​Скандинавская мифология притягательна, сурова, но полна юмора. От нее веет силой и мудростью, но не всегда то, что в ней описано, можно правильно интерпретировать. Наверное, потому что мы сильно отличаемся от суровых людей севера, которые поклонялись Тору и Одину.

«Скандинавские мифы. От Тора и Локи до Толкина и «Игры престолов» Кэролин Ларрингтон — удобный способ либо вспомнить то, что давно читали в Старшей и Младшей Эддах, либо сделать первый шаг в заснеженные леса да на высокие фьорды мира викингов, в их сознание. И написана книга легко и приятно. Оставлю ее в библиотеке для своих детей.

Вера викингов жестока. Лучший способ угодить Одину — повесить или удушить жертву. Вдова может умереть от горя и быть сожжена в похоронной ладье вместе с мужем. Друзья могут предать, учителя запланировать твою смерть. Мир был сотворен мужчинами посредством насилия, расчленения тела великана Имира — и обязательно, неминуемо погибнет после страшной битвы. Часы тикают. До Рагнарека всегда недолго осталось.

Еще скандинавские мифы — вечная история того, как боги, зная, к чему все идет и что конца этого не миновать, ищут себе на задницу приключений и проблем, а потом неправдоподобно из них выбираются. Истории о том, как кто кого обманул, обокрал, избил или еще как-то победил — это что-то среднее между хвастовством старого алкоголика и играми вашего младшего брата в войнушку.

А самое, на мой взгляд, важное, как раз в том, что боги помнят про грядущий конец — и все равно живут, веселятся, воюют с великанами, спорят, делят женщин и мужчин. Сотворение мироздания из расчлененного тела Имира — это знак того, что после смерти будет рождение, что из старого родится новое, круговорот не остановится, колесо будет катиться и дальше, взойдет солнце и земля поднимется из вод, в которые погрузилась после гибели богов.

#Женя_читает_Скандинавские_мифы

Кстати, вот вам плейлист, под который хорошо читать «Скандинавские мифы...» и грабить монастыри в Нортумбрии:

https://open.spotify.com/playlist/0irDqtByBlk36q0JuFjqZE?si=51mJB6L6QgyzyA2S1B9Jig

​Сегодня последний день лета, потому я решила сделать мастер-пост со ссылками на все отзывы о прочитанных за эти три месяца книгах.

📚«Миф. Греческие мифы в пересказе» Стивена Фрая
📚«Фулгрим» Грэма Макнилла
📚«И пели птицы...» Себастьяна Фолкса
📚«Маленьких женщин» Луизы Мэй Олкотт
📚«И все это Шекспир» Эммы Смит
📚«Первый еретик» Аарона Дембски-Боудена
📚«Ученик убийцы» Робин Хобб
📚«Скандинавские мифы. От Тора и Локи до Толкина и «Игры престолов» Кэролин Ларрингтон

На Кампо Сан Стефано показывали двухголовую женщину, необычнее которой мы до сих пор ничего не видали, но, поскольку ей сломали ноги, чтобы она не сбежала, она отдала Богу душу. И теперь мы лишены маленького развлечения. За исключением этого, новости довольно скромные.

Тем временем я взялась, наконец, за «Убийство по-венециански» любимой Габриэль Витткоп. Изящная, ажурная и холодная проза ее как всегда очаровательна.

#Женя_читает_Убийство_по_венециански

Это поистине коварное пойло, насыщающее кровь купоросом, а рот - селитрой, гнусное и шалое зелье, которое развязывает язык.

Описания у Витткоп всегда просто сумасшедшие. Я теперь всякий алкогольный напиток буду так называть: гнусное и шалое зелье. Нет, ну просто волшебно.

(Речь в цитате идет про пикет, разновидность вторичного вина)

#Женя_читает_Убийство_по_венециански

Привет!
У меня тут друг Кирилл раздаёт книги. Заберите, в хозяйстве пригодится. Пишите: https://instagram.com/bakeika_

​​Главное, не ешьте. Ничего не пейте. Не оборачивайтесь. Шагайте быстрее. Артикулируйте четче. Не говорите ни слова.

Эти правила помогут вам выжить, если вдруг вы окажетесь в мире книги «Убийство по-венециански» Габриэль Витткоп. Возможно, помогут.

