ФАС предложила ужесточить ответственность региональных руководителей органов тарифного регулирования, которые неоднократно не исполняют ее предписания в этой сфере. Штрафы для таких должностных лиц служба из КоАП предлагает исключить — ввиду неэффективности этой меры наказания. Таким образом, для региональных чиновников, не исполнивших предписания ФАС более трех раз в течение года, будет оставлена лишь одна мера ответственности — дисквалификация на срок до трех лет.

Предлагаемые изменения в КоАП разработаны по Поручению Председателя Правительства от 27.09.2024 № ММ-П51-32398 и устанавливают новый состав правонарушения – неоднократное неисполнение решений, предписаний ФАС России как органа, осуществляющего федеральный государственный контроль (надзор) в области регулируемых государством цен (тарифов).

Такой контроль ФАС осуществляет по результатам проверок деятельности органов тарифного регулирования в регионах. Например, в 2024 году ФАС предписала госкомитету Башкирии по тарифам исключить 2 млрд руб. из расходов, заложенных в тарифы на коммунальные ресурсы. Среди них — выплата премий, погашение кредиторской задолженности, проведение культурно-массовых мероприятий, покупка путевок и так далее. Всего в 2024 году ФАС провела 134 проверки и выдала 307 подобных предписаний (по данным телеграмм-канала ФАС от 28.12.2024).

В 2023 году порядок осуществления контроля (надзора) со стороны ФАС был детально регламентирован, что привело к усилению контроля. С конца 2023 года проверки могут проводиться также территориальными органами по поручению ФАС России. Таким образом, подобных предписания стало выдаваться больше в последние два года.

Предлагаемая поправка в КоАП предполагает, что если орган тарифного регулирования не исполнит предписание три и более раза в течение года, то его должностное лицо (руководитель), должно быть дисквалифицировано. Дисквалификация применяется только судом по обращению должностного лица ФАС. Дисквалификация означает лишение права занимать руководящие должности. Альтернативы в виде штрафа за неоднократное неисполнение требований ФАС проект закона не предусматривает.

Дисквалификация и сейчас предусмотрена законом за неисполнение решения, предписания ФАС в области регулируемых государством цен (тарифов). Хотя, как указывает управляющий партнер Kulik & Partners Law.Economics Ярослав Кулик, на практике такое наказание во всех сферах, контролируемых ФАС, применяется крайне редко – в особо злостных случаях – и только судами.

Дисквалификация предусмотрена и случае невыполнения в установленный срок решения, предписания ФАС, принятых в рамках Закона о защите конкуренции, должностными лицами, ранее подвергнутыми административному наказанию за аналогичное правонарушение. Дисквалификация также применяется к должностным лицам государственных (муниципальных) заказчиков в сфере государственных (муниципальных) закупок. Предлагаемая поправка обращает на себя внимание следующими особенностями:

Во-первых, новый состав в части санкции пересекается с составом ч. 5 ст. 19.5 КоАП, согласно которому суд может дисквалифицировать должностное лицо компании даже в случае однократного неисполнение решения, предписания ФАС. При явном отличии двух составов по степени общественной опасности, полагаем, требуется скорректировать и санкцию за «обычное» неисполнение решения, предписания ФАС.

Во-вторых, предлагаемая норма сконструирована иначе, чем, например, ч. 2.8 ст. 19.5 КоАП РФ. Подобной формулировки («три и более раза в течение года») ранее в КоАП РФ не было. Условие применения дисквалификации о том, что лицо должно при этом уже быть подвергнутым административному наказанию за аналогичное правонарушения, в предлагаемой норме тоже нет.

Госдума приняла в первом чтении законопроект о создании государственной информационной системы «ГИС Антикартель» для выявления антиконкурентных соглашений.

Согласно документу, оператором системы станет ФАС России. Положения о системе утвердит правительство, определив её задачи, принципы работы, функционал пользователей и перечень поставщиков информации.

ГИС «Антикартель» — это очередной шаг в развитии инструментов борьбы с картелями. При этом её главной целью будут именно картели на торгах, проводимых в электронном виде. Закон необходим для закрепления правового статуса самой информационной системы, информации, которую она будет содержать, а также полномочий ФАС по администрированию системы.

