Антон Силуанов сгонял в Крым на мотоцикле. Молодец, конечно.

Но от Краснодара до Крымского моста я лично особых улучшений по сравнению с прошлым годом не заметил. Дорога строится, но медленно. Время в пути очень долгое. Несколько часов со скоростью 60-70 км/ч. Надеюсь, как трасса будет готова, проблема будет решена.

P.S. Проезжал там около 10 дней назад. По остальному маршруту вопросов нет. Все качественно и быстро.

Молимся 🙏

Рынок грузовых автомобилей падает на фоне рекордного прошлого года

За 7 месяцев этого года общие продажи грузовиков в России сократились до 71,9 тыс. штук (-5,2% г/г). КамАЗ прогнозирует падение на 15-22% по итогам года.

С течением года темпы падения продаж увеличиваются. В июле показатель сократился на 13,3% г/г на фоне высокой базы прошлого года. Однако по сравнению с майскими результатами продажи выросли.

Рынок грузовиков находится в тяжелом состоянии. Сказываются как пресловутая неадекватно высокая ключевая ставка, так и ожидания от повышения утильсбора. Это влияет на рентабельность тарифов на внутренние автоперевозки, которая в такой ситуации стремится к нулю. Рост затрат владельцев автопарков заставляют их совершать закупки более аккуратно.

На графике выше представлены продажи КАМАЗа. К сожалению, концерн так и не может значительно нарастить производство и работает в настоящий момент на пределе своих возможностей. Я уже писал, что нашей экономике необходимо как минимум еще два таких КАМАЗа. Возможно, проблема частично будет решена после строительства роботизированного завода по выпуску грузовиков в Москве.

Недельная инфляция на неделе 30 июля - 5 августа составила 0%. Однако в годовом выражении показатель также и остался равен 9% из-за аналогичной недельной инфляции годом ранее.

В августе 2023 года при серьезной девальвации рубля рост цен был нетипичным для этого месяца. Если традиционно в августе имеется даже месячная дефляция, связанная со сбором урожая, то тогда показатель составил 0,28%. Соответственно, в августе на фоне высокой базы прошлого года мы можем увидеть серьезное замедление роста цен в годовом выражении

Россия и Китай в контексте продолжающихся проблем с трансграничными платежами готовятся к осуществлению бартерных сделок. Так, подобные могут состоятся по сельскохозяйственной продукции и металлам взамен на необходимое российской экономике оборудование. Бартер, конечно, никаким ноу-хау не является, но в последние десятилетия в связи с развитием финансовой инфраструктуры такой механизм практически ушел в прошлое. Однако происходящие сейчас процессы не только в России, но и во всей системе мироустройства вновь актуализируют старые практики.

С технической точки зрения особых проблем со справедливым бартерным обменом нет. Тем более, если речь идет о товарах, стоимость которых определяется через биржевые механизмы. Например, определенное оборудование в Китае стоит 1 млрд долларов. Берем биржевую стоимость одной тонны, предположим, пшеницы и делим на нее этот миллиард. Получается вполне конкретный объем, который необходимо поставить в обратную сторону.

Здесь я все расписал достаточно примитивно. Конечно, будут использованы балансовые расчеты, определена клиринговая компания, но основная суть изложена выше.

Впрочем, бартерные сделки явно не могут заменить денежные расчеты, их следует рассматривать как временную меру, пока имеется проблема с платежами. А она, действительно, существует. Как следует из данных Мосбиржи и ЦБ, в финансовой системе наблюдается дефицит юаневой ликвидности.

Такое, впрочем, не говорит о дефиците самих юаней, вопрос в доступе предприятий к валюте. У кого-то никаких проблем с этим нет, а другие не могут получить юани в виду санкционных историй. Для понимая, на 7 августа ставка по инструменту RUSFAR CNY составила 14,71%! Просто раздолье для кэрри-трейдеров, которых, впрочем, пока на рынке не наблюдается (западные боятся, китайские – не умеют).

Обвинять в чем-то здесь китайскую сторону бессмысленно. КНР проходит сейчас наш 2014-2022 год. Я напомню, как в это время российские компании отказывались работать с Ираном, даже несмотря на заключенные контракты. Или же как отказывались работать даже в Крыму, фактически соблюдая западные санкции. Поэтому непонятно, какие здесь могут быть претензии к китайцам.

