30 сентября в мсио прошел перформанс «Письмо», организованный перформативной группой «PLOT».
Действо проходило в темноте.
Перформеры писали светом (фонариками) по экрану, покрытому слоем люминесцентной краски. Слова зажигались зелеными лазерными лучами и пропадали со временем. На фотографии это запечатлеть невозможно.
К экрану был приклеен контактный микрофон, который выводил звук через усилитель с аудио-эффектом фланжер — каждое прикосновение перформеров к экрану сопровождалось «космическим» звуком, будто кто-то машет лазерным мечом.
Слова — существительные, — рождались потоком свободных ассоциаций и каждый мог интерпретировать их связь по-своему. В конце представления, уже при включенном свете, перформеры продолжили свое «письмо», нанося слова обычной краской на белые стены зала.
Зрители подключились к общему действию: оставили свои слова-послания краской на стенах и опробовали «светопись» в темноте. Одесский райтер Apl315 также (незаметно) оставил свой тег.
Действо проходило в темноте.
Перформеры писали светом (фонариками) по экрану, покрытому слоем люминесцентной краски. Слова зажигались зелеными лазерными лучами и пропадали со временем. На фотографии это запечатлеть невозможно.
К экрану был приклеен контактный микрофон, который выводил звук через усилитель с аудио-эффектом фланжер — каждое прикосновение перформеров к экрану сопровождалось «космическим» звуком, будто кто-то машет лазерным мечом.
Слова — существительные, — рождались потоком свободных ассоциаций и каждый мог интерпретировать их связь по-своему. В конце представления, уже при включенном свете, перформеры продолжили свое «письмо», нанося слова обычной краской на белые стены зала.
Зрители подключились к общему действию: оставили свои слова-послания краской на стенах и опробовали «светопись» в темноте. Одесский райтер Apl315 также (незаметно) оставил свой тег.
С 3 ноября по 16 декабря в МСИО пройдет выставка Стаса Волязловского (1971-2018)
«STAS и вся эта вышеупомянутая неразбериха с сегодняшним арт-рынком и искусством в целом» — это первая выставка работ Волязловского в Украине после смерти художника в начале этого года.
Волязловский родился и жил в Херсоне, впитывая и пропуская через себя южную провинциальную культуру. Его работы наполнены провокативным стебом и социальной эмансипацией, смесью маргинальных и медиа- образов. Он показывал гротеск повседневности, китч современной культуры и убогость политики. Свой стиль художник определял как «Шансон-арт».
Волязловский рисовал на старых простынях и тряпках, делал коллажи и стилизованные стенгазеты, инсталляции и видео. Его ориентирами были ар брют, наивное искусство и лубок — вид народного творчества, ставший основой для психоделических «комиксов» автора.
Волязловского изначально представляла московская галерея Риджина (там же была организована первая посмертная выставка художника), и многие его работы находятся в российских частных собраниях, но благодаря совместным усилиям семьи и друзей Волязловского, помощи украинских галеристов и польских музейных собраний, выставка в МСИО стала возможной.
Это попытка переосмыслить творчество художника, рассказав о развитии его творческой практики и институциональных перипетиях, с которыми он столкнулся.
«STAS и вся эта вышеупомянутая неразбериха с сегодняшним арт-рынком и искусством в целом» — это первая выставка работ Волязловского в Украине после смерти художника в начале этого года.
Волязловский родился и жил в Херсоне, впитывая и пропуская через себя южную провинциальную культуру. Его работы наполнены провокативным стебом и социальной эмансипацией, смесью маргинальных и медиа- образов. Он показывал гротеск повседневности, китч современной культуры и убогость политики. Свой стиль художник определял как «Шансон-арт».
Волязловский рисовал на старых простынях и тряпках, делал коллажи и стилизованные стенгазеты, инсталляции и видео. Его ориентирами были ар брют, наивное искусство и лубок — вид народного творчества, ставший основой для психоделических «комиксов» автора.
Волязловского изначально представляла московская галерея Риджина (там же была организована первая посмертная выставка художника), и многие его работы находятся в российских частных собраниях, но благодаря совместным усилиям семьи и друзей Волязловского, помощи украинских галеристов и польских музейных собраний, выставка в МСИО стала возможной.
Это попытка переосмыслить творчество художника, рассказав о развитии его творческой практики и институциональных перипетиях, с которыми он столкнулся.
Стас Волязловский про свою инсталляцию «Уют»:
«Первый "Уют" я делал в Польше, и стены я попросил выкрасить розовым и никак не мог объяснить, какой именно цвет мне нужен. Они плохо понимали меня, пока я не показал им свои трусы, которые были точь-в-точь нужного оттенка (мне девушка когда-то подарила – ее перло, когда я надевал их). А они еще такого цвета, что ты, когда на них смотришь, потом глаза закрываешь, а их еще видно. Как розовый солнечный зайчик. Мы поехали выбирать в магазин краску – конечно же, такой мерзкой, как мои трусы не оказалось, так что пришлось показывать их продавцам, чтобы те намешали. Вот такая история про трусы» ...
«Такой "уют" - не единичное явление, а шаблон, интерьерное клише. Этот ряд можно продолжать бесконечно – как бесконечны в своей "дизайнерской" повторяемости жилища "пересичных громадян". Инсталляция интерактивная: каждый может посидеть в кресле, посмотреть мои видеоработы в телевизоре. Примерить мой уют на себя.»
«Первый "Уют" я делал в Польше, и стены я попросил выкрасить розовым и никак не мог объяснить, какой именно цвет мне нужен. Они плохо понимали меня, пока я не показал им свои трусы, которые были точь-в-точь нужного оттенка (мне девушка когда-то подарила – ее перло, когда я надевал их). А они еще такого цвета, что ты, когда на них смотришь, потом глаза закрываешь, а их еще видно. Как розовый солнечный зайчик. Мы поехали выбирать в магазин краску – конечно же, такой мерзкой, как мои трусы не оказалось, так что пришлось показывать их продавцам, чтобы те намешали. Вот такая история про трусы» ...
«Такой "уют" - не единичное явление, а шаблон, интерьерное клише. Этот ряд можно продолжать бесконечно – как бесконечны в своей "дизайнерской" повторяемости жилища "пересичных громадян". Инсталляция интерактивная: каждый может посидеть в кресле, посмотреть мои видеоработы в телевизоре. Примерить мой уют на себя.»