла»:

Центры цивилизации богаты людьми, их трудом и знаниями. Зато окраины наделены «редчайшими и драгоценными дарами природы». Они кажутся далекими и желанными, за них стоит воевать, ради них стоит путешествовать.

Империи не для того посылали в новые земли корабли или казаков, чтобы оставить там благородных дикарей в покое. Империям нужна овеществлённая стоимость, которую можно отнять у туземцев и продать другим народам.

Американские экономисты Асемоглу и Робинсон различают экстрактивные и инклюзивные государства. Но они смешивают два типа экстрактивного государства - зависящее от труда населения (например, аграрное) и зависящее от добычи природного ресурса.

В ресурсозависимой экономике не работает трудовая теория стоимости: цена сырья не зависит от затрат на его добычу. Она зависит от монополии на это сырье.

Сырьевая зависимость формирует тип государства, который остался у Асемоглу Робинсона не описанным; я называю его паразитическим. В паразитическом государстве население становится избыточным. Напротив, в экстрактивных государствах, как имперская Россия, элита зависит от эксплуатации его труда.

Каждый американец расходует в 30 раз больше энергии, чем индиец, а источники этой энергии немногим чище. Главный фактор, лимитирующий человеческое будушее, - не нефть, а чистый воздух, и вклад развитых стран в загрязнение мира намного больше, чем развивающихся.

Политэкономический принцип демократий - нет налогов без представительства - в петрогосударствах не работает, потому что они не зависят от налогов. Прежние формы ресурсной зависимости были частичными, нефть же может заменить целым государствам другие налоги.

Грядущая катастрофа планетного масштаба - это не война всех против всех, но совместная борьба за существование многих природных, в том числе и человеческих сил.

В 2018 году Уильям Нордхаус получил нобелевскую премию за предсказанный в 1974 переход от «экономики ковбоев» к «экономике космонавтов». В первой человек потреблял что хотел, не думая об отбросах, во второй придётся считать ресурсы и заниматься их вторичным использованием. Но пока человечество больше похоже на ковбоев, попавших на космический корабль.

О речи Егора Жукова

В кавычках - сказанное Сергеем Лукашевским, а далее - мое добавление:

«Сдержанное, достойное мужество. Я в этом тексте вижу знак качественного изменения способа говорить о политике и стране. Способность искренне цитировать Радищева свидетельствует не о том, что ничего не изменилось за 200 лет, а о возвращении в политику идеализма. За 1990е высокий язык разговора об общественном, сформированный в предыдущие десятилетия диссидентами и шестидесятниками, заскоруз и омертвел. И сейчас он возникает заново. Обличений и разоблачений недостаточно. Без идеалистической искренности они нередко провоцируют ненависть или зависть. Язык высоких идеалов, наоборот, взывает к лучшему в нас. И тут есть повод для исторического оптимизма. Но пока, увы, все будет как есть (или даже хуже). Пока не кончится…»

Вместо усталости, разочарованности, цинизма, сопутствующей им иронии (или даже пост-иронии, как говорят особо умные), в речи Егора - первичные, базовые, искренние и очень правильные слова. Разговор на языке идеалов/ценностей.

Такие слова возникают, когда душа говорит с душой ( а не спец по пиар-тактикам думает, какой месседж направить для ядерных приверженцев, а какой для периферийных). Примерно так говорил, например, Рейган в речи об «империи зла». И у Зеленского это было.

Пока рано говорить, станут ли эти слова «голосом поколения». Но в любом случае - ребятам типа Егора будет едва ли больше 40, когда нынешний политический режим закончится. И это будет в полном смысле слова «их страна».

Ровно за этот момент сейчас идёт борьба: надо всех пересажать и дискредитировать, а студенческие организации закрыть, чтобы к не близкому пока часу Х это поколение было сломлено. Как сломались и стерлись к концу 80х многие «шестидесятники» и диссиденты, хотя многим из них было тогда не больше 50. Эта борьба очень важна. Режим правильно почувствовал своего могильщика (ровно как КГБ в 1968-м) и пытается истребить сейчас, пока это ещё можно сделать. Поэтому борьба за Егора Жукова может совпасть с борьбой за наше общее будущее.