Однако вернемся к поставленной в материале проблеме. Бартер – конечно, не выход. Решение вопроса возможно исключительно с активным развитием и внедрением расчетов в цифровых финансовых активах. На данные инструменты санкции теоретически наложить можно, но практического эффекта они никакого иметь не будут. Технологически ограничить цифровые расчеты невозможно. Особенно если проект будет реализован в рамках БРИКС.

Средняя зарплата курьеров в России, согласно данным HeadHunter, составляет 110 тысяч рублей. Причем курьеры на автомобиле могут зарабатывать от 200 тысяч рублей, на электровелосипеде - от 150 тысяч рублей.

Причем до сих пор на рынке якобы имеется дефицит курьеров, который оценивается в 250 тысяч человек. Из-за этого во втором квартале рынок e-grocery (онлайн-доставка продуктов питания) в апреле-июне впервые сократился в квартальном выражении (второй квартал 2022 года не берем, там имели место нерыночные причины). Падение составило 3,2%.

Является ли такая ситуация нормальной? Конечно, нет. Уже писал, что данный дисбаланс на рынке труда государство обязано выправлять. И дело даже не только в том, что курьеры получают столько же, сколько айтишники (хотя и в этом тоже). Сфера курьерской доставки является магнитом для неквалифицированных мигрантов. А это уже не только экономическая, но и социальная проблема, которая имеет далеко идущие последствия в контексте замещающей миграции. Первое и самое быстрое, что здесь можно сделать — это ввести потолок зарплат курьеров. Скажем, 80 тысяч рублей.

Адепты "свободного рынка" на это заявят, что тогда дефицит "кадров" в отрасли увеличится еще больше. Все так, но данная сфера является низкопроизводительной, особой добавленной стоимости не создает. Нельзя сказать, что пользы от e-grocery для экономики совсем нет, но она минимальна. Не вижу ничего страшного в том, чтобы жители Москвы и Петербурга, на чьи доли приходится бóльшая часть доставки продуктов питания, вновь научились ходить в магазины и кафе. Менее удобно? Может быть, но бесконтрольный рост количества мигрантов в городах-миллионниках этого удобства уж точно не создает.

Причем, как показывает недавний опрос, 71% москвичей готовы отказаться от использования услуг курьеров в случае их существенного подорожания. В общем, быстрый отраслевой рост, пусть даже в реальном секторе экономики (как это было до настоящего момента с e-grocery) - не всегда хорошо. Важны не только проценты, но и производительность. И если создаются серьезные дисбалансы, то государство должно их выправлять. Для этого оно и существует.

Пусть и разные сферы, но все три закона являются сильно необходимыми:

▪️ Путин подписал закон о внешнеторговых расчетах и биржевых торгах криптовалютой

▪️Путин подписал закон о прекращении приобретенного гражданства России за неисполнение обязанности по первоначальной постановке на воинский учет

▪️Путин подписал закон о запрете продажи энергетиков несовершеннолетним

В 2022 году была принята обнадеживающая программа развития авиаотрасли, согласно которой к 2030 году было необходимо выпустить около 1 тыс. новых воздушных судов разных типов. От 9-местных "Байкалов" до 300-местных широкофюзеляжных ИЛ-96. Однако практически сразу же программа стала буксовать, а сроки сдачи самолетов переноситься "вправо". Так, первые поставки наиболее востребованных МС-21, а также "импортозамещенного" SJ-100 и Ту-214 сдвинулись с 2024 на 2025-2026 годы. В целом, ничего критичного здесь нет.

Авиапром является одной из самых высокотехнологичных отраслей экономики, и лишь считанное количество стран могут выпускать самолеты, а исключительно из собственных комплектующих – никто. Поэтому здесь годом больше или меньше – не так принципиально. Главное – начать серийное производство. Тем более, текущего флота российских авиакомпаний для обеспечения бесперебойных перевозок по ключевым направлениям должно хватить как минимум до 2030 года.

Однако самое вредное, что здесь можно сделать – постоянно пересматривать производственные программы, корректировать уже реализующиеся планы. В особенности – уповая на "экономическую целесообразность". Если рассматривать ситуацию исключительно с такой точки зрения, то проще всего пустить на наш внутренний рынок иностранных перевозчиков, обладающих собственным флотом (такие найдутся даже несмотря на санкции). И не нужно ни самолеты строить, ни деньги на это дело тратить. Все "экономически целесообразно".

Весной этого года после переноса срока начала поставок отечественных воздушных судов, было решено провести внешний аудит Объединенной авиастроительной компании (ОАК). К нему были привлечены консультанты Сбербанка и "Газпром нефти". Концептуально идея была правильной, так как по такой сложной отрасли необходимо собирать разные мнения и данные от различных источников. Однако выводы, которые сделали эти консультанты, оптимизма вызывать не могут.