ГИС «Антикартель» позволит антимонопольному органу формировать новый тип информации, создаваемой с использованием автоматизированных и ИИ-инструментов, которую необходимо ввести в правовое поле для использования в качестве доказательств в антимонопольных делах.

Однако существует риск, что такие доказательства в правоприменительной практике могут получать «приоритетную» оценку со стороны комиссии антимонопольного органа, хотя по закону никакие доказательства не имеют заранее установленной силы. Это было бы неправильным эффектом с точки зрения права ответчика на защиту.

Другой недостаток ГИС «Антикартель» заключается в том, что система нацелена на выявление и пресечение картелей, но не на их предотвращение. Чтобы она способствовала предупреждению нарушений и формированию правового поведения участников торгов, бизнес также должен иметь к ней доступ, позволяющий критически оценивать свою деятельность. Например, технически давно можно было бы запретить участие в торгах компаний с одного IP-адреса, но тогда этот признак нарушения утратил бы своё доказательственное значение. Даже сейчас он остаётся одним из ключевых «классических» признаков картеля в правоприменительной практике.

Полагаем, что со временем ГИС «Антикартель» позволит антимонопольному органу формировать набор косвенных доказательств даже без совпадения IP-адресов, против которых бизнесу будет сложно противопоставить свои доводы, аргументы и доказательства. В перспективе такие доказательства могут включать автоматизированный анализ поведения участников торгов.

Изменения в Законе о защите конкуренции: что важно знать

С 1 марта 2025 года вступили в силу поправки в Закон о защите конкуренции (ФЗ № 344-ФЗ). Они затрагивают несколько ключевых аспектов антимонопольного регулирования:

– Расширено понятие "хозяйствующий субъект" – теперь в него включены самозанятые, что делает их объектами антимонопольного контроля.
– Скорректирован порядок определения монопольно высокой (низкой) цены – из Закона исключено упоминание географии сопоставимых рынков, но остается вопрос, как именно ФАС будет учитывать данные при анализе цен.
– Дополнены условия учета биржевых цен – теперь учитываются сделки не только конкретного субъекта, но и его группы компаний.
– Уточнен порядок выдачи предупреждений для цифровых платформ – в новой версии закона владельцы маркетплейсов и агрегаторов получают предупреждения при первых признаках нарушений.
– Расширены основания для предостережений ФАС – теперь их можно выдавать не только на основании публичных заявлений, но и при наличии достоверной информации из разных источников.

Подробнее об основных поправках читайте в нашем обзоре.

Дорогие девушки!

С 8 Марта! Сегодня ваш день — день красоты, вдохновения и силы.

Ваша сила заключается в праве быть разными, следовать своему пути, несмотря на ожидания окружающих. Вы приносите в этот мир не только заботу, но и светлые перемены, вдохновляя окружающих на новые свершения. Ваши действия, наполненные вниманием и добротой, делают этот мир более красивым и гармоничным.

С праздником! Пусть каждый момент вашей жизни будет наполнен радостью, а вдохновение всегда сопровождает вас!

Картельный гибрид: картель о разделе несостоявшихся торгов

Арбитражный суд Московского округа оставил в силе судебные акты по делу No А40-206456/23-139-1701, которыми было отказано в признании недействительным решения ФАС России по делу о картеле в отношении ООО «НТК» и ООО «Кубаньойл». Компании признаны участниками картеля о разделе торгов на поставку нефтепродуктов на 160 аукционах с общей начальной ценой более 1 млрд рублей. ФАС назначила штраф ООО «НТК» в размере 98405 720 рублей и штраф ООО «Кубаньойл» в размере 12 262 720 рублей. При этом антимонопольный орган квалифицировал картель по п. 3 ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции (раздел рынка).

Поскольку данное дело одно из немногих с подобной квалификацией, редакция @LegalInsightMagazine обратилась за комментариями к Ярославу Кулику.

На этой неделе «Право.ru-300» опубликовали результаты индивидуального рейтинга юристов, где отмечены достижения команды Kulik & Partners Law.Economics, которая в текущем году вошла в первую группу федерального рейтинга в номинации «Антимонопольное право».

