https://youtu.be/oO-5dtlOyBM?t=382
Смотрите, тут показали кусочек из "Ведьмака".
И мне все больше нравится *__*
Смотрите, тут показали кусочек из "Ведьмака".
И мне все больше нравится *__*
YouTube
Henry Cavill on Doing His Own Stunts, Having Four Brothers, Football & The Witcher
Henry talks about being super ripped, Mission Impossible, Superman, why he’s a fan of the Kansas City Chiefs, playing rugby growing up, life with four brothe...
Forwarded from Arzamas
С днем Бартошевича всех!
Сегодня главному знатоку Шекспира и крестному отцу половины российских театроведов — Алексею Бартошевичу — 80 лет. С днем рождения, Алексей Вадимович! Поздравляем и переслушиваем ваш шекспировский курс.
Ну и любимая фотография — типичные А.В. Бартошевич и В.Ю. Силюнас на кафедре в ГИТИСе.
Сегодня главному знатоку Шекспира и крестному отцу половины российских театроведов — Алексею Бартошевичу — 80 лет. С днем рождения, Алексей Вадимович! Поздравляем и переслушиваем ваш шекспировский курс.
Ну и любимая фотография — типичные А.В. Бартошевич и В.Ю. Силюнас на кафедре в ГИТИСе.
Привет!
Дочитываю третью главу "Тайной истории" и думаю, что пока это напоминает историю попадания в секту наивного парня из зоны риска. Интересно, что будет дальше. Убийство-то ритуальное будет?
Дочитываю третью главу "Тайной истории" и думаю, что пока это напоминает историю попадания в секту наивного парня из зоны риска. Интересно, что будет дальше. Убийство-то ритуальное будет?
Рядом со мной сидели студенты художественного факультета – об их принадлежности к искусству свидетельствовали горделивые пятна краски на одежде и забившаяся под ногти тушь. Один из них рисовал маркером на полотняной салфетке, другой ел рис из плошки, пользуясь перевернутыми кисточками вместо палочек. Я видел их впервые. Попивая кофе и оглядывая зал, я внезапно подумал, что Лафорг оказался прав: я действительно отрезан от жизни колледжа (впрочем, не сказать, чтобы я горел желанием сводить близкое знакомство с людьми, которым кисти для рисования служили столовым прибором).
Не могу остановиться, провожу и провожу параллели с "Правилами секса". Эти ребята с художественного факультета наверняка знали хиппи:
Как-то я спросил хиппи, почему я ей нравлюсь, будучи настолько на нее непохожим. Она ела питу и бобовые ростки и выводила на салфетке лиловой ручкой «Побольше тофу, пожалуйста», чтобы повесить на столовской доске пожеланий.
Не могу остановиться, провожу и провожу параллели с "Правилами секса". Эти ребята с художественного факультета наверняка знали хиппи:
Как-то я спросил хиппи, почему я ей нравлюсь, будучи настолько на нее непохожим. Она ела питу и бобовые ростки и выводила на салфетке лиловой ручкой «Побольше тофу, пожалуйста», чтобы повесить на столовской доске пожеланий.
Forwarded from Асташ | 18+
#дивное_чтение
Давайте про книжки, пора уже.
Прочла лёгкий расслабляющий роман Эми Хармон "Босиком по траве" — просто потому, что смотрела на несколько кирпичей на полке и понимала, что пока не готова к ним подступиться. О Хармон я слышала немало хорошего, особенно о её романе "Птица и меч": давно собираюсь его прочесть, но в оригинале, потому что к переводу у меня есть пара вопросов по некоторым причинам.
"Босиком по траве" — история о Джози, девочке из большой семьи, и угрюмом Сэмюэле, который перебрался к ним в школу из резервации. Джози рано пришлось взвалить на себя слишком много обязанностей, потому что она потеряла маму, и её единственная отдушина — классическая музыка: женщина, переехавшая в их городок совсем недавно, учит её играть на фортепиано. Именно музыка и становится связующим звеном между Сэмюэлем и Джози — однажды они садятся рядом в школьном автобусе, и она просто предлагает ему наушник.
Так и завязывается дружба двух совсем не похожих людей — и именно ей посвящена вся первая половина романа. Джози помогает Сэму освоить английскую литературу, знакомит с классикой, приносит ему большой словарь, откуда они вместе вычитывают значения незнакомых слов. Единственное препятствие, которое однажды становится невозможно игнорировать — разница между ними в пять лет. Казалось бы, это ничтожно мало, но пять лет имеют большое значение, когда тебе 13, а твоему другу — все 18.