Так, ими предложено сократить производственные планы исходя из "экономической целесообразности". Якобы 1 тыс. отечественных воздушных судов к 2030 году нам вовсе не нужна. Вместо производства 140-270 самолетов в год, считают аудиторы, можно обойтись всего 50-60 единицами. А саму программу развития авиаотрасли нужно даже не пересматривать, а создавать по-новой. Видите ли, при производстве 1 тыс. ВС образуется их избыток.

Такое, конечно, совсем не соответствует действительности. Уже сейчас ощущается острая нехватка самолетов, в результате чего цены на авиабилеты растут на десятки процентов в годовом выражении. Самолеты летают с рекордной за все время загрузкой и спрос на соответствующие услуги сильно превышает предложение. К тому же, согласно прогнозу, в 2030 году пассажиропоток на внутренних и международных авиалиниях должен составить 126 млн человек против 98 млн в 2024 году. То есть рост на 28,5%.

продолжение 🔽

🔼 Как написано выше, флота иностранных лайнеров должно хватить для обеспечения бесперебойных перевозок на ключевых направлениях. Но подобное – это наихудший сценарий, при котором с 2026 года начнется постепенно выбытие среднемагистральных самолетов. А что будет после 2030 года?

Корректировка планов в сторону уменьшения (и, тем более, создание новых) чревата тем, что, исходя из имеющегося опыта, поставленные задачи никогда не выполняются. Да, сейчас имеется ряд сложностей с наращиванием выпуска комплектующих, но если постоянно снижать производственные планы, то не будут выполнены даже минимальные задачи. Если говорить совсем грубо, то лучше из запланированных 100 самолетов произвести 70, работая на пределе возможностей, чем из запланированных 70 единиц произвести 49 ед., работая в расслабленном состоянии.

Самолетостроение должно работать в мобилизационном режиме. Перед ним должны ставиться максимально амбициозные задачи. Стратегическая значимость данной отрасли, думаю, всем понятна, расписывать не стоит. Но если даже мы рассматриваем вопрос примитивно, сугубо с точки зрения "экономической целесообразности", то авиапром – одна из наиболее высокотехнологичных отраслей, которая генерирует огромный мультипликативный эффект. Рубль, вложенный в строительство самолета, генерирует 7-8 рублей добавленной стоимости в смежных отраслях. Редко где можно найти похожий эффект.

Правительство России внесло трассы М-12 ("Восток") и ЦКАД в экспериментальный правовой режим, который дает возможность запускать беспилотные грузоперевозки.

Сейчас такой режим действует только на одной трассе в России — М-11 "Нева" (Москва — Санкт-Петербург).

Отличная новость. Внедрение беспилотного транспорта должно идти опережающими темпами. Это технологии шестого уклада, где мы пока что находимся в лидерах. Важно его не упустить.

Беспилотными должны быть как минимум магистральные тягачи, такси, поезда, некоторый морской транспорт. Плюс, конечно, необходимо развивать практику использования "классических" беспилотников.

Понимаю, что предстоит решать много задач. Начиная созданием соответствующей инфраструктуры, заканчивая вопросами безопасности. Но подобное не означает, что не нужно этим заниматься или ставить дело на паузу, ожидая "лучших времен".

Кто быстрее освоит и внедрит технологии шестого уклада - тот первым построит экономику нового типа и застолбит за собой лидерство как минимум на 2-3 десятилетия.

Заместитель Набиуллиной Алексей Заботкин дал большое интервью "Российской газете", в котором подтвердил все либеральные штампы, которыми руководствуется Банк России при принятии решений по денежно-кредитной политике. Нельзя сказать, что интервью оказалось информативным, но пара интересных моментов все же имеется. Например, из смешного. Заботкин заявил следующее:

Резкое снижение ставки в условиях высокой инфляции автоматически всем даст понять, что экономическим властям наплевать на покупательную способность национальной валюты.

Господа, Центробанк дал это понять еще в прошлом году, когда попустительствовал резкой девальвации рубля, хотя имел все возможности для ее предотвращения. Но, ладно, суть не в этом.

Зампред ЦБ практически все интервью повторяет мысли о "перегреве" экономики. О том, что у роста есть ограниченный потенциал и тот факт, что сейчас несколько кварталов у нас имеются хорошие темпы развития, Заботкин рассматривает в качестве негативного фактора.