Венеция у Витткоп особенная — самый азиатский город Европы, бурлящий в ожидании Наполеона. Пари здесь заключают на все, что угодно, даже в церквях, при условии, что духовенству уплачена десятина. Макабрический карнавал, который никогда не заканчивается. Безумный удушливый танец в городе-лабиринте, которому никогда не бывает достаточно смертей. В городе-лабиринте, по которому скользят черные гробы гондол. В городе-чуме, городе-Казанове, городе-отравительнице.

И правда, ведь с чем ассоциируется Венеция? С легендарными отравителями и отравительницами. В книге до самого конца есть ощущение, что это сам город забирает жизни несчастных жен Альвизе Ланци.

Витткоп с ее ледяной мизантропией представляет нам героев истории как марионеток — им трудно сочувствовать. Смотришь на происходящее глазами писательницы, острым отстраненным взглядом старой гарпии, видишь красоту ее Венеции — непристойного города темного волшебства ядовитых трав, двойных и тройных агентов, отсутствия лиц и тревожного хора сироток из Оспедале-делла-Пьета да голубей. В каждой более или менее спокойной сцене есть фоновая тревога, напряжение, крещендо, ведущее к громовому финалу.

#Женя_читает_Убийство_по_венециански

А вот и следующая книга этого месяца, которая подняла мне сегодня ранним утром настроение. Спасибо собравшей ее Софье Багдасаровой, любви моей невероятной.

РАЗОБРАНО.
Всем спасибо 😊

Привет, я вернулась - и сразу несу вам статью не очень свежую (как и предмет ее), но очень интересную:

https://cyberleninka.ru/article/n/mumifikatsiya-v-drevnem-egipte-istoriya-izucheniya-sovremennye-metody-issledovaniya

Милан Кундера получил литературную премию Франца Кафки

Международное жюри наградило Кундеру за «невероятный вклад в чешскую культуру».

https://knife.media/kundera/

Фариш был глуховат на одно ухо и иногда, особенно когда был под кайфом или вздрючен, все понимал неправильно — например, ты просил его передать соль, а ему слышалось «иди на х…».

Проблемы недопонимания как они есть.
#Женя_читает_Маленький_друг

Самое ужасное состояло в том, что Харриет оказалась абсолютно не готовой перейти в разряд «девочек-подростков», хотя в силу своего возраста она автоматически считалась таковой. Вэнсы, видимо, полагали, что подростковый возраст — это тяжелая болезнь, у которой одинаковые для всех симптомы, и назначали против них одинаковое лечение. Каждый день Харриет приходилось часа два выслушивать лекции на тему «я и мое тело», смотреть отвратительные порнографические фильмы про репродуктивную систему и телесные отправления и — ужас, ужас! — беседовать на темы общения с мальчиками, половой жизни и функционирования собственных «органов». Большего унижения она давно не испытывала! Иногда ей казалось, что ее рассматривают лишь как набор органов — все эти волосатые гениталии, отросшие груди, матки, яичники и прочая дребедень ничего, кроме жгучего чувства стыда, у нее не вызывали. Уж лучше умереть, смерть, по крайней мере, казалась ей более возвышенным состоянием — окончательным избавлением от плотских страданий и унижений.

В какой-то момент Тартт слишком прямо и физиологично указала на то, о чем ее книга. О взрослении, которое не отложишь, об уходящем детстве, которое не остановишь.

#Женя_читает_Маленький_друг

Как странно устроен мир: люди сажают сады, играют в карты, ходят по воскресеньям в церковь, отправляют посылки с одеждой в Китай — и для чего? Только чтобы потом упасть в ту же самую черную пропасть?

Принять смертность (в том числе собственную) очень сложно. Я вот, кажется, до сих пор не могу смириться с этим.

#Женя_читает_Маленький_друг

8 главных шведских детективов

Чем скандинавский детектив отличается от традиционного британского? Как детектив превратился в средство борьбы с социальными проблемами? И какие имена обязательно нужно знать?

http://arzamas.academy/materials/2160?src=tbot

​«Маленький друг», Донна Тартт

Кажется, все давно поняли, что Донна Тартт — это тот большой писатель с большими романами, которого ждёт каждое поколение. И у каждого большого автора, мне кажется, должен быть роман о взрослении. «Тайная история», хоть и была про студентов, не очень представляющих реальную жизнь за пределами кампуса и страниц любимой антички, таким романом не была. А вот «Маленький друг» — это оно.