Пять старших специалистов фирмы рекомендованы рейтингом:
– Ярослав Кулик, адвокат, управляющий партнер
– Анна Митрошкина, адвокат, руководитель направления сделок экономической концентрации и иностранных инвестиций
– Елизавета Савина, адвокат, руководитель направления антимонопольного комплаенса
– Мария Канунцева, адвокат, руководитель проектов
– Асия Раджабова, адвокат, руководитель проектов

Включение в рейтинг подтверждает высокий профессионализм нашей команды и высокие результаты её работы.

Наши специалисты занимаются сложными и значимыми делами в сфере антимонопольного регулирования, принимают активное участие в работе Ассоциации антимонопольных экспертов, участвуют в законотворческой, научно-преподавательской деятельности, выступают на юридических и отраслевых конференциях, а также публикуют аналитические статьи и острые заметки в нашем телеграм-канале «Злой антимонопольщик».

«Большое спасибо команде за труд, вовлеченность и искренний интерес к тому, что мы делаем. Именно благодаря этому получаются превосходные результаты!» – комментирует новость Ярослав Кулик.

Более 10 лет компания Google является объектом антимонопольного преследования со стороны Министерства юстиции США и Федеральной торговой комиссии (дело U.S. and Plaintiff States v. Google LLC). Как правило, подобные процессы завершаются в суде округа Колумбия, решения которого обычно проходят проверку в Верховном Суде США.

На текущий момент судебное разбирательство в окружном суде вышло на финишную прямую: начавшись по консолидированному иску Минюста и прокуроров штатов, он миновал стадию судебного решения. Судья Амит Мехта признал Google виновным в нарушении запрета на одностороннюю монополизацию рынка, установленного в части 2 акта Шермана, и теперь процесс сосредоточен на выработке корректирующих мер. Целью этих мер является стимулирование конкуренции на тех рынках, которые были монополизированы компанией Google.

20 ноября 2024 года истцы представили своё видение необходимых корректирующих мер. Руководитель практики экономических исследований Kulik & Partners Law.Economics, кандидат экономических наук Алексей Сушкевич проанализировал предложенные меры и представил своё видение цифрового мира после Google на страницах Legal Insight.

22 апреля 2025 г. федеральный суд в Вашингтоне заслушает предложения сторон, сформирует и утвердит окончательное решение. Конечно, точку в этом деле поставит Верховный суд США. «Злой антимонопольщик» будет следить за событиями.

25 апреля Президиум Верховного Суда (ВС) РФ опубликовал Обзор практики по вопросам привлечения компаний к административной ответственности за антимонопольные нарушения. Позиция ВС особенно важна для крупного бизнеса, который чаще сталкивается с проверками и претензиями со стороны ФАС России. Новый Обзор ВС внесет больше определенности в правоприменительную практику, чем поможет бизнесу защититься от необоснованных претензий антимонопольного органа, снизив риски крупных финансовых потерь и репутационного ущерба. Обзор актуален для текущих административных и судебных дел по антимонопольным вопросам: компании уже сегодня могут ссылаться на позиции Верховного Суда, изложенные в документе.

Ознакомившись с Обзором, бизнес получит четкое понимание подходов судов к оценке нарушений антимонопольного законодательства и порядку привлечения к административной ответственности за такие нарушения, включая вопросы установления доминирующего положения, расчета штрафов и порядка предоставления информации в антимонопольный орган.

В документе подчеркиваются несколько ключевых моментов:

1. Коллективное доминирование (пункт 6). ВС указал, что если внутри группы доминирующих участников сохраняется конкуренция, то действия одного участника нельзя автоматически признавать нарушением без анализа поведения остальных.
2. Законные интересы бизнеса (пункт 7). При оценке злоупотреблений учитываются не только формальные признаки нарушений, но и реальные потребности бизнеса, например, в области безопасности или экономической эффективности.
3. Доказывание последствий нарушений (пункт 9). Суд требует от ФАС конкретных доказательств ограничения конкуренции, а не общих формулировок.
4. Отношения контроля в группе компаний (пункт 13). Если компания реально управляет деятельностью другой, такое взаимодействие нельзя автоматически признавать антимонопольным нарушением.
5. Банкротные сделки (пункт 17). ВС подтвердил необходимость предварительного согласования сделок при банкротстве с ФАС, если они превышают определенные в законе пороговые значения.
6. Банковская и налоговая тайна (пункт 18). Верховный Суд указал, что компании не обязаны предоставлять ФАС информацию, составляющую банковскую и налоговую тайну.
7. Порядок расчета штрафов: применение смягчающих и отягчающих обстоятельств, иные основания для снижения штрафов (пункты 32, 34, 36, 38, 39). Судом детализированы подходы к порядку расчета штрафов.