Рассмотрим кратко, почему, по его мнению, это плохо. Экономика якобы работает на пределе своих возможностей, загрузка производственных мощностей максимальная, имеется дефицит трудовых ресурсов, за которые идет конкуренция. Высокие бюджетные расходы лишь поддерживают спрос. Соответственно, для уравновешивания необходимо "сбить" спрос в небюджетных секторах.

Такая логика является, мягко говоря, странной. И постоянно возникает один и тот же вопрос: если производственных мощностей не хватает (хотя это не так и загрузка составляет всего 2/3), а также имеется дефицит трудовых ресурсов, то, может, следует решить именно эти проблемы, а не бить по спросу.

Расширение производственных мощностей означает инвестиции. Да, инвестиционный цикл занимает несколько лет. В среднем – 2-3 года, по крупнейшим проектам – около 5 лет. То же самое и по кадрам. В России имеется серьезное отставание по производительности труда, но вместе с этим имеется существенный потенциал по автоматизации и роботизации производств. Значительная часть низкоквалифицированных рабочих мест должна быть сокращена через внедрение соответствующих технологий. На это, опять же, нужны инвестиции.

Разумеется, что сразу получить необходимый результат не получится. Однако если этим не заниматься, то подобные стенания от ЦБ мы будем слышать регулярно. Собственно, мы их регулярно и слышим. Но если бы регулятор пересмотрел свою политику хотя бы в 2019 или даже в 2021 годах, то инвестиционный цикл по многим проектам был бы уже завершен. А так мы вновь наступаем на старые грабли.

Помню, как в начале 2021 года Эльвира Набиуллина заявляла, что рост инфляции связан с тем, что граждане в условиях ковидных ограничений стали путешествовать по России и вследствие этого повысился внутренний спрос, который разогнал цены. И то, что у нас начал развиваться внутренний туризм, ЦБ рассматривал в качестве негативного проинфляционного фактора. Для них было бы лучше, если бы граждане продолжили вывозить деньги из страны.

Сейчас проблема с нехваткой качественной туристической инфраструктуры также сохраняется, а спрос еще выше. Ведет ли подобное к росту цен? Безусловно. Но если бы регулятор в 2021 году поддержал вложения в развитие туристической инфраструктуры, то предложение стало бы выше, а давления на цены – меньше. Все просто. Вместо этого ведомство Набиуллиной и тогда, и сейчас повышает ключевую ставку, ставя инвестиции, наоборот, на паузу.

Для реальной борьбы с инфляцией есть два варианта: либо бить по спросу, либо стимулировать предложение. ЦБ постоянно занимается первым, но ничего не получается. А додуматься, что есть и второй вариант, они, видимо, не могут.

По предварительной оценке рост ВВП России во втором квартале составил 4%. Лидеры роста:

▪️Оптовый товарооборот: +8,3%
▪️Розничный товарооборот: +7,3%
▪️Пассажирооборот: +7,3%
▪️Обрабатывающая промышленность: +7,3%

Второй квартал также прошли неплохо. Но третий и четвертый станут настоящим испытанием для российской экономики. Высокая ключевая ставка не может не влиять на макроэкономические успехи (в обратную сторону, естественно). Главное — чтобы не остановился рост обрабатывающей промышленности. Иначе ни о каком "технологическом суверенитете" говорить не придется.

Российский производитель электронной компонентной базы ГК "Элемент" получил 15 млрд рублей от ВЭБ.РФ на налаживание первого в стране выпуска силовой микроэлектроники. Кредит выдан в рамках кластерной инвестиционной программы, и условия его обслуживания являются льготными. Какая именно процентная ставка, не поясняется, но вряд ли она превышает 5% годовых. Скорее всего, около 3%. Также 4,5 млрд рублей "Элемент" проинвестирует за счет собственных финансовых ресурсов.

В результате, согласно плану, к 2030 году отечественная продукция сможет закрыть порядка 70% российского рынка против нынешних 2%. Предполагается выпускать порядка 140 тыс. пластин в год, а основными потребителями станут предприятия авиапрома, энергетической отрасли, операторы крупных инфраструктурных проектов, производители электромобилей и т.д. В целом, планы амбициозными назвать нельзя. Они являются абсолютно реалистичными, и у "Элемента" есть хороший накопленный опыт реализации похожих проектов. Да и "ВЭБ" кому попало льготные кредиты выдавать не будет, сейчас с этим все строго.

Однако в настоящий момент я бы хотел обратить внимание на механизм финансирования столь необходимого для нашей экономики производства.