«Маленький друг» понравился мне больше, чем «Тайная история» — но, кажется, первую книгу Тартт принято хвалить больше, чем вторую. История девочки Харриет трогает какие-то глубокие струны моей души, разговаривает с внутренним ребёнком. Да, это роман о взрослении, о том, как важно в детстве чувствовать себя любимым и нужным — это учит тебя любить самому. Харриет никому не нужна — трагическая смерть ее брата Робина в раннем детстве забрала у неё мать, которая перестала существовать после смерти сына, семью, которая развалилась на куски, не справившись с потерей, застряла в попытках переварить этот удар, вписать его в огромную историю южного американского семейства, мифологизировать этого мальчика. Не переварили тетушки, а значит, и Харриет не получила ответов, не увидела дороги — и начала её мучительно искать.

Взросление для неё болезненное — предательство собственного тела, погружение в мир взрослых, которые не умеют скорбеть искренне, которые ничего вообще не могут делать искренне, в мир, где есть место сомнениям и ошибкам. В мире Харриет сомнений нет — она знает, кто убил брата, и знает это без доказательств, даже вопреки им.

Взросление — это ужасная жизнь: «Почему жизнь такая ужасная? Все хорошее, родное, все, что она любила, исчезало, уходило или умирало».

Взросление Харриет во многом связано с принятием факта смерти и ухода любимых из ее жизни. Таких человека у Харриет всего два — и это те, кому Харриет была небезразлична. Но их девочка лишается — и с этим надо смириться. Как и со смертью Робина. Но это не в характере (или не в возрасте?) Харриет, и потому ей так больно и тяжело покинуть детство.

Книга великолепно создаёт атмосферу пыльного, душного глубокого Юга Америки, и, хотя мы знаем время действия (70-е), все время есть чувство возвращения начала двадцатого века, а то и конца девятнадцатого. Харриет напомнила мне Брайони из «Искупления», попавшую в отраженную в кривом зеркале вселенную Фэнни Флэгг.

У «Маленького друга» есть все проблемы (кто-то наверняка считает это плюсами) книг Донны Тартт. Она слишком длинная для такой истории, сюжета как такового в его классическом понимании нет — вместо четкой линии имеем сотню сцен и деталей, переплетающихся друг с другом, сцепленных настроением и общим местом действия, тем не менее приводящих к громкому финалу. В книге много (подчас даже слишком) глубоких погружений в очень темное психологическое состояние героини. Некоторые показались мне излишними, хотелось сказать «да поняла я, что она страдает, дальше-то что?»

Возможно, так Тартт и задумывала?

Итого: книгу я рекомендую, получила от неё удовольствие. Теперь пора браться за «Щегла», а то Тартт пора бы новый роман выпускать. В 2023 году 10 лет «Щеглу» стукнет.

#Женя_читает_Маленький_друг

​Теперь о действительно важном.

Вчера посмотрела Guns Akimbo с Дэниэлом Рэдклиффом и Самарой Уивинг. Чудо чудесное.

Снял это новозеландец (а эти ребята знают толк в трэше, вспомните ‘Braindead’) Джейсон Ли Хауден. Сюжет такой: неудачник Майлз, у которого и с девушкой не срослось, и на работе полная жопа, довыступался в интернете. Его, вы не поверите, вычислили по IP оскорбленные отморозки, создавшие жутко популярную игру «Скизм», в которой реальные люди охотятся друг на друга и убивают. И прибили намертво Майлзу по пистолету к каждой руке. И втянули в эту замечательную игру на выживание.

Фильм прелестный — но прелестный в духе фильмографии Рэдклиффа, если вы понимаете, о чем я. Вспомните Swiss Army Man, Horns... Рэдклифф обожает сниматься в неожиданных фильмах, браться за совершенно долбанутые идеи, влезать с головой в жанровое кино (за что я ему кланяюсь в пол). Guns Akimbo — просто пушка (простите за каламбур). Литры крови, невероятные цвета, великолепная операторская работа, отличные шутки, ощущение видеоигры, карикатурная жестокость. Чудо, а не фильм. Еще и идет всего 95 минут — как в старые-добрые.

Если захотите поесть попкорна, отключить голову и знатно повеселиться — рекомендую. Но вряд ли больше, чем на один раз.

#Женя_смотрит_Guns_Akimbo