Завтра, 10 дек, в 19 в Сахаровском центре презентация книги Владимира Гельмана «Недостойное правление: политика в современной России» (издательство ЕУ СПб, 2019). Вот почему этот разговор нельзя пропустить - лайк, шер, репост, и обязательно приходите!

В российской политической науке Владимир Гельман - совершенно уникальное и выдающееся явление. Он говорит на одном языке с мировой политической наукой. Он не обольщается никакими либеральными/демократическими иллюзиями, так характерными для нашей неофициальной политической аналитики. Он вообще не предписывает стране никаких нормативным образом утверждаемых моделей («надо быть таким-то»). Гельман смотрит на постсоветскую историю России максимально трезво и честно и трезво: институты, акторы, ресурсы, стимулы, ограничения.

Эта рамка позволяет избежать обольщений и непротиворечивым образом описывать весь наш трансформационный процесс:

1) после распада советского государства и всех его институтов политические элиты были заинтересованы в максимизации своей власти, а вовсе не в становлении демократической формы правления, поэтому сделали ставку на авторитарную модернизацию,

2) в 90-е авторитаризм ограничивался не институтами и не доброй волей демократически настроенных якобы элит, а больше всего их ресурсной слабостью. И тем, что институты госвласти лежали в развалинах,

3) стратегия авторитарной модернизации, объединяющая 90-е и первую половину 2000-х, потерпела неудачу, а вот стратегия максимизации власти по принципу «победитель получает все» оказалась вполне успешной: региональным, бизнес-элитам, оппозиции ей оказалось противопоставить нечего. Гражданское общество на этапе становления авторитаризма было крайне слабо, а когда оно стало складываться, государство успело вооружиться;

4) результат: на том месте, где должны были бы быть институты демократии и рынка, возникли институты авторитарного правления и экономика с снижающимся уровнем конкуренции, с отданными друзьям архипелагами типа Газпрома, РЖД, Роснефти и тд.

5) стратегия максимизации власти и размера ренты привели к формированию экстрактивных (эксклюзивных, в противоположность инклюзии - в терминах Асемоглу) институтов, или порядка закрытого доступа (Норт), или, собственно, политико-экономическому порядку недостойного правления - bad governance - в терминологии ВГ.

Это, если что, мое понимание гельмановской модели, ВГ за неё не отвечает - по мотивам статей, книги «Из огня да в полымя» и свежей книги. В ней подробно описывается, как этот режим bad governance возник, почему устойчив и что с ним будет дальше, почему так упорно не поддаётся технократизации, как реализуется в конкретных сферах и реформах - от РЖД и здравоохранения до ЕГЭ и НИУ ВШЭ., как «островки эффективности» постепенно превращаются в примерно то, что их окружает, по принципу выравнивания температур.

Аннотация и регистрация здесь.

И напоследок несколько цитат, последняя из которых призвана показать, что больше всего я люблю ВГ за исторический оптимизм:) —-

...Сходят на нет иллюзии относительно о возможности улучшить качество управления российским государством при сохранении нынешнего политического режима: проще говоря, до тех пор, пока Путин фактически является главой государства, о пересмотре «недостойного правления» в России речь идти не может.

Стоит исходить из того, что сам собой политический режим в России не сменится. Более того, даже смена лидеров персоналистских авторитарных режимов в силу естественной смерти отнюдь не гарантирует, что последующие перемены принесут качественное улучшение- напротив, чем дольше автократы остаются у власти, тем выше шансы, что их сменят другие автократы, не слишком отличающиеся от их предшественников.

Даже при всем неприятии нынешнего положении дел в стране альтернативы ему воспринимаются многими россиянами как заведомо неореалистические или явно нежелательные. Возможная смена режима, если и когда она произойдёт, не обойдётся без потрясений для многих российских граждан.