Дороги Сэмюэля и Джози расходятся, чтобы потом снова пересечься — и тогда "Босиком по траве" перерастает в классический любовный роман. Я ничего не имею против этого жанра, просто он совершенно не мой — и это тот случай, когда историей о дружбе между очень разными людьми книга смотрелась бы краше.
Почему: потому, что Хармон старается надавить на все педали сразу, чтобы Джози и Сэмюэль воссоединились. Джози влюбляется в другого — ничего хорошего из этого выйти не может, Джози могла уехать из родного города — и тут же семейные проблемы приковывают её к дому. Это слишком очевидные вещи, которые коробят многих читателей, и я, пожалуй, не исключение.
Я не могу посоветовать "Босиком по траве" без "но": прочтите, если просто хотите выдохнуть и отвлечься от рабочих будней, но если собираетесь уделить внимание чему-то ещё — лучше сделайте это.
Давайте про книжки, пора уже.
Прочла лёгкий расслабляющий роман Эми Хармон "Босиком по траве" — просто потому, что смотрела на несколько кирпичей на полке и понимала, что пока не готова к ним подступиться. О Хармон я слышала немало хорошего, особенно о её романе "Птица и меч": давно собираюсь его прочесть, но в оригинале, потому что к переводу у меня есть пара вопросов по некоторым причинам.
"Босиком по траве" — история о Джози, девочке из большой семьи, и угрюмом Сэмюэле, который перебрался к ним в школу из резервации. Джози рано пришлось взвалить на себя слишком много обязанностей, потому что она потеряла маму, и её единственная отдушина — классическая музыка: женщина, переехавшая в их городок совсем недавно, учит её играть на фортепиано. Именно музыка и становится связующим звеном между Сэмюэлем и Джози — однажды они садятся рядом в школьном автобусе, и она просто предлагает ему наушник.
Так и завязывается дружба двух совсем не похожих людей — и именно ей посвящена вся первая половина романа. Джози помогает Сэму освоить английскую литературу, знакомит с классикой, приносит ему большой словарь, откуда они вместе вычитывают значения незнакомых слов. Единственное препятствие, которое однажды становится невозможно игнорировать — разница между ними в пять лет. Казалось бы, это ничтожно мало, но пять лет имеют большое значение, когда тебе 13, а твоему другу — все 18.
Дороги Сэмюэля и Джози расходятся, чтобы потом снова пересечься — и тогда "Босиком по траве" перерастает в классический любовный роман. Я ничего не имею против этого жанра, просто он совершенно не мой — и это тот случай, когда историей о дружбе между очень разными людьми книга смотрелась бы краше.
Почему: потому, что Хармон старается надавить на все педали сразу, чтобы Джози и Сэмюэль воссоединились. Джози влюбляется в другого — ничего хорошего из этого выйти не может, Джози могла уехать из родного города — и тут же семейные проблемы приковывают её к дому. Это слишком очевидные вещи, которые коробят многих читателей, и я, пожалуй, не исключение.
Я не могу посоветовать "Босиком по траве" без "но": прочтите, если просто хотите выдохнуть и отвлечься от рабочих будней, но если собираетесь уделить внимание чему-то ещё — лучше сделайте это.
Forwarded from Асташ | 18+
Есть, кстати, в "Босиком по траве" совершенно очаровательная деталь: каждая глава названа в честь какого-либо музыкального термина. Очень люблю такие вещи ❤️
Был в Италии такой мужик — Джованни Баттиста Морганьи. Он создал патологическую анатомию. У него в Падуе лучшие анатомы учились этому великому и важному делу. Я чего о нем вспомнила — 6 декабря 1771 года он умер. Не знаю, но уверена, что его с огромным уважением вскрыли и изучили.
По этому поводу делюсь с вами подборкой научпопа, который не был бы написаны, если бы Джованни Баттиста Морганьи не сделал все то, что сделал:
- «Вскрытие покажет. Записки увлеченного судмедэксперта», Алексей Решетун
- «Анатомия преступления. Что могут рассказать насекомые, отпечатки пальцев и ДНК», Вэл Макдермид
- «Кадавр. Как тело после смерти служит науке», Мэри Роуч (это моя любимая)
- «Мозг зомби: научный подход к поведению ходячих мертвецов», Брэдли Войтек и Тимоти Верстинен
По этому поводу делюсь с вами подборкой научпопа, который не был бы написаны, если бы Джованни Баттиста Морганьи не сделал все то, что сделал:
- «Вскрытие покажет. Записки увлеченного судмедэксперта», Алексей Решетун
- «Анатомия преступления. Что могут рассказать насекомые, отпечатки пальцев и ДНК», Вэл Макдермид
- «Кадавр. Как тело после смерти служит науке», Мэри Роуч (это моя любимая)
- «Мозг зомби: научный подход к поведению ходячих мертвецов», Брэдли Войтек и Тимоти Верстинен
Forwarded from Вершки и корешки
Ярмарка Нонфикшен - главное книжное событие года, которое ни в коем случае нельзя пропустить.
