Грандиозное открытие Большого Египетского музея 👀

Прочитала «в финальную версию проекта свой вклад внесла команда из 13 компаний со всего мира» и представила, каково это могло быть🤪

😊 Музейные коммуникации

В самом начале октября прошла моя первая мастерская.

Задумала я ее давно, но как-то не складывалось то одно, то другое. А потом — раз — и сложилось. Если до начала у меня были сомнения, то сейчас их совсем не осталось. Только размышления о том, какой будет следующая мастерская. Она точно будет. Мне понравилось. Первым участникам тоже. Дело трудоёмкое и не на поток, поэтому хочется проводить мастерскую 2-3 раза в год. Больше кажется слишком часто.

Что внутри

Содержательную рамку я выстраивала в проектной логике так, чтобы, с одной стороны, показывать примеры ответов на всем известные вопросы, с другой — поддерживать обсуждение и самостоятельный поиск собственных ответов. Люди собрались с разным опытом и разными задачами. Мне нравилось, когда получалось проблемное обсуждение даже вокруг очевидного. Мне как ведущей временами было непросто модерировать разговоры, в которых одним говорящим все уже давно известно и хочется сложности, а другим — пока еще не все понятно и хочется простоты. Где-то справлялась лучше, где-то хуже. Прокачивала свой навык модерации групп.

Чего было немного

Технологий. Я уверена, что технологии вторичны по отношению к замыслу. Мне самой интересно рассказывать о способе думать про продвижение и коммуникации, нежели обсуждать конкретные приемы без контекста. Подробные пошаговые руководства о том, как сделать что-то, есть в свободном доступе. Я вижу их бесполезными до тех пор, пока мы не понимаем, что делаем, зачем и для кого. В то же время, были примеры, не только музейные, ссылки на ресурсы, справочные материалы, практика и даже таблички.

Что было особенно важным

Камерность, доверие и безопасность. Моя ответственность как ведущей сделать так, чтобы участникам было друг с другом и со мной спокойно настолько, чтобы открыто разговаривать о том, что волнует. В мастерской были три правила, связанные с конфиденциальностью:

— Сказанное на мастерской, остаётся в мастерской. Контролировать это невозможно, но любопытным образом взаимоуважение работает на поддержание это правила;

— Все рассказы об участниках только с согласия участников. У нас нет общих фотографий, выложенных в соцсети, отметок друг друга в постах. Это правило работает еще и в случае, если кто-то захочет написать о себе, упоминая других. О себе — пожалуйста. Любые упоминания других — только с согласия. Мне это правило нравится еще и своей парадоксальностью. Вроде бы мы про продвижение и отовсюду слышно про то, как важно описывать каждый чих, но мне право НЕ писать кажется не менее важным, чем право писать:)

— Онлайн присутствие только с камерой и звуком. За редким исключением из-за технических неполадок, участие с видео и звуком обязательно, потому что только так возможен живой разговор.

Чего не хватило

Общения в парах, тройках. За шесть дней не наговорились:) Тут есть о чем подумать мне — как выстроить работу так, чтобы было время и на монолог, и на разговоры, и на обсуждения в разных составах. Были практические задания, которые участники выполняли самостоятельно, а потом обсуждали группой, были задания для парной работы. Подумаю, как сбалансировать разные форматы для следующей мастерской.

Что было ценно

Время. Шесть дней по три часа — это очень много. В рабочих буднях мало спокойного времени на обдумывание, размышления, пробование разного и наблюдение. Здесь у каждого участника было три специальных часа ровно для этого. Снова парадокс: по отзывам, решиться на шесть дней было сложно, но в то же время — такая продолжительность помогла вникнуть, не спешить, удобно расположиться и распробовать процесс.
___

Уже ноябрь, я потихоньку досылаю обещанные материалы, дополнительные ссылки. У нас пока живет чат. Мне быстрой ужасно нравится такое неспешное. Следующим постом расскажу про одно практическое задание, которое умножает разнообразие публикаций.