На этой неделе мы сделаем серию публикаций, подробно разбирая наиболее значимые положения Обзора. Эти материалы помогут понять отдельные тонкости антимонопольного регулирования и избежать ошибок в отношениях с регулятором. Следите за нашими публикациями!

Вопросы, связанные с так называемым индивидуальным злоупотреблением в составе коллективного доминирования – предмет неутихающих дискуссий в российском антимонопольном праве. Именно на этом примере можно наблюдать наибольшее число противоречий между официальным толкованием норм Закона о защите конкуренции ФАС России, судебным толкованием ВС РФ, данным в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 04.03.2021 N 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства», с одной стороны, и практикой антимонопольных органов – с другой.

Как нам представляется, ВС РФ подтвердил и старался развить свою правовую позицию, сформулированную в Постановлении Пленума № 2, о том, что при рассмотрении данной категории дел судами оценивается возможность совокупного влияния всех субъектов коллективного доминирования на условия обращения товара на товарном рынке в целом.

В данном пункте Обзора ВС РФ отметил, что при выявлении состава административного правонарушения, предусмотренного соответствующей частью статьи 14.31 КоАП РФ, в предмет доказывания наличия злоупотребления хозяйствующим субъектом своим доминирующим положением в рамках коллективного доминирующего положения входят вопросы соотношения действий участника коллективного доминирования (ответчика в антимонопольном деле – прим. автора) и поведения всех остальных его членов, обусловленного указанным совокупным влиянием всех субъектов коллективного доминирования на условия обращения товара на товарном рынке, подтвердив, тем самым, свою ранее сформулированную позицию.

Суд в развитие положений Постановления Пленума № 2 указал, что поведение одного из участников коллективного доминирования при сохранении конкуренции между ними (такая конкуренция может быть, например, по цене товара, работы, услуги и другим условиям – прим. автора), без оценки действий (поведения) иных участников коллективного доминирования не может быть признано нарушением антимонопольного законодательства.

Однако при рассмотрении подобных дел ФАС России зачастую фокусируется на количественных критериях коллективного доминирования и недостаточно глубоко анализирует как наличие качественных критериев, так и поведение других компаний в составе коллективного доминирования. При этом в соответствии с Разъяснениями ФАС России № 15 «О привлечении к ответственности за злоупотребления доминирующим положением хозяйствующих субъектов, признанных коллективно доминирующими» (утв. протоколом Президиума ФАС России от 24.10.2018 N 11), в таких делах антимонопольным органам необходимо исследовать взаимосвязь между положением компании на товарном рынке, ее действиями (бездействием) и негативными последствиями именно ее поведения, учитывать условия предложения (реализации) товара, работы, услуги другими хозяйствующими субъектами (например цену, объемы, качество, наличие скидок др.), в отношении которых выполняются условия коллективного доминирования, общие условия обращения товара на рынке, наличие у покупателей возможности переключения на иной товар.

Надеемся, что данный Обзор сможет переломить подход ФАС России в делах о злоупотреблении доминирующим положением в составе коллективного доминирования и в целом будет способствовать развитию конкуренции.

В данном пункте Обзора ВС повторил свою правовую позицию, изложенную в пункте 11 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 04.03.2021 N 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства». Причем в Пленуме она сформулировала более широко и не ограничивается примерами необходимого соблюдения хозяйствующим субъектом нормативно установленных требований к ведению профессиональной деятельности.

В частности, при оценке наличия злоупотребления в поведении доминирующего на рынке субъекта суд принимает во внимание законные интересы этого субъекта, которые вправе преследовать любой участник рынка вне зависимости от его положения на рынке. Например, связанные с соблюдением правил безопасности при осуществлении деятельности, необходимостью выполнения иных обязательных и (или) обычных для соответствующей сферы деятельности требований, обеспечением экономической эффективности (экономия затрат) его собственной деятельности как участника рынка.