Скорее всего, доля проигравших от новых преобразований окажется достаточно высока, тогда как быстрые улучшения в экономике и социальной сфере как минимум не гарантированы.

Это «негативное равновесие» [страх перемен] может оказаться вполне устойчивым. Так в условиях высокой безработицы работники готовы терпеть низкую оплату и плохие условия труда, а надоевшие друг другу супруги не готовы пойти на развод, опасаясь многочисленных издержек и неопределённого будущего.

Ни снижение массовой поддержки режима, ни усиление борьбы околокремлевских группировок за передел власти и ренты сами по себе не подрывают негативное равновесие: происходит лишь адаптация к ухудшающимся условиям на ещё более низком уровне. Всякий раз стимулы к переменам ещё более ослабевают, а страна продолжает инерционное движение по пути загнивания и упадка. Предельный вариант такого развития событий описан в романе Маркеса «Осень патриарха». Ее герой находился у власти сто лет, продал страну иностранцам и оставил после себя полный хаос. Именно подобное развитие событий в России следует считать базовым сценарием дальнейшей эволюции «недостойного правления» в стране.

Друзья, а вот тут я даже ничего рекламировать не буду.

14-15 декабря (суббота -воскр) - ежегодная совместная конференция Сахаровского центра, Мемориала и Центра Левады «Российские реалии».

Программа нереальной красоты и силы, смотрите, приходите, шерьте везде и всюду, приводите друзей и домочадцев. Программа тут, обязательная регистрация здесь.

ДЕНЬ ПЕРВЫЙ, 14 декабря
12.00-12.30 Регистрация. 
12.30-13.00 Открытие конференции.

13.00-15.30  ТРАНСФОРМАЦИЯ ПОЛИТИЧЕСКОГО РЕЖИМА

- Кирилл Рогов, политолог, журналист, член правления фонда «Либеральная миссия».
"Неоконченный транзит: станет ли Россия среднеазиатской деспотией?"

- Константин Гаазе, преподаватель МВШСЭН («Шанинка»), социолог. 
"Партии, фратрии, племена: деградация систем релевантности государственной службы."

- Наталья Зубаревич, профессор географического факультета МГУ, директор региональной программы Независимого института социальной политики. 
"Деньги как индикатор интересов российской власти и бизнеса (бюджеты и инвестиции)."

- Максим Трудолюбов, журналист, колумнист «Ведомостей», The New York Times, редактор блога Kennan Institute The Russia File.
"Передача власти по наследству в современной России vs экспансия государства: конфликт целей и средств."

- Леонид Гозман, психолог, общественный деятель, политик. 
"Неудавшийся диалог между властью и обществом как причина трансформации путинского режима." 

15.30-16.30 Перерыв 
 
16.30-18.00  ИСТОРИЧЕСКАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ И САМОСОЗНАНИЕ

- Никита Петров, историк, зампредседателя Совета Научно-информационного и просветительского центра общества «Мемориал». 
"Чего российское государство хочет от собственной истории?"

- Дарья Хлевнюк, социолог, научный сотрудник Института гуманитарных историко-теоретических исследований имени А.В.Полетаева НИУ ВШЭ. 
"Сценарии работы с трудным прошлым: социология исторической памяти."

Николай Эппле, филолог, журналист.
"«Слепые зоны» и «белые пятна» бума исторической памяти."

18.00-18.30 Перерыв

18.30-20.30  ГРАЖДАНСКОЕ ОБЩЕСТВО И ЕГО ВРАГИ

Алексей Левинсон, заведующий отделом социально-культурных исследований Левада-Центра.
"Что репрессии и террор делают с гражданским обществом: Российская империя - СССР - Россия".

- Татьяна Честина, председатель правления ЭКА - Зелёного движения России.
"Экопротест-2019: как меняется борьба и борцы за природу."