😊 Музейные коммуникации

Публикации как кинопланы 🎬

Приёмы из кино или мультипликации подсказывают, как можно работать с публикациями. Разные планы — способ придумывать посты, придавать объем и полноту высказыванию.

На примере объяснять проще. Возьмем некоторое событие, о котором важно рассказывать в социальных сетях (хотя прием подходит не только для них).

Генеральная конференция ИКОМ. У меня она сейчас на уме, покручу возможные варианты разнопланового рассказа.

📽 Дальний (сверхобщий) план

Издалека долго (с) — можно писать об истории конференции, давать общую справку с цифрами: хронология, города проведения, место и особенность конференции среди других крупных музейных профессиональных событий. Ликбез, который поможет любопытному читателю поместить событие в контекст и составить о нем рамочное представление.

📽Общий план

Рассказ о подготовке конкретного события. Как выбрали город проведения, сколько дней, центральная тема и почему именно она. Тоже рамка, но уже — про конкретную конференцию. Отличия полного и среднего плана — в детализации. Если для полного я бы собрала максимально подробную информацию: где, что, как принять участие, какие есть возможности для тех, кто онлайн и пр., то для среднего — сосредоточилась бы на теме: как она отражается в разных секциях и содержательно связывает все дни.

📽 Полукрупный план — представление модераторов: кто, откуда, какую страну представляют, может быть с цитатами об их ожиданиях от своих секций или комментарием по поводу конференции в целом;

📽 Крупный — рассказ о спикерах.
Тут, кстати, можно сделать несколько шагов назад и «общим планом» рассказать про спикеров: про принципы отбора, требования к заявкам и темам и пр.

В хорошем кино планы меняются так, чтобы захватывать внимание зрителя. Поэтому чередование «планов»-публикаций выбирать тому, кто создает картину.

📽 Предельно крупные и детальные планы — внимание к людям и организационным нюансам. Портреты, фотографии брендированных сувениров, обстановка в конференц-залах, угощения во время кофе-пауз, виды из окон, надписи, зевающие котики, необычные аксессуары у участников. Всё то, что внимательный взгляд выхватывает из общей картины.

Подход можно использовать в рассказах о предметах из коллекции музея, выставках, изданиях, сувенирах. Мы так упражняемся иногда с коллегами, получается захватывающе:)

Если к этому прибавить, что экспериментировать можно не только с «крупностью», но и с форматами публикаций, то из одной темы можно собрать материала на несколько месяцев вперед.

Захотелось открытую встречу провести, чтобы показать, как это работает, но пока не могу. Вы бы пришли посмотреть-послушать?

😊 Музейные коммуникации

Коммуникационная матрёшка

Еще один пост про разговоры в мастерской и перейду к трём другим событиям октября.

Образ матрёшки родился сам собой, когда зашла речь о том, как писать о проектах/выставках/самом музее и пр.

Каждый раз мы отвечаем на один и тот же набор вопросов (зачем, кому, о чём, где и как рассказывать), только вопросы эти относятся к разным событиям или темам разного уровня. Иногда самая большая матрёшка — главное сообщение музея.

«Всё, что вы хотели знать о космосе», «Весело, познавательно и правдиво — обо всём, что ползает, бегает и летает», «Привлекать внимание людей к изучению науки о жизни: о природе и о нас самих», «…экспозиция рассказывает о прошлом, настоящем и будущем криптографии, о людях и изобретениях, изменивших мир».
Все остальные сообщения должны укладываться в эту рамку, подтверждать, как грицца, основную мысль.

Матрёшки поменьше — музейные проекты, выставки, отдельные мероприятия в составе проектов и выставок, специальные мероприятия, детские, инклюзивные программы. Продвижение каждой такой «матрёшки» возвращает нас все к тем же вопросам. Даже когда мы пишем текст о единственной лекции крутого специалиста, важно помнить, что привлечение внимания к этой лекции в социальных медиа или на других площадках отличается только масштабом. Принципы и технология продвижения — те же самые.