Во-первых, это льготные условия кредита, ставка по которому в несколько раз превышает нынешний уровень "ключа". Фактически это бесплатные деньги, которые государство направляет на свое экономическое развитие и обеспечение технологического суверенитета. С финансовой точки зрения они вернутся бюджетную систему в несколько раз превосходящем размере, поскольку продукция микроэлектроники обладает высокой добавленной стоимостью.

Во-вторых, государство выступает здесь главным инвестором, поскольку из объема в 19,5 млрд рублей инвестиций квазибюджетные средства составляют 15 млрд или же 77%.

Кто-то может недоумевать, для чего государство финансирует частную компанию. И якобы если уж вкладывать деньги, то в собственные (государственные) производства. Здесь следует отметить, что вторым по значимости акционером ГК "Элемент" является госкомпания "Ростех", но главное даже не это. В конкретном случае важно наладить выпуск в максимально короткие сроки и обеспечить рынок собственной продукцией. Логично, что этим должно заниматься то предприятие, которое имеет соответствующий опыт и специализацию.

Форма собственности не играет абсолютно никакой роли. В любом случае, производство находится на российской территории и гипотетически государство имеет возможность сделать при определенных обстоятельствах все, что посчитает нужным. Вплоть до внешнего управления (но, надеюсь, такое не случится и стороны будут соблюдать обязательства).

В-третьих, мы видим вполне рабочую формулу, когда объем кредита составляет долю в несколько раз бóльшую, чем собственные средства предприятия. Это к вопросу о том, что некоторые чиновники финансового блока любят заявлять о необходимости наращивания инвестиций за счет прибыли компаний. При таких ставках прибыль выгоднее отправлять на банковские депозиты, чем развивать производства. Да и при низких ставках должен обеспечиваться баланс между собственными и привлекаемыми средствами. Бросаться в крайности вредно.

Таким образом, мы видим отличный механизм, когда государство предоставляет длинное и дешевое финансирование предприятию реального сектора для решения стратегически важных задач, которые носят не только экономический характер, но и относятся к вопросу обеспечения национальной безопасности. И подобных проектов должно быть как можно больше.

Коммерческие банки размещают в ЦБ рекордный объем ликвидности, который в настоящий момент составляет около 7 трлн рублей (до июльского повышения ставки значение равнялось плюс-минус 3 трлн).

Естественно, при таких ставках банкам выгодно держать деньги в безрисковых инструментах ЦБ. Однако у всего этого есть и обратная сторона.

В регуляторе заявляют, что жесткая ДКП стимулирует граждан (и, надо понимать, корпоративный сектор) направлять средства на депозиты, что снижает "перегретый" спрос. Теоретически это, действительно, так. Но ведь деньги на депозитах при "ключе" в 18% увеличиваются опережающими темпами. Рано или поздно они все равно окажутся на потребительском рынке, что в моменте вновь резко увеличит спрос.

И здесь получается замкнутый круг. Либо случится сценарий, приведенный выше, либо Центробанку придется постоянно поднимать ставку, стимулируя в моменте рост депозитов. Но чем выше и дольше ставка — тем больше проблем в будущем.

Единственный вариант — наращивать выпуск товаров и услуг. В 2023 и первой половине 2024 года Правительство с этим справлялось хорошо, что несколько снизило инфляционное давление. Но ресурсы не являются безграничными. Запас уже заканчивается.

СМИ опять нагоняют жути, публикуя информацию об отказе китайских банков проводить транзакции с российскими компаниями. Некоторые сообщают, что чуть ли не 98% (!) китайских банков отказывается работать с Россией. Тема повторяется раз за разом. И схема всегда одна: издание звонит той или иной компании и интересуется, как же дела с платежами. На ответ, что очередной китайский банк отказал в работе, раздувается инфоповод, на котором СМИ рубят трафик.

Есть ли в действительности проблема с платежами? Безусловно. И ситуация оптимистично явно не выглядит. Однако ничего критичного нет (во всяком случае, пока что). Российские и китайские компании придумывают новые схемы работы. А что еще делать? Но если бы на самом деле имелись такие сложности, о которых пишут СМИ, то торговля между Россией и КНР обрушилась бы на десятки процентов. А у нас в товарообороте по итогам 2024 года намечается очередной рекорд.