Накупила зверское количество книг. Даже «Серотонин», который зарекалась покупать. Даже «Найди меня», хотя не хотела читать в переводе.
Нельзя мне ходить на выставки>_<
Нельзя мне ходить на выставки>_<
Привет!
Вот тут отличная подборка к сегодняшнему празднику:
https://eksmo.ru/selections/7-romanov-o-khudozhnikakh-ID14466085/
Вот тут отличная подборка к сегодняшнему празднику:
https://eksmo.ru/selections/7-romanov-o-khudozhnikakh-ID14466085/
eksmo.ru
Художники, которых никогда не существовало | Онлайн-журнал Эксмо
Материал на тему: Художники, которых никогда не существовало. Интересные, полезные и познавательные публикации в онлайн-журнале Эксмо. Актуальные и вдохновляющие статьи о книгах, авторах и многом другом читайте на нашем сайте!
Привет!
Добралась до эпилога «Тайной истории» — и он начинается блестящей фразой:
На экзамен по французскому я не явился – как вы понимаете, огнестрельное ранение в живот вряд ли можно было назвать недостаточно уважительной причиной.
Добралась до эпилога «Тайной истории» — и он начинается блестящей фразой:
На экзамен по французскому я не явился – как вы понимаете, огнестрельное ранение в живот вряд ли можно было назвать недостаточно уважительной причиной.
Наконец распаковала купленного на Нонфикшене «Уильяма Блейка». Вы посмотрите, какая красота. Пройти мимо у меня сил никаких не нашлось. Любовь с первого взгляда просто.
Forwarded from Arzamas Bot
Как выбрать современную детскую книжку
Хороших книг много не бывает. Бывает, что в них сложно сориентироваться. Arzamas предлагает новый способ разобраться в современной детской литературе — через старые любимые книги. В нашей игре среди 90 новинок вы найдете книгу, напоминающую «Маленького принца», но смешнее, или «Чучело», но в картинках
http://arzamas.academy/materials/1225?src=tbot
Хороших книг много не бывает. Бывает, что в них сложно сориентироваться. Arzamas предлагает новый способ разобраться в современной детской литературе — через старые любимые книги. В нашей игре среди 90 новинок вы найдете книгу, напоминающую «Маленького принца», но смешнее, или «Чучело», но в картинках
http://arzamas.academy/materials/1225?src=tbot
Arzamas
Как выбрать современную детскую книжку
«Как „Пеппи“, только про любовь»: объясняем новые книги через старые
О «Тайной истории»
Дочитала я ее еще 10 декабря, но в жизни случилось много интересного, потому не до отзыва было. Теперь вот время нашлось, а сказать, если честно, мне особенно нечего.
Начинала я эту книгу давно, в позапрошлой жизни — увидела у тогдашнего молодого человека, спросила: «Что это такое за талмуд?»
«Однокашница Эллиса написала», — отрекомендовал он. Ну я и взялась — а потом забросила. Опять же — из-за того, что в жизни произошло много интересного и ровно по тому же поводу. Не в том суть, главное, что книга была отложена на несколько лет.
И вот я вспомнила о ней и взялась с завышенными ожиданиями, потому что все кругом ну просто кипятком писаются: ах, Донна Тартт, ах, гениально. Даже моя мама прочитала «Щегла», умерла от восторга и до сих пор припоминает мне, что я ее в кино на экранизацию не сводила. А я ей отвечаю, что говно — ну, судя по отзывам.
И вот лучше бы я бралась читать с таким убеждением. Может, эффект был бы лучше.
Я ждала откровения. Конечно, какой-то процент мозга все же был уверен, что наебывают, но большая-то часть была в предвкушении восторга.
Восторга не испытала, потому что книга эта — красивая игрушка для интеллектуалов. И это я сейчас не ругаю, нет. Хороший язык, отличный слог — плавный и гладкий, мягкий, ненавязчивый. Читается легко, никакого сопротивления — будто на надувном матрасе лежишь, и несет тебя широкая спокойная река. Но история простая, местами предсказуемая — за очень редким исключением. Герои показались тоже очень простыми — и снова предсказуемыми. Вот один — тонкий-звонкий красавец, нервно-аристократического склада. И что вы думаете? Правильно, гей. А вот пара не расстающихся друг с другом разнополых близнецов с особенной (сто раз подчеркнуто для самых непонятливых) связью. Догадались, да? Конечно, они спят друг с другом. И все это как-то стыдливо, что ли, подано — будто и не хотела автор об этом, но все-таки ввернула. Габриэль Витткоп неодобрительно поводит бровью, глядя на это.