Большой матрёшкой может быть грантовый проект, который состоит из трех-четырех этапов, внутри каждого этапа — разные события. Планируя информационную кампанию или простраивая коммуникационную систему проекта, важно представить, сколько там «матрёшек» и про каждую подумать отдельно, сохраняя фамильные черты.

Чем более детализированные отдельные части, тем яснее и связнее общая картина. Хотя случалось видеть микро-матрёх, у которых вместо узоров — пятна, есть что-то отдаленно похожее на глаза. Такую обычно быстренько засовывают в предыдущую подругу и редко достают.

Так тоже бывает:)

😊 Музейные коммуникации

Музей + школа + родители = любовь……и другие обстоятельства

Роль, в которой я редко публично выступаю, — родитель. Сейчас — подростка, в разное время трехлетки, дошкольника, младшего школьника. Вместе с образовательными школьными заботами пришли и организационно-досуговые: классные чаты, совместные поездки, культпоходы.

Мой сын знаком с музеями со своих полутора лет, но не потому что у меня есть план его как-то особенно развить. Не с кем было оставлять, а самой выбираться хотелось. Семейные вылазки стали привычными.

Меня в детстве по музеям не водили, этот вид досуга вообще был не слишком принят там, где я росла. Своими ногами до музеев я дошла уже после 20-ти. Хожу до сих пор, не могу остановиться и в октябре пришла на конференцию в музее «Новый Иерусалим». Как раз про музейно-детско-родительско-школьное поговорить. Организаторы сказали, что можно немножко хулиганить и выбрать любой формат выступления (за такой подход я нежно эту конференцию люблю).

Выбрала подвесить семь вопросов, над которыми размышляю иногда сама. У меня есть непересекающиеся компании знакомых людей, далеких от музеев. Любопытно было до презентации узнать, что думают они. Готовых ответов нет. Так, мысли вслух.

Спасибо огромное Ольге Медведевой за комментарии к посту-анонсу этого выступления. Один из них я использовала в презентации и превратила в иллюстрацию.

Вопрос № 1 Что думают о музеях взрослые?

Изнутри музейного мира иногда начинает казаться, что не любить музеи невозможно. И жизнь без них пресная. Среди друзей моего отца (ему за 70) есть блистательные джазовые музыканты, талантливые инженеры, состоявшиеся руководители, для которых музей вовсе не обязательное место. Дети этих людей, мои ровесники, занимаются кто чем, самостоятельные, умные. Без привычки ходить в музеи, с другими увлечениями. Будут ли они «прививать» интерес к музеям своим детям? Не знаю.

Когда меня приглашают придумать, как популяризировать детские и подростковые программы, я задаюсь вопросом, чем заинтересовать принимающих решение родителей, которым не интересен музей как явление.

Вопрос № 2 Что думают о музеях учителя?

У современного учителя столько задач, что необходимость думать еще о внеурочной деятельности не прибавляет сил. Если учитель еще и тот взрослый из вопроса № 1, то вдвойне сложно.

Что музей может предложить замученным рутиной учителям? (А иногда учителям, которые не готовы свои часы отдавать под музейные занятия).

Вопрос № 3 Что думают о музейных программах в музеях?

Например, порекомендуют ли сотрудники программу своего музея своим же друзьям и знакомым. Не для галочки, а по любви?

Встречалась с ситуацией, когда детские и подростковые программы есть, а веры в то, что они на самом деле классные, нет. Потому и продвижение вялое.

>>> Продолжение тут
____

Спасибо огромное коллегам из музея «Новый Иерусалим» и лично Арине Гундровой за возможность выступить не с идеями и предложениями, а с вопросами, на которые не «правильных» ответов. Сомневаться и размышлять в вашей компании было приятно.

😊 Музейные коммуникации

Тем временем Генеральная конференция ИКОМ всё ближе.

Подоспело приложение со всей информацией по секциям, площадками, трансляциями для зарегистрированных участников.

#МК_ICOMDubai2025


😊 Музейные коммуникации