Наличие либо отсутствие негативных последствий в виде недопущения, ограничения или устранения конкуренции разграничивает квалификацию нарушения по ч. 1 и ч. 2 ст. 14.31 КоАП РФ.

Установление административным органом последствий в виде ограничения (недопущения, устранения) конкуренции влечет более строгий вид ответственности в виде оборотного штрафа от суммы выручки на рынке, на котором было установлено нарушение (ч.2 ст. 14.31 КоАП РФ), в том время как по ч. 1 ст. 14.31 КоАП РФ максимальный размер штрафа ограничен 1 млн. рублей.

При этом антимонопольными органами в постановлениях о привлечении к административной ответственности при описании негативных последствий злоупотребления доминирующим положением нередко используются формулировки общего характера (например, «получение сверх выручки»), что приводит к незаконной и необоснованной квалификации нарушения по ч. 2 ст. 14.31 КоАП РФ.

В этой связи в обзоре судебной практики вполне оправдано обращено внимание на то, что постановление о привлечении к административной ответственности по ч. 2 ст. 14.31 КоАП РФ должно содержать обоснование наличия угрозы или фактического ограничения конкуренции.

Данная правовая позиция, безусловно, вызовет большой интерес. На практике иммунитет для так называемой «подконтрольной группы лиц» в форме контроля одного лица в отношении другого по основанию осуществления функций исполнительного органа признавался антимонопольными органами только при определенных условиях.

В правоприменительной практике антимонопольные органы преимущественно исходили и исходят из того, что для подтверждения передачи управляющей организации полномочий единоличного исполнительного органа, требуется не только заключить соответствующий договор, но и внести сведения о лице, которое на основании такого договора получило полномочия исполнять функции единоличного исполнительного органа общества, в ЕГРЮЛ. То есть информация о факте заключения такого договора должна быть общедоступной.

В 2023 году Конституционный Суд РФ принял знаковое для судьбы иммунитета от картелей на торгах поставление, по сути поддерживающее позицию ФАС России в этом вопросе о недопустимости расширительного толкования ч. 7 ст. 11 Закона о защите конкуренции. Позиция многих экспертов по данному вопросу тогда не была услышана.

В постановлении от 30 марта 2023 г. No 12-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что «отсутствие прозрачности оснований контроля, когда он юридически надлежащим образом не выражен, приводило бы к тому, что позитивное для участников правоотношений значение (в смысле возможности заключения не допускаемых по общему правилу соглашений) придается такому контролю, который может быть обусловлен противоправными мотивами, в частности намерением скрыть свою активную роль в деятельности формально независимого хозяйствующего субъекта».

Таким образом, на практике подтверждением передачи функций исполнительного органа признавался факт передачи таких функций решением органа управления общества, заключения договора управления и его подтверждение в записи ЕГРЮЛ.

Правовая позиция ВС РФ, полагаем, может применяться судами вне сомнения о противоречии с правовой позиций Конституционного Суда, если фактическое осуществление функций исполнительного органа осуществлялось открыто для участников гражданского оборота до / в период предполагаемого нарушения, а не используется для придания видимости контроля в попытках избежать ответственности.

Следует отметить, что в подавляющем большинстве случае антимонопольные органы устанавливают картели при проведении торгов (п. 2 ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции). В силу изменений ч. 7 ст. 11 Закона о защите конкуренции, с сентября 2023 года на подконтрольную группу лиц, образованную по любому из оснований, указанных в ст. 9 Закона о защите конкуренции, больше не распространяется иммунитет на заключение ограничивающих конкуренцию соглашений при проведении торгов. Таким образом, в настоящее время иммунитет в отношении соглашений при проведении торгов не действует. Однако правовая позиция ВС РФ может быть применена в делах о нарушениях, имевших место до сентября 2023 года.

Отсутствие прямого указания в Законе о банкротстве на необходимость получать предварительное согласие на совершение сделок в отношении акций/долей/имущества хозяйствующих субъектов не является основанием для неполучения такого согласия.

Нормы Закона о защите конкуренции устанавливают специальные условия, при соблюдении которых сделка (иное действие) в отношении акций/долей/имущества/пр. хозяйственных обществ, подлежит предварительному согласования с ФАС России вне зависимости от того, каким «профильным» законом такая сделка регулируется.