С развитием цифровой финансовой инфраструктуры и переходом на расчеты в ЦФА все проблемы должны решиться. В первую очередь потому, что соответствующие транзакции будут проводить не коммерческие, а центральные банки двух государств. Речь идет не только о Китае, но и обо всех странах БРИКС (как минимум). Поэтому ждем саммит в Казани, на котором должен быть заявлен ряд интересных проектов.

Особенно в этом контексте мне "нравятся" обвинения в адрес Китая и заявления об "ударе в спину". Тем, кто так мыслит, советую вспомнить, что у нас происходило в 2014-2022 годах. Я уже не говорю об отказе работать с Ираном, Венесуэлой или КНДР. Даже в Крым "зашли" считанные единицы, а остальные все эти годы боялись попасть под санкции. В результате все равно оказались в SDN-листе. Стало хуже? Судя по рекордным прибылям, нет. Стало только лучше. А вот годы были упущены.

Помощник Президента Алексей Дюмин, который в конце мая был назначен секретарем Государственного совета, запустил перезагрузку данной структуры. В последние годы имеющийся потенциал Госсовета оказался далеко не раскрытым, хотя все возможности для этого имеются. Данный орган важен хотя бы потому, что объединяет всех глав российских регионов, которые работают непосредственно "на земле" и по ряду вопросов оценивают ситуацию лучше, чем федеральные чиновники.

Вообще институт губернаторов за последние 10 лет кардинально изменился. От удельных "князьков" сначала имела место провалившаяся попытка перехода к так называемым "технократам". То есть кадрам безыдеологичным и лишенным инициативы, послушно выполняющим KPI, присланный из центра. Впрочем, неэффективность подобного подхода стала очевидна практически сразу и проект был быстро свернут. Примерно с 2017-2018 гг. ставка была сделана на профессионалов-энтузиастов, которые с карьерной точки зрения состоялись, но сохранили потенциал к самореализации. И такую возможность федеральный центр решил им предоставить.

Данный подход, в целом, оправдался. Даже с позиции социологических опросов институт губернаторов пользуется доверием населения, хотя еще 10-15 лет назад ситуация была совершенно противоположной. Да и коррупционные скандалы практически исчезли. Таких уголовных дел, как в отношении последней плеяды "князьков", мы больше не видим.

Однако я бы выделил один важный момент, на который мало кто обращает внимание. Во многих регионах губернаторы самостоятельно инициируют действительно уникальные и полезные проекты, к которым ранее не просто не прибегали, но даже и не думали о них. Дабы не выделять сейчас отдельные регионы (потому что их много), просто перечислю направления этих проектов: территориальное планирование, демография, размещение производительных сил, развитие ИЖС, борьба с инокультурной миграцией и т.д.

Причем, как уже показывает опыт, на региональном уровне результат в большинстве случаев имеется. Даже несмотря на довольно скудные финансовые ресурсы бюджетной системы субъектов России. Кстати, как правило, инициируют смелые проекты как раз небогатые регионы, испытывающие серьезные трудности с наличием свободных средств.

Однако многие полезные инициативы, которые требуют масштабирования на федеральном уровне, так и остаются региональными проектами. Механизма, который позволял бы распространять наиболее удачные практики на другие субъекты, так и не появилось. Хотя именно Государственный совет теоретически должен был выполнять данную функцию.

Алексей Дюмин, судя по его первым шагам на новой должности, намерен выправить ситуацию. Во времена тульского губернаторства Дюмин возглавлял комиссию Госсовета по промышленности. Поэтому, исходя из личного опыта, прекрасно знает и понимает все особенности работы данной структуры.

В конце июля Дюмин провел совещание с главами комиссий Государственного совета и поручил им напрямую включиться в работу по формированию паспортов новых национальных проектов. Предполагается, что плановые значения национальных проектов будут согласованы между федеральным центром и губернаторами с целью минимизации рисков недостижения определенных показателей.

В целом, нынешние национальные цели и формирующиеся национальные проекты отличаются от предыдущей версии тем, что в них содержится меньше формализма. Определены соответствующие показатели, которые необходимо достичь к 2030 году, однако вместо статичного плана будет динамичный. Это абсолютно верно, поскольку и в "мирное" время ситуация серьезно меняется каждый год, а в текущих условиях актуальность подобного лишь возрастает. Исполнители национальных проектов получают бóльшую свободу действий и меньшую бюрократизацию работы.

В том числе это касается и губернаторов, которые, не будучи зашоренными формализмом, смогут внедрять свои подходы в достижение национальных целей и выводить их на федеральный уровень. Первые результаты такого подхода должны быть видны уже осенью, когда будут окончательно готовы паспорта новых национальных проектов.