- Вячеслав Бахмин, сопредседатель Московской Хельсинкской группы, председатель правления Сахаровского центра.
"Гражданское общество: развитие или выживание."

- Элла Панеях, социолог, доцент НИУ ВШЭ в Санкт-Петербурге.
"Низовая модернизация: от развития к реакции."
 

ДЕНЬ ВТОРОЙ, 15 декабря
12.30-13.00 Регистрация. 

13.00-14.30 СОЦИАЛЬНЫЕ ПОРЯДКИ И ГОСУДАРСТВО.

- Андрей Захаров, философ, преподаватель РГГУ и Школы гражданского просвещения, соредактор журнала «Неприкосновенный запас».
"Самоуправление как разновидность государевой службы: случай России."

- Дмитрий Рогозин, социолог, преподаватель факультета социальных наук МВШСЭН («Шанинка»).
"Старость в бедности, или бедность старости."

- Сергей Мохов, социальный антрополог, редактор журнала «Археология русской смерти», эксперт фонда «Хамовники».
"Умереть в России: паллиативная помощь между институтами и благими идеями."

14.30-15.30 Перерыв
 
15.30-18.00 РЕПРЕССИИ: ГОСУДАРСТВО ОЖЕСТОЧАЕТСЯ

- Александр Черкасов, председатель Совета Правозащитного центра «Мемориал».
"Политические репрессии-2019: от индивидуальных к категориальным?"

- Леонид Драбкин, координатор ОВД-Инфо. 
"Гражданская солидарность в условиях нарастающих политических репрессий."

- Ольга Романова, основатель движения «Русь Сидящая», журналист. 
"Общество наблюдает за системой ФСИН. Стала ли она лучше?"

- Лев Гудков, директор “Левада-Центра”.
"Границы протеста: ресурсы и перспективы влияния на действующий режим".

- Татьяна Ворожейкина, политолог.
"Солидарность и самоорганизация в «похорошевшем концлагере»: может ли гражданское общество стать субъектом политики вопреки желанию государства?"

18.00-18.30 Перерыв

18.30-20.30 ОБЩЕСТВО И НЕВРОЗ

- Иван Микиртумов, философ, преподаватель Европейского университета в Санкт-Петербурге.
"Опасная педагогика: как власть воспитывает людей через аффекты и избегает публичной политики."

- Оксана Мороз, культуролог, руководитель магистерской программы в МВШСЭН («Шанинка»), креативный директор Фонда Егора Гайдара.
"От «детской травмы» к «пограничному расстройству личности»: постсоветское как диагноз."

- Жюли Реше, философ, психоаналитик, преподаватель Школы перспективных исследований ТюмГУ.
"«Мама, мы все тяжело больны». Тревожное общество?"

- Людмила Петрановская, психолог, педагог, публицист. 
"Между агрессором и жертвой: почему наши общественные дискуссии так бессмысленны и беспощадны."
 
Куратор программы - Борис Грозовский, автор телеграм-канала EventsAndTexts.
Директор программы - Сергей Лукашевский, директор Сахаровского центра.

Коротко о конференции «Российские реалии», которая пройдёт 14-15 декабря в Сахаровском центре (подробная программа и линк на регистрацию - в предыдущей записи).

Всего она состоит из 24 докладов, по 12 в каждый из дней. Они разбиты на 6 секций, по 3-5 докладов в каждой. На каждый доклад - 20 мин, и 10 мин его обсуждение. Потом по мотивам докладов выйдут тексты в медиа.

14 дек, в годовщину смерти Андрея Сахарова - начнём с политической секции. Кирилл Рогов о нашем движении к формату среднеазиатских деспотий; Константин Гаазе - о деградации госслужбы, Наталья Зубаревич о бюджетах и госпроектах, Максим Трудолюбов о передаче страны по наследству и Леонид Гозман о том, как Путин пытался поговорить со страной (но не вышло).

Далее - секция про историческую память. Никита Петров о том, чего хочет государство от истории, Дарья Хлевнюк о сценариях работы с трудным прошлым и Николай Эппле о “белых пятнах» памяти.