И главный герой, который старательно не вписывается, изо всех сил не такой, чужой везде.
И плохой, ну очень плохой Банни, которого компания замочила (это не спойлер для тех, кто не читал, поверьте) — он и эгоист, он и дурак, и не интеллектуал, и шумный, и подворовывает, и транжира, и лгун, и трус... Со всех сторон фу, и это даже начинает надоедать.
Все очень быстро понятно про отношения в компании этих студентов-античников — секта сектой. Жертвоприношение ожидаемо. Про преподавателя их тоже все ясно. Забавно, он почему-то напомнил мне Златопуста Локонса.
О чем книга? Конечно, о преступлении и наказании (упоминаний Достоевского в книге достаточно). О совести, которую ничем не усыпить, о тайнах, которые сцепляют прочнее симпатий и привязанностей. Ещё мне показалось, что о готовности человека пойти очень на многое и поверить во что угодно ради принадлежности, ради не-одиночества. О том, что нас меняет.
Не откровение, но твёрдая четверка. И за почти забытый уже привкус Эллиса — в том числе.
Дочитала я ее еще 10 декабря, но в жизни случилось много интересного, потому не до отзыва было. Теперь вот время нашлось, а сказать, если честно, мне особенно нечего.
Начинала я эту книгу давно, в позапрошлой жизни — увидела у тогдашнего молодого человека, спросила: «Что это такое за талмуд?»
«Однокашница Эллиса написала», — отрекомендовал он. Ну я и взялась — а потом забросила. Опять же — из-за того, что в жизни произошло много интересного и ровно по тому же поводу. Не в том суть, главное, что книга была отложена на несколько лет.
И вот я вспомнила о ней и взялась с завышенными ожиданиями, потому что все кругом ну просто кипятком писаются: ах, Донна Тартт, ах, гениально. Даже моя мама прочитала «Щегла», умерла от восторга и до сих пор припоминает мне, что я ее в кино на экранизацию не сводила. А я ей отвечаю, что говно — ну, судя по отзывам.
И вот лучше бы я бралась читать с таким убеждением. Может, эффект был бы лучше.
Я ждала откровения. Конечно, какой-то процент мозга все же был уверен, что наебывают, но большая-то часть была в предвкушении восторга.
Восторга не испытала, потому что книга эта — красивая игрушка для интеллектуалов. И это я сейчас не ругаю, нет. Хороший язык, отличный слог — плавный и гладкий, мягкий, ненавязчивый. Читается легко, никакого сопротивления — будто на надувном матрасе лежишь, и несет тебя широкая спокойная река. Но история простая, местами предсказуемая — за очень редким исключением. Герои показались тоже очень простыми — и снова предсказуемыми. Вот один — тонкий-звонкий красавец, нервно-аристократического склада. И что вы думаете? Правильно, гей. А вот пара не расстающихся друг с другом разнополых близнецов с особенной (сто раз подчеркнуто для самых непонятливых) связью. Догадались, да? Конечно, они спят друг с другом. И все это как-то стыдливо, что ли, подано — будто и не хотела автор об этом, но все-таки ввернула. Габриэль Витткоп неодобрительно поводит бровью, глядя на это.
И главный герой, который старательно не вписывается, изо всех сил не такой, чужой везде.
И плохой, ну очень плохой Банни, которого компания замочила (это не спойлер для тех, кто не читал, поверьте) — он и эгоист, он и дурак, и не интеллектуал, и шумный, и подворовывает, и транжира, и лгун, и трус... Со всех сторон фу, и это даже начинает надоедать.
Все очень быстро понятно про отношения в компании этих студентов-античников — секта сектой. Жертвоприношение ожидаемо. Про преподавателя их тоже все ясно. Забавно, он почему-то напомнил мне Златопуста Локонса.
О чем книга? Конечно, о преступлении и наказании (упоминаний Достоевского в книге достаточно). О совести, которую ничем не усыпить, о тайнах, которые сцепляют прочнее симпатий и привязанностей. Ещё мне показалось, что о готовности человека пойти очень на многое и поверить во что угодно ради принадлежности, ради не-одиночества. О том, что нас меняет.
Не откровение, но твёрдая четверка. И за почти забытый уже привкус Эллиса — в том числе.