Так, при превышении установленных ст. 27-29 Закона о защите конкуренции пороговых значений, приобретение лицом акций/долей/ имущества хозяйственного общества возможно только после получения согласия антимонопольного органа: как в рамках гражданско-правовых отношений, так и отношений, связанных с реализацией корпоративных прав, банкротными делами, делами о наследстве и пр.

ФАС России в своих Разъяснениях No 19 прямо указывает, что требований о получении предварительного согласия распространяются даже на ситуации, при которых приобретение прав, позволяющих определять условия осуществления предпринимательской деятельности, может осуществляться без направленной воли приобретателя.

В частности, такие случаи могут иметь место при выходе одного из участников объекта экономической концентрации из общества с ограниченной ответственностью (в порядке, предусмотренном статьей 26 Закона об ООО) или при предъявлении акционерами акций общества к выкупу самим обществом (например, в порядке, предусмотренном статьей 75 Закона об АО).

Такие подходы представляются обоснованными и не противоречащими законодательству. ФАС России в рамках рассмотрения ходатайств осуществляет контроль за экономической концентрацией при совершении сделок в целях недопущения получения теми или иными лицами возможности ограничить конкуренции на товарных рынках. Приобретя акции/доли/ имущество в рамках банкротных процедур, крупные игроки могут усилить своим позиции на рынке, тем самым создав риски ограничения или устранения конкуренции и последующего ущемления прав третьих лиц. Именно поэтому сделки в рамках банкротства не могут осуществляться без прохождения процедуры контроля со стороны ФАС.

Случаи, когда требование о получении предварительного согласия ФАС на совершение сделки (иного действия) не применяется, прямо определены анализируемыми статьями (например, сделки между входящими в одну группу лицами (либо находящимися в отношениях контроля между собой, либо при соблюдении дополнительных условий); сделки, осуществление которых предусмотрено актами Президента или Правительства РФ).

При отсутствии специально установленных исключений в отношении сделок, совершаемых в рамках процедуры банкротства, они не могут быть совершены без согласия ФАС России.

Указанные выводы уже неоднократно подтверждались арбитражными судами (см., например, дело No А40-5857/22-21-44, А40- 177625/21-21-1355 и др.).

История дискуссии по вопросу об обязанности банков предоставлять сведения, составляющие банковскую тайну, давняя. Ранее ФАС удавалось выигрывать подобные споры с банками. Однако в 2019 году ВС встал на сторону Связь-банка в деле No А40-199212/2017 и указал, что антимонопольные органы не включены в перечень лиц, которым могут быть предоставлены сведения, содержащие банковскую тайну (ст. 26 Закона «О банках и банковской деятельности»), поэтому банки не могут быть привлечены к ответственности за непредоставление такой информации по запросам антимонопольных органов, а их право запрашивать документы и информацию ограничено. В Обзоре, по сути, процитирована ранняя правовая позиция ВС РФ из этого дела, поэтому новой ее назвать нельзя.

Что касается вопроса об обязанности налоговых органов предоставлять сведения, составляющие налоговую тайну, то и по этому вопросу в 2022 году Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в деле No А70-6980/2021 сформировал позицию, которая сейчас включена в Обзор, о том что действующим законодательством антимонопольные органы не отнесены к лицам, уполномоченным на получение сведений, представляющих налоговую тайну.

Суд тогда дополнительно отметил, что данный вывод подтверждается, в том числе проектом Федерального закона N 628805-6 "О внесении изменений в пункт 6 статьи 102 НК РФ" (о возможности получения антимонопольным органом сведений, составляющих налоговую тайну), который был снят с рассмотрения Советом Государственной Думы Российской Федерации в соответствии с протоколом от 18.04.2017 N 42.

П. 19 Обзора не формирует принципиально нового подхода к толкованию и применению норм, наделяющих антимонопольный орган правом направления субъектам экономической деятельности предписаний с запросами о представлении необходимых документов и информации (п. 11 ч. 1 ст. 23 Закона о защите конкуренции) и позволяющих привлечь к административной ответственности не исполнивших корреспондирующую такому праву обязанность (ч. 1 ст. 25 Закона о защите конкуренции) субъектов. При этом анализируемый пункт Обзора может послужить хорошим напоминанием о пределах предоставленных законом властных полномочий ФАС России.

Подробный анализ пункта по ссылке ниже.