Закончится этот день секциями про гражданское общество: Алексей Левинсон о том, как оно деформируется репрессиями; Татьяна Честина об экопротесте-2019, Вячеслав Бахмин о жизни широкого круга гражданских организаций и под занавес - Элла Панеях с апдейтом «Низовой модернизации».

15 дек - начнём с секции о социальных порядках. Андрей Захаров о том, как местное самоуправление стало госслужбой, Дмитрий Рогозин о том, каково в России быть бедным и Сергей Мохов - о том, как тут умирать.

Далее большая секция о политических репрессиях и растущей гражданской солидарности: Александр Черкасов из Мемориала, Леонид Драбкин из ОВД-Инфо. Продолжит Ольга Романова (мы стали много наблюдать за жизнью в зонах - стала ли она лучше?), и затем обобщающие доклады Льва Гудкова и Татьяны Ворожейкиной.

Закончит конференцию очень необычная секция «Общество и невроз», с элементами философии, психоанализа, культурологии, психологии и магии: Иван Микиртумов о том, как власть воспитывает людей через аффекты, Оксана Мороз о детских травмах и пограничных расстройствах постсоветской личности, Жюли Реше о том, как общество стало тревожным, и Людмила Петрановская - о том, каким его сделало насилие.

Приходите!)

Сегодня 30 лет со дня смерти Андрея Сахарова. Сергей Лукашевский об этом хорошо написал и будет говорить сегодня на открытии конференции «Российские реалии»:

https://newtimes.ru/articles/detail/188725?fcc

Судьба Сахарова, его исторически преждевременная смерть — ответ на продолжающуюся до сих пор тоску о «русском Гавеле». Сахаров не просто мог бы стать, но был русским Гавелом. Но оказался не услышан и не узнан в этом качестве. В первую очередь не обществом даже, а элитой. Причем не только консервативной ее частью, но и «демократической».

Кирилл Рогов:

При такой экономической динамике вас (полит режим) не будут любить просто так. Вы кого-то должны сажать в тюрьму.

Удастся ли авторитарная трансформация, транзит к авторитарной гегемонии? Кирилл рассмотрел 6 факторов, которые могут на это влиять.

1. Экономическая динамика не способствует авторитарной трансформации: вспыхивают протестные настроения).
2. Доля ресурсной ренты в ВВП (снижается с начала 2000-х) - маловата для устойчивых авторитарных режимов.
3. Международный контекст - способствует утверждению авторитаризма: развитый мир «в раздрая».
4. Но в России нет традиционного общества, традиционных ценностей.
5. Политическая культура - поддержка идеи «сильного лидера». Тут мы чемпионы.
6. Информационная среда - не способствует (проникновение интернета).
Факторы не дают однозначного ответа. Нет институциональных условий ни для авторитаризма, ни для перехода к демократии. Но насколько велика субъективная решимость лидеров сделать это?

Наталья Зубаревич:

Главная тема ближайших лет в экономике: будут ли раскулачивать Москву? Доля Москвы в платежах налога на прибыль, уплачиваемая консолидированными группами, превысила 20%.

Леонид Гозман:

Президента можно не любить. Национального лидера не любить нельзя. Но потом ощущение праздника ушло, и нацлидер стал всего лишь командиром осаждённого гарнизона. Далее - уход от реальности: вместо великой России - великие иллюзии: наркомания как суть политики. Вокруг - вечные враги. Вместо жизни в реальном мире - поиски духовного превосходства.

Все это будет работать, пока у нации есть ощущение удовлетворенности полит успехами. Плюс - разочарование нации в вожде как в любимом мужчине (старение, обманы). Но и вождь разочарован: произошло изменение его субъективного мира. От позитивных ожиданий к «все враги и обманывают». От естественной вестернизации - к особому пути. Феноменология невроза (отторжение реальности) воспроизводится на уровне целой нации, во внешней и внутренней политике государства.